2007-10-26 00:00:00
ГлавнаяРазное по праву — Интернет и право - проблема юрисдикции



Интернет и право - проблема юрисдикции


В настоящее время научные разработки в различных отраслях знания весьма взаимосвязаны. Иная отрасль науки не может развиваться без успехов в другой. Поэтому думается, что нужно в своих работах связывать определенные направления, касающиеся отдельных дисциплин, в общее целое с тем, чтобы прийти к определенным результатам.

Если исходить из того, что право – многообъятное понятие, не существующее отдельно от других наук, и если исходить из требований 21–го века, то право должно сосуществовать с такими дисциплинами как информатика, кибернетика и многими другими. Так, уже сейчас появились и находятся в стадии становления такие комплексные отрасли как “информационное право” [1], “право телекоммуникаций” [2], что отражает охвативший в настоящее время наше общество информационно–телекоммуникационный бум. Символ этого бума – глобальная сеть Интернет.

Слово “Интернет” в последнее время стало одним из наиболее употребительных. Об этом все говорят, хотя не все понимают, что это такое. Интернетом пугают, рисуя образ некоего компьютерного вора, для которого нет никаких преград, и готового похитить всю “информационную собственность”, призывая принять самые жесткие меры по защите от него. “Интернет в целом - это опасная вещь. Это, по сути, искушение Адама. Я признаю, что информация там колоссальная, полезная, но опасность социального раздвоения, когда люди не хотят выходить на улицу после сидения за компьютером, как банально это ни звучит, - она очень велика” (В.Б.Наумов) [3].

Интернет восхваляют и рисуют идеальный информационный мир, в котором нет границ и непонимания между жителями этого виртуального пространства. Сходятся мнения только в одном: Интернет уже сейчас оказывает огромное воздействие как на жизнь отдельного человека, так и на функционирование общества в целом, и в будущем его влияние будет только возрастать огромными темпами.

Развитие сети Интернет в ближайшем будущем превратит сеть в стандартный канал социальных коммуникаций, по которому будут осуществляться подавляющее число розничных торговых операций, перевод денежных средств, будут выполняться все функции связи и вещать средства массовой информации. Возникнут новые социальные группы, новая идеология, сформируется новый психологический образ жителя планеты XXI века. Тем самым, природа открывшихся возможностей позволит успешно дублировать классические социальные связи материального мира, привязанного к географии планеты и, в некоторых случаях, заменять их.

Интернет, как показатель прогресса, уже сейчас делает увлекательной и удобной жизнь особого социального слоя – сетевого сообщества. Миллионы людей уже не видят себя иначе, как в качестве пользователей сети Интернет и правомерно считают себя частью уникальной социально–информационной среды. Указанный канал социальных коммуникаций сейчас можно использовать и как благо для развития, и как средство для осуществления антисоциальных действий. “На настоящий момент, например, с точки зрения российского уголовного закона, любой российский сегмент сети Интернет представляет собой конгломерат уголовно–наказуемых деяний в форме клеветы и оскорблений, встречающихся везде и повсеместно на просторах Интернета, заведомо ложной рекламы, в виде распространения порнографических материалов, нарушения прав на объекты интеллектуальной собственности. Текущая ситуация таит в себе колоссальную опасность. Если тенденции раздвоения реального и виртуального мира сохранятся, то любые усилия общества, государств по регулированию ряда общественных отношений будут пропадать даром: борется, например, Россия с распространением наркотиков, а в сети уже сейчас существуют русскоязычные сайты детально описывающие все тонкости изготовления, покупки и приготовления наркотических средств” [4].

Как известно, широкий набор правонарушений в данной области можно разделить на два больших класса: направленные на сети и системы обработки информации (так называемые «компьютерные» преступления, связанные с несанкционированным доступом, изменением или разрушением данных, пользованием услугами), а также те, в которых сети используются как каналы связи (связанные главным образом с «выражением мнения» (expressions of opinion): оказом насилия, расовой дискриминации, порнографией и т.п.) [5]. Данная статья связана с проблематикой правонарушений второго класса, поскольку первые уже достаточно хорошо известны (имеется разработанная юридическая база для борьбы с ними, как правило, изложенная в уголовном законодательстве).

Отсутствие нормативно–правового регулирования Сети уже негативно сказывается на развитии социальных и экономических процессов в стране. В частности, неурегулированность вопросов правомерности безналичных платежей “через Интернет”, законодательно закрепленной системы идентификации участников коммерческого оборота в Сети – тормозит развитие “электронной коммерции”, а недостатки имеющегося законодательства в области информации вообще и массовой информации препятствуют “цивилизованному” распространению информационных потоков, принижая в общественном сознании роль Интернета до удобного и безнаказанного способа “слива компромата” на политических фигур.

Хотя, с другой стороны, по мнению И. Мелюхина [6], отсутствие нормативной регламентации для развития Интернета, характерное для большинства стран, может сыграть положительную роль, поскольку “нерегулируемая деятельность в коммерческом секторе развивается быстрее”.

Сейчас уже существует очень много спорных ситуаций, связанных, например, с доменными именами, а также с другими вопросами Интернета. На Западе есть судебная практика по таким делам. В России же судебных дел, связанных с какими–либо отношениями в Интернете, практически не было. Хотя самих спорных ситуаций достаточно.

Все вышеизложенное говорит о том, что исследование сети Интернет представляет огромный интерес как с точки зрения актуальности проблемы, так и с позиции большинства наук, и в первую очередь юридической.

Позволим себе сделать предположение о том, что “правовой статус” сети Интернет включает в себя 3 элемента: первый – информационный, второй – телекоммуникационный, и третий – абсолютно новый (по отношению к информационно–телекоммуникационным сетям), которому пока нет названия в российском праве, но который можно описать как “виртуальную реальность” (Cyberspase). Упрощенно можно сказать, что в конечном счете первые два элемента дают ответ на вопрос: “На что это похоже?”, а третий – на вопрос: “Что это такое?” (в юридическом значении). Тогда в связи с этой проблемой можно будет сказать следуюшее:

Из всех трех выделяемых нами элементов “правового статуса” сети Интернет только телекоммуникационный получил более или менее четкое отражение в законе. Так, можно смело утверждать, что Интернет является сетью электросвязи общего пользования в смысле ст. 2 закона “О связи”, а провайдеры – операторами связи. Отсюда можно сделать вывод о том, что правонарушения, направленные на Интернет как на сеть электросвязи общего пользования, вполне могут быть пресечены, а виновные –подвергнуты наказанию на законных основаниях. При этом предпочтительнее все–таки закрепить вышеуказанные положения в будущем нормативно–правовом акте, посвященному сети Интернет.

Гораздо больше в нормативном определении нуждается проблема электронной почты, а именно: как соотносятся возможности электронной почты с обычными почтовыми услугами?

Информационный элемент правового статуса сети Интернет. Здесь дело обстоит гораздо сложнее, чем с первым элементом, так как на сегодняшний день вряд ли к Интернету можно отнести существующее информационное законодательство, потому что многие используемые в нем понятия (в том числе и “информации”, “ввоза” и “вывоза” информации) применительно к Интернету требуют уточнения (эта тема требует отдельного рассмотрения).

Интернет как “виртуальная реальность” (Cyberspase). Данный элемент “правового статуса” как категория представляет собой надуманную абстракцию, не имеющую пока никакого практического выражения в юриспруденции. Однако именно в рамках этого элемента возможно логически проследить, как должны быть закреплены положения, которые позволят разрешить те проблемы, вытекающие из специфики сети Интернет, которые не имеют аналогов в “реальном” мире. То есть, эти проблемы вытекают одна из другой, и все вместе они представляют собой некое целое – одну большую проблему, связанную с сетью Интернет (иными словами, все эти проблемы объединяет одно – сеть Интернет, ее специфика). Так, проблема концептуальной сложности обеспечения доказательств в сети вытекает, в частности, из проблемы фиксации времени и места действия в Сети, а также из природы электронной информации и легкости информационного обмена в Сети. Последняя проблема (которая является одновременно и большим техническим достижением) предопределяет и проблему юрисдикции, а также проблему “виртуальных тел” (правосубъектности) и т.д.

Остановимся на проблеме юрисдикции в сети.

В процессе своего развития общество на нашей планете выработало структуру, состоящую из отдельных взаимодействующих друг с другом независимых государств. Устоявшийся уровень взаимозависимости был закреплен в ряде принципов международного права: принципе государственного суверенитета, заключающимся в верховенстве, самостоятельности и независимости государственной власти; принципе невмешательства во внутренние дела других государств. Глобальное информационное пространство в одночасье изменило геополитическую ситуацию в мире. Сеть Интернет в теперешнем ее состоянии позволяет на практике осуществлять информационное воздействие на граждан, организации и государство, руководствуясь интересами, несогласованными с интересами субъектов влияния.

Кто же и как должен контролировать и определять условия информационных отношений при международном информационном обмене посредством сети Интернет? Нужен ли указанный контроль в принципе?

Сущность подхода, изложенного в работе Даррелла Менте [7], такова: в результате создания телекоммуникационных сетей и их активного использования образуется единое информационное пространство всего мира. Возникают значительные проблемы, связанные с определением юрисдикции государств в этом информационном пространстве. Государственные границы в нем не существуют или в значительной степени стираются. Для устранения связанных с этим проблем необходимо международно–правовое регулирование телекоммуникационного пространства. Проводится, например, параллель с правовым режимом Арктики и Антарктики, на которые не распространяется суверенитет какого–либо одного государства, с другими международными ресурсами.

Однако большинство Интернет–провайдеров, в том числе представители Японии, Германии, Италии и других стран, высказывают противоположную точку зрения. На вопрос о том, кто должен управлять национальными сегментами сети Интернет, общий ответ звучит так: суверенитет над национальным сегментом принадлежит той стране, на территории которой сегмент размещается. Если это российский сегмент - то соответственно за Россией. И это - основополагающий принцип; из него следуют все дальнейшие [3].

А. Глушенков указывает и на такое мнение (он называет его “правовым заблуждением”): Интернет находится вне всякой юрисдикции, вне границ какого–либо государства, и к отношениям в Интернете нельзя применять чье–либо законодательство. “И на самом деле, на первый взгляд может показаться именно так - любой человек, подключившийся к Интернету, свободно может зайти на любой сервер, находящийся в любой стране мира. Пожалуйста, можно путешествовать по всему земному шару, можно все что угодно и где угодно купить, заказать товары, получить информацию, услуги и тому подобное. Нет никаких границ, никаких ограничений. Вот и возникло такое мнение, что Интернет - существует вне государственных рамок и соответственно это, можно сказать, своя собственная юрисдикция” [3].

Таким образом, последние две точки зрения отражают существующую тенденцию деления на «друзей» и «врагов» по рассматриваемому вопросу. И ставится он, преимущественно, в плоскости возможности защиты интересов государства в информационном пространстве в противовес сложившимся процессам саморегулирования информационного сообщества. Информационное сообщество при этом отстаивает то, что оно создало – сеть Интернет, государства – то, что они приобрели, на за защиту чего они обречены – свой суверенитет, стараясь при этом ликвидировать свой просчет невнимания к Сети в начале ее становления и развития. В частности, это достигается за счет национального законотворчества и правоприменения.

Мы имеем, в общем случае, три варианта правового регулирования: регулирование отношения в системе права и по законодательству пользователя, страны местонахождения информационного ресурса и по закону страны собственника ресурса (хотя здесь следует учитывать и деятельность провайдеров, которые также могут быть представителями разных государств). Эта многомерность общественных отношений вполне закономерно представляет собой источник растущего клубка общественно–правовых противоречий.

Таким образом, появляется юрисдикционная проблема регулирования международных отношений в Сети.

Сейчас около двадцати стран мира имеют зачатки национального законодательства, относящегося к использованию глобального информационного пространства, в которых отсутствуют международные соглашения и весьма противоречивы обычаи использования Сети. Спорных ситуаций в связи с использованием сети Интернет становится все больше и постепенно формируется судебная практика по данным общественным отношениям. Все вышеуказанное существует и развивается на фоне геополитических интересов различных стран мира. Часть из них еще не осознали значения всемирного информационного пространства (к ним относится и РФ), другие активно пытаются распространить свое влияние на него, в частности, пытаясь использовать свою систему права и законодательство для разрешения конфликтов в Сети. В конфликтных ситуациях сталкиваются различные интересы и правовые системы, и в каждой спорной ситуации возникает коллизия: какое право применять, в чьем ведении находится тот или иной информационной процесс, юрисдикция какого государства распространяется на то или иное информационное общественное отношение?

Судебная практика, трактующая и разрешающая проблему юрисдикции Сети, показывает, что суд в большинстве случаев исходит из верховенства национального законодательства над информационными отношениями, если потребитель информации находится под юрисдикцией конкретного государства или штата.

Так, в деле Braintech Inc. (Ванкувер, Канада), которая вела свои дела в штате Техас против John Kostiuk, столкнулись правовые системы США и Канады. Канадская апелляционная инстанция суда весной этого года отказалась признать решение суда штата Техас по делу о диффамации и провозгласила, что юрисдикция США не распространяется на информационное пространство Канады, в котором был организован ресурс ответчика.

В.Б.Наумов [8] в качестве мирного выхода из сложившейся растущей напряженности правовой неурегулированности использования Сети и растущей требовательности государств к реализации своего суверенитета в Сети предлагает создавать: международные договоры, определяющие статус международного информационного пространства и алгоритмы разрешения споров в связи с его использованием; региональные многосторонние соглашения, а также двухсторонние договоры о правовой помощи; и национальное информационное законодательство (чтобы не быть «открытым на фоне всеобщей закрытости»). В идеале, по его мнению, необходима унификация норм законодательства стран мира относительно использования Сети.

Пока же такого законодательства нет, предлагается более простое решение. В частности, А. Глушенков [3] говорит о следующем:

1. Каждая компания, имеющая свой сайт или сервер в Интернете должна раскрывать информацию о себе - где она зарегистрирована (юридический адрес), в соответствии с каким законодательством она действует и так далее.

2.Какое право применять к договору, заключенному в Интернете представителями разных государств? Эти проблемы давным–давно решены международным частным правом, и к правоотношениям в Интернет можно применять те же самые механизмы.

Возможны и варианты, когда стороны сами договариваются о применяемом праве, о месте рассмотрения споров в случае каких–либо разногласий.

По-видимому, регулирование деятельности, проводимой в Сети Интернет, должно осуществляться при помощи специальных национальных законов, основанных на международном законодательстве о Сети. Из этого следует, что на уровне международного сообщества должен быть принят единый нормативный акт о Сети, который бы устанавливал основные определения и принципы регулирования деятельности, проводимой в Сети, которые явятся предопределяющими для национальных законов в этой области.

Принятие подобного международного нормативного акта требует накопления практики применения национального законодательства. А, в свою очередь, приведение национального законодательства в соответствие с единым международным нормативным актом требует унификации национальных законодательств стран мирового сообщества. В настоящее время подобное, возможно, пожалуй, только в 14 странах–участницах Европейского Союза, в которых уже идет унификация законодательства во многих сферах государственной деятельности. Поэтому данный путь для России, к сожалению, не осуществим.

На современном этапе можно предложить урегулировать деятельность, проводимую в сети Интернет, путем принятия специального закона, который бы определил правовой статус Сети и зафиксировал основные принципы деятельности в ее российском сегменте и включал бы в себя изменения, внесенные в действующее законодательство, которое имеет отношение к Сети. Но до этого, соответственно, эти изменения должны быть внесены. В частности, речь может идти, например, о следующем.

В статье 2 закона “Об участии в международном информационном обмене” дается понятие международного информационного обмена – это передача и получение информационных продуктов, а также оказание информационных услуг через Государственную границу Российской Федерации. Таким образом, получение информации из иностранных источников либо передача информации иностранным пользователям посредством сети Интернет есть действия по международному информационному обмену. Но, во–первых, сети Интернет чуждо само понятие границы и локализованности как таковой – этого просто априори не может быть в виртуальном пространстве (“внепространственность” Сети). Внепространственность означает, что “Сеть не может быть локализована даже посредством поименного указания серверов, потому что сетевой серфинг создает впечатление бесконечного пространства, присутствующего, тем не менее, в конечной форме – здесь и только здесь” [9].

Внепространственность стирает реальные границы, будь то границы между государствами, субъектами федерации, городами, создает впечатление унифицированности Сетевых событий, то есть заставляет мыслить их как нечто единообразное, данное в единой форме при различии содержания. Во–вторых, в Сети необходимо применять, скорее, не понятие “передача”, а понятие копирования информации.

В статье 12 рассматриваемого Закона содержится норма следующего содержания: “Доступ физических и юридических лиц в Российской Федерации к средствам международного информационного обмена и иностранным информационным продуктам осуществляется по правилам, установленным собственником или владельцем этих средств и продуктов в соответствии с законодательством Российской Федерации” [10]. Однако непонятно, кто должен соблюдать законодательство Российской Федерации: собственник ресурса, пользователь или каждый из них?

Огромное количество информационных ресурсов, содержащихся на просторах сети Интернет, открыты для любого пользователя, гражданина любой страны или апатрида. По логике статьи 12 получается, что собственник информационного ресурса должен соблюсти законодательство всех стран, чьи граждане потенциально могут воспользоваться данным ресурсом. Это, конечно, по меньшей мере, затруднительно.


1. Копылов В.А. Информационное право. М, Юристъ, 1997

2. Савельев Д. Некоторые проблемы международного права телекоммуникаций <http://kodeks.karelia.ru/`dsavel >

3. Конференция “Актуальные проблемы правового регулирования телекоммуникаций” <http://www.cityline.ru.politika/igogo/communication.htm>

4. Наумов В.Б. Особенности правового регулирования сети Интернет <http://www.vic.spb.ru/law/doc/a08.htm>

5. Интернет и правовое регулирование. Правовые проблемы Интернета <http://www.internews.ras.ru/zip/28/melukhin.html>

6. Мелюхин И. Интернет и проблемы развития российского законодательства <http://www.zhurnal.ru/1/declare.htm>

7. Darrel Menthe, Jurisdiction In Cyberspace: A Theory of International Spaces Mich.Tel.Tech.L.Rev.3 (April 23, 1998) <http://www.law.umich.edu/mttlr/molfour/menthe.html>

8. Наумов В.Б. “Интернет и государственный суверенитет” <http://www.russianlaw.net/law/doc/a85.htm>

9. Ивлев А. “Право. Интернет. Реальность” http://www.vic.spb.ru/law/doc/a69.htm

10. Федеральный закон “Об участии в международном информационном обмене” № 85–ФЗ от 4.07.1996г.







Интересное:


Перспективы модернизации международного права и российского законодательства
Россия возвращается к демократическим принципам судопроизводства
Личные имущественные и неимущественные отношения супругов в России в второй половине 19 века. Усыновление и узаконение
Институт суррогатного материнства как способ реализации репродуктивной функции человека
О зарубежном опыте оказания бесплатной квалифицированной юридической помощи
Вернуться к списку публикаций