2011-05-30 09:00:00
ГлавнаяФилософия — Глобализация и критика прогрессистской модели цивилизационного развития



Глобализация и критика прогрессистской модели цивилизационного развития


Социокультурные аспекты глобализации касаются будущего функционирующих в мире ценностно-мировоззренческих, а потому религиозных, философских воззрений и установок, традиций, ментальностей, этнопсихологических предпочтений. Естественно, речь не идет о том, что «завтра» или «послезавтра» все эти глубинные характеристики различных народов и культур должны резко измениться. Даже самые радикальные сторонники управляемой глобализации сверху понимают консервативность именно этих свойств личности и культурных традиций различных стран и народов. Но в силу взаимозависимости социокультурных ценностей и экономического и политического бытия общества, несомненно, что со временем вопрос о необходимости трансформаций ценностных установок неизбежно будет все больше актуализироваться. Уже сегодня события в Косово, Македонии включают в себя не только политическую и этническую компоненту, но и имеют религиозную составляющую. Это позволяет прогнозировать усиление в будущем напряженности не только в социальной сфере, но и в области нравственной и религиозной. Вот почему не лишены определенного основания идеи С. Хантингтона о возможном столкновении цивилизации на религиозной и культурной основе, если цивилизации не предпримут упреждающих мер. И речь видимо идет не только о столкновениях цивилизации на религиозной основе, но и о возможности столкновения цивилизации на основе социокультурных столкновений. Ведь мир ценностей не сводится только к религиозным ценностям при всей их важности. Задача человеческого сообщества в том, чтобы выстроить такую модель глобализации, которая бы не допустила глобальных катастроф.

Экономический глобализм по всей видимости столкнется с необходимостью глобализации духовно-нравственных ценностей, что неизбежно усилит общекультурную и общемировоззренческую напряженность в мире. Многое зависит от того, какие формы в дальнейшем примет экономическая глобализация, являющаяся ядром других форм глобализации, и сможет ли западная цивилизация, пытающаяся «приватизировать» процесс глобализации, перейти от попыток навязать миру свое видение будущего к диалогу культур. Без диалога культур современной цивилизации трудно найти новые модели цивилизационного развития, признать наличие других, альтернативных сценариев развития человечества, быть готовым пересмотреть базовые ценности потребительской идеологии.

Подобная постановка вопроса позволяет по-новому взглянуть на противостояние социализма и капитализма и победу капитализма в этом противостоянии. Суть проблемы в том, что на протяжении противостояния этих систем и капитализм и социализм вынуждены были самоорганизовываться, считаясь с тем, как будут восприняты те или иные события в рамках социалистической или капиталистической системы в другой системе. Тем самым были определенные ограничители. Сегодня ситуация резко изменилась. Капитализм не имеет достойной альтернативы. Единственная, но очень мощная альтернатива капитализма, - глобальные проблемы вообще и разрушение природной среды в особенности. Но капитализм все больше пытается игнорировать этот аспект цивилизационного развития.

Между тем по своим интенциям социализм - это альтернатива капитализму. Человечество, лишившись такой надежды, оказывается в определенном отношении в концептуальной пустоте. Создается впечатление, что капитализм с его установкой «прибыль любой ценой», не имеет альтернативы. Отсюда концепция Ф. Фукуямы о «конце истории». Между тем очевидна стратегическая тупиковость современной модели капиталистического развития, необходимость нового прочтения идей демократии, рынка, свободы и других основополагающих ценностей западного общества. Поэтому защищать традиционную модель капитализма в нынешних условиях означает содействовать углублению кризисной ситуации в мире.

Исторически противостояние социализма и капитализма было в определенном отношении полезно обоим участвующим сторонам. Капитализм существенно изменился под влиянием борьбы с социализмом. Социализм объединил огромные массы людей под возможно утопическими, но великими лозунгами и достиг таких высот, которые вряд ли можно было достичь в других менее экстремальных условиях. И хотя эти лозунги были во многом утопичными, но в них люди верили и это вдохновляло их на подвиги. Даже преступления власти, Гулаг, невиданная война не смогли помешать жить идее социализма более семи десятилетий. Теперь, как отметил Гюнтер Граас в речи по случаю присуждения Нобелевской премии «Мы с ужасом видим, что с тех пор как брат капитализма социализм объявлен умершим, капитализм обуяла мания величия и он стал вовсю бесноваться. Он повторяет ошибки своего объявленного умершим брата, догматизируется, выдает за единственную истину рыночную экономику, он опьянен своими прямо-таки безграничными возможностями и делает сумасшедшие ставки, занимаясь всякого рода слияниями в мировом масштабе». Вызывает беспокойство тот факт, что «капитализм, как и сам в себе задохнувшийся социализм, оказывается не способным к реформированию. Его диктат называется глобализацией. И снова с высокомерием непогрешимости утверждается, что этому нет альтернативы».

Потому к современной управляемой со стороны США и других индустриально развитых стран глобализации применимо выражение А. Хайека о губительной самонадеянности, сказанное им по отношению к социализму. Подобно тому как в эпоху противостояния двух сверхдержав, каждая из этих сверхдержав старалась, вопреки готовности и желания других стран Азии, Африки и Латинской Америки, выстроить в этих странах социально-экономические и политические отношения, отвечающие их интересам, так и сегодня индустриально развитые западные страны, игнорируя уроки истории вообще и уровень развития других стран, в особенности, требуют от этих стран открытости для построения неолиберальной экономики и принятия в целом западных стандартов бытия. При этом не принимается во внимание тот факт, что у человеческой цивилизации есть своя логика, свой собственный ритм развития.

Суть проблемы в том, что «с начала промышленной революции, когда успехом стали считать повышение материального уровня жизни, не удалась никакая другая экономическая система, кроме капитализма. Никто не знает, как устроить успешную экономику на других основах...

Капитализм, и только он один, формирует теперь о человеческой личности: чтобы повысить уровень жизни, он использует, по мнению некоторых, жизненные мотивы человека - жадность и корысть. Никакая другая система с ним не сравнится, если надо приспособиться к чьим-нибудь желаниям и вкусам, сколь угодно тривиальным с точки зрения других. В девятнадцатом и двадцатом веке у него были конкуренты, и все они ушли в небытие: фашизм, социализм и коммунизм». Итак, экономически эффективным оказался только капитализм, который смог адаптироваться к изменяющимся условиям, стал широко пользоваться достижениями научно-технической революции для своих целей, сумел победить в «холодной войне», выступает инициатором перехода современной цивилизации на новый постиндустриальный этап своего развития.

В этих условиях именно перед капитализмом, как социально-экономической и политической системой глобализирующегося мира, встают принципиальные вопросы, связанные с будущим, когда цивилизация ведомая капиталистическими ценностями, вынуждена отвечать за кризисное экологическое состояние и тревожную динамику демографических процессов. Победив социализм, капитализм оказывается ответственным за стабильность в мире, в котором усиливаются социальные, национальные и религиозные противоречия.

Естественно, что можно на все эти вопросы не обращать особого внимания, делая вид, что они касаются других неиндустриальных стран и потому-де это их проблемы, а не проблемы индустриально развитой части мира. Сегодня развитые страны так и поступают, поскольку в странах, принадлежащих к так называемому «золотому миллиарду», указанные вопросы стоят не столь остро, как в других регионах мира.

Однако подобное игнорирование острых проблем, во-первых, трудно объяснить другим народам в условиях глобализации, усиливающейся взаимосвязи культур и государств, а во-вторых, в силу особенностей этих проблем в конечном итоге такая политика отразится и в этих странах.

Капитализм, который часто отождествляется с индустриализмом, воспроизводит свои ценности и в условиях, когда мир существенно изменился и перед ним стали качественно иные проблемы, чем раньше, а именно, глобальные, наиболее опасным из которых по мнению многих специалистов, является экологическая. Гражданское общество, личная независимость индивидов, вещная зависимость и другие базисные принципы капиталистической цивилизации успешно функционируют в современной индустриально-развитой части мира, но не могут справиться с ухудшающейся экологической ситуацией в мире. Тем самым капиталистическая экономика приходит в противоречие с потребностями сохранения окружающей среды пригодной для жизни. Не случайны в этой связи многочисленные работы о системном кризисе современной цивилизации, под которой в первую очередь подразумевается западная индустриальная цивилизация, апокалипсические настроения о конце мира, навеянные не только концом столетия и тысячелетия, но и фундаментальными реальными проблемами современного общества. При этом технологическая трансформация капиталистической индустриальной цивилизации в постиндустриальную цивилизацию вносит значительные изменения в существующий образ мира, но не меняет ее базисно-экономические и ценностные основания, поскольку капитал остается основной движущей силой этой цивилизации.

Индустриальная цивилизация подчинила капиталу не только социальные отношения, но и природу, и это одна из причин глобального экологического кризиса. Это обстоятельство было отмечено уже Римским клубом. В работах под руководством Д. Медоуза было показано, что «если современные тенденции роста численности населения, индустриализации, загрязнения природной среды, производства продовольствия и истощения ресурсов будут продолжаться, в течение следующего столетия мир подойдет к пределам роста». Результаты исследования, опубликованные под названием «Пределы роста» привлекли большое внимание и послужили основанием новых более полных моделей. Новые исследования свидетельствовали о том, что необходимо изменение образа жизни современного человека. Тогда же было показано, что технологические новшества могут лишь отодвинуть во времени принципиальные трудности, которые ожидают человечество при продолжении существующего образа жизни.

В этой связи принципиальным является экономическая стратегия общества и мотивы хозяйственной деятельности человека. Проблема в том, что технологические возможности человека развиваются быстрее, чем политические и социальные институты и ценности. Опасность дальнейшего продолжения нынешней стратегии экономического развития не только в ее несовместимости с потребностями сохранения окружающей среды, расхождения с экологическим императивом, сформулированным на Конференции по окружающей среде в Рио-де-Жанейро, но и в том, что подобная стратегия объективно ведет к обострению социальной напряженности в мире, обогащению богатых и обеднению бедных стран.

Ситуация осложняется тем, что некоторые страны игнорируют глобальность экологической, демографической и других общепланетарных проблем, стараясь использовать свои информационные, технологические, финансовые возможности для того, чтобы решить экологическую проблему за счет других менее развитых в экономическом и технологическом отношении стран. Это приводит к тому, что сам процесс глобализации начинает вызывать настороженность у других стран. Утверждения Ньюта Гингрига о том, что «только Америка может вести за собой мир. Америка остается единственной глобальной, универсальной цивилизацией в истории человечества... Без энергичной американской цивилизации на нашей планете будут множиться варварство, насилие и диктатура», отражает отношение США к происходящим в мире глобальным общественным трансформациям. Приведенная точка зрения Н. Гингрига разделяется многими политическими деятелями США. Подобная позиция изложена и в работе известного американского политолога Збигнева Бжезинского «Великая шахматная доска». Об этом пишет и другой американский политолог Ч. Краутхаммер: «наиболее поразительной чертой мира после холодной войны стала его однополярность... С грядущими поколениями, возможно, и появятся великие державы, равные Соединенным Штатам. Но не сейчас. Не в эти десятилетия. Мы переживаем момент однополярности».

Подобная интерпретация происходящего накладывает отпечаток на глобальные трансформации, отношение других народов и стран к глобальным проблемам. Как отметил А.А. Гусейнов: «Запад, особенно США, конечно, злоупотребляет идеями универсализма, глобализма». Подобное злоупотребление усиливает недоверие в мире, увеличивает разрыв уровней доходов, качества жизни между богатыми и бедными странами. А.И. Неклесса, опираясь на статистику ООН, отмечает, что «за последние десятилетия соотношение уровней доходов богатых и бедных, «золотого» и «нищего» миллиарда планеты не только не сократилось, но заметно увеличилось: с 13:1 в 1960 г. до 60:1 в настоящее время». При этом характерно во многих отношениях и то, что «по сравнению с серединой столетия совокупный объем потребления, судя по тем же оценкам ООН, вырос приблизительно в 6 раз. Однако 86% его приходится сейчас на 1/5 часть населения, на остальные же 4/5 -оставшиеся 14%». Более детальный анализ подобных процессов показывает, что наряду с «золотым миллиардом» существует в мире и «голодный миллиард», поскольку «в настоящее время примерно 1,3 млрд. людей живут в условиях абсолютной нищеты».

Все это свидетельствует о сложности процесса глобализации, который является своеобразным новым вызовом современной цивилизации, единстве глобальных проблем и функционировавших формационных структур - социализма и капитализма, которые имеют общую индустриальную направленность. Индустриализм же не считается с возможностями природы. Все это свидетельствует о необходимости новых сценариев цивилизационного развития.

Начиная с 90-х гг., когда не стало Варшавского договора, социалистического лагеря и СССР, вектор мировых событий пытаются определить США со своими союзниками. После победы в «холодной войне» США изменили свою стратегическую линию на международной арене, начав реализацию политики «расширения» сфер влияния в мире. В окончательной форме новую концепцию «Стратегия национальной безопасности расширения и участия» Б. Клинтон представил в конгресс в июле 1994 г. Тем самым начинается новый этап, связанный с переходом от политики «сдерживания коммунизма» к политике расширения сообщества стран, живущих по западным образцам. Согласно новой доктрине в стратегии расширения и участия «должны сочетаться широкомасштабные задачи по укреплению демократии и рынка с традиционными геополитическими интересами США». Последнее имеет принципиальный характер, поскольку речь идет не только о расширении сферы демократии и рынка, но и расширении сферы геополитических интересов США. Более того, видимо не будет преувеличением утверждение, что в новой стратегии демократия и рынок становятся инструментами достижения геополитических целей США.

Практическая реализация стратегии расширения и участия происходит в основном в трех направлениях: экономическом, политическом и военном. Однако, это только узловые, «несущие» конструкции стратегической доктрины. На самом деле идеи этой стратегии находят отражение во всех сферах жизни общества. На нее работает огромная новейшая информационная машина, ей служат развитая индустриальная технология, современная система образования и наука. В целом можно заключить, что, бросая вызов современному миропорядку, лидирующие индустриальные страны Запада во главе с Соединенными Штатами, пытаются использовать складывающуюся ситуацию в мире для решения своих геостратегических задач. Для этого они используют и свои успехи в области новейшей информационной коммуникационной технологии и доминирование в области экономики и превосходство в военной области и т.д. Между тем подобная стратегическая установка радикально расходится с концепцией устойчивого развития.

Одна из серьезных опасностей, которая предостерегает человечество, - попытка индустриально-развитых стран мира интерпретировать глобализацию как вестернизацию и стремление к однополярному миру. Опасность подобной трактовки глобализации в том, что она может помешать найти решение сложнейших эколого-глобальных проблем, поскольку, во-первых, вестернизация несовместима или плохо совместима с социокультурными традициями Востока, и, во-вторых, стремление к однополярности плохо сопрягается с идеями открытого общества. Последнее приходит в противоречие с интересами человечества в условиях глобализации. В период возрастания кризисных процессов в мире попытка использовать глобализацию для расширения своего влияния в мире еще больше дестабилизирует ситуацию на планете, приближает возможность столкновений цивилизации.



← предыдущая страница    следующая страница →
123




Интересное:


Проблема человека в философии
Научная концепция времени - поиск методологии
Мифы русской идеи
Традиции школы всеединства в России
Глобализация и динамика цивилизационных процессов
Вернуться к списку публикаций