2012-10-24 16:49:47
ГлавнаяФилософия — Идейно-теоретические и социокультурные предпосылки тектологии А.А. Богданова



Идейно-теоретические и социокультурные предпосылки тектологии А.А. Богданова


XIX и начало XX века были отмечены бурным развитием науки, мировыми открытиями в самых различных областях знаний, а также повышенной социальной активностью практически всех слоев российского общества. Избранное будущим философом направление своего образования - естественнонаучное в Московском университете, а затем медицинское (психиатрия) - в Харьковском, выглядит не случайным. И впоследствии, при разработке А.А. Богдановым общефилософских проблем, он будет постоянно сверяться с научным компасом в поиске своего пути, искать разнообразные естественнонаучные экспликации, примеры и иллюстрации из разных научных источников для обоснования своих теоретических выводов. При этом константой его творческой эволюции неизменно остаётся социальная полезность его научных выводов.

Многие исследователи говорят о том, что А.А. Богданов постоянно интересовался передовыми разработками и научными открытиями своего времени и хорошо в них разбирался. Но, помимо научного интереса к передовым открытиям науки, А.А. Богданов в полной мере испытал на себе всеобщее опьянение раскрывшимися возможностями научно-технического прогресса. Его социальный оптимизм, вера в безграничные созидательные возможности человека и заданный ими вектор дальнейшего развития науки и техники были отсветом культурной традиции нового времени. Этот феномен образно выражает в своём исследовании Д.Н. Козырев: «Пластичный мир, расправляемый человеческой волей, - эта новая парадигма объединяет рационалиста Р. Декарта с эмпириком Ф. Бэконом, а фанатичного атеиста К. Маркса - с искренне благочестивым Локком, выразившим влияние Нового времени в примечательных словах «Зажжённый в нас свет достаточен для выполнения всех наших целей». Параллели с данной традицией достаточно очевидны, что подчёркивается и парадоксальным мнением исследователя жизни и творчества А.А. Богданова - П.А. Плютто. «Тектологию» - считает П.А. Плютто - пронизывает мысль о том, что человек всё может познать и объяснить, - а значит и свершить, что является основополагающей идеей ... рационализма, представленного Р. Декартом, мысли которого А.А. Богданов, возможно, унаследовал, читая любимого Б. Спинозу: «одна из теорем «Этики» гласит - порядок и связь вещей совершенно те же, что и порядок и связь идей, если последние освобождены от тумана чувств, представлений и полностью прояснены интуитивно-демонстративным знанием. Это фундаментальное убеждение, разделявшееся и Лейбницем, обосновывало уверенность этих великих рационалистов в познаваемости мира и в достоверности этих познаний.».

Огромную роль в формировании будущей философской парадигмы А.А. Богданова сыграла удивительная энциклопедичность его ума. Широта его интересов, стремление вникнуть в самую глубь, в содержание самых различных наук и теорий определяет не только замысел его научного поиска, но и многое может рассказать о тех предшественниках и идеях, которые заложили основу его философской системы. А они настолько многообразны, насколько всеобъемлющим является замысел его тектологии, которая простирается над всеми областями научного знания и именно для этого и предназначается. Многие исследователи отмечают, что писать об идейных источниках, которые послужили движущей силой формирования философского мировоззрения А.А. Богданова, нелегко, потому что сам он в своих работах очень редко и неинформативно упоминает о своих предшественниках. Также трудно назвать его последователем какого-либо одного направления философской мысли или интеллектуального течения, настолько своеобразны и оригинальны его идеи, необычен подход философа к решению традиционных задач философии. Сам А.А. Богданов говорит о принципе подбора научного материала для своего учения так: «Тектология берет из частных наук исходные пункты для своих построений, но всегда при этом вынуждена изменять заимствованные понятия, приспособляя их к универсальности своих задач.».

Может сложиться впечатление о значительной независимости его творчества от влияния посторонних идей и мыслей, что объясняется особенностями его научного поиска, поскольку интерес к процессам организации и функционирования различных систем прослеживается у мыслителя, начиная с самых ранних его работ. Это отмечается многими исследователями. Основная мысль, проходящая красной нитью в произведениях А.А. Богданова, мысль об отсутствии четких границ между различными областями человеческого знания, процессами, протекающими в окружающей природе и обществе, оправдывает малозаметность следов различных философских, естественнонаучных идей и взглядов в его философских идеях и выглядит вполне органично и оправданно.

Редкое упоминание А.А. Богдановым конкретных источников, ставших побудителями его идей, вполне органично укладывается в систему его взглядов на «авторитет» как источник ограниченного и искажённого взгляда на мир, который формируется вследствие разделения общества и углубляющейся специализации. Созвучно этой мысли и богдановское отношение к коллективу людей как к естественному общественному образованию.

Всё это подводит к мысли, что факторы, повлиявшие на его развитие, действовали подспудно, особенно в ранний период его жизни. В философских взглядах А.А. Богданова наблюдаются теоретические конструкты, взятые из самых различных, в том числе, немарксистских источников, а также положения и идейные традиции, разработанные ещё античными философами. А.А. Богданов творил, свободно перемещаясь из области естественных наук в сферу философии. Тем не менее, не смотря на трудности ориентации в источниках, при анализе текстов работ А.А. Богданова, изучении его архивных материалов, при сравнении его философских работ различных периодов его творчества, вполне возможно выделить внутренние связи его философской системы, скрытые источники и корни его идейного наследства.

Можно сказать об объективной своевременности его открытий и соответствии их задачам своего времени. В этом контексте характерно мнение Л.И. Абалкина, который считает А.А. Богданова учёным, максимально отвечающим объективным потребностям своего времени, поскольку «возникла острейшая потребность в разработке и освоении нового типа или стиля научного мышления. Она могла быть реализована лишь на основе универсального, энциклопедического знания, преодолевающего ограниченность сугубо специализированного подхода, но остающегося при этом поверхностным, что и продемонстрировал А. Богданов в своей тектологии. В этом одновременно заключена ее сила и слабость». Это точное замечание, однако, содержащаяся в нём критика учёного в поверхностности знаний, вызывает несогласие, так как общий замысел организационной науки предполагал синтез различных областей научных знаний на основе того общего, что составляет предмет исследования тектологии, а также предусматривал абстрагирование от их различий и деталей, составляющих основу специализации этих знаний.

Поиск новой парадигмы научной методологии требовал от учёных высочайшей культуры мышления, способности к синтезирующему обобщению, осмыслению и критической переработке богатейшего теоретического наследия, накопленного наукой. Всеми этими качествами в избытке обладал А.А. Богданов. Ему выпала возможность совершить переворот в науке, осуществив переход от метода аналогий, который широко и плодотворно в ней использовался, к выявлению единых закономерностей становления и функционирования систем, что явилось качественно новым открытием в тектологии. Его тектология была одной из первых попыток выявления и анализа общих закономерностей развития природы, общества и мышления с особой, организационной точки зрения. Несомненно, на её рождение повлияли глубочайшие социальные потрясения, которые поразили человеческое общество в первой четверти XX столетия, а также кризис естественных наук, развернувшийся несколько ранее.

Необходимо отметить группу источников, повлиявших на формирование его взглядов, которые находились в области естественнонаучных исследований и соответствовали его стремлению к систематизации знаний. Очевидно, рано сформировавшаяся направленность его будущего философского мировоззрения, определяла вектор его исследовательских интересов и научного поиска мыслителя. Именно в естественнонаучной сфере в конце XIX века объективно складывается возможность объединения различных областей человеческого знания на основе существования общих для них феноменов и закономерностей, которые экспериментально подтверждали принцип всеобщей взаимосвязи.

К таким феноменам принадлежит идея системности, которая стала ведущей характеристикой и ведущим принципом мировоззрения А.А. Богданова. Подтверждение этой идеи он находил как в современных ему достижениях естественных наук, так и философских взглядах его предшественников и современников. Элементы системного мировоззрения - организация, направленность развития, связь, форма, целесообразность прослеживаются ещё в трудах и идеях античных философов при описании упорядоченности бытия, в попытках ухода от хаотичности мироустройства, их указаниях на наличие внутреннего порядка, организации и структуры объектов и явлений. На это указывает греческое происхождение понятие «система» (целое, состоящее из частей). Стремление научно упорядочить восприятие мира восходит ещё к методологии Аристотеля и более древним философским учениям. Системная картина мира, ставшая неотъемлемой частью сегодняшнего научного мировоззрения, возникла не случайно. Ещё в древности она стала вполне объяснимой реакцией человеческого сознания на потребность людей жить в понятном и доступном человеческому пониманию мире явлений и феноменов, на основе рационально понятых законов, отвечающих на извечные вопросы человеческого существования о его месте и роли в природе, что давало ему ощущение относительной устойчивости существования, своеобразную душевную опору и ориентиры, которые вначале носили преимущественно чувственно-образный, а впоследствии всё более рационально-логический характер. Можно сказать, что уже исторически первые картины мира, созданные в разных культурах народов мира носили системный, внутренне структурированный характер. К ним возможно отнести многочисленные мифологические и религиозные представления об окружающем мире - индийские гимны «Пуруши», «Ригведа», тексты «Упанишад», китайский миф «Пань-гу», «Теогонии» Геосида и другие.

Для этих попыток структурировать окружающую действительность типичны феномены хаоса и порядка, жизни и смерти, а также структуры мира в своей иерархии (небо, земля, вода, живое, человек и т.д.), принципы родственности всего живого и неживого, природного и человеческого, микроскопического и вселенского. Эта мысль явно просматривается в суждениях А.А. Богданова об изначальной организованности мышления первобытно-общинного общества: «Мышление все глубоко проникнуто основным, наивным единством метода. И законы природы, и законы жизни людей рассматриваются как совершенно однородные организационные предписания божественной власти; а все знание о них - как ее «откровение», т. е. просто сообщение или опубликование этих предписаний. Нет и мысли о том, что процессы природы, жизни стихийной и социальной могут иметь свои собственные законы, различные для разных областей опыта, что подчинение фактов известным закономерностям и повиновение людей власти - вещи не одного порядка.».

Идеи монизма, достижения единого понимания природы вещей были целью изучения древней натурфилософии. Можно привести лишь взгляды Эмпедокла, который качественное разнообразие мира объяснял только тем, насколько в том или другом случае преобладают известные элементы, в какой пропорции и с какой плотностью они соединены. Элементы, составляющие мир, сами по себе вечны и неизменны, изменяется только взаимное отношение между ними, которое производит на нас впечатление появления и разрушение вещей. Можно провести параллель в отношении «организованности» и «дезорганизации» А.А. Богданова как эквивалента философского понятия «Любви» и «Ненависти» у Эмпедокла.

Влияние античных идей о мире как живой, разнородной, но единой системе, а также более поздних взглядов представителей этой традиции в философии, которые получили развитие в теоретических конструкциях представителей немецкой классической философии Канта, Шеллинга, Гегеля, на формирование системных идей А.А. Богданова подчеркивают многие исследователи. По мнению С.Н. Пустальник, достижения естественных наук только предоставило необходимый инструментарий для анализа сложных целостных объектов и дало новый толчок для разработки учёным системных проблем. Так, тенденции развития научного знания склонялись к преодолению ограниченности классической науки, которая базировалась на постулате простоты природы в форме либо «организованной простоты», либо «неорганизованной сложности», перенося успехи физических наук, универсальность физических законов в область философии и побуждая классическую науку к созданию концепций на основе простейших элементов, их соотношения и универсальных законов, которые объясняли простоту, гармонию и совершенство окружающего мира. При этом вектор развития классической философии указывал путь к монизму науки, всеобщим и всеохватывающим законам бытия. Как пример можно привести лаплассовскую абсолютную мировую формулу.

Системный подход в исследованиях многих передовых умов конца XIX - начала XX века ознаменовал новую попытку решить проблему единства науки на основе целостности как исходной категории любого объекта, а также единых системных закономерностей, присущих любому уровню реальности, которая состоит из систем. Становление философских и естественнонаучных взглядов А.А. Богданова происходило в период увеличения количества попыток преодолеть последствия дробления наук и усиливающейся специализации, а также разорванности научных знаний. Многие исследователи пытались построить картину мира в виде цельной системы. В качестве примера можно привести работу Н.Н. Страхова «Мир как целое. Черты науки о природе» (1872 г.), холистические идеи мироустройства швейцарского социолога и философа О. Шпанна, работу австрийского психолога и философа Х. Эренфельда «О качестве образа» (1890 г.), отражавшую сущность холистического движения в психологии, затем продолженную и развитую М. Вертхеймером и В. Кёлером в гештальт-психологии. Также можно привести публикацию серии статей «Исследования о построении систем» в 1908 - 1917 годах эстетиком и психологом К.Гроссом, где он ставит задачей выявить наиболее общие закономерности создания любого рационального построения.

Нельзя обойти вниманием и ярко проявившиеся в научном творчестве А.А. Богданова традиции монистического взгляда на мироустройство. Монистический подход к трактовке и объяснению законов познавательного процесса, как мощная тенденция в развитии научной мысли, оказал формирующее влияние на становление молодого учёного, задал направление его системных поисков. Данная тенденция выражалась в стремлении его предшественников и современников создать единую картину мира или, так называемых, основ бытия и во многом определила дальнейшие исследования учёного, венцом которых стала его всеобщая организационная наука. Такие исследователи как Э. Геккель, Э. Мах, В.Ф. Оствальд своим гимном монизму природы дали побудительный толчок дальнейшему развитию монистической линии в исследованиях А.А. Богданова. Отстаивание принципа монизма во взглядах на мироустройство в философской системе А.А. Богданова было логическим продолжением эволюции его системного мировоззрения.

Именно у биолога Э. Геккеля А.А. Богданов заимствовал термин «тектология», которым тот обозначал науку, описывающую принципы строения живых организмов, при этом придав ему более универсальный смысл. «Поэтому я, - пишет А.А. Богданов, - и предложил обозначить всеобщую организационную науку словом от того же корня - «тектология». Э. Геккель уже употреблял это слово, но только по отношению к законам организации живых существ.».

Приверженность монистическому мировоззрению органично вписалась в преодоление А.А. Богдановым односторонности «материализма естественников» - яркого проявления традиционного дуализма, а также попытку отвержения их атомистических идей. Всё это нашло выражение в увлечении А.А. Богданова энергетической теорией В.Ф. Оствальда, вызвавшей в своё время горячие симпатии мыслителя. Влияние его взглядов на творчество А.А.Богданова единодушно подтверждают большинство исследователей.



← предыдущая страница    следующая страница →
1234567




Интересное:


Природа морали и её основания в этических учениях А. Шефтсбери, Ф. Хатчесона, Д. Юма
«Целостная личность» и «органический социум» как взаимосвязанные социально-философские категории
Традиции школы всеединства в России
Проблема человека в философии И.А. Ильина
Глобализация и динамика цивилизационных процессов
Вернуться к списку публикаций