2012-01-28 20:05:35
ГлавнаяФилософия — Складывание теории русского самодержавия во второй трети XIX - начале XX веков.



Складывание теории русского самодержавия во второй трети XIX - начале XX веков.


Восстание декабристов, его подавление стали определённым рубежом в социально-политической жизни страны. Политическая мысль замерла, она работала лишь в русле идеологического обоснования существующих в России порядков. Сюда можно отнести создание министром просвещения, графом Уваровым знаменитой формулы «православие, самодержавие, народность», споры о которой ведутся даже сегодня. Но в 1836 году Чаадаев пишет своё знаменитое «Философское письмо», которое Герцен образно сравнивал с выстрелом, раздавшимся в тёмной ночи. Став, в основном, объектом критики, это письмо сыграло роль катализатора для русской политической мысли. Наряду с официальной появляются оппозиционные течения - от умеренных до самых радикальных. Всё это происходило на фоне острого кризиса феодально-крепостнических отношений, заставившего Николая I признать, то крепостное право «является для всех очевидным злом». Отмена крепостного права и другие реформы Александра II открыли новую веху в истории России, создав предпосылки для развития экономического могущества, которое во многом было достигнуто к 1917 году. «Потепление» политического режима, государственный либерализм времён Алесандра II, а особенно Николая II, привел к появлению огромного спектра политических воззрений, среди которых, разумеется достойное место занимали монархические идеи.

Министр народного просвещения при Николае I граф Семён Семёнович Уваров (1786-1855) был единомышленником Н.М. Карамзина, по рекомендации которого и был принят на государственную службу. Он являлся больше практиком, чем учёным. Именно при нём была создана в России чётко функционирующая система учебных округов, при нём активно открывались новые учебные заведения. Однако, именно С.С. Уваров является создателем знаменитой формулы «православие, самодержавие, народность» (хотя вопрос о его авторстве вызывает некоторые споры), ставшей лозунгом русских монархистов всего последующего времени. В самодержавии С.С. Уваров видел главный устой, обеспечивающий силу России; православие им обоснованно считалось основой духовной жизни русского народа; народность понималась как свойственное России единение народа со своим государем.

Большое место в русской политической мысли этого периода занимает славянофильство, течение мысли, не вполне соответствующее своему названию, ибо у ранних славянофилов мы не находим любви к славянству в целом, панславистских взглядов. Идеологи этого направления, сложившегося на рубеже 30-40 годов XIX века, как и многие другие русские мыслители, в том числе представители официальной идеологии, разрабатывали тему самобытности России, особого пути русского народа. Виднейшими идеологами славянофильства были К.С. и А.С. Аксаковы, И.В. и П.В. Кириевские, А.С. Хомяков, Ю.Ф. Самарин, выступавшие на страницах «Московитянина» и «Русской беседы». Воззрения славянофилов весьма различались во многих моментах, но в основе своей они совпадали: в оценке неполитического характера русского народа, в поддержке неограниченности русского самодержавия, во взглядах на содержание взаимоотношений между властью и народом. Программным документом славянофильства можно считать представленную Александру II в 1855 году К.С. Аксаковым «Записку о внутреннем состоянии России». Исходным для К.С. Аксакова как и для других славянофилов является установление основ русского народа. Важнейшей характеристикой его (русского народа) автор «Записки ...» считает абсолютную аполитичность: «Русский народ есть народ не государственный, т.е. не стремящийся к власти, не желающий для себя политических прав, не имеющий в себе даже зародыша народного властолюбия». Доказательством этого он считает добровольное призвание на Русь варягов, избрание на царство Михаила Романова, отсутствие народных восстаний против власти с целью получения политических прав. Не желая политических прав, народ хочет «оставить для себя свою неполитическую, свою внутреннюю общественную жизнь, свои обычаи, свой быт, жизнь мирную духа». Здесь русский народ проявляет себя как истинно христианский, единственный сохранивший в чистоте Божественные заветы, ибо «он помнит заветы Христа: воздайте Кесарева Кесареви, а Божия Богови; и другие слова Христа: Царство Моё несть от мира сего...». И как народ христианский русский ищет для себя не внешней - политической свободы, а свободы внутренней - свободы духа, нравственности, т.к. именно это нужно для достижения цели христианина - служения Богу, стремления «к царству Христову». Таким образом, истинный закон человека находится внутри него - это «любовь к Богу и ближнему». Если бы все люди были таковы, они были бы святыми, и им не нужны были бы внешнее ограничение и принуждение в виде государства. Но люди грешны, и им нужен внешний закон, исходящий от государства. Но для истинно христианского народа государство необходимо лишь как защита внутренней общественной жизни, но не как цель «властолюбивых желаний», ибо политическое будет отвлекать людей от их христианского пути. Таким образом, русский народ оставляет для себя общественную жизнь, куда кроме духовной составляющей включается и весь материальный быт народа: «земледелие, промышленность, торговля»; а государству предоставляется полная власть внешнего и внутреннего управления, главным образом, для защиты населения, отсюда важное место в деятельности государства занимает организация военной службы. Итак, цель народа - внутренняя общественная жизнь, построение её на христианских началах. Цель государства - охрана жизни народа, создание условий для народного благосостояния и реализации его христианского призвания на земле. Ярким примером такого характера взаимоотношений народа и государства является допетровская Русь, которая в представлении русского человека, была разделена на «Государство» и «Землю».

Здесь следует указать на противоречие, имеющееся у К.С. Аксакова и в целом у ранних славянофилов. Они говорят, что сфера политическая полностью в введении государства, монарха; народ оставляет себе «внутреннюю общественную жизнь», куда они помимо всего прочего включают земледелие, промышленность, торговлю. Но перечисленные сферы являются основным содержанием всей национальной экономики, невмешательство в которую со стороны государства является просто абсурдом. Далее, а действительно ли непосредственно в сферу духа и нравственности, самодержавное государство не должно вмешиваться? Нравственность своими корнями тесно связана с религией. Эта связь тем теснее, чем выше религиозность народа. Можно уверенно утверждать, что в середине XIX века православная вера в русском народе была очень сильна. Получается, что славянофилы выступали против вмешательства государя в вопросы веры. Опять ошибка, именно самодержавный царь не может быть пассивным созерцателем народной веры. Упоминавшаяся нами теория о «симфонии властей» отнюдь не означает бездействия монарха в духовной сфере. Он является представителем всех мирян в церкви и, не претендуя на верховенство в ней, должен быть блюстителем и хранителем православия. Об этом говорят и исторические факты. Византийские императоры участвовали во Вселенских соборах, влияли на их ход, были активными борцами с ересями. Тоже можно сказать и роли русских князей и царей, особенно в допетровский период. Самодержавная власть должна заботиться о народных нравах: охранять их при соответствии духу православия, а при отходе от него - исправлять, применяя самые строгие меры. Таким образом, деление всей сферы общественных отношений на две независимые части («Государство» и «Землю») представляется несколько искусственным. Но это отнюдь не опровергает мысли славянофилов об аполитичности русского народа, нравственном характере его устремлений.

Лучшей формой правления при такой посылке славянофилы считали только неограниченную монархию - русское самодержавие. Все иные формы допускают большую или меньшую степень участия народа в политических делах, отвлекая народ от внутренней, нравственной жизни, с одной стороны, а с другой - ограничивают правительственную власть, не позволяя ей в полной мере осуществлять свои функции. Как отрицательный К.С. Аксаков приводит пример Западных народов, которые в ущерб внутренней свободе, пути веры и духа, увлеклись свободой политической. В результате они растеряли веру, «обеднели душою», и созданные ими республики, несмотря на внешнюю надёжность и прочность, обречены на постоянные потрясения. Но русский народ не претендует на политическую власть, и в этом гарантия его стабильного и позитивного развития. Не признавая политической роли за народом, славянофилы считали возможным и необходимым средством воздействия общества на государство - общественное мнение, так как «В общественном мнении (разумеется выражаемом себя гласно) видит государство, чего желает страна, как понимает она своё значение, какие её нравственные требования и чем, следовательно, должно руководствоваться государство, ибо цель его - способствовать стране исполнить своё призвание». Общественное мнение будет полезным, если будет выражаться свободно, а это возможно при наличии свободы слова и отсутствии цензуры. В допетровской Руси существовали надёжные каналы определения мнения «Земли» - Земские соборы и иные многочисленные способы, активно используемые русскими царями. Между царём и народом существовало взаимное доверие, которое не нуждалось в формальных гарантиях, ибо опиралось на нечто более прочное - религиозные, нравственные убеждения. Это отличает русское самодержавие от западного абсолютизма и восточного деспотизма. Абсолютизм разрушает духовную связь между монархом и народом. Пётр I как раз и превратил русское самодержавие в абсолютизм, разрушив органическую связь существовавшую между народом и монархом. Государство превратилось в самодовлеющую силу, стало вторгаться во внутреннюю жизнь народа. Более всего подверглось насильственным требованиям Петра теснее всего связанное с государством служилое сословие, в результате чего оно оторвалось «от русских начал». Эти «новопреобразованные русские» стали презирать все русское и подражать во всём Западной Европе. Дворянство, потеряв во многом нравственную свободу, но получив новые права, почувствовало в себе политическое властолюбие, отсюда беззаконие которое творилось вокруг престола на протяжении всего XVIII века. Правящий класс, оторвавшись от народа демонстрирует «всеобщее развращение или ослабление нравственных начал», «взяточничество и организованный грабёж». Другим отрицательным следствием отхода от русского пути стало превращение Русского государя в идола, почти Бога; это вытесняет нравственные начала, оставляя лишь тупое повиновение.

Но петровская система, по мнению К.С. Аксакова, пока не успела разрушить гражданские устои основных масс русского народа. Поэтому есть возможность восстановить разрушенные отношения Земли и государства. Для этого необходимо устранить правительственный гнёт и «Тогда возобновиться сам собою полный доверенности и искренний союз между государем и народом», Россия вернётся к истинному самодержавию.



← предыдущая страница    следующая страница →
123




Интересное:


Общетеоретические и методологические основы философской антропологии И.А. Ильина
Эпоха просвещения и формирование философии «морального чувства»
Глобализация и динамика цивилизационных процессов
Марксизм или постмодернизм – упразднение или возрождение философии
Проблема человека в философии
Вернуться к списку публикаций