2012-11-11 19:59:54
ГлавнаяФилософия — Эпоха просвещения и формирование философии «морального чувства»



Эпоха просвещения и формирование философии «морального чувства»


Ральф Кэдворт в своей книге «Истинная разумная система вселенной» выступил против Гоббса и Гассенди, объявив, что материализм сводится к сенсуализму и что чувства, как показал Платон, слишком ненадёжны, чтобы служить основой познания. Истинные идеи относятся к вещам, не воспринимаемым чувствами, например к идее совершенного Бытия. Ранее Кэдворт и Мор до некоторой степени благосклонно относились к картезианцам, с которыми поддерживали дружескую переписку; но теперь они обратились против Декарта как врага религиозных убеждений. Кэдворт отверг Декартову дихотомию между духовным и материальным мирами в пользу «лестницы совершенств во вселенной», согласно которой вещи создаются нисхождением от высшего к низшему. Нравственные идеи, по мнению Кэдворта, не имеют ничего общего с ощущениями и природой человека вообще, нравственные истины столь же очевидны, как математические. Истинная сущность нравственных различий, созданная всеобщим и вечным разумом бога, необходимо и вечно находится в природе вещей. Поэтому истины этики могут быть доказаны подобно истинам математики. По мнению Н.Д. Виноградова, «Кэдворт делает шаг назад, когда признаёт врождённость моральных понятий, допускает неизменную нравственность, защищает существование такой морали, которая является порождением самой природы, а не сознательной воли человека».

Основные этические идеи Р. Кэдворта изложены им в посмертно опубликованном «Трактате о вечной и неизменной морали» (1731). Название трактата довольно точно отражает суть этического учения Кэдворта. Нравственный закон - это вечные и неизменные понятия о добре и зле - разновидность врождённых идей. При этом, будучи божественными идеями, добро и зло не зависят от воли самого божества; они даны сами по себе, необходимы и самодостаточны. Кэдворт тем самым выступает против отрицания Гоббсом объективного, основанного на самой природе источника морали, считая, что такое понимание нравственности лишает человека возвышенного и духовного. Человек благодаря богу сам становится источником истины и нравственного совершенства, не нуждается в общественном договоре, обуздывающем, согласно Гоббсу, своеволие эгоистической страсти. Не внешнее понуждение, а основанный на божественных идеях разум - вот, по Кэдворту, источник морали.

Но Кэдворт анализирует не только идеи. Предметом его размышлений являются также поступки. Кэдворт делит нравственные деяния на два класса: это поступки хорошие по природе и поступки хорошие по положению. К первым люди побуждаются ценностью самих действий, непосредственно и абсолютно. Ко вторым их понуждает воля законодателя. Первые поступки хороши по содержанию, вторые - по форме. Исполнение первых свидетельствует о моральном облике человека, вторых - о его послушании. Иными словами, воля законодателя не создаёт моральной сущности (на что указал бы Гоббс), более того, в идеале она должна основываться на том, что является абсолютно добрым. Само по себе такое различие поступков не является оригинальным. Оно встречается уже у стоиков, разрабатывалось в той или иной форме схоластиками. Однако Р. Кэдворт посредством этого различения подошёл к важной проблеме этики - проблеме своеобразия нравственности. Выделение морали, моральных повелений в противоположность административно-правовым и политическим установлениям было интересным моментом в развитии теории морали после Гоббса. Понятия добра и зла Р. Кэдворт рассматривает как некоторые существенные качества действий, которые усматриваются разумом интуитивно. С помощью интуиции человек осознаёт нечто как доброе и злое. Определить же и объяснить эти понятия разум не в состоянии, да он и не нуждается, по Кэдворту, ни в каких объяснениях: мораль, добро и зло изначально ясны.

Абсолютный интеллектуализм Р. Кэдворта был последовательно преодолён Локком в гносеологии и Шефтсбери в этике. Но уже в рамках кембриджского неоплатонизма находят известное развитие эвдемонистические тенденции. Последние связаны с именем Генри Мора. В трактате «Руководство по этике» Мор исходил из того, что целью человеческой жизни является счастье, а не постижение божественных истин, и добродетелью называются качества человека, способствующие достижению этой цели. «Добродетель, - писал Мор, - есть интеллектуальная сила души, посредством которой она в состоянии до такой степени обуздать животные наклонности и чувственные страсти, что во всяком деле человек в состоянии с легкостью стремиться к тому, что само по себе и единственно хорошо».

То есть в системе Генри Мора одного разума недостаточно для вынесения морального решения. То новое, что вносит в этику Мор по сравнению с Кэдвортом, касается трактовки процесса восприятия моральных идей. Мор стремится дать обоснование этики с учётом анализа аффективной жизни (здесь он идёт за Гоббсом) и высоко оценивает справедливость. В качестве познавательных способностей Мор выделяет разум и «божественную проницательность» - инструмент интуитивного познания, - или «благообразную способность», «чувство истины». Разум, интеллект направлен на постижение неизменных истин; «благообразная способность» - на постижение безусловного блага. Иными словами, Г. Мор считает, что нравственные идеи обладают таким своеобразием, которое с необходимостью требует от человека особой познавательной способности для их восприятия и познания. Он признаёт особую способность для оценки высших форм моральной деятельности, причём эту способность он представляет родственной самому существу добра. Для него этическое - это интеллектуальная сила души, обуздывающая инстинкты. Таким образом, у него на место традиционного «ratio recta» вступает другая душевная способность - «особого типа». Здесь можно видеть зарождение столь известной впоследствии концепции морального чувства, которую можно встретить у британских моралистов, начиная с Шефтсбери, хотя, конечно, то, что понимают под моральным чувством Шефтсбери или Юм далеко от «туманной добровидной способности» «кембриджского платоника». Тем не менее, особое чувство добродетели в этике Мора выступает как предвестник концепции морального чувства Шефтсбери, Хатчесона и Юма.

Генри Мор, сочинявший в форме поэтических аллегорий, описывал мир, одушевлённый мировой душой - орудием Бога. Это означало не отказ от научных объяснений, но противопоставление механистической философии, вышедшей тогда на передний план; мировая душа предлагалась в качестве нематериалистического объяснения магнетизма и гравитации. В 1671 г. Мор утверждал, что геометрическая интерпретация природы Декартом подразумевает существование абсолютного пространства, причём оно не может быть атрибутом вещей, поскольку само по себе является интеллигибельной реальностью, оборотной стороной Божественного. В противоположность дефинициям Декарта Мор утверждает, что не только материя, но и духи имеют протяжённость.

Каковы особенности морального познания по Мору? Оно носит интуитивный характер, «божественный инстинкт» с абсолютной достоверностью познает высшее благо. Восприятие блага, добродетели и счастья доставляет наслаждение. Познание морали отражается в любви к богу и ближним. Для Мора главным было показать, что мораль представляет собой предмет внутреннего опыта, и её познание основано на переживании, прочувствовании. Здесь, правда, возникает типичное для интуитивизма противоречие, заключающееся в следующем: с одной стороны, чтобы обрести моральность, человек должен познать добродетель и высшее благо; с другой - само познание предполагает нравственно-познавательные способности в человеке, иными словами его моральность. Мор затушёвывает это противоречие ссылкой на божественность моральной способности, позднейшие интуитивисты прямо не апеллируют к богу, однако допускают некоторое трансцендентное начало в качестве источника нравственности. Понятно, что действительно важные и сложные проблемы познания, освоения человеком морали яснее при этом не становятся.

Значительное место в этике Генри Мора занимают учения об эмоциях и свободе воли. Эти учения представляют известный исторический интерес, однако не дают ничего нового для понимания теоретических истоков этики «морального чувства».

Кларк и Уолластон выдвинули концепцию этического рационализма, моральные различия в которой выводились из вечных, неизменных и объективных отношений, и нравственные законы утверждались настолько очевидными и ясными, как и любое положение Евклида. Единственный источник зла - непонимание и незнание необходимых различий вещей, произвольные страсти. Поэтому, согласно их этики, всякий преднамеренный нравственный порок настолько абсурден, насколько абсурдна попытка изменения математических отношений.

В сущности, эти мыслители излагали лишь тезис о том, что этическое этично. Они утверждали, что утилитаристский взгляд на этическое слишком прозаичен. Однако им не удаётся сформулировать в противоположность утилитаристскому воззрению более возвышенный принцип этики, из которого можно было бы вывести более высокое и всеобъемлющее содержание её. Их этика по содержанию, в сущности, не отличается от этики утилитаристов. Ей только не хватает великого энтузиазма, характерного для последней. Интеллектуалисты и интуиционисты не способны создать живую этику самосовершенствования.

По мнению Рендалла Коллинза, кембриджские платоники структурно являются одним из поворотных пунктов британской интеллектуальной жизни. На рисунке 1.1. представлена созданная им схема сетевых отношений в европейском каскаде кружков 1600-1735 гг. Коллинз убеждён, что, начиная с кембриджских платоников, «мы можем проследить разветвление сети в нескольких направлениях: с одной стороны, сенсуалистический эмпиризм Локка вместе с восстановлением врождённых нравственных идей в концепции Шефтсбери, с другой стороны, ряд попыток переосмысления религиозных вопросов в трудах Ньютона и Беркли. Эти пути развития не должны слишком удивлять, поскольку платоники сформулировали большую часть проблем, которые предстояло развивать Локку и Ньютону, пусть и со значительными изменениями направленности внимания, что характерно для развертывания цепочек интеллектуального творчества.

Европейская сеть: каскад кружков 1600-1735 гг.



Кэдворт вполне осознанно поднял вопрос о сенсуализме, причём используя тот самый образ, который Локку предстоит сделать знаменитым; Кэдворт явным образом отрицал, что ум является «белым листом бумаги», на котором вообще ничего нет, кроме следов, оставленных объектами наших чувств». Идеи не абстрагируются от объектов, а просто пробуждаются ими; чувственное восприятие не даёт ни сущности вещей, ни научных законов. Локк должен был согласиться с последним утверждением, но в более умеренной форме, устраняя сущности в пользу накопляемого чувствами вероятностного знания; в других пунктах Локк мог бы обнаружить многие свои формулировки, развернув позицию Кэдворта в противоположном направлении. Локк прямо заимствовал некоторые аргументы Кэдворта. Довод Локка в его «Опыте» в пользу существования Бога тождествен кэдвортовскому: ничто не может произойти из ничего, а существование чего-либо предполагает существование вечного творца. Таков единственный пункт, наряду с самоочевидным существованием «я», в котором Локк признаёт «знание, выведенное не из чувств».

В моральных теориях кембриджского неоплатонизма следует обратить внимание на следующие два момента. Первое: мораль конституируется как сфера особых идей, отличающихся по содержанию от идей иного рода. Второе: моральное познание носит интуитивный характер, причём интеллектуальный характер интуиции у Кэдворта дополняется подключением к моральному познанию эмоциональных моментов в этике Мора.


Таким образом, в рамках западноевропейской философии Нового времени существуют разнообразные идеи и течения, среди которых выделяется направление, наиболее полно представленное в трудах Дж. Локка. Непосредственным мотивом действий он признаёт беспокойство желания, а также им наряду с другими представителями этого направления осуществляется попытка обоснования моральных действий и их оценки через внепознавательные способности человеческой души. Во многих отношениях именно эти идеи Локка и английских философов конца XVII века были восприняты и развиты в трудах А. Шефтсбери, Ф. Хатчесона, Д. Юма.

Вместе с тем, по сравнению с идеями материалистов, например Гоббса, кембриджские неоплатоники, будучи представителями другого направления - идеализма - делали шаг назад, полностью замыкая мораль на боге. Однако именно в учениях кембриджских неоплатоников впервые была сформулирована идея о наличии у человека особой добровидной способности, которая затем будет положена Шефтсбери и его последователями в основу учения о моральном чувстве.


Долина Виктория Геннадьевна



← предыдущая страница    следующая страница →
1234




Интересное:


Ценностно-нормативные установки этики устойчивого развития (на примере Байкальской природной территории)
Материально-практические измерения общественного бытия. Начала праксиологии
Личность Владимира Соловьёва и её влияние на становление философии всеединства
Ориентация на целостную личность как исходная установка «нового ценностного мышления» К. Гюнцля
Понимание целостной личности в философии русского космизма
Вернуться к списку публикаций