2009-07-09 19:30:18
ГлавнаяФилософия — Экзистенциально-гуманистическая антропология Н.А. Бердяева



Экзистенциально-гуманистическая антропология Н.А. Бердяева


Социальные аспекты религиозно-гуманистических установок Н. Бердяева

Гуманизм и борьба за достоинство человека

Общим положением гуманистической доктрины явился тезис об онтологической суверенности человека, причем подчеркивалась (и это особенно проявится в либерализме) суверенность именно каждого человека вне зависимости от его личных свойств. Наступление эпохи гуманизма означало и вполне определенное перенесение акцентов в философии и культуре с потусторонней, сверхъестественной сферы в сферу земной жизнедеятельности человека. Как секулярная концепция, гуманизм означал также отказ от религиозных обоснований положения человека в мире. С религиозной точки зрения, произошло даже понижение статуса человека, ибо он стал рассматриваться главным образом как природное, а не как сверхприродное существо.

Подобное понимание антропологии гуманизма стало причиной её критики религиозными мыслителями, в том числе и Н.А.Бердяевым.

Прослеживая историческую судьбу гуманизма, Бердяев отмечал, что гуманизм, утвердившийся в европейской философии, начиная с эпохи Возрождения, по существу превратился в свою противоположность в ницшеанстве, где образ человека, идея самоценности всякой личности были принесены в жертву и раздавлены категорией сверхчеловека, и в марксизме, где человек подчиняется коллективу, практически полностью растворяясь в нем. Однако можно сказать, что ницшеанство и марксизм - лишь тупиковые направления гуманизма и что ими история гуманизма не исчерпывается. Гуманизм и на рубеже XIX - XX вв. отстаивал свободу и безусловную значимость личности вне ее подчинения или какого-либо отношения ни к неким избранным людям (сверхчеловеку), ни к коллективу (классу), пусть даже осененному знанием высшей истины и являющемуся гегемоном исторического процесса.

Ценности гуманизма универсальны и бессмертны, ибо человек всегда будет стремиться к тем идеалам, которые проповедует гуманизм: идеалы свободы и человечности естественны и необходимы человеку. Ценности гуманизма тем более будут востребованы, чем более будет эмансипироваться человек, чем более будет расширять он свой кругозор, осваивать природу и новые формы социального бытия, чем более демократия, терпимость и морализм будут утверждаться в общественной практике. Ницшеанство и марксизм не могут означать ни кризис гуманизма в целом, ни тем более его финал, ибо в рамки этих двух доктрин гуманизм никогда не укладывайся. Идеи гуманизма можно усмотреть и в таких направлениях марксизма, которые характеризуются отказом от абсолютизации социальной революции и классовой борьбы как наиболее эффективных форм борьбы рабочего класса за свои права, но проявляют стремление к классовому миру, социальному партнерству и соблюдению прав человека как основы надклассовых общечеловеческих ценностей жизни. Зарождение и развитие умеренных течений марксизма связывается с деятельностью К. Каутского и Э. Бернштейна, в России с П. Струве и целым рядом «легальных марксистов» затем вовсе отошедших от марксизма. Преисполнены духом гуманизма и концепции ненасилия Л. Толстого и М. Ганди, труды русского религиозного мыслителя В. Несмелова, проникнуты пафосом человеколюбия и стремления гуманистически трактовать церковную догматику, а также труды западных религиозных гуманистов А. Швейцера и Т. де Шардена. Очевиден гуманистический подтекст и неотомистских доктрин.

По нашему мнению, нет никаких оснований утверждать о необратимом кризисе гуманизма на рубеже XIX - XX вв. и тем более об исторической неудаче гуманистического проекта. Наоборот, на переломе веков гуманизм выходил на новые исторические рубежи, становясь более разнообразным, широким и востребованным философским и не только философским течением. В конце XIX в. «основными тенденциями развития гуманизма были, во-первых, выделение его из господствовавших в обществе религиозных идеологий (не случайно вместе со свободомыслием он зарождался в лоне религии); во-вторых, осмысление человека как естественного существа, а человечности как его природного качества. Это означало, с одной стороны, демистификацию (десакрализацию) идеи человека, с другой - его натуралистическое понимание. Вместе эти две тенденции вели к тому, что из образа и подобия Бога человек все более превращался в царя или высший продукт развития природы и ее верховное творение. Наряду с этим укреплялась и третья тенденция: привязка личности к социуму и ее истолкование не просто как общественного существа, а как совокупности общественных отношений. Гуманизм пытается осмыслить весь комплекс социальных и человеческих отношений, он не только претендует на соответствие, философское обоснование меняющейся практике жизни, но и в лице лучших своих представителей ориентирует человечество на высокие нравственные и культурные стандарты. Гуманизм делает людей ближе друг к другу, пытается выработать подходы к решению общечеловеческих проблем. Не будет преувеличением сказать, что гуманизм в целом делал человеческую жизнь духовно комфортнее. Вместе с тем, наряду с философской эволюцией претерпевает изменения, вернее, совершенствуется, сообразуясь с исторической практикой, политическая доктрина гуманизма. Об этом пишет в частности Г. Гивишвили, различая французские, английские и американские вариации политической практики гуманизма.

Гуманизм выдержат историческую конкуренцию. Это не случайно. Ведь именно гуманизм наиболее полно говорит о естественном разнообразии свободной жизни, налагая на нее лишь рациональные правовые и этические ограничения. Многообразие меняющегося современного мира гуманизм легитимизирует, объясняет и защищает, будучи динамичной доктриной, выступающей против любых форм догматизма, гуманизм - своего рода символ веры людей, живущих полнокровной деятельной жизнью не чуждой идеалов, общечеловеческих приоритетов и высоко духовных принципов.

В работе «Пути гуманизма» Бердяев дает такое обобщающее толкование гуманизма: «Гуманизмом я буду называть признание высшей ценности человека в жизни мира и его творческого призвания». Итак, главное в гуманизме, по мнению Бердяева, «признание высшей ценности человека». Такое понимание гуманизма не означает индивидуализм. Гуманизм должен быть персонапистическим, а это значит, что «Я» должно соотноситься с миром не как с «Оно», а как с «Мы». По убеждению Бердяева, индивидуализм губит гуманизм. Статья «Пути гуманизма» относится к поздним трудам философа, и важно определить, как Бердяев размышлял о гуманизме в более ранних своих работах. Отношение Бердяева к гуманизму неоднозначно, и это обусловлено осмыслением гуманизма в конкретно-историческом контексте. Бердяев отмечает, что гуманизм берет свое начало в античной эпохе, в Греции, где «начат раскрываться образ человека». Но греческий гуманизм связан с культурой по преимуществу, он не проник вглубь античного мировосприятия, которое характеризовапось космоцентричностыо и пониманием человека как ступени мировой иерархии, да и реалии социального устройства античности противоречили идее высшей ценности любой личности: в демократических Афинах не равны были граждане полиса, метеки - лично свободные, но ограниченные в политических и экономических правах иностранцы или жители других полисов, а также рабы. В Римской империи население делилось на пять групп с различным юридическим статусом: римские граждане, обладавшие наибольшим объемом прав, латины - жители союзных Риму государств, расположенных на территории Лациума, перегрины - главным образом жители покоренных Римом территорий, вольноотпущенники - отпущенные на свободу рабы, которые имели правовой статус господина, отпустившего их на свободу, колоны - арендаторы небольших участков земли. Кроме того, римские граждане делились и по своему семейному статусу: лиц своего права (persona sui-juris) - домовладельца, главы семейств и лиц чужого права (persona alieni juris) - подвластные домовладельца другие члены семьи. Рабы в Риме вообще приравнивались к вещам.

Бердяев полагал, что мощнейший гуманистический потенциал имеет христианство. Мысль о том, что в самом гуманизме были предпосылки для превращения его в собственную противоположность, явленную, в частности, в антигуманных чертах ницшеанства и марксизма, центральная для критики Бердяевым гуманизма. Исходя из этой мысли, Бердяев утверждает об обращении гуманизма человека к природе, о переносе центра человеческой жизни с духовности на материальную и социальную периферию, об унижении человека до элемента всемирной эволюции. В самом гуманизме скрывается антигуманистический пафос. Пафос этот - закономерное следствие неверно расставленных гуманистами жизненных акцентов и мировоззренческих приоритетов. То есть превознесение самодостаточной человечности губительно для человека именно в силу своей самодостаточности. Человек должен опираться на что-то трансцендентное, высшее в себе, а это «высшее» должно иметь сверхъестественные истоки. Без, таким образом понятого «высшего» в человеке, человек обречен на всемерную деградацию.

Вместе с тем, Бердяев справедливо подмечает некоторые односторонности и наивности гуманизма эпохи Возрождения и Просвещения. На наш взгляд, критика Бердяевым гуманизма и происходит вследствие того, что эти (проявлявшиеся в истории) односторонности и наивности полагаются как родовые признаки гуманизма, как то, что органически ему присуще.



← предыдущая страница    следующая страница →
12345678910111213141516171819202122232425
26                        




Интересное:


Философия всеединства Вл. Соловьева как открытая система
Проблема обоснования морали в философии
Целостность глобализационного процесса
Концепция человека в философии И.А. Ильина
Насилие как зло и грех
Вернуться к списку публикаций