2013-06-19 09:33:29
ГлавнаяСоциология — Понятие социальной несправедливости как общее основание для объединения причинных теорий девиантности.



Понятие социальной несправедливости как общее основание для объединения причинных теорий девиантности.


Содержанием данной работы является, по сути дела, представление социологической теории, построенной на общем основании (социальной справедливости как философской категории) и той системе понятий, которая была разработана в предыдущих главах. Здесь рассмотрены такие вопросы, как: понятие и виды социальной несправедливости; социальное исключение, отчуждение, насилие и агрессия как формы проявления социальной несправедливости; интеграция объяснительных моделей преступности и девиантности.

Понятие и виды социальной несправедливости.

Стремлением к социальной справедливости проникнута вся история человечества, начиная от восстаний рабов в древнем Риме и кончая общественными движения в современном мире. Идея социальной справедливости (справедливого общественного устройства) является основным смысловым стержнем многих выдающихся религиозных, философских и политических учений. Понятие социальной справедливости является центральным во всех без исключения гуманистических учениях о человеке и обществе. Однако некоторым исследователям это понятие представляется чем-то неуловимым, не поддающемся рефлексии, не имеющем референтов в социальном бытии, а потому выполняющем роль лишь идеальной ценности, мечты, недостижимого абсолюта: «Справедливость - это не закон природы, который абсолютен, она относительна, точнее, ее вообще нет, но она должна быть уже хотя бы потому, что без надежды на нее муторно на душе и чего-то не хватает. Ее можно мыслить хотя бы как роскошь, которой нет в реальности, но есть в виде идеала, к которому нам суждено постоянно стремиться - вольно или невольно. Принцип социальной справедливости навсегда останется как требование постоянного совершенства, как заповедь, обязывающая все общество и власть стремиться к возвышению меры реализации этого священного принципа общества». С одной стороны, ставя в центр внимания социальную справедливость, мы задаем ориентиры должного - должного устройства общества, должного отношения к человеку, должной морали, призванной крепить солидарность между людьми, должного государственного правления и т.д. Эти ориентиры представляют собой идеальное видение реальности, некую недостижимую цель, которая, однако, каким-то образом выполняет функцию гуманизации общества. С другой стороны, понятие «социальная справедливость» является не разработанным, нечетким, полным внутренних противоречий, создающих условия для манипулирования им в самых разных ситуациях: предвыборных кампаниях, оправданиях коммунистической идеологии, создания карательных уголовно-правовых систем, проведения мероприятий по преследованию разных маргинальных групп населения и т.д. и т.п.

Чтобы понять сущность социальной справедливости, остановимся хотя бы вкратце на ключевых моментах, имеющих непосредственное отношение к проблемам, связанным с ее определением.

Начнем с того, что можно отметить расхождения в понимании социальной справедливости в западных и восточных странах. Если обратиться к восточной традиции общественной жизни, то обнаруживается, что в древних китайском и корейском языках, а также в санскрите, отсутствовало слово «справедливость», что не означает, однако, отсутствие понятия справедливости. В арабской культуре справедливость - это «воздаяние должного» или «утверждение истины». Справедливость здесь во многом сводится к поддержанию гармоничности, которая изначально имеется в природе, но которую люди нарушили. Если на Западе принято считать, что справедливость не существует, пока ее не установили, то в арабо-мусульманской культуре вектор движения совсем иной, ибо справедливость «в этой традиции не устанавливается, а восстанавливается как утраченное равновесие, или гармония». В буддизме справедливость - это то, что вытекает из сострадания. Под состраданием понимается установка на признание «самсары» - цепи перевоплощений души, - а отсюда неразрывности души со всеми живыми существами, в ее способности и после телесной смерти человека воплотиться в любом другом человеке, животном или насекомом. Отсюда справедливость - открытость, гибкость, готовность пересмотреть собственные убеждения, способность фокусировать внимание не на расхождениях, а на том, что позволяет достичь согласия с другими.

В европейской традиции понимание справедливости складывалось не просто. Философская мысль показывает трансформацию этих представлений от полного неверия в справедливость на земле (первые христиане) до создания утопий, которые долгие годы владели умами политиков. Здесь стоит назвать, прежде всего, Платона с его идеей «идеального государства», в которой он пытался согласовать индивидуальную добродетель и общественную справедливость. Согласно Платону государством призваны управлять только аристократы как лучшие и наиболее мудрые граждане. «Идеальное государство» должно всемерно покровительствовать религии, воспитывать в гражданах благочестие, бороться против всякого рода нечестивых. Эта идея была в свое время основательно раскритикована Аристотелем в его «Политике», однако, утопические идеи продолжали находить своих сторонников. Так появились утопические концепции справедливых государств Кампанеллы, Т. Мора, Сен-Симона. Все эти идеи объединены общим представлением о справедливости как синониме того, что в «интересах лучшего государства»: хорошо все то, что укрепляет государство. Этот тезис мог бы быть расценен как правильный, если бы при этом из поля зрения исследователей не исчезал человек и если бы такое «идеальное государство» не превращалось в казарменный коммунизм.

Позже эти идеи были подхвачены и реализованы строителями коммунизма «в одной отдельно взятой стране». В их понимании «социалистическая справедливость заключается, во-первых, в поощрении и всемерной поддержке тех групп, которые вносят наиболее весомый вклад в общественное развитие, прилагают для этого все силы и способности, во-вторых, в социальном контроле и экономическом регулировании положения тех групп, которые ставят свои узкопрофессиональные, ведомственные или местнические интересы выше общественных и наносят вред общественному развитию». Со справедливостью связывается: «реальное народовластие, равенство в отношении к средствам производства, равное право на труд и его вознаграждение, осуществляемое на основе последовательного проведения принципа “от каждого - по способностям, каждому - по труду”, право на образование, жилище, медицинскую помощь и социальное обеспечение. Она предполагает также широкий доступ трудящихся масс к достижениям духовной культуры». Хорошая сама по себе идея превратилась в зло для миллионов людей России, а сама социальная справедливость стала восприниматься как один из инструментов идеологической пропаганды. Здесь социальная справедливость преподносилась как «некое законченное, совершенное состояние общества, созданного на основе общественной собственности». Главным при установлении социалистической справедливости оказались идеи равенства, которые, на практике превратились в идеологию уравниловки. Говоря о социалистическом государстве, Н. Луман метко заметил: «Утопия становится непризнанной формой самоописания политической системы, формой перекрытия дифференциации между партиями и государством». И далее: «С точки зрения системно-теоретического анализа, политическая утопия в точности соответствует потребностям функциональной системы, которая должна оперировать в неконтролируемой ею, сверхсложной окружающей среде общества»).

Отличительной чертой европейского гуманистического представления о справедливости является отождествление ее с законом и порядком. Справедливость - это, прежде всего, юстиция: латинское “justis” означает справедливость (от just - “право”). Право, юстиция, справедливость были для европейцев не просто однопорядковыми понятиями, но одним термином. Жить справедливо в сознании европейцев всегда означало жить по закону, установленному государством. С возникновением государства как защитника собственности справедливость стала отличаться от равенства, она включала в себя также различия в положении людей сообразно их достоинствам. Распространение гуманистических идей не позволило мыслителям нивелировать значимость человеческой личности, исключить ее из проблематики утверждения справедливого общества. Поэтому залог счастья народов и истинная слава управляющих государей виделась ими в «соблюдении законов, охране свободы и любви к родине». Справедливость при этом остается как правовой, так и этической категорией. Она предстает не только как разумная организация общества, справедливые законы, право, в котором главными принципами являются «неотвратимость наказания», «воздаяние по заслугам» и «равенство всех перед законом», но и как внутреннее свойство и стремление людей, живущих в едином жизненном пространстве и вынужденных согласовывать свои интересы и стремления к свободе с интересами и стремлениями других людей. Кант по этому поводу писал: «Справедливость - это право, не предоставляющее никаких полномочий принуждать другого... Coram foro intemo (перед внутренним судом) - это справедливость строгого права, но не cjram foro extemo (перед внешним судом). Справедливость, таким образом, есть право, в котором основания внешней вменяемости права cjram foro extemo незначимы, но значимы перед совестью».

Гуманистические идеи, поддерживающие стремление людей к счастливой жизни на земле, к свободе, родило демократию и либерализм. И формула справедливости в демократических отношениях постоянно требовала своего уточнения. А потому поиски адекватного ответа на вопрос о социальной справедливости постоянно продолжались в гуманитарных науках. Так, в социологии понятие социальной справедливости, за редким исключением, привлекалось (и привлекается сейчас) при рассмотрении двух масштабных тем: социальной дифференциации и социального государства. В первом случае речь идет о расслоении общества на классы и страты, а также о проблемах, связанных с неравными социальными возможностями, социальным неравенством (в доходах, власти, знании, престиже), социальной мобильностью. Теоретическое обсуждение вопросов базируется, прежде всего, на концепциях К. Маркса и М. Вебера. Исходя из соответствующего идейного базиса, социологи делают акцент на понимании социальной справедливости как равенства (возможностей, шансов, жизненных условий и т.д.). Но такое отождествление приводит исследователей к отрыву от реальности или к пессимизму и скептицизму, поскольку реализация справедливости как равенства всех людей, как показала история, действительно невозможна.

Второе направление социологической мысли идет по пути обоснования установления социальной справедливости в социальном государстве или государстве благосостояния. «Словом “социальное” подчеркивается то обстоятельство, что такое государство призвано осуществлять политику, направленную на обеспечение определенного уровня благосостояния всех своих граждан, поддержку социально слабых групп населения, на утверждение в обществе социальной справедливости». Идея социального государства явилась логическим продолжение идеи права, упорядочивающей систему государственного управления с помощью законов. «Развитыми государство и право становятся постепенно, по мере достижения обществом определенного уровня цивилизации и демократии. В таком обществе раскрываются в высокой степени все аспекты их ценности, весь социальный потенциал служения человеку. Государство превращается в арбитра в обществе, становится инструментом, призванным выражать совпадающие интересы всех групп и слоев население. Право в свою очередь превращается в важнейшее средство или инструмент достижения согласия, порядка и стабильности в обществе на основе компромисса, т.е. взаимных уступок различных групп и слоев населения в реализации своих интересов. По форме государство становится правовым, а по сущности - социальным и демократическим».

Различают три типа социального государства: либеральное (или ограниченное) (США, Великобритания, Канада и Австралия); консервативное (или корпоративное) (Германия); социал-демократическое (или социалистическое) (Швеция). Разница между ними состоит в размерах и источниках финансирования, а также в отношении к лицам, нуждающимся в социальной поддержке. Так, в либеральном государстве финансирование для малообеспеченных слоев населения невелико и осуществляется через государственный бюджет. Всех лиц, получающих пособия, стараются трудоустроить. В консервативном государстве гарантом социального обеспечения выступает государство, а финансируется оно через разнообразные страховые фонды. Уровень социального обеспечения дифференцируется в зависимости от стажа работы, уровня заработной платы и т.д. Для социально искулюченных (длительно безработных, мигрантов и других лиц) существуют программы “минимального гарантированного дохода”, финансируемые из бюджета государства. Правовой основой социал-демократического государства является равное социальное обеспечение всех граждан. Для поддержания высокого уровня пенсий и пособий приходится устанавливать высокие налоги, либо создавать двухуровневую систему, в которой минимальный уровень благосостояния обеспечивается государством, а сверх этого может быть пенсия или пособие из страхового фонда или другого источника. Очень важной является политика полной занятости населения.

К основным параметрам социального государства сегодня относится:

1) развитая правовая система; поддержка гражданских инициатив, взаимодействие государства с некоммерческими и негосударственными организациями, осуществляющими решение каких-либо социальных задач;

2) развитая система страховых социальных отчислений, высокий уровень налогов, формирующих бюджет и размеры бюджетных отчислений на социальную сферу;

3) развитая система услуг и социальных служб для всех групп населения.

Каждый тип социального государства тесно связан с определенной социальной политикой, которая должна обеспечивать: «1) движение к достижению в обществе социальной справедливости; 2) ослабление социального неравенства; 3) предоставление каждому работы или источника существования; 4) сохранение мира и согласия в обществе; 5) формирование благоприятной для человека жизненной среды».

В данном направлении изучения социальной справедливости очень важным является один момент, а именно: «все более распространенной становится точка зрения, что реальное значение социального государства лежит не в перераспределительных эффектах, а в потенциале социальной интеграции». Социальная интеграция рассматривается как процесс и результат деятельности государства по защите социальных прав граждан в разных областях общественной жизни. Она обеспечивается за счет развития социальной политики, целью которой является «регулирование и согласование интересов для устойчивого и сбалансированного развития общества, т.е. достижение социального мира или общественного согласия». В культурном плане социальная политика способствует увеличению включенности населения и тем самым преодолению несправедливости общественных отношений и, таким образом, усилению легитимности данного состояния общества. В политическом плане действие социальной политики связано со сглаживанием классовых противоречий и трансформацией противоречивых интересов в формы продуктивного разрешения конфликтов. В экономическом плане социальная политика улучшает формирование человеческих ресурсов, защищает работников, поддерживает готовность к труду и тем самым способствует повышению продуктивности труда. В социальном плане социальная политика обеспечивает социальные условия благоденствия, т.е. стабилизирует сферу частной жизни, в рамках которой воспроизводятся (или регенерируются) человеческие ресурсы, востребованные в различных сферах общества. Для реализации социальной политики выработан особый механизм - социальный менеджмент, миссия которого заключается в том, чтобы создать условия, в которых каждый человек может в максимальной мере проявить свои возможности, получить все, что ему положено по закону, а также обеспечить адаптацию людей в обществе.

Справедливости ради следует сказать, что не все исследователи разделяют мнение о высоком интегративном потенциале социального государства. Доказательство тому они видят в неспособности социальных государств решить проблемы безработицы и распределения трудовых ресурсов за счет миграции населения в рамках метаобщества. Основываясь на этом, они выдают следующий неутешительный прогноз: «самым вероятным долгосрочным сценарием является постепенный рост социального продукта, который производится сокращающейся группой населения, что требует или высокой степени перераспределения доходов в пользу незанятых, или снижения стандарта их обеспечения». Таким образом, неравенство в доходах, власти, престиже и т.д., обусловленные социальной стратификацией, будет усиливаться и, следовательно, в обществе будет возрастать социальная несправедливость. Еще одним аргументом в пользу защиты тезиса о невысоком интегративном потенциале государства благосостояния исследователи выдвигают тезис о том, что современное государство ограничивает свободу человека и постоянно наращивает контроль. Так, Ф.-К. Кауфман пишет: «процесс развития государства благоденствия необходимо понимать не просто как ограничение индивидуальной свободы посредством государственного принуждения, а как возможность одновременного усиления государственного вмешательства и способности общественного самоуправления». Данные рассуждения, впрочем, не отрицают интегративную сущность социального государства. Они лишь подчеркивают трудности ее воплощения в жизнь в условиях трансформации общества.

Собственно анализу понятия социальной справедливости в социологии посвящено не так много работ. Это связано, по-видимому, с тем, что, как считает В.А. Троцковская, сам “субстрат” социальной справедливости трудноуловим, а термин слишком политизирован. Тем не менее, можно выделить, как минимум, несколько определений понятия справедливости, получивших поддержку в научном сообществе. Рассмотрим их.

К. Поппер в работе «Открытое общество и его враги» (1946) так определяет понимание справедливости в условиях либерально-демократических общественных отношений: «Большинство из нас, особенно те, кто привержен гуманизму, говоря о справедливости, имеют ввиду следующее: а) равное распределение бремени гражданских обязанностей, т.е. тех ограничений свободы, которые необходимы в общественной жизни; b) равенство граждан перед законом при условии, разумеется, что с) законы не пристрастны в пользу или против отдельных граждан, групп или классов; d) справедливый суд и е) равное распределение преимуществ (а не только бремени), которое может означать для граждан членство в данном государстве».

Другое определение можно найти у Дж. Ролза. Он доказывает, что принципы справедливости для базисной структуры общества являются объектами исходного соглашения. На основе этого положения он вычленил два аспекта справедливости:

1) справедливость как идеальное устройство общества (ей соответствует теория строгого согласия);

2) реальное состояние общества, в котором наличествует несправедливость, и с которой обществу приходится как-то уживаться. Но как следует обращаться с несправедливостью? Ответом может быть теория частичного согласия, включающая два принципа справедливости: а) каждый имеет равное право на свободу, совместимую фундаментальным образом с такой же свободой других; б) экономическое и социальное неравенство, как, например, богатство и власть, справедливы только тогда, когда несут общую пользу и компенсируют потери наиболее незащищенных членов общества. При этом социальное и экономическое неравенство должно предполагать: а) наибольшую пользу для находящихся в невыгодных условиях и б) открытые возможности и равенство условий для всех, находящихся в сходных позициях. Теория частичного согласия постоянно требует восстановления справедливости, поиск ее новых форм и формул (напр., через применение «силовых мер»).

Приведенные интересные и правильные рассуждения, к сожалению, не могут считаться собственно определениями понятия «социальная справедливость», поскольку они, раскрывая объем понятия и некоторые механизмы поддержания справедливости в обществе, не указывают его содержания. Но в объем этого понятия в разные эпохи могут включаться разные принципы и разные проявления. Вместе с тем, следует отметить, что в контексте рассуждений обоих авторов можно найти один общий момент, который, с одной стороны, сближает их идеи, а с другой - проясняет понимание сущности социальной справедливости. Ее суть (или иначе, содержание понятия) заключается в установлении согласия между членами общества по вопросам равенства и свободы в разных областях общественных отношений.

К данному пониманию присоединяется В.Н. Аргунова, которая пишет: «Справедливость существует как категория социальных наук, характеризующая всю совокупность общественных отношений с позиций согласованности коллективного и индивидуального интересов». «Социальная справедливость выступает основой для достижения соглашения между людьми, обеспечивает легитимность существующих социальных институтов, способствует сохранению стабильности социальной системы. Когда же общество утрачивает согласие по вопросу о том, что справедливо, а что - нет, это дезориентирует поведение людей, ухудшает их социальное самочувствие, в обществе нарастает конфликтность, сбои в функционировании социальных подсистем. Учитывая это обстоятельство, даже достаточно стабильно функционирующие общества всегда озабочены корректировкой идей социальной справедливости, их “сверкой” с реальной жизненной практикой».

По мнению В.Н. Аргуновой, социальная справедливость исторически и культурно конкретна, а в обществе можно выделить три плоскости, в русле которых она формируется:

А. Единая линия эволюционных изменений всего человечества: в процессе социальной эволюции происходит своеобразное «накопление» социальной справедливости, а достигнутая мера равенства и свободы служит ступенькой к новому этапу, на котором происходит ее расширение. Можно выделить несколько периодов качественного изменения социальной справедливости: доиндустриальные, индустриальные и постиндустриальные общества. В каждую из этих эпох существовала своя институционально закрепленная идея социальной справедливости. В экономической жизни основанием социальной справедливости выступает материально-технологическая среда с соответствующим уровнем общественного богатства и характером разделения труда; в политической жизни - характер и принципы распределения власти; в культуре - способы духовного осмысления мира.

Б. Социокультурная (цивилизационная) специфика общества: уникальное для каждого общества сочетание экономических, политических, социальных и духовных факторов, которое воспроизводится на новом этапе развития. Для его обозначения используются понятия «цивилизационный тип» или «институциональная матрица». Так, например, в западных (рыночных) обществах в трактовке справедливости свобода имеет приоритет над равенством, преобладают индивидуалистические настроения. А в восточных (нерыночных) обществах доминируют равенство и патерналистские настроения. В российском социокультурном контексте отводится большая роль государству в заботе о своих членах и отдается предпочтение социальному равенству (уравнительный патернализм).

В. Конкретная социально-экономическая и политическая ситуация: она определяет принципы государственной социальной политики, направленной на поддержание социальной справедливости, содержание правовых норм. “Текущие” формулировки социальной справедливости, отражающие насущные, “больные” вопросы общества часто содержатся в программных положениях и лозунгах политических партий и движений.

Во всех приведенных точках зрения на феномен социальной справедливости отсутствует еще один важный элемент, а именно: в них не указываются индикаторы, при помощи которых можно было бы с какой-то степенью приближения отмечать уровень согласия интересов и, следовательно, уровень социальной справедливости. Но без таких индикаторов все рассуждения о социальной справедливости остаются лишь абстрактным теоретизированием, не имеющим никакой возможности повлиять на практику и принести пользу обществу.

Подводя итог краткому обзору наиболее распространенных точек зрения на понимание социальной справедливости можно отметить следующее. Во-первых, они демонстрируют важность разработки темы социальной справедливости, ее большую значимость для современного общества и человечества в целом. Во-вторых, все обозначенные подходы раскрывают те или иные содержательные аспекты социальной справедливости и ценны для ее дальнейшего теоретической разработки. Вместе с тем, в них отсутствуют аргументированные ответы на следующие важнейшие вопросы: «Каково соотношение понятий “равенство” и “справедливость”?»; «Каковы сущностные характеристики социальной справедливости? (каково понятие социальной справедливости?» и, наконец, «можно ли найти референты или индикаторы, позволяющие определить уровень социальной справедливости/несправедливости в том или ином обществе?»).



← предыдущая страница    следующая страница →
12345678910




Интересное:


Психосоциальный портрет несовершеннолетней матери
Об интеллигенции в целом
Научные взгляды Питирима Александровича Сорокина
Жизненный и творческий путь Питирима Александровича Сорокина
Исследование ценностных ориентации современных студентов
Вернуться к списку публикаций