2007-10-26 00:00:00
ГлавнаяСоциология — Инновационно-реформаторский потенциал России и проблемы гражданского общества



Инновационно-реформаторский потенциал России и проблемы гражданского общества


Массовая социально-инновационная активность

Одним из главных механизмов социально-инновационной активности служит создание и налаживание работы, с одной стороны, новых типов организаций – банков, бирж, консорциумов, фирм, политических партий, движений и клубов, органов самоуправления, учебных заведений, а с другой, неформальных социальных сетей. Можно назвать четыре сферы преимущественной реализации такой активности. Первой служит хозяйственное предпринимательство – от индивидуального бизнеса до деятельности гигантских корпораций, второй – преобразование институтов социальной сферы: здравоохранения, образования, науки, культуры, социальной защиты населения. Третья сфера – обновление идеологии и культуры, т.е. деятельность ученых, журналистов, деятелей культуры и искусства, поддерживающая и пропагандирующая новые социальные ценности; содействующая социально-политическому просвещению, формированию компетентного общественного мнения по важнейшим проблемам развития общества.

Четвертой сферой является апробация новых форм самоорганизации, или формирование структур гражданского общества. Речь идет, прежде всего, о создании и налаживании работы некоммерческих негосударственных организаций (НГО), выражающих и реализующих интересы локальных, профессиональных, этнических, гендерных, поколенческих и других общностей. Таковы профессиональные ассоциации и союзы, политические партии, общественные движения, церковные общины, органы местного самоуправления, землячества. Важным направлением развития гражданского общества является создание независимых информационных центров, различных клубов по интересам, в том числе компьютерных и связанных с Интернет. На более высоком этапе развития формируются сетевые структуры, объединяющие и координирующие деятельность первичных организаций. В результате первоначально рыхлая и инертная ткань общества как бы прошивается во многих направлениях независимыми от государства горизонтальными связями, становясь более «упругой» и способной к действенному отклику на воздействия извне.

В современной России разные направления социально- инновационной активности развиты очень неравномерно. Дальше всего продвинулось хозяйственное предпринимательство, много меньше инноваций в социальной сфере, еще слабее развиваются структуры гражданского общества и уж совсем не видно серьезных идеологических новаций. Крупные диспропорции имеют место и внутри каждой из названных сфер. Так, в экономике большинство новаций приходится на финансово-коммерческую сферу, в то время как реальное производство лишь начинает выходить из стагнации. Развитие же структур гражданского общества резко дифференцировано в региональном и поселенческом планах – для разных территорий, типов городов и сельских районов. В целом уровень социально-инновационной активности россиян значительно отстает от стран Восточной и Центральной Европы (особенно, Венгрии, Чехии и Польши) и явно недостаточен для решения задач, стоящих перед российским обществом.

Но главная беда связана, на мой взгляд, не с масштабом, а с качеством социальных новаций. Ведь сами по себе они не имеют имманентно присущего позитивного знака. Не только инновационная активность, но и сами горизонтальные связи могут носить как конструктивный, так и деструктивный характер, ориентироваться как на повышение эффективности, так и на архаизацию или криминальное извращение институтов и социальных практик, примеров чего в нашей действительности немало.

Политики, взявшиеся за проведение реформ в начале 1990-х годов, недооценили огромный потенциал негативной энергии, накопленный советским обществом. Результатом высвобождения этой энергии стал невиданной силы выброс нелегитимных и криминальных новаций. Основная предпринимательская активность оказалась направленной не на рост производства, а на хищническое обогащение не обремененных моральными и правовыми нормами «новаторов».

Распространенным видом "новаций" стала теневая торговля невосполнимыми ресурсами, уникальными технологиями, секретной информацией, компроматом, оружием, наркотиками и проч. Сформировались и окрепли «новые» институты бартера, коррупции, сращивания «легального» бизнеса с криминальными структурами, вооруженного бандитизма и терроризма.

Не обнадеживает и состояние гражданского общества. Правда, за последние годы в стране создано великое множество негосударственных некоммерческих организаций (НГО), призванных содействовать его становлению. Но результаты их деятельность почти незаметны. Во-первых, более трети из них существуют лишь на бумаге. Во-вторых, деятельность значительного числа остальных направлена не на решение гражданских проблем, связанных с интересами формально представляемых ими групп (инвалидов, сирот, спортсменов и проч.), а на реализацию интересов самих сотрудников НГО. Причем широкая иностранная помощь формированию гражданских структур в России, скорей, лишь усугубляет эту беду. В-третьих, та часть НГО, которая стремится выполнять свои функции, поставлена в такие институциональные условия, которые делают это фактически невозможным. Сказанное, к сожалению, не позволяет строить оптимистические прогнозы дальнейшего развития гражданского общества.

Гражданское общество и инновационно-реформаторский потенциал

Связь между инновационным потенциалом общества и развитием гражданского общества носит обоюдный, двусторонний характер. Чем выше инновационный потенциал общества, чем шире, свободнее, благополучнее и, следовательно, активнее средние и базовые слои, тем успешнее развиваются структуры гражданского общества. Развитие же этих структур, в свою очередь, позволяет индивидуальным силам новаторов сливаться в коллективную силу и волю, что делает их активность более эффективной. В конечном счете, продвижение России к гражданскому обществу зависит от того, какая доля социально активных людей будет затрачивать свои усилия не только и не столько на повышение личного благосостояния, сколько на деятельность, связанную с общественным благом и, в частности, с развитием гражданских структур.

В этом контексте особенно важно становление новых средних слоев как наиболее перспективного в данном плане элемента трансформационной структуры. Дело в том, что элита и верхний слой вряд ли могут активно участвовать в развитии гражданских структур, поскольку в дихотомии «Государство – Общество» они выражают в первую очередь интересы фактически приватизированного ими государства.

Не являются перспективными субъектами развития гражданского общества и наиболее массовые базовый и нижний слои, энергию которых практически целиком поглощают проблемы личного выживания. Их влияние на трансформационный процесс осуществляется не столько через социально-инновационную деятельность, сколько через реактивно-адаптационное поведение.

Таким образом, открываемые реформами новые права, свободы и стимулы адресуются, в первую очередь, средним слоям. Именно они, в силу своей социальной продвинутости и активности, первыми откликаются на обновление правил игры. Их представители охотней других берутся за новые виды предпринимательской и социально-инновационной деятельности и наиболее заинтересованы в горизонтальных связях друг с другом.

Общий вывод из сказанного заключается в том, что проблема развития гражданского общества не может решаться изолированно от других социальных проблем (например, за счет иностранной помощи). Она уходит своими корнями в качество всего общественного устройства, прежде всего – социальной структуры. Между тем, социальная структура не может служить объектом прямого управления. Регулировать и направлять в определенную сторону ее развитие можно лишь косвенными методами, через соответствующие институциональные реформы. Сегодня развитие гражданского общества тормозится низким качеством и институциональной среды, и социальной структуры, и социокультурных характеристик общества, в том числе низким уровнем его инновационного потенциала.

Выход из этой ситуации возможен лишь на основе нового цикла глубоких демократических реформ. Однако общество к ним не готово. Правящую элиту в целом устраивает то, что она уже получила и продолжает получать. Основная же часть общества слишком утомлена и разочарована результатами либеральных реформ, чтобы поддерживать новые перемены. Очевидно, понадобится определенное время для того, чтобы россияне осознали императивный характер требований, предъявляемых к России глобальными процессами, а значит, и новых социальных преобразований. А до тех пор Россия будет все более отставать от наиболее развитых стран не только в экономическом, но в социально-политическом отношении, в частности, в развитии гражданских структур, а также в уровне прав и свобод человека.



← предыдущая страница    следующая страница →
12




Интересное:


Развитие экономической социологии в России в послеоктябрьский период
Об интеллигенции в целом
Причинные теории девиации и девиантности.
Учет психосоциальных особенностей неработающих женщин пенсионного возраста в подготовке специалистов по социальной работе
Исследование ценностных ориентации современных студентов
Вернуться к списку публикаций