2013-06-16 20:34:33
ГлавнаяСоциология — Развитие экономической социологии в России в послеоктябрьский период



Развитие экономической социологии в России в послеоктябрьский период


Социологические аспекты НОТ

В послеоктябрьский период экономическая социология развивалась по нескольким основным направлениям. Как и до революции, в России продолжали проводиться бюджетные исследования. Тем не менее к двадцатым годам громко заявило о себе такое научное направление как научная организация труда (НОТ), во многом определившее культурный фон той эпохи.

Говоря об идеях, которые создали идеологический фон двадцатых годов, нельзя не упомянуть об идее принудительного труда и трудовой дисциплины вообще. Основным проводником этих идей был Л.Д. Троцкий. Он был одним из самых радикальных большевиков-идеалистов и организатором так называемых трудовых армий. Троцкий не считал, что «...принудительный труд при всяких обстоятельствах и при всех условиях непроизводителен». Он считал, что вопрос заключается в «классовом содержании принуждения», заключающейся в том, кто кого и для чего принуждает. Он считал также, что производительность труда не дается социалистическому обществу сама по себе, и государству рабочих и крестьян придется применить сложнейшую систему средств и методов («агитационных, организационных, поощрительных и карательных») для того, чтобы «...трудящийся был не только внешне, но и внутренне втянут в процесс труда». Эти методы, однако, в сочетании с карательными мерами, милитаризацией труда и трудовой повинностью, применимы лишь при наличии аппарата «...правильного хозяйственного применения рабочей силы на основании единого, охватывающего всю страну и все отрасли производственной деятельности плана». Что касается непосредственного воплощения в жизнь вышеуказанных принципов, то это удалось сделать Троцкому лишь в виде «трудармий», смысл которых был в применении армии для трудовых задач. Что касается непосредственно мобилизаций рабочих, или, как говорит Троцкий, «трудовых мобилизаций», то, судя по всему, до них дело не дошло, так как в докладе об организации труда на девятом съезде Р.К.П. Троцкий говорил о ситуации в этой крайне малоисследованной области в 1920 году, сравнивая ее с положением 1918 года по отношению к Красной армии и указывал на сходство этих состояний; «приходиться еще только нащупывать почву, делать опыты и присматриваться». Но в 1921 году политика резко поменялась, началась НЭП и нам, видимо, остается только предполагать, каким образом претворялись бы в жизнь эти идеи в условиях обескровленной войной и революциями страны с разрушенным хозяйством. Впоследствии, конечно, система принудительного труда, неотделимая от политики индустриализации, была поставлена во главу экономической политики страны. Однако следует отметить, что к концу двадцатых годов социально-экономическое положение под благотворным влиянием новой экономической политики резко изменилось к лучшему и в той ситуации принудительный труд обрел другие, более мягкие по сравнению с предполагавшимися Троцким, формы.

Проблема материальной заинтересованности, связи и соотношения труда и потребностей нашла свое отражение и в концепциях конца 1910-х - начала 1920-х годов, не вполне отвечающих идеологически выдержанному марксистскому мировоззрению, но однако обладавших не меньшей, чем марксизм, революционной притягательностью и, на мой взгляд, большей научной аргументированностью. Особое место в их ряду занимает концепция А.А. Богданова, известная под названием «тектология» (всеобщая организационная наука). Богданов полагал, что взаимосвязь труда и потребностей необходимо рассматривать с двух точек зрения - физиологической и социальной. Первая предполагает, что так как работа является затратой нервно-мускульной энергии, то путем удовлетворения потребностей работника эта затрата восстанавливается. Исходя из этого работа и потребности тесно связаны друг с другом. Вторая говорит о том, что труд есть общественная функция отдельной личности, выражающаяся в затрате энергии коллектива для поддержания жизни коллектива и затрата эта возмещается в той доле общественного продукта, которую получает личность в системе распределения. Вопрос об этой доле необходимо, по Богданову, решать с помощью принципа организационного равновесия, состоящего в том, что «затраты и потери энергии уравновешиваются усвоением энергии извне», а расти и развиваться может только система, где затраты превышают потери. Каждый общественный элемент должен, следовательно, получать из общественного продукта столько, чтобы это давало ему возможность выполнять свою общественную функцию.

Однако, как указывает Богданов, «действительность почти никогда точно не соответствует этой норме». Автор концепции подчеркивает, что, очевидно, под марксовым учением о ценности рабочей силы как определяемой стоимостью нормальных средств потребления «...подразумевается именно этот закон». С исторической точки зрения этот закон с большим или меньшим эффектом действовал во все времена и во всех экономических формациях, а в «...маленьком организованном обществе прошлого, авторитарно-родовой общине, тот же закон выполнялся относительно планомерно: руководитель производства, патриарх, из общих запасов давал каждой группе работников, назначаемых па специальное дело, как технические средства для его выполнения, так и необходимые средства потребления для поддержания их рабочей силы. В обществе будущего то же будет делаться в гигантском масштабе, с научной планомерностью».

В свою очередь затраты энергии можно рассматривать с количественной (сумма выполняемого труда, учитывается только продолжительность и напряженность труда) и качественной (учитывается «специальная форма затрат энергии в разделении трудовых функций среди общества», когда дело касается какого-то особого характера работы). Удовлетворение потребностей должно учитывать затраты и первой, и второй категории. Богданов признает, что учесть всю сумму потребностей непросто из-за их сложности и многообразности. Кроме того, он применяет здесь свой закон «наименьших», который состоит в том, что «...во всякой системе, состоящей из ряда взаимно необходимых звеньев, решающее значение принадлежит наиболее слабому звену». В случае с питанием это проявляется в том факте, что определяющим в данном случае явится недостаток какого-либо элемента, а не избыток другого. Работоспособность человека падает сообразно наличию или отсутствию определенных необходимых для данного человека условий (включая и культурные потребности). Поэтому «полное удовлетворение таких потребностей является столь же необходимым, как и общих, основных; его недостаточность повлечет уже известные нам результаты по закону наименьших, и окажется неэкономной». А.А. Богданов отмечает, что качество труда во многом связано со специальными потребностями, которые, по его мнению, также должны полностью удовлетворяться, обратное приведет к известным последствиям сообразно закону наименьших, и это неэкономно.

Основная идея Богданова состоит в нахождении возможности плановой организации жизни общества, но не посредством вычисления необходимых каждому отдельно взятому человеку количества питания, одежды и тому подобных вещей, а путем учета затрат энергии при сложном труде. Предположим, говорит он, что какой-то вид сложного труда действительно нужен обществу. Для поддержания в соответствующем состоянии рабочей силы, выполняющий этот вид труда, требуются в таком-то объеме такие-то предметы потребления. И во сколько раз больше они стоят обществу, чем сумма предметов потребления, достаточная для поддержания и развития простой рабочей силы, во столько раз данный вид сложного труда более значим социально, чем труд простой. При капитализме такое учитывание происходит стихийно, через рынок рабочей силы, с массой «жизненных противоречий» и жертв. В будущем же обществе при «...планомерной организации хозяйства это должно делаться социально-сознательным путем, на основе точных физиологических и статистических данных о потребительных бюджетах разного рода рабочих сил». Исходным пунктом расчета должны, по Богданову, явиться эти самые потребности, так как цель общественного устройства - «удовлетворение человеческих потребностей». Как же указанное распределение происходит технически? «Налицо такое-то количество населения, а именно сколько-то таких-то рабочих сил определенных степеней квалификации, плюс такие-то нетрудоспособные элементы. На основе прежнего опыта, физиологии, статистики, выясняются их нормальные жизненные бюджеты, устанавливается, что для намеченного периода производства восстановление всех этих рабочих сил и поддержание нерабочих элементов, считая тут и подготовку будущих работников, требуют в общей сумме таких-то и таких количеств определенных предметов потребления. Производство этих предметов предполагает такую-то, вычисленную техниками, затрату определенных материалов, топлива, орудий, вообще, средств производства; а для их производства требуется в свою очередь наличность таких-то средств, и т.д. Подведение итогов дает в результате цепную схему типа А - В - С - В - Е... при чем А обозначает, например, производство 100 миллионов тонн угля, В - производство 10 миллионов тонн чугуна, Е - производство 200 миллионов гектолитров зерна, и пр. Элементы, способные заменять друг друга, как, например, разные виды топлива, должны при этом рассматриваться, как одно звено. Так будет определена норма равновесия, исходный пункт всех дальнейших научно-практических построений».

В начале двадцатого века НОТ развивалась под влиянием нескольких социально-культурных факторов. Одним из главных было бурное техническое развитие, с которым тесно связана история научной организации труда в западных странах. Необходимость приспособления человека к изменившимся техническим условиям производства привела в определению задачи НОТ: «...важнейшей задачей как администрации предприятия, так и самих рабочих должно быть обучение и развитие каждого отдельного работника в предприятии для того, чтобы он мог (при наиболее быстром темпе работы и максимальной производительности ее) давать труд наивысшего качества и притом тот, к которому он наиболее способен по своим естественным склонностям». Эти естественные склонности в сфере труда должна была выявить народившаяся новая наука - психотехника. Вторым фактором, повлиявшим на развитие организации труда, явилось общее направление развития культурной ситуации, связанное с техникой, которое привело к типу сознания, могущего быть выраженным словами «техническое мышление». Спроецированное на жизненную систему всей страны, такое мышление приводит к явлению, которое тогда же было названо «социальным инженеризмом». Несмотря на различия в практическом воплощении этих идей в западных странах и в Советской России, можно утверждать, что в различных формах эта концепция явилась магистральным направлением общественного развития, в рамках которой происходило развитие НОТ как на Западе, так и у нас. Значение технического мышления для Запада с большой точностью было сформулировано в письме Франклина К. Лейна, министра внутренних дел в кабинете Вильсона, к издателю американского журнала «Industrial Management» (номер от 20.02.20): «Наша жизнь стала так многосторонна и сложна, число подлежащих разрешению задач настолько возросло, и объем деятельности правительства настолько расширился, что мы не в состоянии больше обойтись без помощи инженера. Под инженером я понимаю человека, который может применять силу своего воображения к фактам, человека, который обладает достаточной дальновидностью, чтобы создавать проекты, человека, который работает над действительностью в пределах возможного. Люди, которые составили конституцию Соединенных Штатов, были инженеры. Они не пытались достичь невозможного, а стремились достичь возможно лучшего при помощи тех фактов, которые были им знакомы». И, наконец, третья из важнейших факторов развития НОТ является, на мой взгляд, идея организации управления на научной основе, выросшая из организации военного управления и получившая массовое распространение в связи с техническим развитием, с одной стороны, и мировой войной, с другой.

В начале двадцатых годов необходимость поднятия из руин народного хозяйства Советской России заставила руководство страны задуматься о новых методах организации труда. Как бы претворяя в жизнь мысль Г. Мюнстерберга о необходимости учреждения, изучающего вопросы психотехники на государственном уровне, был организован Центральный Институт Труда (ЦИТ) во главе с А.К. Гастевым, который стал разрабатывать концепции применения НОТ в условиях тогдашней экономической ситуации (точности ради следует отметить, что в России еще в 1916 году Обществом Московского Научного Института был организован Институт труда с двумя отделениями: статистическим и физиологическим). Следует отметить, что одним из основных источников этих концепций были работы западных специалистов, мимо них невозможно было пройти в создании теории социалистической организации труда. Да, собственно, и основные положения этой теории являлись противопоставлением соответствующим посылкам западных специалистов. Официальная версия сути различий между ними состоит в том, что советские теоретики НОТ в отличие от своих западных коллег всегда рассматривали науку об организации труда как комплексную, всесторонне влияющую на человека и его развитие. С самого начала социалистическая НОТ пыталась отмежеваться от «тейлоризма», обвиняя его в отсутствии внимания к личности, к психо-физиологическим изменениям в человеке, к которым приводила та интенсификации труда, которой добился своей системой Тейлор. Кроме того, в основе цитовской концепции были чрезвычайно простые, по сути, идеи, состоявшие в утверждении универсальностипроблем организации, признании принципиального единства проблем рационализации деятельности любого рода - управленческой, рабочей, учебной. Гастев был убежден не только в возможности, но и неизбежности создания метода анализа, приложимого в равной мере как к психофизиологии, так и к экономике, к рационализации как физического, так и умственного труда. Он считал, что задача организации рабочего места не то что подобна задачам организации станка, предприятия или учреждения, но что эти задачи но существу совпадают Цитовская концепция состояла из трех частей: теории трудовых движений, методики обучения и теории управленческих процессов.

В первые годы Советской власти, когда встал вопрос об организации производства и труда, обобществленных в масштабе всего общества, существовавшие в то время органы хозяйствования еще не были в достаточной степени дифференцированы по объектам управления. Созданный при коллегии НК РКИ СССР Совет научной организации труда (Совнот) объединял: учреждения, изучающие или практически проводящие научную организацию труда, производства и управления, и высшие административно-хозяйственные и профессиональные органы (ВЦСПС и важнейшие профсоюзы, ВСНХ, Главпрофобр и Госплан). Однако уже в эти годы Центральный институт труда (ЦИТ) занимался разработкой теоретических вопросов научной организации живого труда и практическим внедрением выработанных методов на предприятиях.

В начале двадцатых годов, в условиях всеобщей разрухи, низкого уровня развития производительных сил, ЦИТ провозгласил тезис о введении им разработанных методов в масштабе всей страны, но не путем повсеместного насаждения, а в масштабе отдельного рабочего места. А.К. Гастев называл это принципом «узкой базы». Рабочий класс формировался тогда преимущественно из крестьян, не имеющих профессиональной подготовки. Поэтому начинать нужно было с обучения элементарным правилам работы, привития культуры труда. Возвеличивая рабочего как главную производительную силу общества, цитовцы подчеркивали его новую социальную роль как хозяйствующего субъекта, который в НОТ видит средство мобилизации скрытых резервов повышения производительности труда. Каждое рабочее место - это своего рода первичная клетка производственного организма. В ней осуществляются все функции, выполняемые совокупным работником современного предприятия. Рабочий за своим станком - директор предприятия, выполняющий и чисто исполнительские действия (например, обработку детали), и функции управления (расчет, установку, контроль и т.д.).

Разработка и внедрение НОТ - это не дело избранных одиночек. Каждый участник трудового процесса должен быть способен на основе поиска, расчета и изобретательности к созданию нового инструмента, нового приспособления, нового порядка работы, к быстрой перестройке своих навыков к изменяющимся требованиям производства.

Главное кредо ЦИТ состояло в том, что научная организация труда при социализме призвана воспитать у непосредственных производителей способность к творческому, и критическому анализу процесса труда, выработать внутреннюю психологическую и социальную готовность к постоянному совершенствованию производства на научной основе. Именно этим качеством должен обладать работник нового типа, независимо от того, является ли он рабочим, директором или инженером. В формировании такого работника ЦИТ видел свою основную, генеральную задачу, для реализации которой необходимо соединить труд и учебу, овладение высшей техникой труда с усвоением данных науки, практического опыта рабочих с теоретическими знаниями интеллигенции.

ЦИТ разработал и обосновал способ подготовки рабочих, достоинством которого было то, что каждый обучающийся овладевал научными методами рационализации труда на любом рабочем месте. Это создавало условия для коренного изменения содержания труда.

Интересно проследить отношение отечественных нотистов к западным концепциям НОТ. Признавая значение этих концепций, а главное, их практического воплощения, они тем не менее утверждали превосходство отечественной системы организации труда над западной. Например, П.М. Керженцев в предисловии к книге Тейлора «Научная организация труда» писал: «Для него (Тейлора) НОТ, это - метод научным образом поставить эксплуатацию своих рабочих и служащих. И в то же самое время он пытается убедить, что интересы рабочих и хозяев одни и те же, что они должны и могут быть в дружеском союзе. Тэйлор решительно не признает противоречий труда с капиталом и строит всю свою аргументацию на принципе полной незыблемости и абсолютной добротности капиталистического строя». Отечественные деятели НОТ выстраивали все свои идеи, исходя из принципа незыблемости советского строя, а также несомненной и скорой победы коммунизма на Западе. С этой позиции идейные положения западных теоретиков НОТ о возможности примирения интересов рабочих и предпринимателей действительно представлялись абсурдными, как, скажем, такое утверждение Тейлора: «То, что достижение максимальной прибыли для предпринимателя, в соединении с максимальным благосостоянием для занятых в его предприятии работников, должно было бы составлять две главнейшие задачи управления предприятием, представляется, как будто, настолько само - собой разумеющимся, что даже самое напоминание об этом кажется излишним».

В Советской России «...тэйлоризм переродился больше, чем где бы то ни было». Вместо западного лозунга «максимум производительности при минимуме себестоимости» выдвигался другой: «максимум производительности при возможном удешевлении себестоимости, при максимуме же сохранения здоровья рабочего». С таким содержанием тэйлоризм, по словам Г.Л. Хейнмана, превращался в «могучее орудие культуры и прогресса». Другие авторы, в частности М. Рубинштейн, более лояльно относились к иностранным концепциям НОТ. «В техническом отношении опыт Запада является нашим близким будущим». Одновременно с определением целей и задач организации труда в начале двадцатых годов встал вопрос о взаимосвязи ее с другими, смежными науками. «Стоя на грани экономики и техники, изучение труда опирается в то же время на ряд естественных наук (физиология, психология, профессиональная гигиена и т.д. ), требуя планомерной совместной работы ряда специалистов».



← предыдущая страница    следующая страница →
123




Интересное:


Развитие экономической социологии в России в послеоктябрьский период
Гендерные аспекты безработицы
Теоретико-методологические основания общей девиантологической теории.
Социологическая концепция Т. Парсонса и формирование теории действия.
Истоки и первые шаги индустриальной социологии в России
Вернуться к списку публикаций