2013-06-16 20:50:12
ГлавнаяСоциология — Предмет и метод экономической социологии



Предмет и метод экономической социологии


Место России в развитии социологии труда

Предпосылки возникновения в России экономической социологии появились одновременно с бурным развитием промышленности и связанных с этим социально-экономических явлений - резким увеличением юродского населения в связи с миграцией из деревней в города, образование промышленных районов (в Санкт-Петербурге, Москве, на Урале) и связанной с ними инфраструктуры. Первые практические шаги в области изучения рабочего быта и вообще социального положения рабочих связаны с деятельностью одного из основателей русской общественной медицины Ф. Ф. Эрисмана. Именно он осуществил первое в России полномасштабное исследование условий труда и быта рабочих».

После того, как Эрисман покинул Россию, серьезных исследований такого уровня по этому вопросу не проводилось. Зародившаяся в то время «социология» ни в коей мере не представляла из себя прикладную специальность, оставаясь на протяжении нескольких лет отвлеченной дисциплиной, озабоченной глобальными идеями в ущерб конкретным исследованиям (это и понятно - ведь такие исследования требуют неизмеримо больших временных, финансовых и морально-физических затрат, да и общественная ситуация не способствовала их проведению).

В восьмидесятые годы девятнадцатого века существовала и другая наука социально-экономического характера - политическая экономия. Однако в ее рамках изучение рабочего быта было также невозможно.

В начале двадцатого века с развитием промышленного производства появились несколько работ, посвященных социальным проблемам рабочего, в частности, книга К.А. Пажитнова «Положение рабочего класса в России», изданная в 1906 году. В ней представлен огромный материал по рабочему вопросу в России: описание первых попыток изучения рабочего быта с 1860-х годов, в основном по наблюдениям фабричных инспекторов, учрежденных в 1870-х годах. Большую часть книги, однако, составляют материалы, касающиеся стачек (с достаточно большим территориальным охватом - Юг, Подмосковье, Санкт-Петербург, Лодзь), а также рабочего законодательства. Другой тип литературы по рабочему вопросу представлен книгой А. Тимофеева, выпущенной в том же году, «Чем живет заводской рабочий». В этой книге в литературной форме рассказывается о трудностях жизни рабочего, о проблемах, с которыми он сталкивается при поступлении на работу, при нахождении себе жилья и т.д. В книге дана также характеристика тика различных социальных групп, присутствовавших в на первый взгляд структурно однородном рабочем классе и приведено множество любопытных жизненных ситуаций. В частности, в этих очерках указывалась разница, существовавшая между понятиями «мастеровой» и «рабочий» и т.п.

Первое фундаментальное исследование рабочего быта было опубликовано в 1909 году. Книга С.Н. Прокоповича «Бюджеты петербургских рабочих» была поистине пионерской в ряду книг, посвященных бюджетам времени. Указанное исследование было проведено 12 отделом (Отдел Содействия Труду) Императорского русского технического общества в первой половине 1908 года. Следует отметить, что поводом и в большой мере образцом для авторов послужило берлинское исследование статистики заработной платы и бюджетов немецких рабочих 1903 года. Показателен тот факт, что существенным отступлением от берлинской анкеты явилось то, что в Петербурге рабочих спрашивали о расходах не за последний год, как в Берлине, а лишь за последний месяц, что объяснялось, естественно, меньшим по сравнению с берлинским рабочим, навыком учета произведенных расходов. Кроме того, состав рабочих, как и в Берлине, определялся исходя из возможностей конкретного рабочего правильно заполнить анкетные листы. Поэтому в анкетировании приняли участие лишь наиболее культурные, высокооплачиваемые слои рабочего класса. Но даже и с этими условиями из розданных шести тысяч экземпляров опросных листов поступило лишь 1016 ответов, из которых только 632 ответа были подвергнуты счетной обработке, остальные же были признаны неудовлетворительными.

Другое исследование, проводившееся под эгидой императорского русского технического общества освещало вопросы алкоголизма среди петербургских рабочих. Книга А. Лосицкого и И. Чернышева «Алкоголизм петербургских рабочих» разрабатывала проблемы распространенности этого явления среди рабочих, его причин, зависимости его от заработка, от условий жизни и труда. Это анкетирование было проведено в Петербурге осенью 1909 года через профессиональные союзы и образовательные общества рабочих. Из десяти тысяч бланков было разработано 1750, в которых был указан размер расходов на алкоголь. Выводы, к которым пришли авторы, показывали всю глубину этой проблемы, в частности, только одна десятая часть опрошенных рабочих составляли «вовсе непьющие», алкоголизм же остальных прогрессирует с увеличением рабочего дня, с ухудшением условий труда, питания и жилища. (Эти выводы несколько расходятся с подобными результатами, полученными Прокоповичем). В книге присутствуют таблицы и 8 диаграмм, наглядно отражающие результаты исследования.

В 1910 году в издательстве товарищества Политехнического института была опубликована книга С.В. Бернштейн-Когана «Численность, состав и положения петербургских рабочих. Опыт статистического исследования». В этом издании описывалось семейное положение, половой состав, грамотность, численность петербургских рабочих. Эта работа интересна еще и тем, что в ней в интересном ракурсе представлены некоторые проблемы, например, влияние грамотности рабочего на его заработную плату.

В период, непосредственно предшествовавший первой мировой войне были опубликованы книга М. Давидовича «Петербургский текстильный рабочий и его бюджет», небольшая по объему и отличающаяся в худшую сторону по отношению, скажем, к работе Прокоповича. Также в это время особый интерес у социологов вызывало проблема алкоголизма, которая стала особенно широко разрабатываться после вступления России в войну и введение государственной монополии на алкоголь. Хотя и до этого она была достаточно актуальной и до этого: кроме Лосицкого и Чернышева, этими вопросами занимались С.А. Первушин и И. Сикорский.

В период первой мировой войны были проведены бюджетные исследования в Киеве (Г. Наумов «Бюджеты рабочих города Киева». Киев, 1914), в Баку (А.М. Стопани «Нефтепромышленный рабочий и его бюджет». Баку, 1916).

В первые революционные годы по понятным причинам полномасштабных бюджетных исследований провести не удавалось, тем не менее уже в мае 1918 года отделом Статистики Областного Комиссариата Труда под руководством С.Г. Струмилина и И.Н. Дубинской было проведено обследование бюджетов ленинградских рабочих, также в 1918 году выходит книга Р.М. Кабо «Потребление городского населения России (по данным бюджетных и выборочных исследований)». В октябре-ноябре 1918 года статистический отдел народного комиссариата труда под руководством А.М. Стопани проводил исследование быта рабочих во многих городах страны, было разработано 322 бюджета в Петрограде и две с лишним тысячи бюджетов в Москве.

В русле требования предоставления рабочим восьмичасового рабочего дня среди прочих вышла книга Ф. Шипулинского «Труд и отдых».

В начале двадцатых годов были предприняты несколько бюджетных исследований. В 1922 году были обследованы бюджеты рабочих по заданию ТЭО Ленинградского Губпрофсовета, а в декабре 1922 года по заданиям и программе ЦСУ были проведены обследования бюджетов в Ленинграде и в других промышленных центрах СССР. Именно в этих исследованиях отрабатывалась система, примененная затем во всех последующих обследованиях (в ноябре 1923 г., в ноябре-декабре 1924 г., в ноябре 1925 г. и в ноябре 1926 г.). Совершенствование методики в этих исследованиях было налицо, однако увеличилась и сложность их проведения. В дореволюционных исследованиях возможность учета действительно произведенных расходов была затруднена тем, что хотя опросный бланк и ставил вопросы о расходе последнего месяца и последнего года, форма этих вопросов и сам способ обследования были таковы, что ответы на них давались в т.н. «субъективных средних», т.е. показывался обычный расход за месяц и за год, а не конкретный расход за последний месяц или за последний год. В исследованиях же начала 20-х годов в связи с изменениями в экономике страны и соответственно в хозяйстве рабочего увеличилась сложность исследования, в связи с чем пришлось полностью менять программу. Обычной формой исчисления бюджета городского потребительского хозяйства в нормальном его состоянии являлся учет всех его денежных поступлений и денежных расходов; таким образом определялась вся сумма средств, какими хозяйство располагало для удовлетворения своих потребностей. Увеличились также требования ко всякому статистическому обследованию и тем более к обследованиям, касавшимся вопросов труда и быта населения.

В 1926 году вышло в свет обстоятельное исследование Е. Кабо «Питание русского рабочего до и после войны (по статистическим материалам 1908-1924 г.г.)». Эта работа представляет собой детальную проработку сведений, опубликованных в 1923-1925 годах в журнале «Статистика труда». Материалами для этой работы послужили результаты локальных бюджетных исследований 1922-1924 годов. В результате статистической проработки этого материала средний рабочий бюджет должен был отобразить материальный уровень и фактическое потребление как среднего русского рабочего, так и отдельных производственных и экономических групп. Во второй главе книги Кабо описывается методика исследования и разработки бюджетов, рассматриваются нормы питания и их соответствие реальным значениям, выведенным в результате исследований. В десятой главе рассматривается вопрос о так называемом законе Энгеля и динамике рыночных цен.

Особо следует выделить ставшего впоследствии знаменитым экономиста С.Г. Струмилина. В начале двадцатых годов он развернул активную работу по исследованию социального положения рабочих и служащих. В частности, заслуживает внимание выпущенная в 1926 году книга «Рабочий быт в цифрах (статистико-экономические этюды)», в которой собран огромный материал по бюджетам времени рабочих (а также служащих и учащихся) в 1923-1924 годах, особенно хорошо представлен в ней домашний быт рабочих.

Большой интерес представляет книга В. Зайцева «Труд и быт рабочих подростков», изданная в 1926 году. В ней рассматриваются проблемы социального происхождения, возраста начала наемного труда, стажа, рабочего времени, физического состояния рабочих подростков.

Особо следует выделить интересную работу Е.О. Кабо «Очерки рабочего быта. Опыт монографического исследования домашнего быта», вышедший в свет в 1928 году. В ней выразилось другое, описательное направление в изучении рабочего быта. На основании множества наблюдений, интервью и статистических материалов в книге дана яркая картина бытовых условий жизни рабочего класса, а также даны характеристики основных факторов рабочего быта, как то: социальное происхождение, заработная плата, питание, жилище, домашний инвентарь и одежда, а также культурные и общественно-политические потребности.

В литературе по бюджетам времени особую нишу занимают книги и журнальные статьи, посвященные бюджетам специалистов. В этой связи следует упомянуть о двух книгах: 1) Н. Гумилевский «Бюджет служащих в 1922-1926 годах». М.: 1928. 2) Я.В. Видревич «Бюджет времени и заработная плата специалистов. Статистико-экономические очерки». М.: 1930.

Первая книга представляет собой добротно выполненные исследования с множеством таблиц, графиков и выводов. Вторая книга является более интересной с точки зрения описания быта специалистов. Интересно было бы рассмотреть эту книгу с точки зрения соответствия продекларированных в ней задач исследования и политической конъюнктуры того времени. К середине двадцатых годов партийное и хозяйственное руководство страны осознало актуальность проблемы целесообразного использования труда специалистов в работе учреждений и предприятий. До первых показательных процессов над специалистами (процесс «Промпартии» и др.) было еще несколько лет, и партийное руководство еще не теряло надежды в полной мере использовать возможности привлечения специалистов к народно-хозяйственному строительству. В русле этой политики и появились те исследования, которые разрабатывали проблему экономии физической и умственной энергии работника, вообще бюджетов времени.

Идеология правильного распределения рабочего времени и отдыха рабочих и специалистов была развита еще в начале двадцатых годов Центральным Институтом Труда (в дальнейшем - ЦИТ). В постановке вопросов труда основатель ЦИТ’а А. К. Гастев проявил свойственную ему масштабность. Ею научная школа сводилась не только к повышению производительности труда, улучшению качества, снижению себестоимости и т.д. Он представлял проблему гораздо шире - в необходимости в полной органической реконструкции всей производственной структуры и прежде всего главной производительной силы - трудящегося. Решение этой задачи Гастев связывал с развитием социалистической науки о труде и управлении производством, призванной выявить и сформулировать специфические принципы, а также разработать методы организации труда, соответствующие новому типу экономической структуры, позволяющей конкретным образом реорганизовать сам процесс труда, который должен был превратиться из тяжелого ярма для рабочего в положительный творческий процесс. А.К. Гастев хорошо понимал, что процесс формирования новой концепции социалистической организации труда потребует привлечения всех теоретических и практических достижений накопленных как в нашей стране, так и за границей. Указанные посылки легли в основу деятельности ЦИТ, который сформулировал собственную концепцию научной организации труда, достаточно самобытную и вместе с тем в достаточной мере интегрировавшую в себя все наиболее ценные находки западной организационно-управленческой мысли, прежде всего таких ее представителей, как Ф. Тейлор, Г. Форд, А. Файоль. Разработанная коллективом ЦИТ’а концепция, названная Гастевым концепцией «трудовых установок», включала в себя три главных, органически взаимосвязанных направления: теорию трудовых движений в производственных процессах и организации рабочего места; методику рационального производственного обучения; теорию управленческих процессов. Следует отметить, что концепция ЦИТ’а вбирала в себя такие сферы как техника и технология, психофизиология, экономика, история, педагогика. Кроме того она содержала в себе основы таких наук, как кибернетика, эргономика и других, получивших признание и начавших широко развиваться в последующие годы. Стоит выделить несколько моментов, объединяющих концепции Гастева с имевшими в то время большую популярность системами Тейлора и Форда. Это прежде всею отказ от эмпирического подхода к организации и управлению производством и переход к научному исследованию. Второй момент, объединяющий цитовскую концепцию с вышеуказанными системами - это борьба за максимальное повышение производительности каждого элемента производственного комплекса (станка, механизма и работника). Третий общий момент - научное исследование материального и личного факторов производства. Оно носит преимущественно лабораторный характер и завершается экспериментальной апробацией найденных решений. Но в то же время были и отличия этой концепции от фордизма и тейлоризма. Если в указанных теориях цель научного поиска - это установление некоего неизменного стандарта операции, приема, движения, принимаемого, но не обязательно понимаемого человеком, то по мнению Гастева, точнее говорить не об априорной норме и социальной консервативности рабочего, а о создании необходимой психологической и общебиологической приспособленности его к постоянному совершенствованию. ЦИТ предложил исследовательскую программу организации труда, которая была бы максимально приближена к потребностям крупного общественного производства. По сравнению с западной наукой он применил принципиально иной подход к оценке самого рабочего, считая, что он является не только объектом изучения, но в тоже время творящим субъектом, мироощущение которого во многом предопределяет возможности повышения производительности его труда. В отличие от тейлоровской школы и других систем, не уделявших должного внимания психофизиологическим проблемам труда, цитовцы, изучая геометрию и энергетику трудовых движений, для того чтобы обеспечить наивысшую эффективность и исключить все лишние движения, не упускали при этом из поля зрения самого человека, все то, что касается его здоровья и условий труда. Важнейший аспект всей НОТ, считали они, и заключается в том, чтобы основательно изучить как саму «живую машину» (организм человека), так и все условия, влияющие на ее функционирование.

В отличие от Тейлора и Форда, которые сосредоточили свое внимание на работе цеха и предприятия в целом, Гастев поставил во главу угла рабочее место, первичную клеточку предприятия. Только на базе ее радикальной реконструкции ЦИТ идет дальше и строит модель рациональной организации цеха, предприятия и других, более сложных структур. Схема научного поиска выстраивается в таком порядке: от микроанализа движения, приемов, операций, осуществляемых работником на рабочем месте, к макроанализу предприятия в целом. Чрезвычайно важно отметить, что свою концепцию трудовых установок А.К. Гастев распространял не только на производственные процессы. По его мнению, она призвана охватить общую культуру людей. Он писал, что «даже когда мы выйдем за ворота завода, то и тогда несем на себе производственную установку. Мы уже так реагируем на все окружающее, что это окружающее является для нас определенными рядами установок, в которых мы иногда можем создавать временные стандарты, но во всяком случае наш установочный метод позволяет делать только одно - непрерывно революционизировать все, что стоить и вне завода. Будет ли это быт, или вопрос общей культуры, и здесь мы должны будем выступить с системой установки, так называемой культурной установки, которая нас обязывает строить определенного рода ряды».

Исследование психологических особенностей человека, без чего, по мнению ЦИТ’а, невозможно было применять вышеописанные установки и на рабочем месте, и в быту, ярко проявилось в одной из сфер, затрагивавшейся цитовской концепцией - в психотехнике. Книга ее основателя Гуго Мюнстерберга «Основы психотехники», напечатанная в 1922 году, оказала огромное влияние и на цитовские разработки, и на экономическую социологию в целом. В предисловии, написанной русскими переводчиками книги, указывается «...существенное (...) для нашей русской психологической науки и русской культуры. У нас интерес к прикладной психологии пошел прежде всего по пути специальных чисто практических использований психологии в тех областях, где больше всего и развилось изучение этих приложений, т.е. сначала в области педагогики, затем в сфере экономической жизни. Увлечение вопросами педагогической психологии, с одной стороны (особенно «проблема одаренности»), с другой быстро вспыхнувший интерес к проблемам интенсификации труда в связи с «тэйлоризмом» (особенно вопрос об определении пригодности к профессии) - вот то, что составляло до сих пор содержание наших подходов к прикладной психологии. (...) И здесь всем увлекающимся этими практическими приложения у нас очень полезно заменить свою поверхность (вероятно, имелась в виду поверхностность) и узость глубиной и широтой установок Мюнстерберга».



← предыдущая страница    следующая страница →
1234




Интересное:


Разработка Г. Спенсером эволюционной концепции социального прогресса и её основные положения.
Развитие экономической социологии в России в послеоктябрьский период
Философский аспект раскрытия сущности социализации личности
Формирование социологических взглядов Г. Спенсера.
Менеджериальная идеология в России - теоретические аспекты и перспективы
Вернуться к списку публикаций