2007-10-26 00:00:00
ГлавнаяПедагогика и психология — Некоторые теоретико-методологические подходы к изучению субъективного образа



Некоторые теоретико-методологические подходы к изучению субъективного образа


В рамках своей теории деятельности А.Н. Леонтьев разработал схему предметной деятельности человека, выделив в ней следующие единицы: деятельность, действие, операция и, соответственно, мотив, цель, условия.

Схема предметной деятельности человека А.Н. Леонтьева



Деятельность представляет собой всякий процесс взаимодействия с объектом, является самостоятельным компонентом, т.к. имеет самостоятельный результат и побудитель (мотив). Всякая деятельность слагается из отдельных действий, которые соотносятся с конкретными целями, достигаемыми в ходе деятельности. Операция - способ, каким выполняется действие, «технический состав» действия. В отличие от действия операция отвечает условиям, а не цели. Выделяя эти компоненты деятельности, А.Н. Леонтьев отмечает, что соответственно дроблению и укрупнению единиц деятельности «происходит дробление или, наоборот, укрупнение и единиц психических образов: переписываемый неопытной рукой ребенка текст членится в его восприятии на отдельные буквы и даже на их графические элементы: позже в этом процессе единицами восприятия становятся для него целые слова или даже предложения» [21, с.107]. Таким образом, по мнению А.Н. Леонтьева, соответственно иерархии единиц деятельности существует иерархия образов.

Что представляет собой образ каждого уровня, пока остается только предполагать. Решение этого вопроса достигло определенных результатов только на уровне действия. «Именно действие субъекта по отношению к объекту и есть тот процесс, который «переводит отражаемое в отражение, в образ» [20, с.52]. Именно в действии человека с предметами окружающей среды эти предметы раскрываются для него в тех или иных свойствах, связях, отношениях. Что касается образа на уровне операции, можно предположить, что, поскольку операция есть способ выполнения действия, то содержанием образа этого уровня и является закрепленный в памяти, отработанный в той или иной степени, способ осуществления действия, на основе которого и реализуется операция. Согласно принципу единства сознания и деятельности, образ и деятельность не являются двумя противоположными сущностями, они не противостоят друг другу.

По мнению А.П. Сабощука, образ представляет собой необходимое звено, опосредующее связь субъекта и объекта, поскольку психическое и деятельность соотносятся друг с другом как часть и целое [37, с.71]. Любая деятельность человека является предметной, ее предметность первично проявляется через независимо от субъекта существующий предмет деятельности и вторично - через психический образ этого предмета. По-видимому, из этого проистекает и двоякий характер регуляции деятельности: а) самим объектом, б) его образом. Как субъективный продукт деятельности, образ фиксирует, стабилизирует и несет в себе ее предметное содержание. Значит, предметность (объективированность) образа связана с тем, что, во-первых, он возникает в предметной деятельности, во-вторых, в нем отражаются не субъективные состояния человека, а реально существующие объекты; в-третьих, рассматривая образ как изображение, Б.Ф. Ломов считает, что предметность образа состоит в том, что свойства предмета отражаются в образе не изолированно, а как принадлежащие предмету, т.е. именно как свойства предмета [26, с. 224].

По мнению В.С. Тюхтина, предметность является результатом объективации психического образа, т.е. воздействие вещи сначала порождает ее чувственный образ, а затем этот образ относится субъектом к миру, «проецируется на оригинал» [42, с.111]. Однако А.Н. Леонтьев считает, что «такого факта «обратного проецирования» психологически просто не существует» [23, с.60]. Действительно, ведь уже в момент своего становления образ проявляет себя как предметный. Более полное выражение предметности субъективного образа происходит, когда она проявляется не только в его изначальной соотнесенности с отражаемым объектом, но и со всей системой объективных отношений, в которой существует объект, со всем предметным миром в целом. Понятно, что у человека для этого должна сложиться картина этого мира. И она складывается на всех уровнях познавательной деятельности в результате освоения человеком опыта общественно-исторической практики.

Проблемы сложившейся у человека картины мира, субъективного образа объективного мира в целом (а не только его отдельных предметов) касался еще С.Л. Рубинштейн. Однако четко поставлена была она и решалась именно как проблема образа мира А.Н. Леонтьевым и его учениками (С.Д. Смирнов и др.). По мнению А.Н. Леонтьева, вся проблема восприятия должна быть поставлена как проблема психологии образа мира. «В психологии проблема восприятия должна ставиться как проблема построения в сознании индивида многомерного образа мира, образа реальности» [24, с.6]. Именно психология восприятия дает нам знание, во-первых, о том, как в процессе деятельности человек строит свой образ мира, где данный человек живет, действует, который он преобразует; во-вторых, о том, как функционирует образ мира, опосредуя деятельность человека в объективном мире. Всякая вещь в предметном мире первично проявляется объективно, в объективных связях этого предметного мира, вторично - в субъективном образе мира, складывающемся в сознании человека. «Сознание в своей непосредственности есть открывающаяся субъекту картина мира, в которую включен и он сам, его действия и состояния...» [22, с.129]. Чувственная ткань сознания придает реальность сознательной картине мира, мир предстает перед человеком как существующий вне его сознания, как объективное поле и объект его действия. Неискушенный человек считает, что перед ним мир, а не мир и картина мира. Это проявляется в «безотчетном переживании чувства реальности» [22, с.129]. Построение образа мира происходит в результате активного «вычерпывания» свойств и отношений из реальной действительности. При этом образ мира может быть «более адекватным или менее адекватным, более полным или менее полным... иногда даже ложным» [24, с.6]. И это связано, прежде всего, с индивидуально-неповторимым внутренним миром человека. Только через личность необходимо и возможно рассматривать то, что он увидел, на что обратил внимание из того, что его окружает.

Строящийся в сознании человека образ мира в процессе активной деятельности субъекта с этим миром и осуществляет регуляцию поведения и деятельности субъекта. С.Д. Смирнов пишет: «Не мир образов, а образ мира регулирует и направляет деятельность человека» [39, с. 17]. Для выполнения этой функции образ восприятия должен с самого начала строиться как целостное образование. Именно целостный образ задает место определенному ощущению в структуре образа мира. «Образ мира и есть система экспектаций (ожиданий), порождающая объект-гипотезы, на основе которых идут структурирование и предметная идентификация отдельных чувственных впечатлений» [39, с.24]. «Сенсорные полуфабрикаты» находят свое место в образе мира, детализируют его и уточняют. Образ, взятый безотносительно контекста образа мира, являются психологически мертвым образованием. На основе актуальной стимуляции человек не строит заново образ и не вводит его затем в свою картину мира. По С.Д. Смирнову, «построение образа внешней реальности есть, прежде всего, и, главным образом, актуализация той или иной части уже имеющегося образа мира и лишь во-вторых, это есть процесс уточнения, исправления, обогащения или даже радикальной перестройки актуализированной части картины мира или образа мира в целом» [39, c.25]. Описанный подход, предлагающий рассматривать образ мира первичным по отношению к актуально воздействующей стимуляции, может показаться идеалистическим (с точки зрения генезиса образа, гносеологии это действительно было бы идеализмом), однако он справедлив, поскольку осуществляется в рамках функционального анализа. А.Н. Леонтьев отмечал, что образ мира у человека «складывается не только на непосредственно чувственном уровне, но и на высших познавательных уровнях в результате овладения индивидом опытом общественной практики, отраженным в языковой форме, в системе значений» [22, c.134]. Человек живет в предметном мире, представленном в четырех измерениях (трехмерное пространство и время), но, в отличие от животных, для человека, по А.Н. Леонтьеву, характерно пятое - квазиизмерение. В нем человеку объективный мир раскрывается через слово в процессе общения с другими людьми. С.Л. Рубинштейн писал, что между образом и словом существуют определенные отношения. Образ, фиксируясь в слове, объективируется в нем [36, с.276-277]. Между словом и образом существует сложная иерархическая зависимость, в ней проявляется сложное иерархически упорядоченное строение психики. Образ и слово неразрывны в процессе познания. Благодаря слову образ имеет двоякую природу. В процессе познания он является: во-первых, результатом непосредственного воздействия объектов на органы чувств; во-вторых, продуктом социального опыта, аккумулированного в слове. В слове образ становится в той или иной степени обобщенным, категориальным, осмысленным; он приобретает в слове свое новое качество - означенность. По мнению А.Н. Леонтьева, «в значениях представлена преобразованная и свернутая в материи языка идеальная форма существования мира, его свойств, связей и отношений, раскрытых совокупно-общественной практикой» [23, с.141]. Для человека «значения выступают не как то, что лежит перед вещами, а как то, что лежит за обликом вещей в познанных объективных связях предметного мира...» [24, с.6]. По А.Н. Леонтьеву, значения выступают как объективно-субъективная образующая сознания, поскольку: 1) они выступают как объекты сознания субъекта; 2) как способы и механизмы осознания, «функционирования в процессах, презентирующих объективную действительность» [23, с.148].

Значение необходимо отличать от смысла и личностного смысла. Однако их различие относительно. Значение - продукт общественно-исторического развития на данном этапе. Смысл - ситуативное значение, проявляется в том, образ какой стороны предмета сформируется у субъекта в ситуации соотнесения его с контекстом, с окружением. Смысл позволяет объективировать для познающего индивида то, что в значении стоит на втором плане, либо отсутствует и проявляется в новом контексте. Смысл, таким образом, является своего рода ориентировкой в новой ситуации, новом сочетании того, что уже известно. По Л.С. Выготскому, смысл шире значения, но это не простое расширение понятия, а изменение значения в контексте познавательной деятельности субъекта и общества в целом. Личностный смысл же позволяет считать тот или иной психический образ присущим данной, конкретной личности. И образы отдельных предметов, и образ мира в целом, формируясь, преломляются через личность человека, через его внутренний мир, ценностные ориентации, установки, взгляды и т.д.

Постановка проблемы психического образа требует решения вопроса и о наиболее адекватных методах его изучения, которые позволили бы «заглянуть» в содержание образа, понять его сущность, выяснить и пронаблюдать выполняемые им функции и т.д. По определению одного из авторитетных учебников, психология - это «наука о фактах, закономерностях и механизмах психики как складывающегося в мозгу образа действительности, на основе и при помощи которого осуществляется управление деятельностью, имеющей у человека личностный характер» [30, с.20]. Из этого определения следует, что психика представляет собой «складывающийся в мозгу образ действительности», результат отражения объективного мира. И, значит, в самом широком смысле, любое психологическое исследование есть исследование психики как образа действительности. Это позволяет в качестве методов изучения образа считать традиционные, сложившиеся в психологии методы: наблюдение (и самонаблюдение); эксперимент; беседа; анкета; тест; изучение продуктов деятельности и др. Пользуясь ими, психологи прежде всего исходят из принципа единства сознания и деятельности. Психика изучается в единстве внутренних и внешних проявлений.

Между внешним протеканием процесса и его внутренней природой, между поведением и психикой, деятельностью и психическим образом, который рождается в этой деятельности, всегда существует некоторое соотношение. «Задача всех методов объективного психологического исследования заключается в том, чтобы адекватно выявить это отношение, и, таким образом, по внешнему протеканию акта определить его внутреннюю психологическую природу» [35, с.22]. Так, если используется метод наблюдения, то внешне наблюдаемые реакции, действия, «внешняя сторона деятельности является лишь исходным материалом наблюдения, а подлинным его предметом служит ее внутреннее психическое содержание» [35, c.27] (тот психический образ, что стоит за деятельностью). Если это эксперимент, то исследователь сам создает условия, в которых будет протекать изучаемое явление, например, условия, в которых происходит актуализация и формирование (доформирование) образа объективного мира. Анкета, беседа, тест также позволяют опосредованно или непосредственно в той или иной степени выявлять внутреннее содержание психики человека, сложившийся у него образ действительности, его изменения, трансформацию в результате познания субъектом окружающего мира. Следовательно, независимо от цели исследования, используя традиционные методы, психолог всегда имеет дело с психикой «как образом объективной действительности». Эти же методы применяются и тогда, когда целью исследования является изучение психического образа, его содержания, формирования, функций и т.д. С их помощью, на наш взгляд, исследование образа может осуществляться в двух направлениях:

1) в процессе его формирования при воздействии предмета объективного мира на органы чувств субъекта;

2) в процессе формирования образа при знаковой (прежде всего, вербальной) репрезентации окружающего мира субъекту.

В русле первого направления осуществлена работа В.Л. Григолава по восприятию неосознанных признаков предмета [8]. Используя «метод опознания материала», он показал, что любой воспринимаемый объект может обладать для человека релевантными и иррелевантными признаками (иррелевантные - те, что не являются непосредственно объектом познания субъекта в данный момент, но принимают какое-то участие в решении главной задачи, стоящей перед субъектом). Если бы субъект не воспринимал иррелевантные признаки, он не смог бы воспринимать релевантные, предмет в целом; психического образа данного предмета как такового у него не возникало бы. Но в психике человека возникает образ целого предмета, отражаются все его свойства соответственно имеющимся анализаторам, хотя в сознании в каждый конкретный момент времени лишь один признак представлен в виде осознанного раздражителя. В памяти человека можно не только обнаружить след релевантных признаков, но и (в соответствующих условиях) найти след (образ) иррелевантных. Таким образом, воспринимая предмет, человек отражает не только его релевантные признаки, прошедшие через «окно сознания», но и иррелевантные, которые проникают в психику неосознанным путем, обуславливают неосознанные феномены, для раскрытия которых необходимо создание определенных условий.

По мнению В.Л. Григолава, след восприятия при этом следует искать не в сознании (в памяти), а в состоянии субъекта. Таким состоянием, по Д.Н. Узнадзе, является установка. Данные этого исследования свидетельствуют в пользу того, что в содержании формирующегося психического образа есть как осознанные, так и неосознанные компоненты, между ними устанавливаются сложные взаимоотношения, и неосознанные компоненты включаются в образ благодаря и через установку. Второе направление в изучении психического образа, его содержания и функций, связано со словом, в котором образ объективируется, приобретает свою означенность.

Словарный запас, лексикон субъекта отражает системность знаний человека об окружающем его мире и свойственных ему закономерностях и связях. Согласно гипотезе А.А. Залевской, лексикон человека имеет многоярусное строение: в нем различаются глубинные и поверхностные слои. Психический образ является одной из составляющих глубинных слоев. «Любое слово для человека приобретает свое значение не само по себе, а только в силу того, что оно возбуждает определенный психический образ в сознании человека» [13, с.33]. Значение слова в данном случае рассматривается как результат процесса соотнесения идентифицируемой словоформы с некоторой совокупностью единиц глубинного слоя лексикона (образом), отражающей многообразный опыт взаимодействия индивида с окружающим миром.

В связи со сказанным, вероятно, можно исследовать содержание психического образа, формирующегося у субъекта, при воздействии на него вербального материала. В этом отношении, на наш взгляд, продуктивным может быть ассоциативный эксперимент. При предъявлении изолированного слова, не связанного с предшествующим контекстом и не обусловленного ситуацией общения, испытуемый обязательно должен идентифицировать это слово (как отмечалось, идентификация осуществляется, прежде всего, с психическим образом глубинных слоев лексикона).

Идентификация - обязательный этап деятельности индивида, предваряющий последующие действия. В эксперименте этот этап хорошо вычленяется, а ассоциативная реакция позволяет судить о том, какой признак идентифицированного исходного слова оказался наиболее актуальным, что позволило субъекту включить это слово в определенную систему связей. Показательным в этом плане является ассоциативный эксперимент О.О. Кузнецовой (1978). В качестве экспериментального материала она использовала многозначные слова. Первоначально испытуемые идентифицировали слово лишь в одном значении. У большинства испытуемых это было связано с тем, что у них всплывали образы конкретных предметов, исключавшие иную трактовку значений. Вторая и третья дефиниции давались лишь как продукт сознательного выполнения задания по поиску всех значений данного слова. Такой эксперимент позволяет «заглянуть» в содержание психического образа через тот индивидуальный смысл, который приобрело многозначное слово для испытуемого в данных условиях. Подводя итоги, можно сказать следующее:

1. Для современной психологии характерна широкая постановка проблемы психического образа как складывающегося у человека в ходе его жизни и практической деятельности, в процессе познания окружающей действительности образа объективного мира.

2. В отличие от животного, человек находится не только в четырехмерном мире, где формируются непосредственные чувственные впечатления, входящие в его образ мира, но он живет и действует в пятом - квазиизмерении («смысловое поле», «система значений»), где образ мира зафиксирован, объективирован в слове.

3. Благодаря слову, образ мира, с одной стороны, приобретает свою означенность, в нем отражается вся общественно-историческая практика, опытом которой субъект овладевает в процессе познания. С другой стороны, образ мира приобретает свою индивидуальную окраску через личностный смысл, в результате преломления через внутренний мир личности и через ситуативный смысл, когда предмет познается в соотнесении с конкретным контекстом познавательной деятельности субъекта.

4. Формирующийся у человека образ мира помогает ему ориентироваться в окружающей действительности и выполняет свою основную функцию - функцию регулирования поведения и деятельности в объективном мире.

5. Функция регулирования осуществляется образом на всех уровнях (сенсорном, перцептивном, мнемическом, мыслительном) познавательной (отражательной) деятельности субъекта.

6. Образ мира включает в себя и образ самого субъекта, т.е. то как видит себя сам человек, «образ - Я».

7. При изучении образа возможно применение всех методов психологического исследования.


Библиографический список

1. Ананьев Б.Г. Психология чувственного познания. - М.: АПН РСФСР, 1960.

2. Ананьев Б.Г. Теория ощущений. - Л.: ЛГУ, 1961.

3. Ананьев Б.Г. Человек как предмет познания. - Л.: ЛГУ, 1968.

4. Ананьев Б.Г. О проблемах современного человекознания. - М.: Наука, 1977.

5. Веккер Л.М. Инженерная психология и проблема структуры и регулирующей функции перцептивного образа // Ученые записки ЛГУ, 1973. вып. 5. №368. C.7-29.

6. Гальперин П.Я. О формировании чувственного образа и понятий. Материалы совещания по психологии. - М.: 1957. C.417-425.

7. Ганзен В.А. Восприятие целостных объектов. - Л.: ЛГУ, 1974. 152с.

8. Григолава В.Л. К вопросу восприятия неосознанных признаков предмета // Психологические исследования. - Тбилиси: Мцениреба, 1973. C.115-121.

9. Давыдов В.В. Категория деятельности и психическое отражение в теории А.Н.Леонтьева // Вестник МГУ, сер. 14, 1979.№4. C.25-41.

10. Завалова Н.Д., Пономаренко В.А. Структура и содержание психического образа как механизма внутренней регуляции предметных действий // Психологический журнал. Т.1, 1980. №2. C.37-50.

11. Завалова Н.Д., Ломов Б.Ф., Пономаренко В.А. Образ в системе психической регуляции деятельности. - М.: Наука, 1986. 174с.

12. Залевская А.А. Проблемы организации внутреннего лексикона человека. - Калинин, 1977. 83с.

13. Залевская А.А. Психолингвистические проблемы семантики слова. - Калинин, 1981. 80с.

14. Ильенков Э.В. Диалектическая логика. - М.: Политиздат, 1974, 271с.

15. Инженерная психология (теория, методология, практическое применение) / Под ред. Б.Ф. Ломова, В.Ф. Рубахина, В.Ф.Венда. - М.: Наука, 1977. 304с.

16. Краткий психологический словарь - хрестоматия / Под ред. К.К. Платонова. - М.: Высшая школа, 1974. 134с.

17. Кремянский В.И. Типы отражения как свойства материи // Вопросы философии. 1963, №8. C.131-137.

18. Ленин В.И. Материализм и эмпириокритицизм. - Полн. собр. соч., Т.18.

19. Ленин В.И. Философские тетради. - Полн. собр. соч., Т.29.

20. Леонтьев А.Н. Понятие отражения и его значение для психологии // Вопросы философии. 1966, №2. C. 48-57.

21. Леонтьев А.Н. Проблема деятельности в психологии // Вопросы философии. 1972, №9. C. 95-108.

22. Леонтьев А.Н. Деятельность и сознание // Вопросы философии. 1972, №12. C.129-140.

23. Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. - М.: Политиздат, 1975. 304 с.

24. Леонтьев А.Н. Психология образа // Вестник МГУ, сер.14, 1979, №2. C.3-13.

25. Леонтьев А.Н. Проблемы развития психики. - М.: МГУ, 4-е изд., 1981. 584с.

26. Ломов Б.Ф. Человек и техника. - М.: Советское радио, 1966.

27. Ломов Б.Ф., Сурков Е.Н. Антиципация в структуре деятельности. - М.: Наука, 1980. 279с.

28. Ломов Б.Ф. Методические и теоретические проблемы психологии. - М.: Наука, 1984. 444с.

29. Основы инженерной психологии / Под ред. Б.Ф. Ломова. - М.: Высшая школа, 1977. 336с.

30. Общая психология / Под ред. А.В. Петровcкого. - М.: Просвещение, 1986. 489 с.

31. Платонов К. К. Краткий словарь системы психологических понятий. - М.: Высшая школа, 1981. 175с.

32. Платонов К.К. Система психологии и теория отражения. - М.: Наука, 1982. 309 с.

33. Пономаренко В.А., Завалова Н.Д. Исследование психического образа, регулирующего действия человека-оператора // Методология инженерной психологии, психологии труда и управления. - М.: Наука, 1981. C.30-42.

34. Психология. Словарь / Под ред. А.В.Петровского, М.Г. Ярошевского. - М.: Политиздат, 1990. 494с.

35. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. - М.: Наркомпрос РСФСР, 1940. C.20-36.

36. Рубинштейн С.Л. Бытие и сознание. - М.: АН СССР, 1957. 328с.

37. Сабощук А.П. Об источнике и генезисе психического образа. - Кишинев: Штиинца, 1981. 118 с.

38. Сеченов И.М. Избранные философские и психологические произведения. - М.: Госполитиздат, 1947. 433 с.; 1957. 236 с.

39. Смирнов С.Д. Мир образов и образ мира // Вестник МГУ, сер. 14, 1981, №2. C.15-28.

40. Спиркин А.Г. Сознание и самосознание. - М.: Политическая литература, 1972. 303c.

41. Тюхтин В.С. О природе образа. - М.: Высшая школа, 1963.

42. Философская энциклопедия / Под ред. Ф.С. Константинова. - М.: Советская энциклопедия, 1967. Т.4. C.111.

43. Энгельс Ф. Диалектика природы. // Маркс К., Энгельс Ф. Соч., 2-е изд., Т.20.

44. Ярошевский М.Г. Сеченов и психология активности // Вопросы психологии, 1979, №4. C.91-108.



← предыдущая страница    следующая страница →
12




Интересное:


Педагогизация семьи как микросреды социализации личности ребенка
Комплекс педагогических условий эффективной адаптации студентов вузов к профессиональной деятельности
Абрахам Маслоу и психология самоактуализации
Психологическая дистанция как критерий гибкости психологического отношения к соблюдению нравственных норм
Разработка модели дистанционного обучения иностранному языку будущих менеджеров
Вернуться к списку публикаций