2012-01-28 19:56:32
ГлавнаяФилософия — Монархические идеи Л.А. Тихомирова



Монархические идеи Л.А. Тихомирова


Непрочность династичности и недостаток легитимности компенсировалась возобладавшей в Византии «идеей личных заслуг императора». В силу этого на византийском престоле мог усидеть только человек действительно выдающихся качеств. Но это, по мнению Л.А. Тихомирова, отнюдь не укрепляло государственности, как может показаться на первый взгляд, ибо создавало постоянную конкуренцию, в процессе которой лучшие силы страны занимались взаимным уничтожением.

Неясность права на императорскую власть, всесилие бюрократии порождали, таким образом, постоянную борьбу за власть. Эта борьба привела к разложению правящего класса, ибо давало ему множество способов держать императоров в своих руках. Отсюда утрата ответственности, и как следствие - чиновничий произвол и хищения. Народ, видя бесконечные злоупотребления и несправедливость, терял веру в государство, чувство нравственного единства с ним, и также развращался.

Развратившаяся и продажная бюрократия, с одной стороны, и лишенный малейших центров самоорганизации и желания поддерживать государство народ, с другой, привели своё государство к падению.

Таким образом, причины падения Византии, с точки зрения Л.А. Тихомирова, кроются в недостатках государственной системы, обусловленных восприятием староримской политической доктрины, приведшей к абсолютизму в управлении, бюрократизации государственного аппарата и, как следствии к подрыву и без того слабого социального строя. Государство не смогло обеспечить себе прочной опоры в своём народе. Христианство придало императорской власти верховный характер, но оно неспособно было по своей природе дать целостную доктрину государственности.

В то же время мы должны заметить, что Византия просуществовала ещё тысячу лет после крушения западной части империи. Безусловно, огромная заслуга в этом принадлежит византийскому самодержавию, её основополагающим принципам, среди которых основными, на наш взгляд, являлись следующие: 1) власть императора от Бога, император есть Божий слуга; 2) «симфония властей». И это при том, что её национальный состав, как говорил и Л.А. Тихомиров, был очень пёстрым, имел «сбродный» характер. А это, естественно, очень сильно затрудняло объединение народа в границах единого государства. Однако, Византия справлялась с этим тысячу лет.

Христианская государственная идея оказала огромное влияние и на государства Западной Европы, в которых монархическая форма правления стала безусловно преобладающей. Её развитие происходило в условиях отличных от византийских и московско-русских, и определивших своеобразие западноевропейских монархий. Главными из этих условий Тихомиров называет следующие:

«1) могучий социальный строй племён германских, сменивших своими государствами разрушившуюся Римскую империю;

2) влияние христианской идеи Царя - Божия служителя, хранителя высшей правды;

3) огромное влияние римской императорской доктрины, систематически прививавшейся новым молодым государствам Европы всеми образованными их элементами;

4) Римско-католическое истолкование отношений государственно-церковных».

Римская императорская доктрина, считал Л.А. Тихомиров, была благоприятна для выдвижения королей и императоров новых государств. Но и только. Они были созданием могучего социального строя молодых наций, обладавших кипучей энергией и развитым самоуправлением. Их короли поэтому не могли обладать властью абсолютной, но зато имели зачатки верховной власти. Они не могли обладать слишком большой управительной властью в условиях мощного самоуправления народа, но являлись как бы родовыми владыками, охранителями обычного права и справедливости, охраняя и выражая этим народные идеалы.

Христианство с её идеей Царя - Божия служителя поднимало эту родовую монархию до уровня действительно верховной власти, как защитницы высшего нравственного идеала. Таковой, по мнению Тихомирова была власть Карла Великого, выражавшая христианский нравственный идеал и тесно связанная с, в большой степени самоуправлявшимися, силами нации.

Но староримская политическая доктрина, бывшая для западноевропейских государств единственно разработанной и готовой, оказала, по мнению Л.А. Тихомирова, на них огромное влияние. Идея делегации народной власти императору, при смешении, как и в Византии, нации с Церковью, естественно привела к пониманию императорской власти как делегации церковной власти. В католической церкви церковная власть принадлежала Римскому Папе. Следствием этого явился взгляд на власть монарха как на делегацию Папы. Римско-католическое истолкований отношений государства и Церкви исходит из того, что «Политических глав в мире будет много, церковная - одна; политических самодержавий много, а «церковное самодержавие» ... - одно», и это политическое самодержавие сильнее раздробленных по нациям политических самодержавий. Догматом католической веры является подчинённость всякого человеческого создания Папе. Тихомиров считал зги идеи вредными и для государства и для Церкви. Они возникли у католиков «от неверия в силу духовную и от чрезмерной веры в силу материальную». Подобный папоцезаризм ведёт к постоянной борьбе Церкви и государства, «благодаря которой падает самое христианство». Эта борьба подрывала монархический принцип верховной власти, не позволяя королям стать в полной мере выразителями высшего нравственного идеала. Вкупе с римской абсолютистской доктриной это приводило к постепенному становлению абсолютизма в европейских государствах.

Борьба европейских монархов против власти Папы, привела во многих государствах к обратному искажению взаимоотношений Церкви и государства - к протестантскому цезаропапизму. Протестантское отрицание всякой церковной иерархии логически приводит к тому выводу, что «высшая церковная власть принадлежит самой христианской общине». Но в соответствии с Римской абсолютистской доктриной народ передаёт все свои права императору. Таким образом, в протестантских странах короли сосредоточили в своих руках власть и церковную и государственную. Они сосредотачивали свои усилия, по мнению Л.А. Тихомирова, не на том, чтобы оставаться носителями нравственного идеала своих наций, а на сосредоточении в своих руках всей возможной власти. Это неизбежно привело к установлению абсолютизма.

Но абсолютизм, как уже говорилось, не совместим с сущностью монархии. Он есть свойство демократии и неизбежно к ней приводит, что и произошло в западноевропейских государствах. Чрезмерно сосредотачивая в своих руках управительные власти, западноевропейские монархии, по мнению Л.А. Тихомирова, уже не смогли оставаться выразителями высшего нравственного идеала. Так они теряли свою силу, благодаря которой им подчиняются миллионы их подданных. Отсюда - появление абсолютистской доктрины Т. Гоббса (фактически римской), в соответствии с которой народ при заключении договора о создании государства отказывается от всех своих политических прав в пользу суверена, без права требовать их назад. Эта теория, точно отразив новый абсолютистский характер западноевропейских монархий, ошибалась относительно неотчуждаемости прав суверена. С потерей нравственного начала, очень вероятной становилась эволюция политической мысли в сторону переноса «в народ его власти, только доверенной королям, но не отчуждённой, и во всякое время подлежащей возвращению законному владельцу по его требованию». Кроме того, считал Л.А. Тихомиров, фактические условия способствовали этой эволюции. Абсолютизм приводил к бюрократизации государственного аппарата. При сильном социальном строе, с мощными началами самоуправлении это приводило к неизбежному столкновению абсолютистской монархии со своим народом, которое привело к победе демократической, республиканской идеи.

Большое место в своей фундаментальной работе «Монархическая государственность» Тихомиров отвёл анализу истории русской монархии, при этом, постоянно отмечая, что Московская Русь представляет собой образец наиболее «чистого» воплощения монархического принципа Верховной власти.

По мнению Тихомирова, наиболее важные для монархии условия - религиозные и социально-бытовые, на Руси «особенно благоприятствовали выработке идеального типа монархии». К ним присоединялись также условия внешнеполитические. Напротив, «все условия политической сознательности были в России за всё 1000-летнее её существование крайне слабы, и по своей спутанности и противоречивости, едва ли не хуже, чем где бы то ни было».

Положительной для монархи характеристикой социального строя, отсутствовавшей в Византии, было наличие определённой национальности, обладавшей едиными социальными, экономическим, культурными и прочими условиями. Близость восточно-славянских племён, единство их задач по охране торгового пути и колонизации прилегающих территорий обуславливали потребность в единой власти.

Далее, показателен сам процесс появление такой власти. Варяги были призваны для того, чтобы «княжить и владеть» на русской земле. Даже если призвание не исторический факт, это, по мнению Тихомирова, не имеет никакого значения, ибо единая княжеская власть в любом случае была установлена.

Мы добавим к этому, что важна политическая идеология, которая выражается в данном факте летописи - народ отказывается добровольно от своей демократической власти в пользу власти князя; а так как летопись была написана спустя всего лишь 189 лет после призвания Рюрика, она довольно точно должна передавать и политический настрой конца IX века, даже если сам факт призвания явился вымыслом.

Благоприятным для утверждения русского самодержавия являлась также династичность высшей власти, которую Русь получила без борьбы в самом начале зарождения государственности. Династичность была специфической - власть получал целый род, а не один Великий князь. Это вскоре привело к складыванию сильного слоя княжеской аристократии, которая противилась центральной власти. Но, несмотря на это, роль идеи династичности, заложенной в самом начале, трудно переоценить. Она впоследствии привела к установлении семейной династичности, которая, в конечном итоге, устранила окончательно всякую борьбу за верховную власть.

Кроме того, социальный строй Руси характеризовался наличием сильных демократических и аристократических элементов. Огромные колонизационные возможности для Руси приводили к постоянной миграции населения, тем самым разбивая родовой строй. Но зато возвышался строй общинный, так как группы, семьи, занимавшие новые земли, нуждались поддержке друг друга. Так складывались многочисленные общины, которые управлялись демократическими институтами. В то же время, Л.А. Тихомиров обращал внимание на то, что родовое княжение развивало княжескую владетельную аристократию, к которой примыкала местами очень сильная боярская прослойка, вышедшая из среды осевших на вотчинах дружинников. Наличие сильных демократических и аристократических начал, способных подняться до уровня верховной власти, обусловило постоянную борьбу между ними и, как следствие, считал Л.А. Тихомиров, необходимость в третьей власти, способной примирить их. Такой властью могла стать только монархия.

Огромное значение для утверждения монархии, как справедливо утверждал Л.А. Тихомиров, имело распространение христианства. Оно с самого начала возвысило великокняжескую власть, провозгласив, что она от Бога, придав ей тем самым абсолютный, не зависящий от политической конъюнктуры авторитет в глазах православных подданных. Кроме того, воздействие православия, в том числе и в отношении государственности, было на Руси последовательнее, чище и глубже чем в Византии, потому что пришло уже вполне выясненным.

Непосредственно с религиозным, связано церковно-византийское влияние. Православная церковь принесла на Русь грамоту, культуру в широком смысле этого слова. С ней пришли из Византии многие законы и государственные порядки, и самое главное, считал Л.А. Тихомиров - уже вполне созревшая в последние 300 лет византийской истории идея самодержавной монархии.

Не менее позитивными для утверждения самодержавия были внешнеполитические условия Руси, состоявшие в многовековой борьбе за существование с окружающими народами. Особенно большое значение имело татарское иго, и борьба с ним. Постоянная внешняя угроза поставила вопрос о необходимости сильной власти, каковой более всего и могла стать власть единоличная.

Такова была на Руси совокупность решающих, по мнению Л.А. Тихомирова, условий для утверждения самодержавной монархии.

На их основе царская идея стала быстро набирать силу. Церковь уже в самом начале заявила, что Владимир - Богом поставленная власть. В укреплении авторитета великих князей, считает Тихомиров, играли положительную роль и их браки с Византийскими принцессами, создав мысль «о царственном праве на Верховную власть». Борис и Глеб, Владимир Мономах - дети таких принцесс, были особенно любимы народом ещё при жизни.



← предыдущая страница    следующая страница →
1234567891011121314




Интересное:


Общетеоретические и методологические основы философской антропологии И.А. Ильина
Экзистенциальная метафизика человека в философии Н.А. Бердяева
Софиология во всеединстве Вл. Соловьева
Проблема свободы и ответственности современной целостной личности
Глобализация и динамика цивилизационных процессов
Вернуться к списку публикаций