2012-10-24 16:49:47
ГлавнаяФилософия — Идейно-теоретические и социокультурные предпосылки тектологии А.А. Богданова



Идейно-теоретические и социокультурные предпосылки тектологии А.А. Богданова


Источники, лежащие в основе философской системы А.А. Богданова, по степени их влияния на учёного оцениваются самым различным образом. Так, по мнению исследователя К.М. Дженсена, выраженному в его фундаментальном исследовании «Между Марксом и Махом. Философия живого опыта Александра Богданова», значение по весомости вклада в формирование мировоззрения учёного К. Маркса намного выше, чем идеи Э. Маха. «Там, где эмпириокритицизм является не более чем рафинированием обыкновенного материализма, диалектический материализм является высшей ступенью по сравнению материализмом в частности и всем прошлым мышлением вообще.».

Необходимо заметить, что существуют и другие точки зрения. Так, американский исследователь Р. Вильямс вообще не считает А.А. Богданова марксистом, поскольку тот не принимал приоритет экономического фактора в развитии общества, а идеологию считал не отражением экономики, а независимой реальностью, формирующейся в труде.

Кроме того, и сегодня остаётся за кадром такой аспект эволюции философских взглядов Богданова, как влияние на его научное творчества отечественной интеллектуальной традиции, пытающейся охватить вселенское многообразие окружающей действительности, впоследствии получившей название русского космизма, в лице его наиболее известных выразителей - Н.Ф. Фёдорова, К.Э. Циолковского, А.Л. Чижевского, В.Н. Муравьёва. Сравнение отдельных сторон творчества этих мыслителей с положениями тектологии Богданова порою действительно поражает. Например, В.Н. Муравьёв, творивший одновременно с Богдановым, выдвигал идеи организации времени как фактора, способного кардинально изменять историю и человеческое общество. Ему принадлежат мысли о превращении науки во всеобщее, всечеловеческое явление, преддверие космической науки, об общности мира живого, мира инстинктивного и мира познаваемого, о необходимости преодолевать миросозерцание, основанное на отрыве мысли от реальной деятельности, о насущной потребности согласования индивидуального опыта с коллективным опытом, наработанным человечеством за всю его историю: «разум должен прежде всего, так же как всё руководимое им действие, черпать силу не в опыте отдельного индивида только, но в деятельности социально-исторических групп человечества... сочетать индивидуально-кабинетный опыт исследователя с опытом коллективно-организационным, как в смысле образования человеческих групп и управления ими, так и в смысле рационализации приёмов работы таких групп». Это положение разделяет и Д.Н. Козырев, называя философию Богданова философско-техническим космизмом. Кроме того, по мнению П.А. Плютто, в творчестве Богданова ярко проявляются элементы ещё одной духовной и идейной традиции русской философской культуры, причём религиозно-нравственной, в виде проблемы «что есть и что должно». У Богданова это проблема социализма «должного» и «существующего». Отсюда его роль пророка, который всегда в будущем, а также его служение идее свободы, которая уже объявлена. Подобные параллели в научном творчестве разноплановых русских философов находят и другие современные исследователи, исходя, например, из такого основания как наличие системно-синергетических элементов в их творчестве. Так, В.П. Шалаев говорит о родственности теоретических традиций творчества Богданова и таких отечественных мыслителей, сторонников русской религиозной традиции как Н.А. Бердяев, С.Л. Франк, Н.О. Лосский, И.А. Ильин, Г.Г. Шпет, П.А. Флоренский и другие.

Всё вышесказанное говорит о том, что А.А. Богданов, как сын своей эпохи, впитывал всё богатство идей, которым располагало отечественное научное и философское сообщество. Очевидно, что для создания своей системы взглядов, он использовал всё, что могло быть поставлено на службу преобразующему человеческому гению.

Говоря об общей оценке места и значения воззрений Богданова в историческом развитии философской мысли, можно привести мнение одного из исследователей творчества и деятельности учёного. По мнению Плютто, Александр Богданов оказался именно в том месте и на той линии развития науки и общественной деятельности, которые наиболее отвечали его натуре и его характеру, а их можно определить однозначно: «... желание быть на самом «острие», на самом «краю» событий и жизни, как он их понимал, прослеживается достаточно ясно. Это прослеживается не только в его революционной деятельности или работах в области политэкономии, но и в попытках развить новейшие по тому времени взгляды Э. Маха и В.Ф. Оствальда, а также самобытные идеи пролетарской культуры, наконец, противопоставить свою тектологию всем философским системам от Лейбница до Канта и Гегеля».

Большинство исследователей говорят о полифоничности в отношении факторов и источников, сформировавших его мировоззрение. Т.Г. Кульсеева, например, указывает на два полюса - науку и социальное учение К. Маркса, между которыми происходила идейная эволюция учёного. При этом, она отмечает наличие также философских элементов различных, в том числе немарксистских философских школ (немецкая классическая философия, Шопенгауэр, Ницше, позитивизм и особенно эмпириокритицизм Э. Маха. Именно это бесстрашное комбинирование различных по своему происхождению идей, по её мнению, стало отличительной чертой философии А.А. Богданова.

В основе большинства положений философской системы мыслителя лежит объединение подходов и идей различных философских школ и научных направлений. Это связано с особенностью мышления философа, его внутренней свободой мышления и способностью увидеть в комбинации малосочетаемых элементов жизнеспособные результаты. Так, разработка онтологических проблем Богдановым основана на его восприятии и синтезе учения Маха о действительности как совокупности элементов человеческого опыта и марксистских взглядов на практику как основу процесса познания. Картина мира в интерпретации А.А. Богданова представляет «совокупность элементов опыта», которая упорядочивается и организуется общественной практикой. Сущность этого подхода была точно выражена соратником по революционной борьбе Богданова А.В. Луначарским: «Мир действительности есть только человеческая практика... За пределами же человеческой практики лежит бездонное непознанное, относительно которого мы, не впадая в неустойчивую метафизику, не можем ничего абсолютно сказать ни хорошего, ни дурного».

Всё это многообразие идей и положений различных философских систем, удивительно сочетающееся в философской системе А.А. Богданова, у некоторых исследователей вызывает вполне объяснимое желание говорить об эклектичности взглядов философа. Начало обвинениям в эклектизме было положено ещё Г.В. Плехановым и В.И. Лениным, в связи с его «Эмпириомонизмом». Но как считал сам Богданов «всякая попытка выработать цельное, то есть монистическое мировоззрение неминуемо должна использовать множество разнообразных односторонних философских комбинаций. Только выделяя «истину» каждой из них и стройно связывая полученный таким образом материал при помощи одного руководящего принципа, можно прийти к монизму. ... Вопрос об эклектизме и монизме мировоззрения не решается указанием на источники, откуда возникли его различные элементы; иначе величайшим эклектиком XIX века надо признать Маркса, соединившего элементы материализма, гегельянства, социализма, буржуазной классической экономии и многие другие, находившиеся до него в совершенно раздельном и даже противоречивом состоянии». Все эти разнообразные концепции учёный преломляет в свете своих организационных идей и монистического подхода к построению картины мира, где все свойства комплексов связаны с их организационной природой и определяются ею. Можно сказать, что тектология вытекала из объективной тенденции науки того времени, поиска новых способов научного познания - переориентации научного мировоззрения на «философию систем».

При этом Богданов не был одинок в подобных попытках. Но, по мнению С.Н. Пустильник, «... из всех попыток приблизиться к общезначимому научному языку тектология выделяется тем, что представляет собой целостную, внутренне единую, и законченную концепцию, с сформированной методологической основой, разработанным понятийным аппаратом. Она не ограничивается поисками внутри одной области или универсализацией одного принципа, а содержит тектологические модели различных типов и форм организации, законы, приложимые к любым организованным объектам и процессам независимо от их материальной основы, являясь предтечей нового системного уровня изучения мира». Тектология отражает как монистическую традицию в описании мира, так и тенденцию научного развития к созданию общезначимого научного языка, соединённых с марксистской идеей практической деятельности.

Важна, в связи с этим, оценка социальных взглядов мыслителя. Н.А. Кузьминых, говоря об истоках творческой деятельности Богданова, подчёркивает, что место научных взглядов Богданова в иерархии и системе философских взглядов его предшественников и современников характеризуется тем, что социальные идеи учёного сопоставимы со взглядами О. Конта, А. Сен-Симона, Михайловского, П.А. Сорокина и, наконец, с системами Э. Маха и Р. Авенариуса, с одной стороны и К. Маркса с другой.

Подводя итог анализа творчества Богданова, можно сказать, что всё вышеперечисленные взгляды и положения различных философских систем, научных теорий были переплавлены учёным в новую научную область знания - науку о всеобщих системных законах.


Выводы по статье:

1. Источники, оказавшие влияние на формирование философских взглядов мыслителя отличаются полифоничностью. В них наблюдается влияние многих, причём самых различных по своей направленности и принадлежности, философских школ и мыслителей, рассматриваемых А.А. Богдановым под углом проблем системности, организации, активного переустройства мира, всеобщности методологического подхода, монистических традиций философии.

В его философии соединены порою несоединимые идейные традиции для того, чтобы создать науку, способную дать ответы на большой круг вопросов, беспокоящих человечество, дать пути решения насущных проблем, выдвигаемых действительностью. Сглаженность проявления многих теоретических и научных подходов соответствовала духу и замыслу философии А.А. Богданова, а также особенностям его методологии при решении научных проблем. При подборе А.А. Богдановым материала для своей всеобщей организационной науки, учёный руководствовался, прежде всего, принципом всеобщности и универсальности изучаемых и выделяемых им феноменов.

2. Ядром философской системы мыслителя, безусловно, является идеология и философия марксизма, с его деятельностной природой и стремлением к активному переустройству действительности, особенно в социальной сфере. Фактически, идеи К. Маркса играли роль методологии при создании эмпириомонизма и тектологии, а также были тем ориентиром, по которому учёный осуществлял целеполагание новой науки.

3. В формировании целостного подхода А.А. Богданова как попытки объяснения единства мира и человеческого познания - эмпириомонизма важнейшую роль сыграла новейшая разновидность позитивизма конца XIX - начала XX века - эмпириокритицизм Э. Маха и Р. Авенариуса, который выступил в качестве теоретической базы для преодоления дуализма познания окружающей действительности. Одним из инструментов, использованных А.А. Богдановым в создании своей науки, стал монизм метода, способа исследования, монизм мировосприятия, основанного на начале, несводимом ни к материи, ни к духу и зависящем только от способа организации «элементов опыта».

4. Философская система А.А. Богданова в процессе своего формирования испытала значительное влияние новейших достижений различных отраслей науки, прежде всего, естественных, которые использовались А.А. Богдановым в качестве источника фактов, подтверждающих взгляды учёного на мир как пространство действия единых законов его организации. Многочисленные источники из различных сфер научного знания сформировали основной постулат тектологической науки А.А. Богданова о единстве и изоморфизме законов, действующих во всех областях общественной практики и познания, и о необходимости подхода к любому объекту или явлению как к целостной сложной системе во всём многообразии, богатстве связей и отношений её частей и элементов.

5. Философские взгляды А.А. Богданова, включая его «Эмпириомонизм» и «Тектологию», стали концентрированным выражением и завершением многочисленных попыток создания мощного методологического движения, потенциал которого накапливался в течение многих столетий развития философской мысли человечества.

6. Общий принцип философии А.А. Богданова отвечал духовной традиции, воспринятой русским учёным от своих идейных предшественников и развитой им, заключавшейся в беззаветной вере в бескрайние познавательные и созидательные возможности человечества, используемые во имя Человека. Своей наукой он лишь пытался найти и обосновать наиболее эффективный путь достижения этой великой цели.


Тарент Игорь Геннадьевич



← предыдущая страница    следующая страница →
1234567




Интересное:


Русская монархическая идея XI - первой половины XVII веков.
Ориентация на целостную личность как исходная установка «нового ценностного мышления» К. Гюнцля
Теоретические источники экологической этики
Понятие личности, ее структура и интегративное качество в трактовке А. Баама
Насилие как зло и грех
Вернуться к списку публикаций