2009-07-09 19:30:18
ГлавнаяФилософия — Экзистенциально-гуманистическая антропология Н.А. Бердяева



Экзистенциально-гуманистическая антропология Н.А. Бердяева


Религиозно-гуманистический смысл творчества

Творчество Бердяев абсолютизирует, что отражает гуманистический и антропоцентристский пафос его философии: «...Творческий акт есть самоценность, не знающая над собой высшего суда». В центре бытия стоит свободная творческая личность. Творчество человека потенциально претендует на абсолютные результаты. Это основополагающий принцип человеческого существования, он имманентен человеку как со-творцу и со-работнику Бога. В творчестве «...всегда есть больше, чем во всякой причине, которой хотят объяснить творчество». Процесс творения продолжается, и в нем участвует человек, и человеческое творчество - это не просто некое материальное приращение бытия, это дополнение и завершение бытия. Пафос творческого акта - соучастие, желание преобразить здешний мир. Человек творит, не желает мириться с падшестью и несовершенством мира, ибо творчество «есть благодатная энергия, делающая волю свободной от страха, от закона».

Бердяев сближает антропологию с онтологией, утверждая безусловную значимость человеческого творчества для всего мироздания и выделяя в творческом процессе следующие аспекты: « Для философии творчества основным является сознание, что человек не находится в законченной и стабилизированной системе бытия, и только потому возможен и понятен творческий акт человека. Другое основное положение заключается в том, что творческий акт человека не есть только перегруппировка и перераспределение материи мира и не есть только, эманация..., не есть также лишь оформление материи в смысле налагания на неё идеальных форм. В творческий акт человека привносится... не заключенное в данном мире, в его составе, прорывающееся из иного плана мира, не из вечно данных идеальных форм, а из свободы, не из темной свободы, а из просветленной свободы». То, что мир не закончен и не стабилизирован, нужно понимать как предоставление самим Богом человеку права смелого исторического творчества, которое лишь совершается в истории, но имеет абсолютное значение в вечности и Божьей судьбе. Допущение Богом человеческого творчества дает понять, что значит человек как «венец творения» и созданный «по образу и подобию» Бога.

Как возможно человеческое творчество? Бердяев полагает, что возможность человеческого творчества изначально предопределена Божьим замыслом о человеке: «Сама идея творчества возможна лишь потому, что есть Творец и что был совершен им оригинальный творческий акт, в котором стало сущим небывалое, не вытекающее ни из чего предшествующего, не отнимающее и не убавляющее абсолютной мощи Творца».

Об этом говорил Христос в притче о талантах, даруемых Богом человеку для дальнейшего их употребления во имя благого созидания. Троичность Божества - безусловная предпосылка творческого акта: «Троичность и есть внутреннее движение в Божестве, в динамике Троичности творится мир». Бердяев трактует Откровение антропоцентрично, через судьбу человека в бытии: «То, что тайна творчества и пути его сокрыты в священном писании, в этом - премудрый эзотеризм христианства. Тайна творчества по существу своему эзотерична, она не откровенна, она - сокровенна. Открываться свыше могут лишь закон и искупление, творчество - сокрывается. Откровение творчества идет не сверху, а снизу, это откровение антропологическое, не теологическое. Бог открыл грешному человеку свою волю в законе и дал человеку благодать искупления... И Бог ждет от человека антропологического откровения творчества, сокрыв от человека во имя богоподобной свободы его пути творчества и оправдание творчества».

Вместе с тем возможность человеческого творчества Бердяев связывает с добытийственной свободой, без которой не может быть никакой новизны, и с тем, что человек сотворен по образу и подобию Творца, а, значит, он, как и Бог-Творец, также обладает творческой способностью. «Но природа человека - образ и подобие Творца, т.е. творческая природа... Творчество в мире возможно потому лишь, что мир творим, т.е. тварен».

Как же проявляется человеческое творчество и какого творчества ждет от человека Бог? «Богом дан человеку творческий дар, талант, гений и дан мир, в котором и через который должен совершаться творческий акт от Бога исходит зов, чтобы человек совершил творческий акт, осуществил свое призвание, и Бог ждет ответа на свой зов. Ответ человека на зов Божий не может целиком слагаться из элементов, данных Богом и от Бога исходящих. Что-то должно исходить и из человека, и это и есть то, что есть творчество по преимуществу, творчество нового и небывшего. Это что-то не есть что-то, а ничто, есть свобода, без которой нет творческого акта... Творческий акт есть также взаимодействие благодати и свободы, идущих от Бога к человеку и от человека к Богу». Свобода человека не означает оставленность Богом, Бог не бросает человека, Божий промысел чудесен и сокровенен, он предстает перед человеком как благодать, не насилующая, но просветляющая человека. Идея карающего Бога совершенно чужда Бердяеву.

Но все-таки сам по себе человек, будучи отдален от Божественной благодати, обречен на тщетные метания, ибо он находится в падшем мире: «Творческая тайна бытия закрыта грехом. В падении человека [лишь] ослабляются творческие силы человека. Через Христа искупается и восстанавливается человеческая природа, спасается от проклятия греха... Но подлинное творчество возможно лишь через искупление».

Подлинное, преображающее и мир, и самого человека, творчество возможно лишь в Духе. В человеческом творчестве совершается акт самокреации. Для человеческого творчества не существует табу, любые табу ничто перед лучезарным раскрытием личностью своих сокровенных дарований. Именно творчество свободного человеческого духа раскрывает экзистенциальные глубины человеческого бытия, утверждает человека в мире, преодолевает начальную историческую инволюцию, возвращая его к изначальному идеальному состоянию. Этот возврат к идеальному глубоко закономерен, так как творчество в Духе тождественно первичному состоянию и трансцендентальное рождается в творчестве, которое есть приобщение к вечному. Тем самым Творец дает человеку свободу творить, этот дар провиденциален и благодатен, Христом показано как человеческая свобода может благодатно примиряться с Божьим промыслом. По существу своему творческий акт самодостаточен и свобода, в которой изначально пребывает творящий, исключает любой детерминизм: «Творческий акт непосредственно пребывает в бытии, он есть самораскрытие сил бытия. Творческий акт оправдывает, но не оправдывается, он сам себя обосновывает, но не требует обоснования чем-то вне его лежащим».

Творчество человека обращено к миру грядущему, в творчестве человек оправдывается в светлом порыве преображения бытия. Иначе творчество не имеет смысла и сравнимо с дурной бесконечностью. Творческая новизна подразумевает выход за пределы здешнего, посюстороннего, прорыв объективированного бытия из человеческой экзистенции, которая есть свобода. Новизна происходит из небытия, из примордиальной свободы. Это предопределяет эсхатологизм творчества, ибо оно всегда обращено к концу этого объективированного мира, преисполнено жаждой человека-творца стяжать совершенное и истинное. В экзистенциальном творческом акте выносится приговор этому миру, тайна искупления обращает творчество человека к прославлению мистерии Божественной любви любовью человеческой. В свободном творчестве, как ответе человека на зов Бога, раскрывается серафическая природа личности.

Проявление творчества есть проявление всей космичности человека. Творческий акт имманентен трансцендентальному человеку. Согласно Бердяеву, в глубочайшей сущности своей творческий акт «заключает в себе космос», а сам творец «есть микрокосм». Причем всякий творец есть микрокосм, ибо в нем отображается вечная идея Бога о человеке как со-творце и со-работнике. Бердяев полагает также, что «сущность мира... есть творческий акт», а, значит, мир есть воплощение духовной природы человека, его внутреннего потенциала. Мировые коллизии отображают духовные борения человека, мировые катастрофы - катастрофы духовные. В творчестве человека находят подтверждение слова о том, что добро и зло борются в мире между собой, а поле битвы - сердце человека.

Возделывание человеком своей души - тоже творчество, и итоги его выражаются в мире, в самом процессе и в продуктах исторического действа. Бердяев пишет: «Человек творит свою личность и в творчестве выражает свою личность... Человек есть существо, преодолевающее себя и преодолевающее мир... В этом смысле, творчество есть трансцендирование». Творчество порождает нечто новое и небывшее, «...творческая новизна предполагает дуализм, прорыв в этом объектном мире, а не эволюцию этого объектного мира».

Бытие - продукт творчества. Источник творчества в небытии, в трансцендентальности человека. И нет другого творческого материала, чем чистая человеческая духовность. В этом смысле человеческое творчество есть творчество «из ничего»: «Творчество не есть переход мощи творящего в иное состояние и тем ослабление прежнего состояния - творчество есть создание новой мощи из небывшей, до того не сущей. И всякий творческий акт по существу своему есть творчество из ничего, т.е. создание новой силы, а не изменение и перераспределение старой».



← предыдущая страница    следующая страница →
12345678910111213141516171819202122232425
26                        




Интересное:


Экзистенциально-гуманистическая антропология Н.А. Бердяева
Этико-аксиологические корни экологического кризиса
Методологическая функция философии в научном познании
Целостность глобализационного процесса
Философские основания экологической этики
Вернуться к списку публикаций