2015-04-13 20:34:14
ГлавнаяМеждународное (частное) право — Международные Соглашения девяностых годов и законодательство об охране авторских прав в России



Международные Соглашения девяностых годов и законодательство об охране авторских прав в России


Договор об авторском праве ВОИС.

20 декабря 1996 года в Женеве, в штаб-квартире Всемирной Организации Интеллектуальной Собственности (ВОИС), был заключен Международный договор об авторском праве ВОИС (WIPO Copyright Treaty (WCT). Для вступления в силу данного договора необходима ратификация его 30 государствами. В марте 2002 года Договор по авторскому праву ВОИС вступил в силу.

Директива Европейского Парламента и Совета Европы 2001/29 «О гармонизации некоторых аспектов авторского и смежных прав в информационном обществе» от 22 мая 2001 года привела в соответствие законодательство Европейского Сообщества с положениями данного Договора [1].

«Соглашение о партнёрстве и сотрудничестве, учреждающее партнёрство между Российской Федерацией, с одной стороны, и Европейскими Сообществами и их государствами-членами, с другой стороны», подписанное на Корфу, 24 июня 1994 года, имеет приложение 10, в котором Российская Федерация обязуется продолжить совершенствование механизмов охраны прав интеллектуальной собственности, с целью обеспечения «уровня защиты, аналогичного уровню, существующему в Сообществе, включая эффективные средства обеспечения соблюдения таких прав» [2]. В тексте не упомянут Договор об авторском праве ВОИС, поскольку «Соглашение о партнёрстве и сотрудничестве, учреждающее партнёрство между Российской Федерацией, с одной стороны, и Европейскими Сообществами и их государствами-членами, с другой стороны» было подписано ранее, но из контекста следует, что Российская Федерация обязуется обеспечить уровень защиты, соответствующий уровню существующему в Европейском Сообществе, и соответственно, присоединение России к данному договору желательно, после его вступления в силу. Следует также отметить, что среди стран, ратифицировавших данный договор и Белоруссия (наряду с Казахстаном, Кыргызстаном и Грузией из числа государств-членов СНГ). В настоящее время идёт процесс создания союза Россия-Белоруссия, одним из элементов которого является унификация законодательства двух стран. Унификация законодательств России и Белоруссии является дополнительным фактором, в пользу присоединения России к Договору.

Какие же нововведения содержит Договор, какова его роль в системе международной охраны авторских прав?

В преамбуле Договора указано, что договаривающиеся стороны своей целью имеют разрешение вопросов, возникающих в связи с развитием новых экономических, общественных, культурных и технологических новаций. То есть Договор направлен на совершенствование охраны прав авторов, на урегулирование вопросов свободного доступа к информации в образовательных, информационных целях, а также иных вопросов, именно в связи с развитием новых технологий. Актуальность и насущность данных вопросов нашла отражение в многочисленных исследованиях и статьях, а также явилась темой обсуждения на международных симпозиумах [3].

При исследовании статей Договора особое внимание следует обратить на то, что в отношении некоторых статей, (например ст. 1, 3-8 и так далее), существуют согласованные заявления участников договора, которые имеют существенное значение для понимания его положений.

Изучение статей первой «Отношение к Бернской конвенции», третьей «Применение статей 2-6 Бернской конвенции», а также ряда других статей Договора, что как уже отмечалось в главе посвящённой Бернской конвенции, позволяет констатировать факт о тесной взаимосвязи норм Бернской конвенции и Договора. Бернская конвенция явилась основой для создания нового международного Договора в сфере авторского права.

Ниже остановимся непосредственно на тех положения Договора, которые являются новыми в международной охране авторских прав.

Преамбула Договора гласит, что основной целью его принятия является необходимость внесения новых международных правил и интерпретация существующих положений в целях разрешения вопросов, возникших в связи с новыми экономическими, политическими социальными, культурными и технологическими новшествами.

Как уже отмечалось выше, существенное значение для правильного и более глубокого понимания Договора имеют Согласованные заявления стран-участников. В отношении статьи первой Договора Согласованное заявление гласит, что право на воспроизведение, как оно определено в статье 9 Бернской конвенции, с исключениями разрешёнными ниже (в тексте Договора), полностью применяется и в цифровой сфере, в частности в отношении использования произведений в цифровой форме. И, наконец, главное: «признаётся, что хранение защищённых произведений в цифровом виде на электронном носителе является воспроизведением в смысле статьи 9 Бернской Конвенции». Пункт 3 статьи 9 Бернской Конвенции указывает, что «любая запись звука или изображения признаётся при применении настоящей Конвенции воспроизведением». Таким образом, Договор чётко отвечает на один из важнейших вопросов, существующих в настоящее время в авторском праве в связи с развитием цифровых технологий, – является ли воспроизведением сохранение объекта, охраняемого авторским правом, на жёстком диске компьютера, дискете либо ином носителе. Согласно Договору такие действия являются воспроизведением и, соответственно, совершённые без согласия автора, являются нарушением его авторских прав. Правила, применимые для не цифровой среды, переносятся на среду цифровую. Бесспорно, зафиксированная в Договоре позиция охраняет законные права авторов, однако, в данной связи возникает сразу несколько вопросов, здесь и далее мы коснёмся трех.

Во-первых, почему покупатель традиционной книги, отпечатанной на бумажном носителе, вправе передать её своим друзьям, родственникам, без нарушения авторского права, а законный владелец электронной версии одноимённой книги лишён такого (и некоторых иных) прав, учитывая, что передача электронной версии практически представляет собой перезапись.

В этой связи особый интерес представляет собой нашумевшее дело компании «Напстер» (Napster Inc.) [4]. Основатель компании «Напстер» Шон Феннинг создал программу, позволяющую обмениваться музыкальными записями через интернет, а именно, через общедоступный бесплатный сайт. Обмен огромным количеством записей через интернет без выплаты лицензионных платежей вызвал недовольство звукозаписывающих компаний, и решением американского суда компания была закрыта. Фактически программа позволяла производить обмен записями неограниченному числу пользователей. Данный случай демонстрирует актуальность проблемы, разрешённой в Договоре путём применения статьи 3 статьи 9 Бернской конвенции к цифровой среде. С одной стороны, права авторов действительно нарушались, ибо происходило массовое копирование и распространение их произведений без выплаты авторского вознаграждения (лицензионных платежей). С другой стороны, Договор в настоящей редакции, как и решение американского суда фактически ставят в неравное положение собственника, к примеру, компакт-диска и покупателя той же коллекции песен в электронном формате. Первый вправе передать компакт-диск в пользование третьему лицу, второй правом переслать те же объекты третьему лицу посредством интернета, иной электронной сети, не вправе.

Во-вторых, в настоящее время традиционные компьютеры производят вывод текста на экран путём сохранения его копии на жёстком диске, без волевых действий владельца компьютера. Владелец компьютера не желает сохранять копию произведения, он знакомится с ним на законной основе, иного пути современные технологии ему предложить не могут, но одновременно, получается, он нарушает права автора. Особенности данного вида сохранения не получили освещения в Договоре, и представляется, что любое сохранение, не санкционированное правообладателем, будет являться нарушением его права на воспроизведение.

В данной связи возникают вопросы и в связи с функционированием интернет-радиостанций. Прослушивание песни на компьютере пользователя неизбежно приводит к несанкционированному воспроизведению. Так же возникает вопрос необходимости выплаты авторского вознаграждения с каждого случая такого воспроизведения, благо число пользователей в сети технологии позволяют отследить. Финансовая устойчивость интернет-радиостанций фактически находится в обратной связи с числом слушателей, – чем больше слушателей, тем хуже её финансовые показатели. С такими парадоксальными случаями уже столкнулись интернет-радиостанции в Соединённых Штатах Америки, где число бесплатных интернет-радиостанций начало снижаться с введением внешне как бы справедливого порядка взимания лицензионных платежей с радиостанции за каждый случай использования музыкального произведения [5].

В-третьих, сам по себе процесс передачи информации с одного компьютера на другой неизбежно влечёт кратковременную запись, воспроизведение передаваемого объекта на сервере – посредническом устройстве между двумя пользователями. Особенность этой технологии также не учитывается создателями Договора.

Рассматривая положения статьи 11 Договора «Обязательства в отношении технологических мер», мы вновь вернёмся к поставленным выше вопросам.

Вполне традиционно в Договоре определяется (статья 2 «Сфера защиты авторского права»), что охрана распространяется на выражение, то есть на форму, а не на содержание, как-то идеи, методы или математические концепции.

Статья 3 «Применение статей со второй по шестую Бернской конвенции» посвящена применению статей 2-6 Конвенции: стороны обязуются применять положения статей 2-6, посвящённых объектам охраны, правам авторов, определениям «страны происхождения», «опубликованного произведения».

Статья 4 «Компьютерные программы» определяет, что компьютерные программы охраняются как литературные произведения. То есть авторы Договора не склонны следовать мнению, которое в настоящее время приобрело довольно большое число сторонников, что компьютерные программы следует охранять как объекты промышленной собственности [6]. Причём, Стороны определяют в Согласованном заявлении в отношении статьи 4, что сфера защиты компьютерных программ определяется также в соответствии со статьёй 2 Договора, статьёй 2 Бернской конвенции и на равных началах с относимыми положениями Соглашения ТРИПС (Соглашение «О торговых аспектах прав на интеллектуальную собственность»). Статья 10 Соглашения ТРИПС устанавливает, что «компьютерные программы в исходном или выходном виде охраняются как литературные произведения в соответствии с Бернской конвенцией». – Соглашение ТРИПС, как и Договор сходно подходят к вопросу охраны компьютерных программ.

Статья 5 Договора «Базы данных» содержит правило, что компиляции данных охраняются, если они образуют интеллектуальное творчество. Такая защита распространяется не на сам материал базы данных или информацию, и не нарушает авторские право, содержащееся в скомпилированных материалах. Причём точно также, сфера защиты определяется в соотношении с положениями ТРИПС и Бернской конвенции.

Праву на распространение посвящена статья 6 («Право на распространение»). Авторы литературных и художественных произведений обладают исключительным правом разрешать распространение оригиналов и копий их произведений, путём продажи или другой передачи прав собственности.

Каждая из Договаривающихся. сторон по своему усмотрению применяет правило истечения права собственности автора на оригинал произведения либо его копию. Таковое право может истечь после первой продажи, либо нет.

Статья 7 «Право на прокат» посвящена коммерческому прокату. Необходимо сразу оговорить, что право на распространение и право на коммерческий прокат, определённые соответственно в статьях 6 и 7 Договора, как следует из положений Согласованного заявления относительно данных статей, распространяются только на зафиксированные на материальном носителе копии произведения. То есть положения данных статей, к примеру, распространяются на компакт-диски и миди-диски, но не распространяются на распространение копий в файлах через Интернет. Согласно статье 7 авторы компьютерных программ, кинематографических произведений, произведений записанных в фонограммы, обладают эксклюзивным правом дозволять коммерческий прокат произведений или их копий. В двух случаях вышеуказанные положения ст. 7 абзаца 1 не применяются. Во-первых, когда компьютерная программа, не является сама по себе существенным объектом проката (например, если на её основе, или с её использованием создан какой-либо иной продукт, являющийся объектом проката). Во-вторых, в отношении кинематографических произведений. Но если прокат кинематографических произведений ведёт к широкому копированию кинематографического произведения, нарушая исключительное право автора на воспроизведение, исключение не применяется.

Согласно пункту 3 статьи «Право на прокат» Договора, несмотря на положения пункта первого данной статьи, государство-участник Договора, на 15 апреля 1994 года имевшее и продолжающее иметь в силе систему справедливого вознаграждения авторам, за прокат их произведений, воплощённых в фонограммах, может сохранять такую систему и дальше, однако при условии, что это не приведёт к ущемлению исключительного права автора на воспроизведение.

Следует отметить, что в Бернской конвенции право на прокат не упоминается, потому применительно к странам-участницам Бернской конвенции вышеуказанные обязанности являются новыми. Но не являются новыми для стран-участниц Соглашения ТРИПС, – ст. 11 Соглашения посвящена праву на прокат.

В статье 8 «Право на сообщение публике» указывается, что авторы литературных и художественных произведений обладают исключительным правом разрешать передавать свои произведения для всеобщего сведения по проводам и средствами беспроводной связи, включая такой способ сообщения публике, когда члены общества могут иметь доступ к таковым произведениям по своему усмотрению избирая место и способ. Положения данной статьи применяются без нанесения ущерба положениям статей 11 (1), 11 bis (1), 11 bis (1), 11 ter (1), 14 (1), 14 bis (1) Бернской конвенции об охране литературных и художественных произведений. Вышеперечисленные статьи закрепляют исключительные нрава авторов драматических, музыкально-драматических, музыкальных произведений, литературных и художественных произведений, кинематографических произведений на передачу в эфир, публичное представление и исполнение, публичное сообщение своих произведений.

Следует особое внимание обратить на предложение «такой способ сообщения публике, когда члены общества могут иметь доступ к таковым произведениям, по своему усмотрению избирая место и способ». В данном случае авторы Договора закрепляют за авторами произведений новое правомочие, которое включает в себя и исключительное право на размещение своих произведений на сайтах в Интернете. Таким образом, такое использование произведения без согласия авторов будет противоречить положениям Договора. То есть, после вступления Договора в силу, если кто-либо разместит произведение, не получив авторского согласия, даже, например, в электронной библиотеке, то нарушит авторское право.

В статье 9 «Срок охраны фотографических произведений», Договаривающиеся стороны принимают на себя обязательства не применять положения ст. 7 пункта 4 Бернской конвенции в отношении фотографических произведений. В пункте 4 статьи 7 указано право страны-члена Бернской конвенции «урегулировать срок охраны фотографических произведений», охраняемых в качестве художественных произведений, «однако этот срок не может быть короче 25 лет со времени создания такого произведения». Таким образом, страны-участники Бернской конвенции обладали правом уменьшить по своему усмотрению срок охраны прав авторов фотографических произведений до 25 лет со времени создания произведения, в противоположность общему сроку охраны, который составляет «все время жизни и пятьдесят лет после его смерти» (п. 1 ст.7 Бернской конвенции). Соответственно, для стран участников Бернской конвенции в редакции 1971 года, которые одновременно являются участниками Договора, срок охраны в отношении фотографических произведений увеличивается и включает в себя всё время жизни автора и 50 лет после его смерти, ибо снимается оговорка о меньшем сроке охраны, если таковые страны воспользовались правом, предоставленным п. 4 ст.7. Бернской конвенции.

Статья 10 Договора «Ограничения и исключения» является характерной для международных соглашений. В данной статье определено, что договаривающиеся государства могут в своих национальных законодательствах создавать и применять некоторые исключения и ограничения прав, предоставленных авторам литературных и художественных произведений по Договору. Но такие случаи не должны входить в противоречие с нормальным использованием произведения, и не должны без достаточных оснований нарушать законные интересы авторов. В Согласованных заявлениях в отношении данной статьи стороны устанавливают, что они могут сохранять существующие, развивать существующие, устанавливать новые ограничения прав, и распространять их на цифровую сферу, но при условии, что такие ограничения, как и положения статьи 10 Договора, ни уменьшают, ни расширяют сферу ограничений и исключений, предусмотренных в Бернской конвенции об охране литературных и художественных произведений. Таким образом, положения Бернской конвенции не только не подлежат пересмотру, но напротив, нововведения должны им соответствовать.

Статья 11 Договора «Обязательства в отношении технологических мер» тесно связана с положениями, закрепляющими права авторов, в частности, очень тесно с положениями статьи 8. В статье 11 указано, что стороны обязуются обеспечить юридическую защиту и обязуются принять действенные правовые меры против «обхода» тех эффективных технологических мер, которые используют авторы для защиты прав, предоставленных им нормами Договора или Бернской конвенции, в отношении произведений, использование которых не разрешено авторами или не разрешено по закону. Фактически, речь идет об удалении или нарушении работы программ, препятствующих тем или иным действиям (например, копированию), в отношении охраняемых объектов, так же речь идёт и о так называемом «взломе» сайтов, получившем в последнее время широкое распространение. Договаривающиеся стороны обязуются принять в свои внутренние законодательства таковые положения.

Специалистами высказывалось мнение, что сам по себе обход технического средства защиты не является нарушением какого-либо авторского права на использование произведения [7]. Считается, что подобный обход не ведёт к нарушению авторских прав. Однако с таким мнением нельзя согласиться. В некоторых случаях сам по себе взлом сайта, сам по себе обход технического средства, который неизбежно сопровождается выведением на экран содержащейся на сайте информации, даже без копирования и сохранения его в компьютере, будет являться нарушением прав автора. В частности, положений статьи 8 Договора. Например, автор вправе разместить на сайте незавершённое произведение, которое он ещё не готов обнародовать, или не желает обнародовать по каким-либо основаниям, или не желает обнародовать его до определённой даты и так далее. Если третье лицо ознакомится с таким произведением, взломав защитную систему, будет нарушено право автора на обнародование.

Мы вновь подошли к вопросу, которым задавались ранее, и который в настоящее время не урегулирован международным законодательством, а вместе с тем является одним из основополагающих. Взломав сайт, или напротив, обратившись на законном основании к материалу, доступному неограниченному кругу лиц, пользователь просматривает информацию, для удобства примера, текстовую. Чем будет являться такой просмотр, при условии того, что компьютер автоматически, помимо воли пользователя, сохраняет таковую информацию на жёстком диске, то есть, снимает копию. Является ли временная фиксация такой копии, «воспроизведением» с точки зрения авторского права? Господствующим мнением является признание такой фиксации воспроизведением. Отчасти это мнение оправдано тем, что пользователь имеет возможность сам установить параметры автоматического сохранения просматриваемых страниц и использовать объекты, охраняемые авторским правом. Однако с таким мнением нельзя согласиться. Такая «фиксация» суть способ просмотра, чтения информации. Другой технологии чтения в настоящий момент не существует. Представляется, что воспроизведением можно будет считать умышленное, намеренное сохранение пользователем данной информации на жёстком диске.

Потому в приведённом выше примере взлома сайта и просмотра содержащейся на нём информации, можно сразу же говорить о нарушении авторского права на обнародование, но не следует признавать такое действие, сопровождающееся временной фиксацией, воспроизведением объекта авторского права, или, признав такое действие воспроизведением, разрешить его, путём оговорки в отношении исключительного авторского права на воспроизведение.

В статье 12 «Обязательства в отношении информации об управлении правами» ключевое значение имеет термин «rights management information». Переводя термин дословно, «информация об управлении правами», мы допускаем различные толкования данного термина, определяющие его различное понимание. Фактически здесь речь идёт, и это разъясняется в тексте статьи 12, об информации, которая идентифицирует произведение, автора произведения, обладателя любого права в отношении произведения, или информацию об условиях использования произведения. Таковая информация может быть представлена не только в виде текста, но и цифрового кода при условии того, что такая информация прикреплена к копии произведения или возникает в связи с сообщением произведения публике. В целом же статья обязует стороны проводить действенные правовые меры против любого лица, которое знало или имело разумные основания знать, что его действия будут побуждать, давать возможность, содействовать, скрывать нарушение любого права, охраняемого Договором или Конвенцией, но предпринимало следующие действия:

- удаляло или изменяло без дозволения обладателя прав информацию об управлении правами;

- распространяло, импортировало, путём теле-, радиовещания, либо иначе сообщало публике, без дозволения обладателя правами, произведения или их копии, зная, что информация об управлении правами была удалена или изменена без разрешения.

В настоящее время глобальная сеть настолько огромна, содержит такое большое количество информации, что поиск её реален только лишь путём обращения к сайтам ссылок, содержащих перечень адресов иных сайтов, объединённых общей темой. Определённое количество их содержит пиратскую информацию. Положения статьи 12 прогрессивны не только тем, что направлены на защиту прав авторов и борьбу с нарушителями, но и тем, что позволяют существенно сузить сферу функционирования пиратской информации. Правообладатели, чьи права нарушаются, будут иметь возможность не только «вылавливать» в огромном потоке информации нарушителей прав, но и сообщив лицам, распространяющим информацию о пиратских сайтах, о нарушении их прав, будут иметь право привлекать к ответственности таковых распространителей, если они продолжат размещать информацию о пиратских сайтах. Рассмотренный пример имеет отношение к интернету, однако, как ясно из положений статьи 12, сфера её действий гораздо шире.

В Согласованном заявлении в отношении данной статьи даются существенные разъяснения. Стороны согласовали, что когда речь идёт о нарушении любого права, охраняемого по данному Договору и Бернской конвенции, то речь идёт как об имущественных, так и неимущественных правах авторов. Также оговорено, что положения данной статьи не являются основанием для создания либо внедрения каких-либо систем, охраняющих «информацию об управлении правами произведения», путём введения каких-либо дополнительных формальных требований, не разрешённых, то есть каких-либо иных, кроме дозволенных нормами Бернской конвенции и Договора и препятствующих свободному движению товаров. Данное замечание направлено на укрепление существующей в настоящее время системы международной охраны авторских прав. Здесь чётко прослеживается «генеральная линия» международного сообщества – система международной охраны авторских прав, существовавшая до развития информационных технологий сохраняет своё значение и в настоящее время и нуждается лишь в дополнении.

Статья 13 Договора посвящена действию во времени. Стороны обязуются применять положения статьи 18 Бернской конвенции, согласно которой Договор будет применяться ко всем произведениям, которые к моменту вступления Договора в действие не перешли в общественное достояние в стране происхождения вследствие истечения срока охраны. Согласно пункту 2 статьи 18, если вследствие ранее предоставленного срока охраны произведение уже стало общественным достоянием в стране, в которой испрашивается охрана, это произведение не будет вновь поставлено под охрану.

Согласно статье 14 страны обязуются в соответствии с их национальными правовыми системами внести изменения в законодательство, обеспечивающее применение Договора. Также стороны обязуются не только создать эффективные меры против нарушений прав, охраняемых по Договору, но и создать условия способствующие созданию препятствий для дальнейшего нарушения.

Статьи с 15 – по 25 посвящены «техническим аспектам» действия Договора. Статья 15 посвящена Ассамблее стран участниц Договора, 16-ая Международному Бюро, 17-ая основаниям для присоединения к договору. 18-ая правам и обязанностям сторон по Договору, 19-ая подписанию договора. 20-я статья посвящена вступлению Договора в силу. Договор вступит в силу, после его ратификации 30 государствами. Статья 21 посвящена дате, с которой страна может стать членом Договора, статья 22 определяет, что никакие оговорки к данному соглашению не допускаются, статья 23 - денонсации Договора. Статья 24 посвящена языкам Договора, и статья 25 Депозитарию Договора. Депозитарием данного договора является Генеральный Директор ВОИС.

Характеризуя положения Договора, нельзя не признать их прогрессивного значения, ибо в новых условиях они достаточно надёжно будут обеспечивать защиту обладателей авторских прав. Однако Договор порождает и вопросы. Некоторые из них освещались выше, здесь же мы лишь кратко отметим следующее. Представляется, что Договор довольно полно урегулировал и разрешил вопросы оборота материальных копий и оригиналов произведений авторов. Гораздо менее чётко разъяснены вопросы функционирования объектов авторских прав в информационных сетях, в первую очередь в Интернете. Причём, права авторов создатели Договора постарались максимально оградить от нарушений в информационных сетях. Гораздо меньше уделено внимания правам иных заинтересованных лиц, таким как «покупатели авторских прав», владельцы электронных библиотек, владельцы информационных сайтов. Как указывалось выше, ущемлены права владельцев электронных копий произведений по сравнению с правами, к примеру, обладателей книг. В последнее время всё большую остроту приобретает вопрос использования музыкальных произведений интернет-радиостанциями. В конечном счёте, анализируя Договор в целом, уже сейчас необходимо признать, что шесть лет, которые прошли с создания текста Договора в 1996 году до вступления в Договора в силу в 2002 году, не прошли даром, и новые технологии, неизбежно порождающие новые общественные отношения, уже сейчас требуют изменения и дополнения текста Договора. В конечном счётё, только справедливый баланс между интересами всех лиц, участвующих в функционировании объектов авторского права, может уменьшить число правонарушений.

Характеризуя Договор, в общем и целом, следует отметить, что авторы его занимают вполне определённую позицию. Интернет и цифровые технологи, согласно их мнению, это новая и иная, сфера функционирования охраняемых произведений. Вот почему, на основе существующего соглашения (Бернской конвенции об охране литературных и художественных произведений), производятся дополнения и изменения, которые должны обеспечить защиту авторских прав в мире новых технологий.

Рассмотрев текст Договора мы убедились, что Договор регулирует те новые общественные отношения, которые появились в мире в связи с развитием новых технологий. Новые технологии не обошли стороной и Россию, и урегулирование тех же вопросов стоит теперь и перед российским законодательством. Именно насущность данных вопросов, конечно, наряду с принятыми на себя международными обязательствами, требует внесения соответствующих изменений в российское авторское право.

Среди стран участниц СНГ, первой привела в соответствие с Договором своё законодательство Белоруссия, потому особенно весомо звучит высказывание белорусских специалистов о необходимости внесения изменений в Российское авторское право. «Гармонизация национального законодательства с новыми международными нормами авторского права и смежных прав, сформулированными, прежде всего, в Договоре об авторском праве ВОИС и Договоре об исполнителях и фонограммах ВОИС, а также в Соглашении ТРИПС, соответствует интересам стран для:

- законодательного обеспечения одного из важнейших прав человека – права на результаты интеллектуальной деятельности;

- повышения уровня охраны прав на интеллектуальную собственность при балансе интересов правообладателей и общества;

- обеспечения сохранения и преумножения интеллектуального потенциала;

- развития национальной культуры, науки, образования, всей интеллектуальной сферы.

Без эффективной системы охраны как национальных, так и зарубежных объектов интеллектуальной собственности, без гармонизации национального законодательства с новыми нормами авторского нрава и смежных прав страны могут оказаться вне глобальной информационной инфраструктуры и не иметь доступа к информационным ресурсам, потребность в которых становится условием экономического и культурного развития в XXI столетии. Другими словами, наличие совершенной системы охраны интеллектуальной собственности, в частности авторского права и смежных прав, является одним из условий экономической безопасности любого государства» [8].



← предыдущая страница    следующая страница →
123




Интересное:


Понятие международно-правового регулирования и механизма международно-правового регулирования
Основные направления деятельности всемирной таможенной организации по сближению национальных правовых систем в области таможенного дела
Порядок предъявления требований к перевозчику при международной перевозке воздушным транспортом
Природа и место международного частного права в правовой системе Российской Федерации
Регулирование отношений по доверительному управлению имуществом в российском праве
Вернуться к списку публикаций