2012-10-24 16:23:26
ГлавнаяФилософия — Организационный подход А.А. Богданова в контексте развития современных системных исследований



Организационный подход А.А. Богданова в контексте развития современных системных исследований


Для оценки места тектологии в истории развития научной мысли необходимо представлять общую картину развития системного мировоззрения в конце второго тысячелетия. Только взгляд со значительного расстояния способен дать полное представление о масштабе и значимости научной концепции или учения. Именно сегодня, в эпоху всеобщего распространения системного мировоззрения, важно понимать значение всеобщей организационной науки и ту роль, которую она сыграла в развитии нового направления мировой научной методологии.

Говоря о всей совокупности основных системных концепций, которые сложились к настоящему времени, можно сказать, что сегодня наука имеет дело с обширной, разноплановой и солидной теоретической базой и богатейшим теоретическим потенциалом для дальнейшего развития системного мировоззрения. Многие исследователи отмечают насущную необходимость в системном синтезе компонентов этой базы, выделении фундаментальных общесистемных закономерностей, создании целостных, действующих методологических аппаратов для масштабных системных исследований, прогнозирования, проектирования, системного анализа.

Рассматривая логику развития системного мировоззрения в XX веке, необходимо отметить присущие ему, как и любому процессу, колебания и неравномерность изменений. Исследователи указывают на определенные черты застоя, наметившегося в этой области в 80-е годы. Он выражается в отсутствии или локальности попыток выдвижения качественно новых системных подходов и аппаратов, недостатке стремления у сложившихся школ к объединяющему синтезу, некритическом отношении к очевидной узости концептуальных конструктов, на которых базируются основные варианты общей теории систем. Одним из недостатков сегодняшних системных исследований, в том числе и в сравнении с тектологией, по мнению, например, Э.Г. Винограя, является узость поля исследуемых ими системных проблем, а также имеющуюся определённую конкуренцию между данными подходами.

Кроме того, отмечается даже углубление тенденций разобщенности, фрагментарности, отсутствия полноценных попыток объединяющего синтеза. То, что имело смысл на начальных этапах теоретико-системных исследований, тормозит дальнейшее развитие системного мировоззрения сейчас, когда пришло время за всей этой разнообразной и богатой палитрой системных идей увидеть то, что их объединяет, речь идёт о преодолении специализации, как и во времена создания тектологии Богдановым, но уже внутри области системного мировоззрения. То есть в определённой степени, тектология выступает в диагностирующем контексте для системно-ориентированных исследований второй половины XX века.

Другой парадокс сегодня заключается в том, что при наличии множества вариантов общей теории систем неразработанными остаются центральные для неё проблемы формирования уже всеобщей теории систем и её категориального базиса. Поэтому мне кажется важным проведение определённого сравнительного анализа современных оценок роли тектологии А.А. Богданова в развитии сегодняшних системных разработок.

Говоря о всеобщей организационной науке А.А. Богданова, её значении и месте в разработке научной парадигмы XX века в конкретном историческом контексте, можно отметить наиболее значимую научную проблему, которая развита в его работах и объективно является заслугой учёного - это провозглашение значимости системного подхода в его организационном аспекте и связанная с ним глубокая проработка и развитие методологии системного мировоззрения.

Тенденция, которую гениально уловил и раскрыл в своём творчестве А.А. Богданов, была объективно вызвана насущными потребностями его эпохи, которые в дальнейшем только расширились и усилились. Говоря об этих потребностях, необходимо отметить такие моменты как:

- неспособность прежней классической научной парадигмы, характеризующейся механистичностью и примитивизмом в формировании картины мира, адекватно объяснять постоянно усложняющиеся взаимосвязи различных сторон окружающей действительности и дать эффективные практические рекомендации для общественной практики, а также научно обоснованные варианты дальнейшего развития человечества; постоянно нарастающее дробление научного знания на отдельные вотчины специализированных наук только усиливали неспособность старой науки отвечать на возникающие вызовы современности;

- мощный толчок для разработки методологических проблем и эффективных технологий решения насущных задач дали глобальные проблемы существования человеческого общества, связанные с его выживанием. Они поставили в полный рост вопросы о необходимости доминирования науки в решении кризисных проблем выхода из сложившейся ситуации, о месте науки в современном обществе, о её ответственности за будущее человечества. Необходимость перемен в области научного мировоззрения, существовавшая в начале 20-го столетия, в настоящее время не только не потеряла свою актуальность, но многократно усилилась;

- процесс накопления количества положительных результатов в результате реализации междисциплинарного связей и интеграции различных областей научного знания, в основе которого лежит существование общих закономерностей и сходства предмета исследования различных наук, приводит к выводу о насущной необходимости новой научной методологии;

- появление качественно новых факторов общецивилизационного масштаба, характерной чертой которых стало удивительное сочетание всеобщего научно-технического прогресса с ростом величины кризисных тенденций военно-политического, экономического, социального и экологического характера, которые ставят сомнение перспективы существования человеческого общества;

- происходящие во всех сферах социально-экономической и культурной жизни современного общества глубоких и радикальных изменений, которые не укладываются в традиционные научные схемы объяснения и прогнозирования социальных систем, что вызывает необходимость создания новой парадигмы их развития.

Вышеуказанные факторы рассматривались и осмысливались представителями самых различных научных направлений, в том числе и системного, которые отражали возрастающую сложность, катастрофичность и глобальность возникающих проблем. Примеры социогуманитарных исследований подобного плана, которые в своём названии выражают эти тенденции, приводит В.П.Шалаев:

- «восстание масс» (Х.О.-и-Гассет);

- «столкновение цивилизаций» (А. Тойнби и С. Хантингтон);

- «цивилизационные разломы» (Н.Н. Моисеев);

- «антропологическая катастрофа» (М. Мамардашвилли);

- «общество опосредования» (Ж.-П. Кантен);

- «большое общество» (А.С. Ахиезер);

- «непонимание человеком сущности техники», становящейся его господином (М. Хайдеггер и К. Ясперс);

- чрезвычайный рост «сложности общества», при одновременном сужении возможностей управления им (Ж.-П. Кантен, В.И. Варшавский, Д.А. Поспелов);

- гибель в человеке эмотивных, чувственно-эмоциональных свойств - (Х. Скалимовски и В.А. Кутырев);

- «экологическая катастрофа» - (Н.Н. Моисеев);

- экспоненциальный рост возможностей «сверхкатастроф» - (Е.Н. Князева и С.П. Курдюмов);

- «самоуничтожения» - (М.С. Каган) и другие.

Данные проблемы стали как предметом научного интереса и фактором, стимулировавшим организационные исследования А.А. Богданова. Учёный рассматривал данные кризисные проявления в соответствии с реалиями своего времени и в соответствии с принципами своей методологии: «Мировая война есть не что иное, как организационный кризис в мировом масштабе, порожденный общественной стихийностью человечества, анархией взаимных отношений между государственными организациями. И как всякий подобный кризис, она неизбежно концентрирует в себе дезорганизационные и организационные процессы, тесно сжимает и сталкивает их в рамках ограниченного пространства и времени; а как величайший по сумме приведенных в движение сил из всех подобных кризисов, известных доныне в истории человечества, она это делает в наибольшей степени».

Необходимо сказать, что учёный создавал свою науку в то время, когда вопрос катастрофичности и неопределённости перспектив человеческого бытия не стоял настолько остро и безальтернативно. И тем не менее, проблема создания новых методологических средств в целях объяснения и разрешения различных кризисов, которые, по мнению мыслителя носят организационный характер, была для него вполне актуальной: «Мировая война и мировая революция поставили ясно дилемму: преодоление анархии социальных сил и интересов или распад цивилизации. Вопрос жизни и смерти, требующей всеорганизационного решения».

Представителям современной науки с позиции сегодняшнего знания о характере имеющихся угроз, состояния и потенциальных возможностей системных разработок, вполне естественным кажутся те задачи и проблемы, которые решаются в наше время системной методологией в форме общей теории систем, кибернетических разработок, синергетических теорий, общий дух которых В.П. Шалаев обобщил ёмким понятием - системно-синергетическая парадигма. Но впервые данные задачи были отчётливо выражены в целях и предназначении всеобщей организационной науки Богданова:

- собирание и обобщение накопленного человечеством всего имеющегося опыта эффективной организационно-системной деятельности в различных сферах его деятельности и научного знания;

- переход от разрозненного, фрагментарного, дублирующего знания к целостным системным идеям в разных отраслях науки;

- создание всеобъемлющей системной методологии, состоящей из всего мирового системно-организационного потенциала интегрированного знания опыта о природе и общества в целях применения её при решении глобальных проблем, стоящих перед человечеством.

Исходя из задач и принципов, лежащих в основе тектологии, вполне отчётливо просматриваются те цели и результаты, которые могли бы быть получены сегодня при практическом применении богдановского методологического подхода:

- изменение качества и результативности решения задач, решаемых при исследовании, проектировании и преобразовании сложных систем, к которым относятся и многие объекты, кажущиеся порою простыми, если не сказать примитивными;

- наличие универсальной системной концепции, знание и применение на практике общесистемных закономерностей, позволило бы избежать трудности и ошибки в решении частных системных проблем;

- формирование качественно нового, современного типа мировоззрения и научного мышления, соответствующего потребностям изменения человеческой цивилизации в условиях запредельного обострения глобальных проблем;

- возможность эффективного решения качественно новых системных проблем, которые отличаются сочетанием чрезвычайной сложности и отсутствием аналогов в истории науки, техники и социально-организационной практики.

Тектология А.А. Богданова стала развитием и концентрированным выражением традиций системного мироосвоения, взглядов на всеобщее организующее, творящее начало, многие положения которого зафиксированы в виде системных идей древней философии Индии, Китая и Греции. Данная традиция проявлялась на всём протяжении развития философских учений и различных научных направлений в виде тенденции к интеграции человеческих знаний и их межпредметным взаимодействиям. А.А. Богданов сумел разглядеть скрытые потенциальные возможности этой традиции в период расцвета и углубления специализации современных ему научных направлений, что затем воплотилось в созданной им науке. Подход учёного ценен тем, что впервые после проработки в рамках философии, математики и логики, предметом исследования стали не вещи, свойства, процессы, а организационные отношения, проявляющиеся в любых формах, что делает тектологию первой в двадцатом столетии междисциплинарной наукой.

Нельзя сказать, что учёный был одинок в своём подходе. В положениях тектологии вполне отчётливо просматриваются идеи, развивавшиеся, в том числе, его соотечественниками. Можно сказать, что в России к концу XIX столетия сложились мощные системно-организационные идейные традиции, которые не могли не отразиться на научном творчестве А.А. Богданова в концентрированном виде. В частности, ключевая у А.А. Богданова идея организации вполне сочетается с идеями В.И. Вернадского об организации разнородных объектов существующей реальности, а учение В.И. Вернадского об организованности как динамически-равновесном состоянии близко по своему смыслу принципу динамического равновесия в тектологии А.А. Богданова.

До сегодняшнего времени можно встретить мнения о том, что влияние тектологии на дальнейшее развитие системного мировоззрения во многом сомнительно в силу незначительной распространённости его работ, особенно за рубежом. Кроме того, определённую лепту в этот взгляд внесло и активное замалчивание его произведений и взглядов до недавнего времени по политическим мотивам и в родном отечестве. Однако, тенденция широкого распространения системной парадигмы как в России, так и на Западе, говорит о том, что тектологические взгляды мыслителя являются определённо востребованными современной эпохой, сущность которой ранее назначенного историей времени гениально уловил А.А. Богданов.

Практически полное отсутствие упоминаний его идеях в дальнейших разработках последователей системного направления возможно является свидетельством либо нежелания признать первенство российского учёного в развитии всеобщей системной методологии, либо неспособностью увидеть и установить параллели между собственными системными разработками и идеями тектологии А.А. Богданова, пусть и несколько затушёванными оригинальной терминологией. Подтверждением этой мысли может служить дальнейшее развитие системных взглядов в советской России.

При жизни учёного его тектологические взгляды пользовались значительным авторитетом у немалой части отечественного научного сообщества. Этому способствовала ограниченная, но вполне реальная возможность пропагандировать свои взгляды в печати, при чтении лекций, а также в ходе их практического воплощения при работе в Институте переливания крови. Активная критика его трудов официальными оппонентами в этот период вполне красноречиво подтверждает данное мнение.

О прикладном значении организационных идей учёного говорит то влияние, которое они оказали на развитие управленческой мысли, а также социологии организаций, развивавшейся в 20-30-х годы. Неслучайно Богданов стал активным участником Первой Всероссийской инициативной конференции по научной организации труда и производства, проведённой Наркоматом путей сообщения в январе 1921 г.

Присутствие идей тектологии отмечаются в различных научных исследованиях его современников - соотечественников, касавшихся в определённой степени организаторских постановок проблемы и системных идей при решении прикладных задач повседневной практики:

- в исследованиях организации предприятий и учреждений вообще Л.А. Вызова;

- в изучении психотехники рабочей силы И.Н. Шпильрейна;

- в анализе принципов организации П.М. Керженцева и С.А. Чахотина.

- системных представлениях в биологии и психологии 20-30-х годов.

Дальнейшее развитие системных взглядов в том масштабе, который пытался охватить русский учёный, происходило наиболее концентрированно за рубежом. И, прежде всего, это было связано с исследованиями Людвига фон Берталанфи, создавшего десятилетиями позднее один из первых вариантов общей теории систем, в основу которой, по мнению Ю.А. Урманцева, была положена главная «эмпирическая предпосылка тектологии - существование в реальности разнообразных изоморфизмов». Е.Л. Петренко отстаивает мнение о прямом влиянии идей тектологии на развитие отдельных отраслей научного знания, в частности, науки об организации, отдельные аспекты которой впоследствии разрабатывались в рамках теории социальных систем Т. Парсонса, теории политических систем Д. Истона и Г. Алманда, теории действий М. Крозье и А.М. Фридберга, теории организации труда и управления производством Ф.У. Тэйлора, Г. Форда, А. Файоля, А.К. Гастева, П.М. Керженцева, П.А. Попова и О.А. Ерманского, теории совершенствования управления и управленческого труда, менеджмента М.Х. Мескона, Х. Альберта и Ф. Хедоури и других.



← предыдущая страница    следующая страница →
12




Интересное:


Социальный гуманизм Томаса Манна: взаимосвязь культуры, политики и гуманизма
Глобализация и динамика цивилизационных процессов
Немецкая классическая философия: Кант, Фейербах, Гегель и другие представители
Мифы русской идеи
Философские основания экологической этики
Вернуться к списку публикаций