2015-04-15 19:40:03
ГлавнаяМеждународное (частное) право — Природа и содержание отношений доверительного управления имуществом в Российской Федерации



Природа и содержание отношений доверительного управления имуществом в Российской Федерации


Общие черты и различия отношений доверительного управления и доверительной собственности.

При исследовании доверительных конструкций в праве Франции автор настоящей работы взял за основание три критерия, которые являются чертами англо-американского траста, отличающими его от других правовых институтов: 1) разделение прав на имущество: права на управление имуществом и права на получение доходов от его использования, – между различными лицами, 2) существование имущественного комплекса, остающегося неизменным при замене его составных частей, и 3) возможность лица, имеющего право на получение доходов от использования имущества, предъявлять требования к управляющему и третьим лицам об устранении нарушений своих прав.

Если рассмотреть введенный в Российской Федерации институт доверительного управления имуществом с определенных выше позиций, то можно будет сделать следующие выводы:

1) российское право допускает раздельное существование права управления имуществом и права на получение доходов от его использования. Право доверительного управления в соответствии с положениями главы 53 гражданского кодекса РФ – это право осуществления в отношении имущества полномочий собственника: владения, пользования и распоряжения имуществом. Право на получение доходов от использования имущества в соответствии со статьей 136 гражданского кодекса принадлежит лицу, использующему имущество на законном основании, если иной порядок не определен законом или договором. Таким образом, российская правовая доктрина прямо не относит право на получение доходов от использования имущества к полномочиям собственника, привязывая его к праву пользования имуществом, которое уже в свою очередь является одним из полномочий собственника имущества. Следовательно, содержащийся в законодательстве общий подход не предполагает разделение права пользования имуществом и права получения доходов от его использования. Но такое разделение существует при доверительном управлении имуществом, где право пользования имуществом принадлежит доверительному управляющему, а право получения доходов от использования имущества – учредителю управления или указанному им лицу – выгодоприобретателю.

2) российское законодательство предусматривает, что объектом доверительного управления имуществом могут быть, как отдельные виды имущества и имущественных прав, так и имущественные комплексы. Одним из содержащихся в российском праве примеров имущественного комплекса является предприятие (статья 132 гражданского кодекса). По смыслу содержащихся в главе 53 гражданского кодекса норм объект доверительного управления – имущественный комплекс, составляющие компоненты которого могут изменяться, при этом комплекс останется неизменным, так как все приобретенное доверительным управляющим в результате действий по доверительному управлению присоединяется к находящемуся в управлении имуществу, а все обязательства, возникшие в результате указанных действий доверительного управляющего, погашаются за счет находящегося в доверительном управлении имущества.

3) законодательные нормы содержат регулирование договоров (статья 430 гражданского кодекса) и возникающих на их основании обязательств (статья 308 гражданского кодекса) в пользу третьих лиц. Такие третьи лица (выгодоприобретатели) имеют право требовать от доверительного управляющего соблюдения своих интересов, доверительный управляющий обязан возместить выгодоприобретателю упущенную выгоду за время управления имуществом. Однако, выгодоприобретатель не может предъявлять связанных с владением и пользованием имуществом требований к третьим лицам, такое право есть у доверительного управляющего и учредителя управления, являющегося собственником имущества.

Следовательно, доверительное управление в Российской Федерации имеет некоторые сходные черты с трастом в англо-американском праве. Однако, оно имеет некоторые отличительные особенности. Это прежде всего отсутствие у выгодоприобретателя по доверительному управлению в российском праве возможности предъявлять требования, связанные с переданным в управление имуществом, к третьим лицам, не являющимся обязанными перед ним на основании договора доверительного управления. В англо-американском трасте, как рассматривалось выше, выгодоприобретатель признается собственником трастового имущества и имеет право предъявлять связанные с имуществом требования третьим лицам, в том числе истребовать его из чужого незаконного владения. Указанное различие еще раз подчеркивает различную природу упомянутых конструкций: обязательственную природу доверительного управления и вещную природу траста.

Различие в природе отношений проявляется и в комплексе прав, предоставляемых участникам этих отношений. Траст предоставляет выгодоприобретателю три комплекса прав: 1) на трастовое имущество, 2) в отношении доверительного собственника, 3) в отношении третьих лиц, недобросовестно приобретших трастовое имущество. Договор доверительного управления по российскому праву предоставляет выгодоприобретателю лишь один комплекс прав в отношении доверительного управляющего имуществом – требовать от доверительного управляющего реализации установленных в пользу выгодоприобретателя прав (выгодоприобретатель не может истребовать имущества из чужого незаконного владения третьих лиц либо заявлять иные, помимо передачи ему доходов от использования имущества, требования, связанные с находящимся в управлении имуществом).

Помимо различия в вещной природе прав выгодоприобретателя по трасту и обязательственной природе прав выгодоприобретателя по договору доверительного управления имуществом, различие существует и в природе прав доверительного собственника и доверительного управляющего. В отношениях доверительной собственности учредитель своим актом устанавливает доверительную собственность, из которой уже вытекают права доверительного собственника, имеющие, соответственно, вещный характер (источник возникновения прав субъектов правоотношения – вещи, объекты права собственности, в отношении которых установлен соответствующий правовой режим). Права же доверительного управляющего вытекают из положений договора, который является соглашением, устанавливающим права и обязанности сторон и права третьих лиц (выгодоприобретателей). Соответственно, правомочия доверительного управляющего носят обязательственный характер, так как вытекают не из его отношения к имуществу (вещам), а из комплекса прав и обязанностей, содержащихся в договоре о передаче имущества в доверительное управление. В соответствии со статьей 1012 пункта 1 ГК РФ доверительный управляющий не является собственником передаваемого ему в управление имущества, а статья 1020 пункт 1 ГК РФ гласит, что доверительный управляющий обладает всеми правомочиями собственника в отношении переданного ему имущества, и, в соответствии с п. 3 этой статьи, доверительный управляющий может требовать всякого устранения нарушения его прав. Таким образом, несмотря на номинальное различие в статусе доверительного собственника и доверительного управляющего, а также различную правовую природу их прав, полномочия указанных лиц являются очень близкими по своему содержанию.

Более существенна разница в правовом статусе учредителей доверительного управления и доверительной собственности. Учредитель управления обладает правом собственности на переданное им в управление имущество, а учредитель траста свое право теряет. Траст предполагает постоянное наличие двух участников правоотношений – доверительного собственника и выгодоприобретателя, так как с момента учреждения доверительной собственности ее учредитель утрачивает права в отношении переданного в траст имущества (передает право собственности) и не имеет никаких прав по отношению к доверительному собственнику в течение срока существования доверительной собственности, если только он не обладает такими правами в качестве выгодоприобретателя. В отношениях доверительного управления учредитель не утрачивает прав собственности в отношении передаваемого в управление имущества и имеет определенные права по отношению к доверительному управляющему, что делает его непременным участником правоотношений, возникающих на основании договора доверительного управления имуществом. Таким образом, при учреждении траста вместо одного собственника, права которого прекращаются, возникает два новых, а при учреждении доверительного управления имуществом собственник остается прежним.

В заключение проведенного выше краткого сравнения двух правовых конструкций можно сказать, что доверительная собственность и доверительное управление имеют различную правовую природу, создают различные правовые режимы в отношении имущества и субъектов этих правоотношений, но являются институтами, основанными на доверительных отношениях их участников, которые позволяют решать сходные проблемы в различных правовых системах.

Понятие и содержание договора доверительного управления имуществом.

Возникновение отношений доверительного управления в российском гражданском праве возможно только на основании договора. Статья 1026 гражданского кодекса РФ говорит о том, что возникновение отношений доверительного управления возможно по основаниям, указанным в законе. Но из существа имеющихся в законе норм, содержащих предписания о передаче имущества в доверительное управление (например статей гражданского кодекса 38 (опека), 41 (патронаж), 43 (безвестное отсутствие)) вытекает, что и в перечисленных случаях основанием возникновения отношений доверительного управления имуществом является договор, а не закон или иное основание. Особенность указанных случаев состоит в том, что закон устанавливает обязательство определенных лиц, не являющихся собственниками передаваемого в доверительное управление имущества, заключить такой договор. Таким образом, в одном случае договор «заключается на основе свободного волеизъявления обеих сторон, а в другом – договор заключает не собственник, а организация, обязанная в силу властного акта найти управляющего и заключить с ним договор» [1]. «Договор на основании властного акта заключается в интересах собственника, когда он сам не может выразить свою волю (недееспособность, безвестное отсутствие)» [2].

Профессор Дозорцев В.А. в своем комментарии к гражданскому кодексу РФ, цитаты из которого приведены выше, указывает также, что «при обязательном заключении договора объектом управления всегда является комплекс имущества. При свободном заключении договора объектом управления может быть любое имущество в соответствии с договором в пределах, допускаемых законом» [3]. С таким категоричным утверждением можно не согласится, так как, например, статья 38 гражданского кодекса допускает передачу в доверительное управление отдельных объектов «недвижимого и ценного движимого имущества», оставив управление остальной частью имущества за опекуном. В тоже время проведенные выше в настоящей работе исследования показали, что любой объект доверительного управления по сути является имущественным комплексом, так как в процессе управления его состав может изменяться, не меняя объект управления. Следовательно, указанный критерий отличия объектов управления нельзя представить, как критерий отличия договоров доверительного управления имуществом, заключаемых в добровольном порядке и в соответствии с предписаниями закона. Отличием же при предписываемом законом заключении договора является наличие учредителя, не являющегося собственником передаваемого имущества (исключение – в случае с патронажем учредителем управления является подопечный, собственник передаваемого в доверительное управление имущества), а также существование ряда специальных предписаний закона, связанных, в частности, с ограничением полномочий доверительного управляющего.

На взгляд автора настоящей работы, было бы разумно установить случаи возникновения доверительного управления имуществом на основании закона. В частности распространить режим доверительного управления имуществом подопечного на опекуна и на попечителя, при установлении попечительства в форме патронажа, описав особенности такого доверительного управления в законе. Возникновение доверительного управления на основании закона позволило бы избежать злоупотреблений и некомпетентности, как со стороны органов опеки и попечительства, так и со стороны возможных доверительных управляющих. А распространение режима доверительного управления на опекуна и попечителя в случае патронажа, позволило бы использовать единый механизм для достижения аналогичных целей – управления имуществом в пользу определенного лица, что позволило бы сделать институт доверительного управления более универсальным, что присуще доверительной собственности в странах англо-саксонской системы права.

Законодатель совершенно определенно решает вопрос о праве собственности на передаваемое в доверительное управление имущество: оно остается за учредителем управления, оно не прекращается, не переходит и не приостанавливается. Право получения выгод от этого имущества собственник может передать третьему лицу либо оставить за собой. При этом право управления имуществом переходит к другому лицу – доверительному управляющему, который самостоятельно осуществляет управление таким имуществом путем осуществления необходимых юридических и фактических действий.

Если учредитель управления назначает доверительного управляющего и указывает выгодоприобретателя по договору доверительного управления, то возникает вопрос, какое право остается у этого лица, называемого собственником имущества, если все имевшиеся у него права на имущество (право пользования, право владения, право распоряжения и право на получение доходов и плодов от имущества) перешли к другим лицам. Учредитель управления, признаваемый законом собственником имущества, в указанной ситуации не имеет ни одного права, являющегося составной частью права собственности, поэтому фактически не имеет права собственности на имущество и на время существования доверительного управления таким имуществом титул собственника имущества остается номинальным. Даже обращение взыскания кредиторов собственника имущества на переданное в доверительное управление имущество не возможно до момента признания учредителя управления (собственника имущества) несостоятельным (банкротом). Практически единственное, что дает номинальная принадлежность титула собственника имущества – дает права владельцу этого титула истребовать имущество из чужого незаконного владения. При этом доверительный управляющий обладает также и указанным правом, на которое прямо указано в 53 главе гражданского кодекса, следовательно, он обладает всеми правами собственника. Таким образом, наши ученые-правоведы, не желавшие расщеплять права собственности в результате внедрения в российское право института доверительной собственности, и разработавшие имеющуюся сейчас конструкцию доверительного управления, практически осуществили это, разделив право между двумя лицами.

Причиной учреждения доверительного управления, как правило, является желание добиться большей эффективности от использования принадлежащего учредителю имущества путем привлечения к управлению определенного специалиста, либо желание собственника имущества избавить себя от забот об имуществе, оставив за собой право на получение выгод от его использования. Однако, причин заключения такого договора может быть много, и все их смоделировать заранее невозможно.

Таким образом, понятно, в чем состоит выгода собственника имущества: в снятии с себя бремени управления имуществом и в возможности получения дохода от имущества в результате передачи его для использования профессионалу. То обстоятельство, что собственник в качестве получателя выгоды может указать третье лицо (выгодоприобретателя), существенно не меняет существа правоотношения. Такое распоряжение выгодой от использования его имущества является правом собственника имущества, и если он указывает в договоре доверительного управления в качестве выгодоприобретателя третье лицо (что соответствует порядку заключения договора в пользу третьего лица, установленному в статье 430 гражданского кодекса РФ), то он распоряжается своей выгодой до момента ее получения, то есть передает нечто свое, пусть еще не существующее, другому лицу. Тем самым учредитель управления упрощает процедуру, когда такое распоряжение выгодой производилось бы им самостоятельно после получения от доверительного управляющего, и избавляет себя тем самым еще от одного бремени, которое он возлагает на доверительного управляющего.

Интерес доверительного управляющего, в свою очередь, состоит в получении вознаграждения за свою деятельность. Такая деятельность презюмируется возмездной, если иное прямо не указано в договоре.

Гражданский кодекс содержит в статье 1012 определение договора доверительного управления имуществом, как договора в соответствии с положениями которого, «одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в доверительное управление, а другая сторона обязуется осуществлять управление в интересах учредителя управления или указанного им лица (выгодоприобретателя)». При этом доверительный управляющий может осуществлять в отношении переданного ему имущества «в соответствии с договором доверительного управления имуществом любые юридические и фактические действия в интересах выгодоприобретателя» (статья 1012 гражданского кодекса), «в пределах, предусмотренных законом или договором доверительного управления имуществом, полномочия собственника в отношении имущества, переданного в доверительное управление» (статья 1020 гражданского кодекса). Ограничения в отношении отдельных действий по доверительному управлению имуществом могут быть предусмотрены законом или договором (статья 1012 гражданского кодекса), распоряжение недвижимым имуществом осуществляется доверительным управляющим, если это прямо указано в договоре (статья 1020 гражданского кодекса).

Доверительный управляющий обязан совершать сделки в отношении переданного ему имущества от своего имени, указывая при этом, что он выступает не в личном качестве, а представляет имущество, находящееся в доверительном управлении. При оформлении письменных документов это условие должно быть отражено в таком документе, при этом достаточно после имени или наименования доверительного управляющего сделать пометку «Д.У.». Такое указание призвано обеспечить интересы третьих лиц, с которыми управляющий вступает в отношения. Третьи лица должны быть поставлены в известность о его роли, от этого зависит система ответственности, а значит – и решение о целесообразности вступления в отношение. Нарушение этого принципа влечет за собой определенные неблагоприятные для управляющего последствия: он лично обязывается перед третьими лицами и отвечает перед ними только своим имуществом (статья 1012 гражданского кодекса).

«Выступление управляющего от своего имени – обязательный признак управления имуществом, четко отличающий его, например, от представительства. Это не исключает существования промежуточных, пограничных форм, например, управления имуществом подопечного, которые соединяют элементы, присущие двум разным институтам, заимствуя из одного совершение не только юридических действий, а из другого – выступление от имени собственника имущества. Правило о выступлении управляющего от своего имени служит его интересам, выражая его самостоятельность при принятии решений, свободу от вмешательства собственника, недопустимость отмены им полномочий управляющего» [4].

Учредителем управления может выступать собственник имущества, орган опеки и попечительства, душеприказчик или иное лицо, указанное в законе.

Доверительным управляющим может быть коммерческая организация, за исключением унитарного предприятия, или гражданин-предприниматель. В случаях, предусмотренных законом, эти функции могут выполняться не являющимся предпринимателем гражданином или некоммерческой организацией, за исключением учреждения. Доверительным управляющим не может быть государственный орган или орган местного самоуправления. Доверительный управляющий не может быть одновременно выгодоприобретателем по договору доверительного управления имуществом.

Договор доверительного управления имуществом в обязательном порядке заключается в письменной форме. Договор о передаче недвижимого имущества в доверительное управление подлежит оформлению аналогично договору купли-продажи такого имущества, а сама передача недвижимого имущества в доверительное управление – государственной регистрации в том же порядке, что и переход права собственности на это имущество (статья 1017 гражданского кодекса).

Существенными условиями договора доверительного управления (статья 1016 гражданского кодекса) являются;

- состав имущества, передаваемого в доверительное управление;

- наименование юридического лица или имя гражданина в интересах которых осуществляется управление имуществом;

- размер и форма вознаграждения управляющему, если выплата вознаграждения предусмотрена договором;

- срок действия договора.

Законодатель в гражданском кодексе ограничивает срок заключения договора доверительного управления имуществом пятью годами, оставляя возможность в других законах устанавливать иной срок. При этом предусматривается автоматическая пролонгация срока действия договора доверительного управления имуществом на очередной период, если ни одна из сторон не заявит о прекращении договора по окончании срока его действия. Такой подход соответствует подходу к договору доверительного управления имуществом, как основанию для установления длящихся отношений сторон, и прежде всего обеспечивает интересы управляющего, так как последний, являясь профессионалом в управлении имуществом не пропустит срок окончания действия договора и в зависимости от того, в чем будет состоять его выгода, он заявит о прекращении договора или нет. В свою очередь учредитель управления, сложивший с себя бремя управления имуществом, может легко пропустить момент истечения срока действия договора и утратить возможность прекратить доверительное управление своим имуществом до истечения очередного срока.

В качестве оснований прекращения договора доверительного управления имуществом гражданский кодекс (статья 1024) предусматривает:

- смерть или ликвидацию выгодоприобретателя, если договором не предусмотрено иное;

- отказ выгодоприобретателя от получения выгод по договору, если договором не предусмотрено иное;

- смерть, признание недееспособным или ограниченно дееспособным, безвестно отсутствующим или несостоятельным доверительного управляющего – гражданина;

- отказ доверительного управляющего или учредителя управления от договора, в связи с невозможностью доверительного управляющего лично осуществлять свои функции;

- отказ учредителя управления от договора по иным причинам, при условии выплаты доверительному управляющему предусмотренного договором вознаграждения;

- признания несостоятельным гражданина-предпринимателя, являющегося учредителем управления.

Предоставление учредителю управления права расторгнуть договор по любой причине несколько уменьшает описанный выше риск пропустить момент истечения срока действия договора доверительного управления имуществом для его прекращения. Однако, при расторжении договора в общем порядке учредитель управления должен будет выплатить доверительному управляющему предусмотренное договором вознаграждение за очередной срок, что делает такое расторжение менее выгодным, чем прекращение договора в результате заявления учредителя управления по окончании срока его действия.

Среди описанных в гражданском кодексе оснований прекращения договора доверительного управления имуществом отсутствует признание несостоятельным юридического лица, выполняющего функции доверительного управляющего, в то время как при выполнении таких функций гражданами, прекращение договора законодателем предусмотрено. В случае признания несостоятельным доверительного управляющего, прекращение договора необходимо для защиты интересов учредителя управления и для предотвращения включения находящегося в доверительном управлении имущества в конкурсную массу доверительного управляющего с последующим обращением на него взыскания кредиторов доверительного управляющего. Неравенство между физическими и юридическими лицами, выполняющими функции доверительных управляющих ничем не обусловлено и на взгляд автора настоящей работы является упущением составителей гражданского кодекса.

Прекращение договора доверительного управления в случае признания несостоятельным юридического лица – учредителя управления в содержащей основания прекращения договора доверительного управления статье 1024 гражданского кодекса не предусмотрено. Существование такого основания вытекает из статьи 1018 гражданского кодекса, где идет речь о невозможности обращения взыскания кредиторов учредителя управления на находящееся в доверительном управлении имущество до момента признания учредителя управления несостоятельным, что является основанием для прекращения договора доверительного управления имуществом. При наличии такого положения кажется нелогичным включение в статью 1024 гражданского кодекса в качестве отдельного основания прекращения договора – признания несостоятельным являющегося учредителем управления гражданина-предпринимателя, и не включение в качестве такого основания признания несостоятельным юридического лица – учредителя управления (на взгляд автора настоящей работы отсутствует логика в построении указанных норм: либо необходимо было указать оба основания в статье 1024, либо не указывать ни одного из оснований, как содержащихся ранее в статье 1018 гражданского кодекса).

Описанный в гражданском кодексе порядок прекращения договора доверительного управления имуществом предусматривает: при одностороннем расторжении договора – уведомление об этом за три месяца до момента прекращения договора, если иной срок не предусмотрен договором; по прекращении договора – передачу находившегося в доверительном управлении имущества учредителю управления, если иное не предусмотрено соответствующим договором.

Объектом доверительного управления в соответствии со статьей 1013 гражданского кодекса может быть любое имущество, в том числе недвижимое имущество, ценные бумаги, исключительные права и имущественные комплексы. Не могут в соответствии с положениями гражданского кодекса быть самостоятельным объектом доверительного управления деньги, если иное не установлено специальными законами. Как было уже сказано выше, возможность управления денежными средствами предоставлена законом «О банках и банковской деятельности в РФ» кредитным учреждениям, а денежными средствами, предназначенными для инвестирования в ценные бумаги и вырученными от реализации ценных бумаг, – в соответствии с законом «О рынке ценных бумаг» – лицам имеющим соответствующую лицензию Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг.

Напрямую запрещена передача в доверительное управление имущества, находящегося в хозяйственном ведении или оперативном управлении. Прекращение перечисленных прав в отношении имущества позволяет передать его в доверительное управление. Указанный подход позволяет говорить о том, что хозяйственное ведение, оперативное и доверительное управление являются близкими по своему содержанию правовыми механизмами, сравнительный анализ которых будет сделан ниже в настоящей работе.

Передаваемое в доверительное управление имущество подлежит обособлению от имущества учредителя управления и от имущества доверительного управляющего. Такое имущество учитывается доверительным управляющим на отдельном балансе, который ведется аналогично балансу простого товарищества. Для расчетов по деятельности, связанной с доверительным управлением открывается отдельный банковский счет.

Права, приобретенные доверительным управляющим в результате управления переданным ему имуществом, подлежат включению в состав такого имущества, а все связанные с таким управлением обязательства подлежат исполнению за счет управляемого имущества. При этом доверительный управляющий вправе требовать устранения нарушения своих прав, связанных с переданным ему в управление имуществом, в частности предъявлять виндикационный и негаторный иски.

Большинство российских ученых-юристов высказывают мнение, что объектом доверительного управления должно быть только индивидуально определенное имущество. В качестве примера можно привести следующие высказывания: «В законе... не содержится прямого запрета на передачу в доверительное управление вещей, определяемых родовыми признаками. Однако сама структура договора, характер взаимоотношений, складывающихся между участниками, а также примерный перечень объектов договора, данный в самой статье (имеется в виду статья 1013 гражданского кодекса РФ – прим. автора), не оставляют сомнений в том, что в доверительное управление, как правило, должно передаваться индивидуально-определенное имущество» [5], «В доверительном управлении может находиться только индивидуально-определенное имущество» [6], «Объектом права доверительного управления могут быть индивидуально-определенные вещи и права или комплексы имущественных прав. В составе таких комплексов может находиться и имущество, которое нельзя отнести к индивидуально определенному, прежде всего денежные средства» [7]. Такие высказывания ученых прежде всего связаны с порядком регулирования отношений доверительного управления имуществом, описанным в гражданском кодексе. Кодекс предусматривает прежде всего использование в течение продолжительного промежутка времени свойств переданного в доверительное управление имущества, для получения прибыли.

Вещи, определяемые родовыми признаками, как правило, являются потребляемыми, то есть в результате использования полезных свойств вещи она прекращает свое существование. Поэтому передача такой вещи в доверительное управление противоречит изложенному законодателем смыслу таких отношений, хотя формально запрета на передачу в доверительное управление определенных родовыми признаками вещей нет, и договор, объектом которого будут являться такие вещи, должен признаваться действительным.

Очень категоричные суждения высказываются в отношении возможности передачи в доверительное управление денежных средств. Ниже автор настоящей работы приведет позицию профессора Дозорцева В.А., ссылки на высказывания которого уже неоднократно приводились в настоящей работе: «... «денежное доверительное управление» отличается от «доверительного управления» по главе 53 ГК и вообще не подпадает под действие его статей 1012-1026. «Денежное доверительное управление» это даже не разновидность договора о доверительном управлении, оно относится к договору поручения. Совпадение терминов действительно неудачно, оно может вызвать недоразумения, но такое одинаковое наименование разных институтов иногда встречается (так, «ссудой» традиционно именовались и договор займа, и договор безвозмездного пользования имуществом).

«Доверительное управление» и «денежное доверительное управление» – разные виды договоров и не ввиду противоречивости правил о возможности передачи денег в доверительное управление. Различаются все основные элементы правовой регламентации.

Объектом доверительного управления может быть только индивидуально определенное имущество, к которому никак не могут быть отнесены «денежные средства». Имущество, переданное в доверительное управление, должно быть четко обособлено от имущества управляющего, денежные средства такому «обособлению» не поддаются.

«Доверительное управление» предполагает совершение управляющим не только юридических, но и фактических действий – в отношении денежных средств могут осуществляться только юридические действия. Денежное доверительное управление скорее всего может отменяться в любое время; на него вряд ли распространимы правила о сроках доверительного управления и т.д.».

Не со всеми положениями приведенного выше высказывания можно однозначно согласиться. Непонятно почему его автор рассматривает осуществляемое кредитными учреждениями денежное доверительное управление, как отношения по договору поручения. Передаваемые в доверительное управление денежные средства находятся на специальном счете доверительного управляющего, который осуществляя действия в отношении денежных средств, выступает от своего имени, что уже не позволяет говорить о том, что такие отношения аналогичны возникающим на основании договора поручения, предполагающего выступление представителя от имени представляемого. В.А. Дозорцев говорит о невозможности обособления денежных средств, но вопрос об обособлении переданного в доверительное управление имущества, как правило, решается путем учета этого имущества на отдельном балансе, а обособление денег помимо обособления в учете осуществляется путем открытия специального счета в банке. Таким образом, степень обособления денежных средств даже выше, чем, скажем, у переданного в доверительное управление станка, имеющего свой индивидуальный номер и находящегося в цехе у доверительного управляющего вместе с его станками, так как денежные средства в отличие от станков в данной ситуации физически не смешиваются. Со всем остальным в приведенной выше позиции профессора Дозорцева В.А. надо согласится. Деньги – специфический объект гражданского права, который относится к вещам, определяемым родовыми признаками. У денег существует единственное полезное свойство – их можно обменять практически на любую вещь. Поэтому управление деньгами возможно только путем приобретения за них другого имущества, что приведет к их исчезновению и появлению другого имущества, включаемого в комплекс имущества, находящегося в доверительном управлении. Таким образом, управление денежными средствами по сути будет состоять в умелом распоряжении ими, исключением из этого правила можно назвать размещение их на депозите в банке, оформляемое договором, а не приобретением депозитного сертификата, в этом случае деньги не обмениваются на другую вещь, а лишь меняют за вознаграждение их владельцу свое местонахождения. В результате мы видим, что в отношении денег понятия пользование и распоряжение фактически совпадают. В кодексе в отношении переданного в управление имущества в основном применяется термин использование, следовательно, распоряжение таким имуществом предусмотрено, как исключение из правил. Управление денежными средствами нарушает предполагаемую законодателем стабильность управляемого имущества и предполагает обязательное применение для указанного режима имущества права распоряжения имуществом, представляющего не норму, а исключение из правил. Однако, с точки зрения практической необходимости в нашей действительности управление денежными средствами является одной из наиболее насущных потребностей российского общества, так как деньги являются основным средством накопления, и их эффективное использование наряду с высокой степенью гарантированности от возможных злоупотреблений управляющих могло бы позволить повысить благосостояние множества людей и привлечь находящиеся на руках у населения огромные денежные средства для подъема российской экономики.

Автор настоящей работы полагает, что объектом доверительного управления имуществом могут и должны быть не только индивидуально-определенные вещи, но и вещи, определенные родовыми признаками, ведущую роль среди которых необходимо отвести денежным средствам. Существующее в настоящее время в Российской Федерации правовое регулирование доверительного управления имуществом было осуществлено с целью регламентировать, прежде всего, доверительное управление индивидуально-определенным имуществом, поэтому управление вещами, определяемыми родовыми признаками, требует более подробного законодательного описания. Для окончательного урегулирования в законе объекта доверительного управления имуществом необходимо определить его, как имущественный комплекс, который может состоять из различных видов имущества. При доверительном управлении имущественным комплексом его состав может изменяться без прекращения существования объекта доверительного управления, как такового. Описанное решение позволит расширить существующий в гражданском кодексе РФ порядок передачи имущества в доверительное управление, сделав его удобным для управления любыми имуществом, в том числе, определяемым родовыми признаками.

Обратимся к исследованию ответственности, которую несут стороны договора доверительного управления имуществом. Очевидно, что выгодоприобретатель не может нести ответственность по договору, так как он не является стороной договора. Закон предусматривает возможность сторон договора устанавливать в своем соглашении права для третьих лиц, но они не могут возложить своим соглашением обязанности на третьих лиц, следовательно, ответственность за нарушение обязательств не может быть применена к лицу, не имеющему никаких обязательств. Пункт 1 статьи 1022 гражданского кодекса, регламентирующей ответственность доверительного управляющего, является одним из самых неудачных решений составителей 53 главы. Первый абзац этого пункта устанавливает ответственность доверительного управляющего, не проявившего должной заботливости об интересах выгодоприобретателя или учредителя управления. Доверительный управляющий при этом должен возместить выгодоприобретателю упущенную выгоду за время доверительного управления имуществом, а учредителю управления – убытки, причиненные утратой или повреждением имущества, с учетом его естественного износа, а также упущенную выгоду. Второй абзац указанного пункта гласит о том, что доверительный управляющий несет ответственность за причиненные убытки, если не докажет, что эти убытки произошли в результате действия непреодолимой силы либо действий выгодоприобретателя или учредителя управления. Законодатель определяет в приведенных выше положениях гражданского кодекса помимо видов ответственности доверительного управляющего также и основания такой ответственности. Но если в первом абзаце в качестве такого основания приводится отсутствие должной заботливости доверительного управляющего об интересах выгодоприобретателя или учредителя управления, что означает необходимость наличия вины доверительного управляющего для привлечения его к ответственности. То указанные во втором абзаце пункта 1 статьи 1022 гражданского кодекса основания ответственности доверительного управляющего полностью перечеркивают соответствующие положения абзаца первого, так как вводят невиновную ответственность, указывая в качестве оснований таковой отсутствие действия непреодолимой силы или действий учредителя управления либо выгодоприобретателя (кредиторов). Остается непонятным намерение законодателей, к чему, введя дополнительное основание ответственности – вину, сразу же его исключить. Содержащаяся в законе конструкция в итоге будет использоваться каждой из сторон договора до верительного управления по своему усмотрению, со ссылкой на соответствующую часть правовой нормы, что приведет к урегулированию такой ответственности судебной практикой, где будет дано определенное толкование рассматриваемой нормы гражданского кодекса. Можно предположить, что намерение законодателя состояло в желании установить для доверительных управляющих, осуществляющих доверительное управление на профессиональной основе, невиновную ответственность, как это сделано в общей части гражданского кодекса для лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность, а для граждан, осуществляющих доверительное управление на разовой основе, ввести критерий вины, опять же как это было сделано в общей части гражданского кодекса. Но в этом случае не было необходимости в специальных положениях, регулирующих институт доверительного управления имуществом, дублировать порядок установленными общими нормами гражданского кодекса. Следует предположить, что законодателями все-таки была допущена ошибка (не исключено, что при реализации желания по аналогии с иностранным правом ввести в регулирование отношений по доверительному управлению критерий должной заботливости), в результате, пока эта ошибка не будет исправлена, регулирование оснований ответственности доверительного управляющего ляжет на плечи судей, рассматривающих споры, возникающие из договора доверительного управления имуществом.

При рассмотрении ответственности сторон по договору доверительного управления имуществом стоит также отметить случаи личной ответственности доверительного управляющего: 1) при превышении предоставленных ему договором полномочий и 2) недостаточности имущества, находящегося в доверительном управлении, для погашения связанных с таким управлением долгов. Если для погашения возникших в результате доверительного управления имуществом долгов не хватит переданного в управление имущества и имущества доверительного управляющего, то взыскание может быть обращено на имущество учредителя, не переданное в доверительное управление, то есть устанавливается субсидиарная ответственность учредителя управления прежде всего для случаев, когда доверительный управляющий превысил свои полномочия, а участвующие в сделке лица не знали и не должны были знать о превышении его полномочий. В этом случае учредитель управления может потребовать от доверительного управляющего компенсации понесенных им убытков.



[1] Дозорцев В.А. Комментарии к гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть вторая. Под ред. О.М. Козырь, А.Л. Маковского, С.А. Хохлова. МЦФР, 1996, стр. 168.

[2] Там же.

[3] Дозорцев В.А. Комментарии к гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть вторая. Под ред. О.М. Козырь, А.Л. Маковского, С.А. Хохлова. МЦФР, 1996, стр. 168.

[4] Дозорцев В.А. Комментарии к гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть вторая. Под ред. О.М. Козырь, А.Л. Маковского, С.А. Хохлова. МЦФР, 1996, стр. 164.

[5] Комментарий к гражданскому кодексу РФ, Части второй. Под ред. Садикова О.Н., издание второе, исправленное и дополненное, Юридическая фирма Контракт; ИНФРА М – НОРМА, 1997, стр. 436.

[6] Дозорцев В.А. Комментарии к гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть вторая. Под ред. О.М. Козырь, А.Л. Маковского, С.А. Хохлова. МЦФР, 1996, стр. 166.

[7] Там же.



← предыдущая страница    следующая страница →
12




Интересное:


Характер и содержание общественных отношений, составляющих предмет международного частного права
Международно-правовые основы деятельности всемирной таможенной организации по сближению национальных правовых систем в области таможенного дела
Методы правового регулирования международного частного права
Статус международного частного права (МЧП)
Конвенция учреждающая Всемирную Организацию Интеллектуальной Собственности
Вернуться к списку публикаций