2013-06-17 08:40:15
ГлавнаяСоциология — Национальная катастрофа в оценке Питирима Александровича Сорокина



Национальная катастрофа в оценке Питирима Александровича Сорокина


Именно война и царское правительство, по мнению Сорокина, развязали в России ужас «коммунизации-этатизации», поскольку любая война усиливает в государстве этатические тенденции, а «исторически устаревший» институт монархии уже не был способен на выработку и реализацию альтернативных решений. Подтверждая свою мысль, ученый ссылался на военные положения, ограничения прав личности, права собственности, частной торговли, контроль промышленно-торговых дел, право национализации с 25 октября 1915 года. Далее, с нарастанием грозных факторов войны и голода, колесо истории сильнее поворачивалось в сторону «военно-голодного коммунизма».

Однако царское правительство, объективно развернувшее этот процесс, по мнению исследователя, вновь проявило признаки своего «одряхления, бессилия и неспособности к созидательной работе». Резко ухудшившаяся продовольственная и экономическая, в целом, ситуация, подпитываемая затянувшейся войной, диктовали власти свои условия. Российская монархия, считал П.А. Сорокин, не прислушалась к голосу истории, который призывал к усилению «этатизации-коммунизации». При таких условиях, прогнозировал исследователь, «он не только не был бы сброшен, но вышел бы более сильным и абсолютным из переделки».

Сложившаяся к началу 1917 года ситуация в России требовала разрешения. Базовые инстинкты населения были подавлены в высшей степени. При этом властвующая элита как никогда показала свою неспособность устранить причины подавления инстинктов, ослабить их или, хотя бы, «расщепить и разделить репрессированную массу на группы, настроив их друг против друга... в целях взаимного ослабления», а также «направить ... выход подавленных импульсов в иное, нереволюционное, русло». В ответ на такое положение в обществе включился «социальный механизм» - революция, дающий возможность для реабилитации репрессированных инстинктов. Революция, по словам П.А. Сорокина, есть путь спасения человека, как и любого другого организма, от несвойственной ему окружающей среды. Таким же «механизмом» ученый считал и войну. И та, и другая являются средствами удовлетворения базовых инстинктов населения общества. Обе они - результат ослабления социума, неправильной политики его лидеров.

Таким образом, основными причинами войн является, по мнению П.А. Сорокина, подавление основных инстинктов большей части членов социума и «одряхление» политического режима; его неспособностью адекватно реагировать на общественные потребности. Иными словами, согласно логике Сорокина, войны и революции имеют единую природу, появляясь в обществе в критические моменты, когда социум ослабевает и оказывается неспособным своими силами разрешать основные проблемы, в первую очередь - обеспечивать удовлетворение базовых инстинктов населения.

Рассматривая события 1914 - начала 1917 годов, П.А. Сорокин пришел к выводу, что и революция и «ужас этатизации» в России не случайны. Эти процессы явились следствием царской политики - его бессилия, вызванного объективным «устареванием» и продовольственной проблемой. Война усилила ее, доведя до крайности, а также вынудила монархию к усилению этатических тенденций в экономике и общественной жизни.

Проделанный Сорокиным анализ ситуации в России в начале XX века, по оценке О.В. Савинковой, является истинно историческим исследованием. Ученый обратился к конкретному опыту с целью установить причины событий, причинно-следственные связи и их итоги. Его работа 1922 года «Современное состояние России» может считаться этапной в творчестве ученого. «Она вызывает интерес не только потому, что дает богатый фактический материал по истории послереволюционной России, представленный их очевидцем и участником; - отмечает О.Н. Савинкова, - в этом труде пересекаются исследовательские поля нескольких дисциплин - экономики, политологии, этики и, конечно, истории. Оставаясь верным себе и своим социологическим подходам, П.А. Сорокин пытался представить полную картину жизни российского общества, сложившуюся в результате революции и гражданской войны».

Прежде всего П. Сорокина интересовали причины изменения общественной организации во время войны. Этой проблематике и посвящена его работа «Война и милитаризация общества». Первая причина изменения общественной организации заключается, по его мнению, в том, что такие изменения требуются в интересах самосохранения общества. Происходит «милитарная социализация» общества, так как большие шансы на успех, победу будет иметь тот лагерь, где все население подчинено одной воле, суровой дисциплине. «Каждому известно, - пишет П. Сорокин, - что из двух одинаковых армий победит та, которая лучше дисциплинирована и подчинена воле командования».

В свою очередь, разразившаяся война и военное обучение резко меняет формы поведения населения воюющих стран, «подобно портному, снимает с нас один костюм и надевает другой». Военный строй и война приучают солдат к рабству и повиновению, «вся военная служба, вся казарменная муштровка направлена на то, чтобы сделать из него слепое орудие в руках командующих, чтобы из автономной личности создать машину, лишенную всякой автономии, целиком управляемую сверху». Военная власть, подчеркивал П. Сорокин, деспотична, внеконтрольна и неограниченна. Постепенно деспотизм военной власти переходит и на ее гражданские функции.

Наконец, третьим результатом войны является не только уменьшение населения, но изменение его качественного состава. Так, в результате революции и ее следствия - гражданской войны, констатировал автор, население России сократилось на 13%. Столь высокая плата за участие в войнах и революциях не часта в истории. «Такая убыль за подобный период мне неизвестна из истории европейских стран. Она едва ли когда-нибудь имела место в истории России. Только история Китая знает несколько подобных фактов», - подчеркивал исследователь, приводя цифры потерь. Прямых жертв войны и революции (погибшими, умершими от ран и т.п.) автор насчитал около пяти миллионов человек. Остальные шестнадцать миллионов, по его подсчетам, приходятся на долю косвенных жертв - результат повышенной смертности и падения рождаемости.

П.А. Сорокин не остановился только на количественных потерях населения России. Углубляясь в исследование этой проблемы, он констатировал, что погибли преимущественно молодые здоровые мужчины, по определению Сорокина, «элементы морально честные». «Война, - пишет он, - уносит с поля жизни лучший и оставляет выживать худший человеческий материал. В войне гибнут, прежде всего, самые здоровые и самые трудоспособные возрастные группы». «Морально дефективные», не брезгавшие ничем, «занимали выгодные посты, зверствовали, мошенничали, меняли по мере надобности свои позиции и жили сытно и весело». Более того, эти последние «плодились», создавая для будущей России людей «второго и третьего сорта». Иными словами, ученый отмечал изменение качественного состава российского населения не в лучшую сторону. С этих позиций он, несомненно, выступает убежденным сторонником гуманизма, считая человеческую жизнь высшей ценностью.

Так как в момент написания своего труда «Современное состояние России» Сорокин еще был под властью позитивистско-бихевиористических установок, для него характерно некое деление людей на «сорта». Он не может согласиться с большевиками в вопросе «уравнивания» людей: «Мы знаем, что люди неравны. Есть гении и идиоты, герои и преступники, волевые и безвольные...». Не ново, считал автор, и то, что судьба любого общества напрямую зависит от свойств его членов, поэтому общество, состоящее из идиотов или бездарных людей, никогда не будет преуспевающим. Следовательно, историческим судьбам любого общества далеко не безразлично, «какие качественные элементы в нем усилились или уменьшились в какой-то период времени. Внимательное изучение явлений расцвета и гибели целых народов, - вступает Сорокин-историк, - показывает, что одной из основных причин этого было резкое качественное изменение состава их населения в ту или иную сторону».

Анализируя с позиций сегодняшнего дня толкование качественного состава населения, предложенного П.А. Сорокиным, не возможно опровергнуть непреложный факт человеческого неравенства, определяемого как биологическими, так и социальными составляющими. Однако не стоит столь категорично, как это делает исследователь, противопоставлять первый «сорт» людей второму или третьему. Во-первых, очень сложно подобрать адекватные категории для подобного деления населения. А во-вторых, далеко не всем членам любого общества суждено стать вершителями его судьбы, хотя социум в большинстве своем и состоит из этой самой массы ведомых, которые, в свою очередь, и поддерживают «передовые группы» общества.

Тем не менее, сложно спорить с заключением П.А. Сорокина о том, что войны и революции наносят ущерб, в первую очередь, самым здоровым и трудоспособным возрастным классам. Так, если население России в целом уменьшилось на 13,6%, то количество людей в возрасте от 15 до 60 лет - на 20 %. Погибли преимущественно мужчины. В результате население России «обабилось». Причем, жизнь отдали, главным образом, мужчины здоровые, причем Сорокин особо подчеркивает, что «калеки и вообще лица биологически дефективные не берутся в армию».

Давая характеристику качеству человеческих потерь в ходе революции и гражданской войны, исследователь отметил еще один интересный, на наш взгляд, факт. Население Европейской части России потеряло в войне почти одну седьмую часть, население же Азиатской части - лишь одну тридцатую. «Это значит, - сделал ученый претенциозный вывод, - что война и революция унесли, главным образом, те элементы, которые строили Россию, составляли ее ядро и по своим свойствам были выше азиатских инородцев».

Одним из самых страшных итогов, для российского общества за период войны и революции, П.А. Сорокин считал утрату большей части отечественной интеллигенции. По сравнению с довоенным временем, общая смертность интеллигенции возросла в 6-7 раз. Революция и гражданская война унесли жизни Шахматова, Иностранцева, Туган-Барановского, Блока, Покровского и других замечательных русских людей. Такая ситуация привела, по мнению исследователя, к биологической и нервно-мозговой деградации населения. Считая понесенный Россией в этом отношении урон несомненным, П.А. Сорокин не решился назвать его смертельным. «Если в дальнейшем, - рассуждал ученый, - будет мир, внешний и внутренний, мы можем возместить до некоторой степени этот ущерб. Если же «мудрые правители» и дальше будут гнать народ на войны и революции - боюсь, что дело может принять роковой оборот...».

Именно в этой роковой роли войны П. Сорокин видел одну из основных причин падения Древней Греции и Рима, где «благодаря множеству войн и внешних и гражданских, погибли почти все «лучшие» и их потомки; новые пришельцы оказались не в состоянии поддержать достижения первых. Это условие повлекло за собой гибель древних государств и культур». От такого финала предостерегал П. Сорокин и Россию: «Не будь на нашей истории этой проклятой печати милитаризма, мы не только не отстали бы от Запада, а, быть может, уже опередили его. Мы воевали и воюем, то есть мотовски губим свои лучшие силы».

Да, конечно, революция и гражданская война собрали с населения России огромную дань в виде человеческих жизней. Пострадали все без исключения слои населения и социальные группы, Россия в результате этих событий лишилась большей части своей интеллигенции, умершей от голода, лишений или покинувших Родину. Сложно оспорить и то, что, в первую очередь, погибли сильные и смелые как с одной, так и с другой из конфликтующих сторон. Но, с другой стороны, процентное отношение гибели «выдающихся», по сравнению с большинством, окрещенным устами П.А. Сорокина «рядовой серой массой», значительно ниже. Так из 100 % населения России интеллигенция составляла лишь 22; подавляющее его большинство было крестьянским, которые и поставляли «социальные кадры» для солдатской, рабочей, а также маргинальной среды. И белая, и особенно Красная армии состояли именно из выходцев из этого большинства. И если предположить, что из 21 миллиона погибших - цифры, полученной П.А. Сорокиным при подсчете людских потерь от революции и войны, 1 миллион в целом приходится на долю «выдающихся» людей, то 20 миллионов - та самая «серая масса», о которой так нелестно отзывался исследователь.

На наш взгляд, нельзя полностью согласиться с делением людей на «сорты». Конечно же, существуют люди более или менее талантливые. Человеческая жизнь всегда своеобразна и потому ценна. Здесь кроется противоречие во взглядах П.А. Сорокина: с одной стороны, человеческая жизнь для него есть величайшее благо, а, с другой стороны, он предлагает деление людей на представителей первого и второго «сорта».

Еще одним качественным и страшным итогом войны и революции в России П.А. Сорокин считал изменения, происходящие в человеческой психике и психологии и, как следствие, в менталитете народа. Сорокина как бихевиориста интересовала человеческая личность и ее психика, а также метаморфозы, происходящие в ее поведении. Октябрьская революция принесла России такие же неутешительные «психологические» плоды, что и гражданская война, считал П.А. Сорокин. Изменилась психология и идеология масс, психика людей милитаризировалась до последних глубин. Жизнь большинства людей стала жизнью «из момента в момент». П. Сорокин подчеркивает, что «война, голод и революция резко изменили и психику, и поведение русских граждан. На субъективном языке это характеризуется нравственной и социальной деградацией».

Октябрьская революция не только стала основной причиной гражданской войны, но и психологически расколола российское общество на сторонников и противников нового режима. Однако внутри образовавшихся лагерей не было стабильности. Основная масса населения, которую составляли крестьяне, постоянно меняла свои пристрастия, примыкая то к белым, то к красным, а то и вовсе, теряя веру и в тех, и в других поднималась на бунты, отстаивая собственные интересы. Такой разброд в общественных умонастроениях, который, по мнению А. Ахиезера, свидетельствует о внутреннем надломе общества, является одновременно и причиной революций, и их следствием.

Таким образом, по мнению Сорокина, всякая жестокая длительная война, как и всякая кровавая революция «деградируют людей в морально-правовом отношении, поведение людей «биологизируется»; нищета и голод - вечные спутники войн и революций - толкают людей на многочисленные нарушения норм морали и права. «Где борьбу решает насилие - все равно: насилие ли пушек или грубое насилие нетерпимости, - там победа мудрых, положительная селекция по силе мозга и сама работа мысли затрудняются и делаются невозможными», - вывел закономерность П.А. Сорокин.

Все вышеуказанные факты подтверждают третий вывод П. Сорокина. Главным следствием длительной и томительной войны стало изменение социальной организации к типу военно-социалистического общества. Под военно-социалистическим обществом понимается такое общество, «где объем вмешательства, опеки и регулировки жизни, поведения и взаимоотношений граждан со стороны власти безграничен; объем автономии «самоопределения» его членов в области своего поведения и взаимоотношений ничтожен, близок к нулю». То есть, это общество, где власть регулирует и нормирует все поведение и все взаимоотношения граждан: их деятельность, профессию, одежду, пищу, жилище, верования, убеждения, вкус, брак и т.д. Иными словами, здесь все взаимоотношения: экономические, семейные, брачные, правовые, религиозные, научные, эстетические и т.д. целиком устанавливаются и нормируются властью, сверху и централизованно.

Первая причина такого изменения общественной организации заключается в том, что подобные изменения требуются в интересах самосохранения общества. Происходит «милитарная социализация» общества, так как большие шансы на успех, победу будет иметь тот лагерь, где все население подчинено одной воле, суровой дисциплине. «Каждому известно, - пишет П. Сорокин, - что из двух одинаковых армий победит та, которая лучше дисциплинирована и подчинена воле командования».

Разразившаяся война и военное обучение резко меняет формы поведения населения воюющих стран, «подобно портному, снимает с нас один костюм и надевает другой». Военный строй и война приучают солдат к рабству и повиновению, «вся военная служба, вся казарменная муштровка направлена на то, чтобы сделать из него слепое орудие в руках командующих, чтобы из автономной личности создать машину, лишенную всякой автономии, целиком управляемую сверху». Военная власть, подчеркивает П. Сорокин, деспотична, внеконтрольна и неограниченна. Постепенно деспотизм военной власти переходит и на ее гражданские функции.

На вопрос, почему в России есть почва для этатизма и коммунизма, Сорокин отвечает, что поворот в эту сторону был осуществлен еще царским правительством, когда Россия вступила в Первую мировую войну, требующую огромных экономических затрат. Опыт установления в России так называемого «военного социализма» с полной централизацией и тотальной опекой государства над регулированием общественной жизни у нашего Отечества огромный, считал исследователь. Войны и голод, сопутствующие русскому народу на протяжении всей его истории, привели к тому, что «уровень этатизма, или коммунизма, у нас всегда стоял высоко».

Вообще хочется отметить, что ученый не делал особого различия между понятиями «социализм», «коммунизм», «этатизм». Объединив их в качестве противовеса капитализму, он давал им резко отрицательную оценку и наделял исключительно негативными чертами. Порождаемым милитаризацией, им присущи тотальный контроль государства над всеми сферами общественной жизни, а отсюда — попрание прав и свобод личности.

На наш взгляд, с такой трактовкой согласиться нельзя, разница между этими понятиями существует. Для России исторически присуща большая роль государства во всех сферах жизни общества. Как отмечает О.Н. Савинкова, причин глубоких исторических корней российского этатизма несколько. Это и территориальные просторы, и социалистические идеи, предполагающие всеобщее равенство и социальную защищенность населения. А это возможно лишь при наличии в обществе сильной государственности для распределения экономических благ. Россия, веками испытывавшая на себе сильное давление государства, а значит, привыкшая к его силе, в конце XIX столетия оказалась втянутой еще и в развитие капиталистических отношений, которые лишали ее население надежд на улучшение жизненных условий. У «устаревшей» монархии не хватило сил усилить этатические тенденции, поэтому основная, обделенная, масса и восприняла эту идею построения сильного, но в то же время справедливого государства. Таким образом, заключение П.А. Сорокина о силе этатических традиций, исторически сложившихся в России, на наш взгляд, можно считать справедливым.

Сорокин попытался даже выделить закономерность: «Чем сильнее (при прочих равных условиях) количественно и качественно поднимались «независимые переменные» войны и голода, тем резче деформировалась общественная организация в сторону так называемого коммунистического, или государственно-капиталистического, типа [общества] с полной централизацией, неограниченным объемом опеки, вмешательства и регулировки властью поведения и взаимоотношений граждан, с ничтожным объемом автономии поведения последних». Иными словами, деформация происходит в сторону военного социализма, который основывается на угнетении, подчинении человеческой воли и преобладании общественного над личным.

Воспользовались итогами первой мировой войны, усилившей этатические тенденции, большевики, «гениально примазавшиеся к историческому процессу». «Вынесенная «маховым колесом» истории - войной и голодом - власть большевиков в это время действительно опиралась на плечи огромных солдатских, рабочих и крестьянских масс. Она действительно была рабоче-крестьянской властью», - анализировал российские события 1917 г. П.А. Сорокина.

Но в то же время отсутствие имущественной дифференциации, «равенство в общей бедности» стали первыми переменными, толкнувшими колесо истории в противоположном направлении, процесс пошел в обратную сторону. Массы начали выражать недовольство Советской властью. Беспощадный террор не мог остановить бунтов и восстаний рабочих, солдат и крестьян. Но коммунистический режим «подпитывала» Гражданская война. С точки зрения П.А. Сорокина, трагедия коммунизма и советовластия разыгралась в 1920 году: «История, - пишет он, - теперь поставила решительный ультиматум гениально примазавшимся проходимцам. Он гласил: «или декоммунизируйся, или будешь сброшен», как были сброшены предыдущие правительства, пытавшиеся сопротивляться повороту колеса в сторону коммунизма». Новая власть пыталась сопротивляться до тех пор, пока крестьянские, рабочие, матросские бунты не стали угрожающими. Тогда она отступила, провозгласив НЭП.

Но и в этой ситуации советская власть еще больше усугубила итоги войны и революции, считал П.А. Сорокин. Активно вмешиваясь в экономику, она способствовала агонизации крупной индустрии образованием системы государственных трестов. Сорокин выступал и против преобразований советской власти в сфере культуры и образования. Эта тема особенно волновала ученого, так как он был автором учебных программ. «Именно сейчас, - констатировал он, - достигла апогея эта борьба на «идеологическом фронте». Основой и единственной целью высшей школы признана подготовка правоверных коммунистов и последователей религии Маркса-Ленина-Зиновьева-Троцкого. Словом, разгром учинен полный, особенно гуманитарных факультетов». Не могла оставить равнодушным Сорокина и политика большевиков в религиозной жизни страны. Религию и церковь он считал «необходимыми для всякого здорового общества», поэтому атеистическую пропаганду, отделение церкви от государства, гонения на веру и духовенство вызывали у ученого отрицательные эмоции.

Итак, основываясь на российском опыте начала прошлого века, исследователь вычленил основные итоги войн и революций. Уменьшение количественного и ухудшение качественного состава населения общества, переживающего бедствие, изменения в его психике и психологии в сторону возрастания агрессии и вообще пренебрежения к человеческой жизни, попрания по законам военного и революционного времени ее прав и свобод и, как завершение, трансформация общественной структуры в сторону военного социализма, по мнению ученого, дают жизнь остальным, производным, результатам социальных катаклизмов. Экономический спад и значительное ухудшение уровня жизни, дестабилизация политической и культурной жизни - такова цена, которую заплатила Россия за хаос войн и революций.

На примере итогов революции и войн начала XX века П.А. Сорокин показал, что с помощью кровопролития невозможно достичь положительных результатов. Вооруженные конфликты и революционные процессы на деле достигают абсолютно противоположного. Во многом Сорокин исходил из своих политических пристрастий и личного жизненного опыта. Его резкие, бескомпромиссные оценки советского политического режима и большевиков сформировались под влиянием революций и войн.

П.А. Сорокин попытался найти и «действенное» лекарство против войны. Нужно отметить, что его взгляды на проблему войны и мира претерпели серьезные изменения. И, по мнению Р.Г. Яновского, стали даже «диаметрально-противоположными». Так, в ранней работе «Основы будущего мира», под впечатлением от Первой мировой войны и ее последствий, П. Сорокин отметил, что «данная война поглотила слишком много жертв, чтобы и впредь можно было безучастно относиться к вопросам войны и мира и представлять их решение одним управителям без участия управляемых». То есть, этот вопрос должен решаться не только на уровне межгосударственных, но и внутри государственных отношений, которые и гарантировали бы мир на будущее время и делали бы наименее возможной войну.

Для достижения этой цели он предлагает рассмотреть два проекта. Первый проект — национальный — каждая нация образует свое государство. Второй построен на государственном принципе: каждое суверенное самостоятельное государство должно быть верховным судьей вопросов войны и мира. Только «их нужно так перегруппировать, чтобы ни одной из них не могло угрожать общему миру». Как это сделать? Необходимо «надбавить» территорию и усилить «надежные, честные» и мирные государства и ослабить государства «кровожадные и воинственные». Однако П. Сорокин не выделяет критерии для подобного разделения государств. Проанализировав эти две теории, П. Сорокин отмечает их неосуществимость и утопичность.



← предыдущая страница    следующая страница →
12345




Интересное:


Гендерные исследования как парадигма научного сообщества
Социокультурный контекст процесса глобализации
Формирование социологических взглядов Г. Спенсера.
Жизненное определение выпускников интернатных учреждений как психосоциальная проблема
Причинные теории девиации и девиантности.
Вернуться к списку публикаций