2011-03-31 09:00:00
ГлавнаяФилософия — Понимание целостной личности в философии русского космизма



Понимание целостной личности в философии русского космизма


Пристальное внимание теме человека и личности уделялось в произведениях выдающихся деятелей русской культуры «серебряного века» (литературы, искусства, политики и др.). Характерными особенностями философии этого периода являются: стремление к целостному познанию мира, обостренное чувство социальной реальности, всемирная отзывчивость, приоритетное внимание этическим и экзистенциально-антропологическим проблемам. Эти черты своеобразно проявились в разных (порой альтернативных) течениях: славянофилы, западники, почвенники, гегельянцы, толстовцы, материалисты и др. Еще одна особенность заключается в возникновении русского космизма - своеобразного учения, наиболее существенной стороной которого выступает идея непрерывной эволюции. С развитием человека она выходит на уровень глобальной творческой активности. Образовались две тенденции в этом учении: религиозная (Н.Ф. Федоров, В. С. Соловьев, С.Н. Булгаков, Т.А. Флоренский, Н.А. Бердяев) и естественно-научная (Н.А. Умов, К.Э. Циолковский, В.И. Вернадский, A. Л. Чижевский). Значение этого оригинального направления не только в русской, но и в мировой философии с течением времени возрастает.

Самым ярким представителем русского религиозного космизма был B.C. Соловьев. Центральной в его концепции является идея «всеединого сущего». В основе ее лежит утверждение о том, что все предметы и явления в мире не могут существовать отдельно друг от друга. Поскольку все они образованы совокупностью определенных сторон, связей, элементов, функций и т. д. Даже наша Вселенная не есть нечто хаотичное, а, напротив, единое целое. «Все существует во всем. И этот принцип всеединства как раз и является принципом Вл. Соловьева, как принципом философской классики вообще».

Учение о человеке у него неотделимо от представления о миссии всего человечества. Человек связан с двумя мирами - природным и божественным. Из первого он вышел, ко второму стремится. Прежде чем человек становится духовным существом, он длительное время находится в природном состоянии. В природном человечестве нет истинной жизни, люди по натуре чужды и враждебны друг другу, между ними идет постоянно борьба за существование. Неравенство возможностей позволяет одним подчинять себе других. Для достижения «истинной жизни» люди должны перейти от природного состояния к духовному. Смысл истории, по Соловьеву, как раз и заключается в постепенном одухотворении, нравственном совершенствовании человечества через усвоение и осуществление им христианских начал.

«Человек не только имеет ту же внутреннюю сущность жизни - всеединство, которое имеет и Бог, но он свободен восхотеть как Бог», т. е. «может утверждать себя отдельно от Бога, вне Бога». «А для истинной жизни, какая должна быть, нужно прямо обратное: добровольное подчинение Богу, единодушие (солидарность) друг с другом и владычество над природой».

Поэтому назначение отдельной личности и человечества в целом заключается в достижении гармонии духа, способности жить в согласии друг с другом и окружающим миром и управлять им. Такая гармония и будет являться положительным всеединством. Однако на пути к нему стоит множество преград. Главное препятствие заложено в самой сущности человека. Занимая промежуточное положение между божественным и земным, он по необходимости противоречив и непредсказуем. «Человек, - пишет B.C. Соловьев, - есть вместе и божество, и ничтожество».

Эта мысль Соловьева перекликается с тем, что писал о сущности человека Ф. Ницше: «В человеке творение и творец соединены воедино, в человеке есть материал, обломок, избыток, глина, грязь, бессмыслица, хаос; но в человеке есть также и творец, ваятель, твердость молота, божественный зритель и седьмой день ...».

Таким образом, по словам двух мыслителей, в человеке действуют две противоборствующие стороны его души: зло, порождающее страдание и духовное стремление к единению с другими людьми и природой, преодолевающее это зло. Борьба совершается не только в душе отдельной личности. Она сталкивает, по мысли B.C. Соловьева, целые народы, выступая главной движущей силой общественного прогресса и превращая развитие социума в исторический процесс. Свое финальное разрешение это противостояние обретает «путем личного нравственного совершенствования и путем улучшения общественных отношений».

Поэтому подлинно нравственная задача переносит нас в область исторического существования общества. Философ утверждает, что разрыв между личностью и обществом - «лишь болезненный обман сознания». Поскольку «общество есть дополненная, или расширенная личность, а личность - сжатое, или сосредоточенное общество». «И вся история - только развитие лично-общественной жизни, становление человека как личностно-общественного существа», которое «начавшись с царства силы, пройдя через царство закона, должно прийти к царству личности или благотворения».

Таким образом, интегративным качеством целостной личности, по B.C. Соловьеву, является нравственно-онтологическая ответственность за восстановление утраченной первозданной гармонии (всеединства) с обществом, со всем окружающим миром и Богом.

Характеризуя общую направленность русской философии «серебряного века», можно утвердительно сказать, что вопрос обожествления человеческой природы, ее слиянности с Богом в Богочеловеке и обретении через это истинной жизни, был основным. В этой связи следует отметить, что трактовка личности другим отечественным мыслителем Н.А. Бердяевым, как духовно-религиозной сущности и качества человека не выпадает из общего ряда. По словам философа, человек являет собой тайну как личность, воплощающую в себе независимость от окружающего как природного, так и социального мира. «Тайна личности, - пишет он, - ее единственности, никому не понятна до конца. Личность человеческая более таинственна, чем мир. Она и есть целый мир». «Человек - микрокосм, высшая царственная ступень иерархии природы как живого организма». И продолжает далее: «Как образ и подобие Бога, человек является личностью. Личность следует отличать от индивида. Личность есть категория духовно-религиозная, индивид же есть категория натуралистически-биологическая. Индивид есть часть природы и общества. Личность не может быть часть чего-то...».

Человек у Бердяева - существо противоречивое. Это объясняется его принадлежностью к двум мирам - природному (тело) и божественному (дух). При этом духовная основа личности хоть и связана с организмом человека как ее носителем, однако не зависит от него. Поэтому отдельные науки не способны дать исчерпывающего знания о личности как особой целостности. Это призвана сделать философия.

«Общество - это только часть личности, ее социальная сторона, как и космос - только ее космическая сторона. Тайна существования личности заключена в ее абсолютной независимости, что в современной науке обозначается как индивидуальность. Личность самосознательна и формируется в борьбе со злом как внутри себя, так и вовне. Она не может быть частью какого-либо целого и в своем самораскрытии устремлена в бесконечность. Бердяев видит два способа преодоления человеком субъективной замкнутости: он может стать конформистом или осуществить это через трансцендирование, которое означает самоосвобождение, экзистенциальную встречу с Богом. Весь мир - ничто по сравнению с человеческой личностью, ее неповторимой судьбой».

Таким образом, основой философской антропологии Н. А. Бердяева является персоналистский принцип: личность первичнее бытия.

И здесь мысли Н.А. Бердяева перекликаются с тем, что писал о личности Э. Мунье. Для представителя французского персонализма личность - это «единственная реальность, которую мы познаем и одновременно создаем изнутри». «Личность не является не только объектом, она не есть ни имманентный субстрат, ни субстанция, которая определяет наше поведение, ни абстрактный принцип, который руководил бы нашими действиями». Она суть «живая активность самотворчества, коммуникации и единения с другими личностями, которая реализуется и познается в действии, каким является опыт персонализации».

Важнейшее место в творчестве Н.А. Бердяева занимает тема свободы. «Свобода для меня, - пишет он, - первичнее бытия. Своеобразие моего философского типа прежде всего в том, что я положил в основание философии не бытие, а свободу».

Источник свободы лежит в самом духе человека. Она безосновна и определяется мерой превосходства духа над животной природой. «Свобода, - восклицает он, - есть моя независимость и определяемость моей личности изнутри, и свобода есть моя творческая сила, не выбор между поставленным передо мной добром и злом, а мое созидание добра и зла».

Такое понимание свободы Бердяевым противостоит взглядам B.C. Соловьева. Если для первого свобода служит, прежде всего, основанием для раскрытия и творческого созидания личностью своей самости, то для второго, - личная свобода выступает лишь условием «без которого невозможно человеческое достоинство и высшее нравственное развитие». При этом Соловьев требует, чтобы она «не противоречила условиям существования общества».

Столь явная несхожесть в понимании сущности свободы имеет свои корни в исходных принципах философствования двух авторов. Главным предметом размышлений B.C. Соловьева выступало человечество как органическое целое. Он не мыслил личность вне человечества. Подобный подход основывался на идее «всеединства и соборности». Однако главенствующая роль социального фактора в историческом процессе приводит к нивелированию личности. А слова о том, что соборность не исключает личной свободы и ответственности, без представлений о конкретных гарантиях и способах их реализации в действительности, оказываются лишь благой декларацией. Акцент при этом делается-таки именно на соборности, когда, по словам С.Н. Трубецкого, «я по поводу всего держу внутри себя собор со всеми». Комментируя это высказывание, Г.Г. Шпет замечал, что «хитро не собор со всеми держать, а себя найти помимо собора и в самом соборе», иначе личность «распускается как кусок масла на сковородке».

Соловьев склоняется к отрицанию субстанциальности личности, высмеивая «испорченное Декартом», самоуверенное и недостоверное учение о «субстанциальности» «я». Больше всего он опасался субъективизма, который, по его мнению, необходимо вытекал бы из признания «я» в качестве подлинного субъекта субстанции. Но при этой интерпретации сущности личности существует угроза растворения ее в социальном целом.



← предыдущая страница    следующая страница →
12




Интересное:


Проблема свободы и ответственности современной целостной личности
Ценностно-нормативные установки этики устойчивого развития (на примере Байкальской природной территории)
Глобализация и динамика цивилизационных процессов
Экзистенциальная метафизика человека в философии Н.А. Бердяева
Немецкая классическая философия: Кант, Фейербах, Гегель и другие представители
Вернуться к списку публикаций