2007-10-26 00:00:00
ГлавнаяПедагогика и психология — Виды мышления



Виды мышления


Назначение мышления

В психологии, да и вообще в околопсихологическом обиходе, сложились довольно разнообразные и довольно противоречивые представления о видах мышления. Различают мышление абстрактное и мышление конкретное, наглядно-образное и наглядно-действенное, интуитивное и логическое, теоретическое и практическое, научное и обыденное. Но попробуем взглянуть на мышление системно. Системный метод при правильном его понимании и применении даёт удивительно жизнеспособные теоретические плоды, находящие скорое практическое применение. В данной статье я хочу поделиться своими выводами, полученными как раз с помощью системного метода.

Итак, представим себе некую открытую систему (ОС). У неё есть внутренняя среда, выделенная из окружающей её внешней среды. Вокруг есть примерно равные ей по размерам системы, наряду с ней входящие в состав, объединяющей их, сверхсистемы, т.е. системы высшего уровня. Среди этих ОС можно выделить как системы пассивные, так и активные. Первые примитивны, предсказуемы, одинаковы, вторые самостоятельны, непредсказуемы, уникальны. Системы пассивные назовём объектами, активные - субъектами.

Внутренняя среда ОС уязвима, она может жить и процветать только в благоприятных условиях, для чего ей жизненно необходимо различать полезное и опасное, а научившись различать - стремиться к первому и избегать второго. Так вот, психику можно рассматривать как посредника, призванного обеспечить внутренней среде успешное существование в столь непредсказуемо и сложно устроенном мире. Одним из инструментов психики, служащим для решения этой задачи как раз и является мышление. Т.е. мышление призвано уменьшить непредсказуемость окружающей среды, сделать её понятной, управляемой. Иначе говоря, если поначалу какое-то явление при первой с ним встрече воспринимается как сложное, непредсказуемое, непонятное и потому неуправляемое, то после осторожного, исследовательского взаимодействия с ним, оно становится понятным. Мышление призвано изменять представления о явлениях действительности так, чтобы то, что при первой встрече казалось субъектом, после исследования стало бы восприниматься как объект.

События и знаки

Предлагаемая здесь вниманию публики точка зрения на виды мышления сложилась у меня после попыток системно выстроить факты, так или иначе связанные с мышлением. Многочисленные подходы и концепции мышления, встреченные в литературных источниках, не столько проясняли, сколько запутывали и без того не простую проблему. Делать обзор всех этих концепций в данной статье полагаю нецелесообразным, поскольку задачу свою вижу в другом: мне бы хотелось поделиться выводами, к которым я пришёл, исследуя мышление. Скажу только, что само мышление меня интересовало больше, чем изучение мнений о нём. Из-за этого я не стал прочёсывать всё Мироздание в поисках чего-то похожего на выводы, к каким я пришёл в итоге своих изысканий. Потому буду благодарен широко эрудированным читателям, если они укажут мне на какие-либо работы, в которых получаются такие же выводы (в смысле; укажут на предшественников). Здесь я не касаюсь вопроса о возникновении и становлении процессов мышления как в онтогенезе, так и в филогенезе. Для рассмотрения берётся человеческое мышление в том состоянии, в каком оно пребывает на рубеже 20; 21-го веков. Это статический, поперечный, срез (если под продольным и динамическим понимать срез исторический). Для оживления изложения я не стал прибегать к слишком уж научному языку и прошу читателей академического склада не придираться сильно к, имеющей здесь место, антропоморфизации видов мышления.

Надо ли говорить, что мышление есть процесс переработки информации? Но что же представляет из себя информация? Придётся углубиться в изучение сего предмета. Итак, в действительности, частями которой мы с вами изволим быть, есть причины и порождённые ими следствия. Например, усиливающееся дрожание рельсов свидетельствует о приближении поезда. Ослабевающее дрожание рельсов указывает на то, что поезд удаляется. Причина дрожания; движение поезда по рельсам (непосредственное взаимодействие). Усиление или ослабление дрожания указывают на направление его движения относительно точки отсчёта. Причём в этой точке рельсы будут дрожать независимо от наличия на этом месте наблюдателя. Царапины на колёсах и рельсах свидетельствуют об их непосредственном взаимодействии. Так что можно говорить о двух видах взаимодействий: непосредственных и опосредованных: поезд и рельсы взаимодействуют непосредственно, а тот (субъект, объект ли), кто воспринимает дрожание рельсов, взаимодействует с поездом опосредованно, через это дрожание. Так же есть два вида следствий: направленных в прошлое и в будущее. Воспринимая эти следствия, можно судить о том, что тут произошло, и о том, какое событие надвигается. Иначе говоря, есть события; непосредственные взаимодействия. Есть знаки; опосредованные взаимодействия. Так, волна, образующаяся в результате движения по рельсам поезда, есть знак о том, что взаимодействие непосредственное между поездом и рельсами где-то происходит. Если есть навык, то можно определить по силе дрожания расстояние до поезда.

Итак, каждое событие, происходящее в настоящем времени, иначе говоря, каждое взаимодействие между какими-либо открытыми системами, порождает знаки: обращённые в прошлое следы и обращённые в будущее вести. Если весть - это некий всплеск, который не имеет длительного бытия (в сравнении с самим событием), то след - метка, отпечаток, остаётся на провзаимодействовавших объектах навсегда (в данном случае на рельсах и колёсах поезда).

Иногда события опережают свои вести: сверхзвуковой самолёт опережает порождённую им звуковую волну. Ничем не предвещаемые события вполне можно назвать чудесными: так не бывает, а, тем не менее, происходит. Но для этого нужно иметь уже каких-то разумных существ в качестве наблюдателей, кому удивляться было чтоб. Эти существа (те самые субъекты или активные ОС) при встрече со следами и вестями, а, также, непосредственно взаимодействуя с явлениями действительности, создают каждый свой уникальный образ действительности. Чтобы взаимодействовать с себе подобными слаженно, продуктивно, успешно, им приходится как-то договариваться по поводу устройства действительности и своих совместных в ней действий. Тут-то и становятся им необходимыми символы; заместители событий, следов и вестей. В таком случае буквы оказываются заместителями звуков, иероглифы; заместителями слов и т.д. К примеру, какой-нибудь медведь нарочно оставляет свои следы на границах своего участка. Он его сознательно метит. Эти метки служат символами этого медведя и адресованы другим представителям его вида как сообщение о занятости данного участка. Словом знак я предлагаю пользоваться как родовым понятием для следов, вестей и символов.

Знаки имеют свои значения. Так, определённый ряд вмятин в почве (след), в зависимости от их формы, свежести и глубины, может иметь разное значение для разных индивидов с этим знаком встретившихся. Во-первых, вмятины можно либо заметить, либо не заметить. А, заметив, можно придать им значение, или не придать. А, если и решат придать значение, то каждый придаст своё ("Здесь вчера прошёл медведь!"; "Не вчера, а только что! И не медведь, а лось!"). Такие разночтения уже происходят со следами и вестями; а они ведь имеют явную связь с действительностью! Что же говорить о символах! Значение символам можно приписать совершенно произвольное! Поэтому надо договариваться с остальными членами общества, чтоб всё не перепутать ненароком. Но, договариваясь, индивиды могут брать значения для символов только из своего собственного опыта. Например, несколько человек обсуждают, каким символом обозначить муравьеда. Кое-кто живо включается в обсуждение, рассказывает о своих наблюдениях за муравьедами, описывает их повадки и предлагает свои обоснования для того, чтобы для обозначения муравьеда выбрать именно такой символ. Среди присутствующих есть некто, задающий вопрос: "А что это такое; муравьед?". Окружающие начинают ему объяснять: "Ты медведя когда-нибудь видел? Так он чем-то на него похож", "Когти у него как у крота устроены, только размером побольше, а язык у него длиннющий!". Несведущему участнику совещания приходиться лепить самодельный образ муравьеда, т.е. воображать его. Но этот образ никогда им не виданного существа, будет, всё-таки, конкретным! Ведь он его доработал, представил себе, вообразил. Он его освоил и присвоил. При этом такой образ может быть весьма далёк от образа настоящего муравьеда. Теперь, используя договорной символ муравьеда, он будет приписывать ему своё самодельное фантастическое значение.

Для классификации видов мышления в предлагаемой вниманию читателей концепции используются понятия собственного и отчуждённого опыта. Собственный опыт индивида складывается при его непосредственном взаимодействии с явлениями действительности. Отчуждённый опыт образуется как итог обобщения конкретного опыта (своего и чужого). Поэтому собственный опыт всегда конкретен (самостоятельно получен во вполне определённых обстоятельствах с помощью собственных органов восприятия). Конкретность эта запечатлевается в образах памяти индивида, которые складываются из его собственных жизненных впечатлений, и потому являются для него авторитетными ("Я это своими ушами слышал!"). Образ; это след отпечаток, слепок, возникающий в памяти индивида при его непосредственном взаимодействии с действительностью. Отчуждённый опыт всегда абстрактен (получен опосредованно, через осмысление, освоение, интериоризацию текстов (в широком смысле этого слова), составленных как самим индивидом на основе множества похожих событий своей жизни, так и переданных ему другими индивидами). Он отчуждается от всех конкретных обстоятельств его получения, от свойств индивидов, его добывших, и хранится в памяти в виде понятий. Понятия; символы, обозначающие как отдельные явления, так и целые классы сходных явлений. Понятия; это продукты процессов обобщения, отвлечения, абстрагирования. Понятия могут быть как невербальными, так и вербальными. Последние, за исключением слов, выражающих проявление эмоций (панический вопль, к примеру, понятен носителям любого языка), являются сплошь договорными. Обобщения собственного опыта остаются невербальными у людей до тех пор, пока не возникает необходимости сообщить о них другим людям или ещё каким-то другим существам.

Что же мы выяснили? Единицей информации является знак. Информация объективна в том смысле, что независимо от наличия наблюдателей всякая причина порождает свои следствия, и, следовательно, всякое событие порождает свои знаки. Информация становится субъективной после присвоения каким-либо субъектом значения знаку. Мышление оперирует не столько знаками, сколько их значениями. Знак без значения не содержит субъективной информации и в таком виде бесполезен для субъекта. Такие знаки, как следы и вести, являются носителями объективных значений, поскольку имманентно сопутствуют явлениям. Через их освоение с помощью мышления субъект получает конкретное представление о действительности в виде соответствующих образов. Вычленяя из образов общие для них всех свойства, мышление строит иерархию понятий, которая должна соответствовать объективным закономерностям действительности.



← предыдущая страница    следующая страница →
1234




Интересное:


О возможности экспертной психодиагностики серийных маньяков-убийц
Особенности социализации личности ребенка в условиях национального дошкольного образовательного учреждения
Общая педагогика
Образование как способ трансляции ценностей в русской культуре
Анализ существующей системы организации подготовки будущих менеджеров иноязычному профессиональному общению
Вернуться к списку публикаций