2012-09-25 11:12:17
ГлавнаяРазное по праву — Перспективы модернизации международного права и российского законодательства



Перспективы модернизации международного права и российского законодательства


Преобразования, проводимые в России на протяжении последних лет, с очевидностью свидетельствуют о стремлении нашей страны к интеграции в мировое политико-правовое пространство. Уже сегодня Россия в известной степени зависит от глобальных потоков капиталов, товаров, технологий, информации и т.д. Для дальнейшего вхождения в международную систему требуется решение ряда проблем, из которых особо выделим проблему правового регулирования деятельности транснациональных корпораций (ТНК) - главных участников глобализационных процессов. Ее решение видится прежде всего в использовании унифицированных норм в процессе национального законотворчества и правоприменения.

К этому следует добавить, что на смену примату внутреннего права фактически пришел примат международного права. Если раньше государства создавали международно-правовые нормы так, чтобы они были совместимы с внутренним правом. Теперь вес чаще и чаще государства обязаны приводить свое внутреннее законодательство в соответствие с международно-правовыми нормами/принципами. Наглядным примером может служить региональное международно-правовое регулирование в рамках интеграционных объединений или изменение правового режима в ГАТТ/ВТО.

В итоге в более глубоком свете предстает предмет международного права. В его предметную сферу входят следующие две группы отношений

- двусторонних и многосторонних:

- «отношения между публичными лицами (субъектами) по всем вопросам поведения публичных лиц в международных отношениях; в этом смысле международное право выступает в своем классическом качестве;

- отношения между публичными лицами по поводу правового режима, существующего во внутригосударственных правовых системах для субъектов внутреннего права и/или для регулирования отношений, входящих во внутреннюю компетенцию государств, например в том что касается транснационального движения товаров, инвестиции, финансов; в этом смысле международное право становится рамочным правом, так как задает правовые рамки для внутреннего права по все большему числу вопросов». Именно в этом качестве международное обретает примат над правом внутригосударственным.

Международное право, например, «отслеживает», «контролирует» процесс размещения на национальной территории иностранных факторов производства (лиц и капиталов), процесс обмена между национальными экономиками. В качестве «рамочного явления» транснациональное право регулирует поведение государств в части установления внутренних правовых режимов для импорта/экспорта товаров, инвестиций, финансов, рабочей силы.

Государства преследуют цель - добиться в правовом пространстве чужой страны благоприятного режима для «своих» граждан, многонациональных предприятий, товаров, инвестиций. Достигается это. как правило, двумя методами: а) государства устанавливают своего рода международный (наднациональный) стандарт, продвигая его во внутригосударственные правовые системы (например, стандарт прав человека; стандарт рыночной экономики и т.п.); б) государства следят затем, чтобы их частные лица, товары, инвестиции встречали в правовом пространстве чужой страны благоприятный - недискриминационный - режим.

Достигается обеспечение недискриминационного режима в нужных вопросах с помощью ряда принципов-методов, норм-стандартов, применяемых в зависимости от ситуации порознь или комплексно, - принципа наибольшего благоприятствования, принципа предоставления национального режима, принципа экономической недискриминации, принципа равноправия, принципа взаимности и др.

Особенность данных принципов заключается в том, что они являются методом сопоставления и уравнивания условий, способом организации отношений, технико-правовым инструментарием или, другими словами, своего рода «трафаретами», «стандартами». Это - одновременно и принципы-методы, и содержательные нормы. Данные «стандарты» - универсальны, они являются «принципами» всего международного права.

Так, принцип наибольшего благоприятствования требует уравнивания условий в сравнении с наилучшими условиями, а вот сфера применения этого метода (например, в тарифной сфере) может оговариваться сторонами в двустороннем или многостороннем соглашении, а может вытекать из международного обычая.

«Стандарт» наибольшего благоприятствования присущ международному праву как один из методов правового регулирования. Сфера применения этого «стандарта» (либо исключений из него) определяется в источниках международного права.

Применение принципа наибольшего благоприятствования в области таможенно-тарифного обложения на двусторонней и многосторонней основе привело к тому, что он фактически стал в этой сфере императивным (когентным). В то же время по мере того, как в рамках Всемирной торговой организации снижается средний уровень таможенного обложения товаров в международной торговле, соответственно снижается и значение данного принципа для этой сферы международных экономических отношений.

Однако это не исключает данный принцип из других сфер международных отношений, где его роль как метода уравнивания условий остается по-прежнему важной. В нетарифной сфере степень императивности принципа наибольшего благоприятствования несколько ниже.

Общепризнанными, универсальными императивными можно считать также нормы обычно-правового и договорного характера, в соответствии с которыми легализованы правомерные исключения из сферы действия настоящего принципа. Возрастает роль и значение принципа предоставления национального режима. Данный принцип содействует конвергенции правовых систем разных государств, которая прослеживается в мире.

Хотелось бы отметить еще раз, что в настоящее время в международном праве существует тенденция к переходу дел, входивших во внутреннюю компетенцию государств, в сферу их общих интересов. «Международное право регулирует и отношения негосударственного характера, в которых государство является лишь одним из участников либо не участвует совсем (например, обеспечение и защита прав человека)». В результате этого международное и внутригосударственное право обладают схожими приоритетами. Однако это вовсе не означает наличия примата международного права, поскольку добросовестное выполнение государствами международных обязательств в определенной мере сопряжено с отказом от суверенитета и институционализацией «наднационального» права.

Для достижения своих целей обеим правовым системам необходимо координировать свои действия. Они выступают факторами взаиморазвития - в этом и состоит сущность их взаимодействия. Лучшим примером и доказательством этого является развитие системы прав и свобод человека, которое проходило и проходит как на национальном, так и на международном уровнях.

В современном мире существуют и постоянно развиваются различные правовые системы. Несмотря на то, что каждая из них создается суверенным государством и действует на ограниченной территории, невозможно исключить их взаимного влияния. В отличие от них система наднационального права создается путем согласования воли и внешней политики всех участников международных отношений, поэтому она является наиболее открытой для влияния извне. Такая система способна оказывать гораздо большее влияние на внутригосударственные системы права, чем все они друг на друга, - это обусловлено устойчивой взаимосвязью между национальными и наднациональными правовыми системами, а также международным правом.

Явление наднациональности возникает, как правило, в тех случаях, когда государства должны пли вынуждены подчиняться нормам, созданным и/или вступившим в силу без согласия государств. Многие международные организации на основании уставной правосубъектности получили возможность обязывать своими конкретными действиями (решениями) государства-члены, не заручаясь их согласием на это в каждом отдельном случае. Другими словами, «международные организации приобрели в отношении суверенных государств-членов определенный объем самостоятельных распорядительных полномочий».

Признаки наднациональности присутствуют в деятельности ряда международных организаций регионального и универсального характера, в механизмах правового регулирования интеграционных процессов (в частности в рамках ЕС, СНГ, Союза России и Белоруссии и др.).

Некоторые из таких признаков состоят в том, что: внутреннее право наднациональной организации/объединения становится внутригосударственным правом его членов; внутреннее право наднациональной организации/объединения творится органом, действующим юридически неподконтрольно государствам-членам и принимающим обязательные для государств решения вне зависимости от отрицательного к ним отношения со стороны одного или нескольких государств; при этом соответствующие вопросы полностью или частично изымаются из их ведения; международные чиновники, участвующие в органах наднациональных организаций/объединений, выступают в личном качестве, а не как представители государств; решения принимаются органами наднациональных организаций объединений большинством голосов, путем пропорционального (взвешенного) голосования и без непосредственного участия заинтересованных стран.

Элементы наднационального регулирования появляются в международной торговой системе. Центральным элементом международного финансового права является «право МВФ», особенность которого - в наднациональном характере многих норм и принципов.

Наднациональность выступает как способ единообразного регулирования определенной области жизни государств. Наднациональность, с одной стороны, носит функциональный характер (является функциональным обрамлением объединительных тенденций, выражением практической взаимозависимости государств) и не выходит за пределы поля их влияния, а, с другой стороны, имеет самостоятельное бытие, независимое в известных пределах от первоначальной воли государств.

В таком понимании наднационального регулирования «наднациональными» категориями можно признать, например, нормы jus cogens, концепцию общего наследия человечества, такую искусственную коллективную резервную валюту, используемую в рамках Международного валютного фонда, как специальные права заимствования (СДР), идеи мировой валюты и многое другое. Наднациональное регулирование - это некий промежуточный этап на пути к «мировому федерализму».

Таким образом, планетарный рынок товаров, услуг, инвестиций, рабочей силы, который возникнет в XXI веке, а в более широком плане - весь глобальный социум требуют и соответствующей регулирующей правовой системы - суперсложной, полисистемной, всеохватной. Уже сегодня внутреннее право государств и международное право во многих точках «сближаются» и/или «сливаются» в некое качественное единство, частью которого является наднациональное право.

«Наднациональный» характер ЕС усматривается в праве его органов издавать обязательные для государств-членов и их граждан властные акты прямого применения, обладающие приоритетом перед внутригосударственным правом, принимать решения (по ряду вопросов) большинством голосов, а не консенсусом. При этом функционеры органов ЕС выступают в личном качестве, а не находятся на службе у государства своего гражданства.

Процесс возникновения в Европе новой «особой «наднациональной» организации публичной власти» (согласно определению Федерального конституционного суда ФРГ) происходит в 50-е годы. Европейские сообщества (Европейское объединение угля и стали; Европейское экономическое сообщество; Европейское сообщество по атомной энергии) стали фундаментом, на котором в 1992 г. был основан Европейский союз.

Образование Европейских сообществ положило начало новой правовой системе - праву Европейских сообществ (Европейского союза), которое нередко ныне именуют в литературе и средствах массовой информации (в том числе российских) «европейским правом». Нормы права Европейского союза, в том числе установленные в нормативно-правовых актах его органов и прецедентах судов Европейского союза, обладают верховенством на всей его территории (принцип верховенства права ЕС), способны наделять правами и возлагать обязанности как на государства-члены, так и непосредственно на граждан (принцип прямого действия права ЕС). Независимо, от законодательства государств-членов, последнее «не только налагает обязанности на индивидуумов, но также призвано наделять их правами, которые образуют часть их правового статуса» (решение Европейского суда по делу «Коста», 1964 г.).

Развитие «европейского права» идет в направлении расширения предметов его регулирования, структурной дифференциации его норм и институтов. В системе права Европейского союза имеются нормы, которые в отечественной юридической науке относятся к отраслям конституционного, административного, финансового, гражданского, трудового права, права социального обеспечения, а также банковского, корпоративного, таможенного, процессуального права и др. Европейские объединения - прежде всего правовые структуры. Свою компетенцию они реализуют правовыми методами. Стоящие перед ними задачи решают через нормотворчество и неукоснительное применение права.

Именно право - становой хребет европейской интеграции. Оно стягивает воедино всех ее участников и опосредствует отношения между государственными учреждениями, юридическими и физическими лицами разной национальной принадлежности. Вот почему ничего не дадут любые попытки вести дела с европейскими объединениями на авось, без учета внутренних механизмов их функционирования, распределения компетенции между разными уровнями принятия решений.

Со временем видение права ЕС как автономной системы права стало альфой и омегой европейского правосознания. Свою позицию по этому вопросу страны ЕС четко и однозначно изложили в Протоколе к Амстердамскому договору о применении принципов субсидиарности и пропорциональности. В нем указывается, что «при применении принципов субсидиарности и пропорциональности уважаются общие положения и цели Договора, особенно в том, что касается полного сохранения достижений Сообщества и поддержания баланса между институтами; при этом не затрагиваются развиваемые Судом принципы, касающиеся соотношения национального права и права Сообщества, а также учитывается статья F(4) Договора о Европейском Союзе, согласно которой «Союз обеспечивает себя средствами, необходимыми для достижения его целей и успешного проведения его политики».

Чрезвычайно важной особенностью права ЕС является то, что образующие его правовые нормы непосредственно порождают права и обязанности не только для государств-членов и институтов Европейского Союза, но и для физических и юридических лиц, находящихся под юрисдикцией стран ЕС. Иначе говоря, субъектами европейского права выступают не только государства и институты ЕС, но и непосредственно частные лица.

По мнению некоторых западноевропейских правоведов, развитие правовой интеграции в Европейском союзе является повторением на новом витке исторического развития ситуации, имевшей место в Западной Европе в средневековье, когда на большей части ее территории действовало единое jus commune. Однако, необходимо отметить принципиальное отличие средневекового и современного «европейского» права. Ядро первого представляло собой римское право, заново «открытое» глоссаторами и их последователями. Современное же «европейское» право является главным образом результатом правотворческой деятельности органов Европейского союза, осуществляющих ее по предметам ведения и в рамках полномочий, предоставленных им учредительными договорами.

Именно политическая интеграция, выражающаяся прежде всего в передаче властных и иных полномочий институтам новой надгосударственной организации - Европейский союз - по регулированию экономической и других вопросов общественной жизни, выступает в качестве условия для эффективного осуществления мер в области и правовой, и экономической интеграции, а равно для продвижения по другим направлениям интеграционного процесса. По оценкам некоторых западных экспертов, уже к началу 90-х годов на уровне ЕС ежегодно устанавливалось больше правовых предписаний, чем в большинстве государств-членов, а примерно 75-80% национального законодательства принималось после предварительных консультаций с Европейской комиссией.

В этой связи, как отмечают отечественные конституционалисты: «Нельзя не видеть, что органы государств-членов находятся в подчиненном положении по отношении к органам ЕС». По мнению автора, речь следует вести о подчинении «в смысле права», а именно, об обязанности органов государств-членов и органов местного самоуправления к безусловному выполнению решений органов Европейского союза, даже если государство-член по каким-либо причинам с ними не согласно.

Возникновение в Европе новой организации политической власти, постепенное расширение ее предметов ведения и властных полномочий обусловило также появление в западной политической науке концепции «многоуровневой политии» («Евро-политии»), которая включает уже не один, а три самостоятельных центра власти: «наднациональный» (Европейский союз), национальный (государства-члены), а также «субнациональный» уровень в лице органов местного самоуправления.

Разнообразие подходов среди отечественных и западных государствоведов, других ученых вызывает вопрос о политической сущности Европейского союза, который также часто обозначается как вопрос о его «правовой природе». По мере углубления интеграционных процессов все больше сторонников как среди западных, так и российских государствоведов и представителей науки международного права приобретает точка зрения, рассматривающая Европейский союз в рамках «парадигмы» федерализма. При этом речь идет не об объявлении Союза федерацией, а об указании на наличие у него признаков таковой, «федеративных черт» (В.Е. Чиркин), «федеративного элемента» (Т.Хартли).

В этой связи необходимо отметить, что федерализм как теоретическая концепция построения политико-правовой организации «единой Европы» играл большую роль как на начальном, так и на современном этапе интеграции в рамках Европейского союза. В частности, меморандум министра иностранных дел Франции от 9 мая 1950 г. («план Шумана»), в соответствии с которым в 1951 г. было создано первое из Европейских сообществ - ЕОУС, рассматривал его в качестве «первого шага в образовании европейской федерации». О новом шаге в направлении федерализма как цели развития Европейского союза говорилось и в первоначальном проекте Договора о нем (это положение было устранено из окончательной редакции Маастрихтского договора прежде всего ввиду сопротивления тогдашнего правительства Великобритании).



← предыдущая страница    следующая страница →
12345




Интересное:


О приведении норм российского финансового законодательства в соответствие с международно-правовыми нормами
К вопросу о формировании правоохранительной государственной службы Российской Федерации
К вопросу о проблеме государственно-церковных отношений на современном этапе развития Российской Федерации
Методологические аспекты использования литературно-художественного материала при анализе вопросов формирования правосознания
О некоторых проблемах правового регулирования деятельности региональных счетных палат
Вернуться к списку публикаций