2011-04-04 09:00:23
ГлавнаяФилософия — Ориентация на целостную личность как исходная установка «нового ценностного мышления» К. Гюнцля



Ориентация на целостную личность как исходная установка «нового ценностного мышления» К. Гюнцля


Философско-методологические основания концепции нового мышления представляют собой квинтэссенцию ряда фундаментальных положений, творчески переработанных и синтезированных в аспекте социального развития:

а) комплексной теории (общей теории систем);

б) космического эволюционного учения;

в) научной гипотезы о «трансцендентном поле»;

г) положения об интуитивном психологическом восприятии людьми переломных исторических периодов;

д) положения о возможности периодических качественных скачкообразных изменений в структурах человеческого сознания.

Особое значение имеет для нашего исследования последний пункт. Структуры человеческого сознания, равно как и все системные образования, подчиняются законам эволюции и подвержены скачкообразным изменениям. Это положение основывается на признании «идентичности структур сознания и бытия. Поэтому эволюция сознания отражает этапы эволюции Пантеоса, и даже предвосхищает некоторые из них». В результате усиления воздействия космической энергии Омеги в человеческом обществе периодически возникают изменения, особенно бурно протекающие в переломные моменты истории. Их появление воспринимается вначале интуитивно, на уровне предчувствий. Затем они осознаются и сознательно осуществляются людьми.

В этом процессе К. Гюнцль выделяет следующие этапы:

1. Ступень феноменов - чувственное познание внешнего мира, созерцание.

2. Ступень понятий - сознание переступает (трансцендирует) область чувственных феноменов и достигает ноумена, понятия. Это - абстрактное (логическое, теоретическое) мышление. Ноумен есть целостное единство разнообразных феноменов и как всякое целое больше их простой суммы.

3. Ступень систем - это уровень рефлексии, трансцендирующий уровень понятий. На этой ступени с еще большей силой проявляется тенденция к творческому объединению элементов в целое. Сознание творит структуры, не имеющие образца в наличной действительности.

4. Ступень ценностей - здесь первопринцип единства выступает в форме категорического императива, который у К. Гюнцля, в отличие от И. Канта, имеет эмоционально-ценностную окраску. Сознание как бы погружается в первооснову бытия - любовь.

5. Ступень мистики - это область интуитивного познания. В отличии от предыдущих, она направлена не на имманентную реальность, а на трансцендентный Абсолют.

Однако этот процесс не имеет строго линейного характера. Главная трудность заключается в том, что эволюция мыслительных структур в направлении «нового мышления» идет значительно медленнее, чем эволюция материальных условий существования. Здесь мы сталкиваемся с феноменом «культурного отставания» (cultural lag) по терминологии известного американского философа А. Баама. «Ленивый разум (из-за его «категорической глупости») отстает от уровня проблем, которые он должен решать», вследствие чего в обществе утверждается формализм и бюрократия. Однако тезис Умберто

Эко о том, что «сталкиваясь с нестерпимыми поступками, надо иметь смелость изменять правила, включая и законы», еще очень далек от того, чтобы стать руководством к действию.

Безусловно, в мире в последнее время произошли глубокие изменения в сторону усиления интеграционных процессов. Но «новое мышление» еще далеко от того, чтобы стать созидающим фактором мировой истории, способным изменить сознание отдельного человека. Поэтому среди всех этапов эволюционного процесса наибольший интерес представляет ступень ценностей. Именно на этой ступени в ходе эволюции возникает «новое ценностное мышление», знаменующее собой основу формирования «нового сознания».

Широкое признание нашло положение о том, что главной социальной ценностью является не идеологическая догма, а сам человек: его личностные интересы, потребности, условия для творческой реализации его способностей.

Общество не может предписывать конкретные способы поведения и деятельности каждому индивиду. Личность должна иметь возможность самостоятельного выбора «вариантов» своего ценностного бытия (конечно, с учетом общечеловеческих норм морали и ее гуманистической направленности).

К настоящему времени сложилось несколько самостоятельных аксиологических концепций, в которых по-разному толкуются сущность и природа ценностей. В самом общем виде они представлены в таблице 1.

Альтернативность перечисленных в таблице концепций нам кажется весьма относительной. Каждая из них отличается своим преимущественным акцентом на одну из сторон в изучении общего объекта - ценностного феномена. Если синтезировать рациональные моменты названных подходов, то может получиться достаточно целостная картина. «Новое мышление» К. Гюнцля и теория «органицизма» А. Баама представляют собой шаг в этом направлении.


Таблица 2

Традиционные аксиологические концепции западных исследователей


Условное название концепции,

основные представители

Понятие ценности

Ограниченность концепции

Рациональные стороны концепции

1

Натуралистический психологизм (А.Мейнонг, Р.Б.Перри, Дж.Дьюи, К.И. Льюис, Э.Шпрангер)

Специфические факты наблюдаемой реальности; они эмпирически фиксируются; их источник -биопсихически интерпретированные потребности человека

Частичное отождествление актуальных ценностей с ценностной предметностью (или предметной реальностью) и первичными (биопсихическими) потребностями

Признание реальности существования ценностных явлений; постановка проблемы стандартизации и классификации ценностей на основе их «полезности»

2

«Трансцендентализм» (баденская школа неокантианства: В.Виндельбанд, Г.Риккерт)

Идеальное бытие нормы, которая порождается «чистым нормативным» сознанием (трансцендентальным или субъективно-эмпирическим)

Отрыв от реального (материального) бытия, независимость от человеческих потребностей и желаний

Постановка проблемы нормативности ценностей

3

«Персоналисти-ческий онтологизм» (М.Шелер)

Несовершенное отображение в структуре человеческой личности аксиологических установок Бога

Независимость от человеческих потребностей и желаний; вечность и неизменность аксиологических установок

Постановка проблемы иерархии ценностей личности; аксиологические основания типологии личности

4

«Культурно-исторический релятивизм» (В.Дильтей, О.Шпенглер, А.Дж.Тойнби, П. Сорокин, Н.Я. Данилевский)

Множественные (сосуществующие, равноправные) ценностные системы, которые познаются с помощью исторического метода и интуитивно истолковываются

Элементы интуитивизма и релятивизма

Идея плюрализма ценностных ориентации; их культурно-историческая изменчивость; их интуитивно-личностное своеобразие

5

«Социологизм» (М.Вебер, Т.Парсонс, Ф.В.Знанецкий)

Норма, способом бытия которой является значимость для субъекта (М.Вебер); или: норма как средство выявления социальных связей и функционирования социальных институтов (Т.Парсонс, Ф.В.Знанецкий)

Абстрактность и всеобщность нормы (неучет социальных противоречий и различий); абсолютизация ценностных механизмов в регуляции деятельности человека

Связь понятий «ценность» и «значимость»; постановка проблемы общечеловеческих ценностей и их определяющей роли; применение «общечеловеческой нормативности» к интерпретации социального действия и знания


«Согласно концепции К. Гюнцля, ценности сами по себе абсолютны, объективны и идеальны, независимо от того, воплощены они в действительности или нет. Они имеют априорный трансцендентный характер, так как «укоренены» в метафизической первооснове бытия, которая задает их общую тенденцию к единству многообразия, но, будучи «пустой» не определяет конкретного содержания». «Долженствование, - пишет К. Гюнцль, - направлено поэтому на образование целостности, на синтез, на соединение элементов в новые и еще более крупные или более гармоничные комплексы, которые предоставляют новые условия для актуализации духовно-творческого первопринципа».

Конкретное содержание нравственного поступка не выводится напрямую из трансцендентного мира высших ценностей. «Каждая отдельная ситуация осмысляется в контексте заданной общей тенденции к единству и в результате вырабатывается определенный алгоритм поведения, так или иначе способствующий воплощению ценности в реальном мире».

Таким образом, вслед за И. Кантом утверждается примат практического разума над теоретическим. «Нравственная деятельность, - постулирует Гюнцль,- направлена на более высокую цель - такую цель, которую теоретический разум, не могущий оперировать без опытного материала, не способен познать с уверенностью».

Отсюда следует, что деятельность человека предполагает активное отношение к действительности. Нравственная личность не может смириться с аморальностью феноменального мира. Моральный долг требует от нее изменить и преобразовать окружающую среду и людей на пути ко все большей целостности. К. Гюнцль отмечает правоту К. Маркса, требовавшего, чтобы философы не только объясняли мир, но стремились изменить его. Об этом также говорил М.М. Бахтин, указывая на активную позицию поступающего, его авторство по отношению к предметному миру.

Возможность реализации данной установки обеспечивается идентичностью структур сознания и бытия (античная идея аналогичности микрокосмоса (человека) и макрокосмоса (мира)) и присущей только человеку способностью к творчеству, возвышающей его над всем животным царством.

«Творчество» определяется как «деятельность человека, созидающая новые объекты и качества, схемы поведения и общения, новые образы и знания». По К. Гюнцлю, творчество есть «способность организовывать отдельные вещи и процессы в более крупные комбинации и тем самым производить то «нечто большее», на которое целое превосходит сумму своих частей». То есть оно всегда направлено на созидание новых целостностей, увеличение одухотворенности бытия и, в конечном итоге, на слияние с Богом-Омегой.

У австрийского философа «творческий акт не трасцендентен, а имманентен космосу или Пантеосу, более того, он является основным содержанием универсального эволюционного процесса, в который вовлечено все бытие и человек вместе с ним. Личность здесь оказывается активно действующей частью универсума, творчески способствующей развитию бытия в направлении идеала всеобщей целостности и гармонии».

И здесь мысли К. Гюнцля перекликаются с тем, что писал о творчестве Н.А. Бердяев. «Творчество для меня не столько оформление в конечном, в творческом продукте, сколько раскрытие бесконечного, полет в бесконечность, не объективизация, а трансцендирование. Творческий экстаз (творческий акт есть всегда экстасис) есть прорыв в бесконечность».

В этом и заключается для Н.А. Бердяева и К. Гюнцля важность творчества, которое «имеет универсальное, космическое значение. Творческий акт личности входит в космическую иерархию, освобождает от мертвенной власти низших, материализованных иерархий, расковывает бытие».

Однако, несмотря на сходство, в их взглядах есть принципиальное различие в понимании природы творческого акта. Для Н.А. Бердяева творчество всегда противоположно бытию. «Творчество» не есть жизнь, творчество есть прорыв и взлет, оно возвышается над «жизнью» и устремлено за границу, за пределы, к трансцендентному». «Творчество есть творчество из ничего, то есть из свободы». Поэтому свобода, согласно русскому философу, «есть внутренняя творческая энергия человека. Через свободу человек может творить совершенно новую жизнь, новую жизнь общества и мира».

Эти идеи находят отклик в работах другого выдающегося отечественного мыслителя «серебряного века» Е.Н. Трубецкого: «Разве не очевидно, что свобода по самому своему понятию есть возможность творческого самоопределения, иначе говоря, - способность творить новое, от века не бывшее!».

По Гюнцлю, напротив, эволюционный процесс, а значит и самая жизнь, обладает творческим характером. В противоположность внутренней свободе Бердяева, он утверждает принципиальную ее осуществимость в материальном мире, поскольку человек «видит мир в перспективе будущего, которое сам и создает. Безуспешно ищет он взглядом вечные прообразы - платоновские идеи - и осознает, наконец, необходимость самому строить планы будущего».

«Связь между человеком-целостностью и человеком-частью, между ноуменальным и феноменальным планами его бытия лежит в его творческой активности, которая представляет собой осуществление принципа целостности в наличном бытии, актуализацию трансцендентной воли к единству в реальном мире. Таким образом, человек способен не только осознавать ценности, но и реально воплощать их в окружающем мире».

Однако К. Гюнцль не ограничивает эту способность человека лишь рамками его земного бытия. Он провозглашает его «рулевым эволюции», который «служит перманентной инкарнации Омеги в Пантеосе», как «сотворца Бога».

Таким образом, человек возвышается до уровня космического существа, способного распространять свою творческую волю на весь Универсум. «Следовательно, жизнь, начиная с простейшей формы ее организации - клетки и до высшей, представляют собой не только планетарное, но и космическое явление».

Что же касается человеческой деятельности, то, по признанию многих современных исследователей, она приобрела глобальный характер. Это связывается с общественным прогрессом.

Являясь субъектом исторического процесса, человек несет ответственность за свои поступки. Находясь постоянно в ситуации морального выбора, он вынужден самостоятельно принимать те или иные решения, возлагая на себя весь груз нравственной ответственности за их результаты. Силы человека, применяющего технику, сопоставимы с силами природы, а иногда превосходят их. По словам Т. Имамичи, «подобно природе, технология стала нашей новой средой обитания, имеющей свои собственные цели, которые независимы от человеческих, поскольку технология как среда, как бытийственная тотальность машинных образований, сама определяет свое развитие». То есть «человек, по сути дела, держит в руках все пусковые механизмы эволюционного процесса, и эволюция сейчас полностью зависит от него... Миссия человека - роль преобразователя природы».

В свете усиливающихся тенденций глобализации, личная ответственность приобретает общечеловеческий характер. «Действуй локально, а мысли глобально» - эта рожденная в наши дни формула должна стать поведенческим принципом народов и стран, всего мирового сообщества».

Но мерой ответственности задается и мера свободы. Или говоря словами Н.А. Бердяева: «Только ответственный - свободен и только свободный - ответствен». Осуществляя свой выбор, личность обретает свою самость, ибо «выбор это и проявление свободы, и путь к ней».

В своей концепции К. Гюнцль выделяет два вида свободы: положительную и отрицательную. Отрицательная свобода состоит в отсутствии ограничения и принуждения. Однако такое понимание грозит вылиться в произвол и своевластие. Чтобы этого избежать «негативная свобода ограничивает саму себя в интересах определенной цели, образуя некую «положительную» структуру - порядок. Последний представляет собой набор возможностей - поле выбора, чем шире которое, тем больше шансов осуществиться у свободы положительной, понимаемой как активная воля, направленная на некую цель, как самоопределение и самореализация». То есть отрицательная свобода, трактуемая как автономия, переходит в положительную. А ее негативная составляющая означает уже не только отсутствие внешнего давления, но предполагает возможность собственного выбора.

«Таким образом, отрицаемая с одной - негативной - стороны, свобода, тем не менее (а скорее тем более) утверждается с другой, положительной стороны, и из такого диалектического взаимодействия двух составляющих рождается истинная свобода. Так как абсолютная неопределенность есть «ничто», то в результате отрицания этого «ничто» мы получаем «нечто». Отсутствие принуждения еще не составляет истинной свободы, но является ее необходимой предпосылкой. Требуется привхождение активного принципа, действующего телеологически, чтобы предоставленные возможности действительно осуществились, составляя тем самым свободу истинную - свободу ради целей. И этот принцип К. Гюнцль видит в воле к целостному бытию, которую все системы, в том числе и человек, черпают из непосредственной близости к онтологической основе - первоволе».

Здесь усматривается параллель с идеями Н.Ф. Федорова: «Конечная цель жизни существ разумных в том, чтобы сделаться начальною причиною самих себя и этим уподобиться первоначальной причине, Божественной Первопричине». Он, как и Гюнцль, отводит решающую роль человеку в деле преобразования мира. Именно человеческий индивид является единственной деятельной силой, могущей превратить хаос в космос в масштабах Вселенной.

Поэтому австрийский философ критикует концепцию свободы экзистенциалистов. Для них человек, прежде всего, неопределенность. Лишь через выбор он обретает свою самость и предает смысл своему бытию. «Человек создает себя сам. Он не сотворен изначально, он творит себя, выбирая мораль; а давление обстоятельств таково, что он не может не выбрать какой-нибудь определенной морали. Мы определяем человека лишь в связи с его решением занять позицию». То есть, согласно Ж.-П. Сартру, «человека отличает то, что его существование предшествует сущности и определяет ее».

К. Гюнцль, напротив, определяет человека как изначальную целостность. Ему ближе «религиозная философия, исходящая из существования трансцендентного Абсолюта, который и придает миру смысл, а свободе - направление». Поэтому свобода понимается им, вслед за русскими религиозными мыслителями, как «творческая задача: она никогда не может быть направлена на разрушение, но лишь на синтез».

Итак, подведем итоги вышесказанному.

1. Выдающийся западный мыслитель, патриарх австрийской философии конца XX века Герберт Кристоф Гюнцль является представителем течений «универсализма» и «интегративного мышления». Он стремился сочетать целостный системный анализ с глобальным эволюционным подходом и признанием существования космической трансцендентной энергии (Омеги). Наибольшее влияние на его духовное развитие оказали труды французского священника П. Тейяра де Шардена, австрийских философов О. Шпанна, П. Друккера, известных ученых К. Лоренца и Г. Франца, а также религиозно-философские энциклики (официальные послания) Римских Пап.

2. Значительный вклад К. Гюнцля в мировую социально-философскую и аксиологическую мысль состоит в разработке им в конце 1960-х - начале 1970-х годов нового ценностного мышления. В концентрированной форме оно было представлено в его знаменитой монографии: «Новое мышление ...», вышедшей в 1974 году (за полтора десятилетия до одноименной книги М.С. Горбачева) и переданной нашему политическому лидеру в 1980-х годах через его советника И.Т. Фролова.

3. Основные этапы смены парадигмы ценностного мышления, по Гюнцлю, изложенные в обобщенной трактовке, состоят в следующем: 1) новое время (назревание объективных условий для качественных интеграционных перемен); 2) новое ценностное мышление (осознание необходимости этих перемен передовыми мыслителями, идеологами); 3) новое общественное сознание (принятие массовым сознанием ценностных установок на перемены); 4) новый этап интеграционного развития общества (сознательно проводимые преобразования).

4. По К. Гюнцлю, главная причина длительного противостояния двух социальных систем в XX веке состояла не в военном, экономическом или политическом противоборстве государств, а в разном понимании сущности человека и личности. Еще в 20-х годах Р. Штайнер предупреждал о двух ложных социальных идеалах: «личной свободы» на Западе и «всеобщего равенства» на Востоке. Они оба ведут к тоталитарному государству.

К. Гюнцль указывает путь к новому пониманию человека как подлинно свободной, ответственной и творчески активной личности. Ее исходным и направляющим онтологическим началом выступает воля к существованию и творчеству, направленная на достижение большей целостности (совершенства). Достижение этого идеала возможно только на основе смены парадигмы ценностного мышления в мире, признания общечеловеческих приоритетов (вместо классовых, национальных, государственных или элитарных), формирования «высших интегративных ценностей» человечества.

5. Дихотомия природно-социального и личностного (божественного) характеризует человеческое существование то как противоречивое, то как гармоничное и взаимосвязанное. Такое единство противоположностей служит не только источником конфликта между индивидуальным и общественным, но и фундаментом безграничных возможностей развития. Оно сводится к синтезу двух противоположных начал - абсолютного и относительного. Только на этом пути человек, по мнению австрийского философа, способен достичь целостности и направить к ней весь Универсум. Это подтверждается идентичностью структур микро- и макрокосмоса (человека и мира).

Наиболее ярко это проявляется в человеческом мышлении, которое как и бытие, проходит в своей эволюции ряд этапов (ступеней): 1) чувственное познание («ступень феноменов»); 2) абстрактное мышление («ступень понятий»); 3) творчески активное мышление («ступень систем»); 4) ценностное мышление («ступень ценностей»); 5) интуитивное постижение целого («ступень мистики»).

6. Важное место в концепции К. Гюнцля занимает понятие творчества. Оно определяется австрийским мыслителем как способность к целенаправленной организации отдельных вещей или процессов в новые целостности. Творческий акт всегда ориентирован на достижение единства двух начал в человеке - животного и божественного, т.е. одухотворение его физической природы. Поэтому его предназначение заключается в разумном управлении ходом эволюции Вселенной. Тем самым истории человечества и роли в ней отдельной личности придается космический масштаб. Это роднит мысли К. Гюнцля с идеями философов русского космизма.

7. Глобальный характер деятельности человека предполагает огромную ответственность, мерой которой задается мера свободы. Последняя делится на две части: положительную и отрицательную. Существованию человека присуще преобладание положительной свободы, которая понимается как творческая свобода ради целей. Она направлена на достижение все большей целостности и гармонии.



← предыдущая страница    следующая страница →
12




Интересное:


Концепция человека в философии И.А. Ильина
Проблема обоснования морали в философии
Экзистенциально-гуманистическая антропология Н.А. Бердяева
Проблема свободы и ответственности современной целостной личности
Природа ценности и ценность природы
Вернуться к списку публикаций