2012-02-22 23:16:11
ГлавнаяРазное по праву — Методологические аспекты использования литературно-художественного материала при анализе вопросов формирования правосознания



Методологические аспекты использования литературно-художественного материала при анализе вопросов формирования правосознания


Правовая проблематика в русской художественной литературе.

Повышенный интерес и многообразие подходов западных авторов к проблеме взаимодействия литературы и права на фоне практически полного отсутствия российских исследований по данной тематике порождает не только вполне объяснимое желание заняться малоизученной научной проблемой, но и некоторую настороженность - возможно, отсутствие исследовательских работ связано со спецификой самой отечественной литературы, вызвано отсутствием самого предмета обсуждения?

Действительно, ведь еще в начале века известный юрист и социолог Б.А. Кистяковский, рассуждая о правосознании российской интеллигенции, вынужден был с сожалением констатировать, что право не входит в число культурных ценностей даже наиболее просвещенной части российского общества, не говоря уж о «народе». И в подтверждение этой мысли Кистяковский предлагал обратить внимание на русскую литературу, которая, в отличие от европейской словесности, демонстрирует полное безразличие к вопросам права. А между тем, именно в литературе, по мнению автора, «прежде всего мы должны искать свидетельство о том, каково наше правосознание»...

Может быть, Кистяковский справедливо упрекал русскую литературу в полном безразличии к вопросам права, и тогда нетрудно объяснить, почему российские ученые мало интересовались проблемой «литературно-правового» взаимодействия. Более того, в этом случае сама возможность изучения вопросов влияния художественной литературы на формирование правосознания и отражения правосознания в литературе представляется весьма сомнительной.

Знакомство с русской литературой убеждает, однако, в том, что позиция Кистяковского не совсем объективна и мало соответствует действительности. Здесь необходимо учитывать, что Кистяковского как либерала и сторонника реформ не устраивало, в первую очередь, то, что его современники- литераторы уделяли мало внимания новейшим прогрессивным тенденциям в развитии права, правовой науки, в отличие от зарубежных авторов, которых он упоминает в своей знаменитой работе «В защиту права». С этим трудно не согласиться, однако, это отнюдь не означает, что русская словесность вообще не затрагивала никаких правовых проблем. Скорее наоборот, художественная литература в России нередко опережала свое время, проповедуя прогрессивные и даже радикальные правовые идеи.

Тот самый «обличительный пафос», который всегда воспевали советские (да и досоветские) критики в качестве несомненного достоинства классической русской литературы был, во многом, результатом осмысления неудовлетворительного положения именно в правовой сфере. В то время, как в российском законодательстве по-прежнему провозглашалась незыблемость крепостничества, судебный процесс мало чем отличался от феодального, а разговоры о необходимости реформ в правовой сфере приводили лишь к усилению реакции, русская литература уже активно обсуждала проблемы естественных, неотъемлемых прав человека, равенства перед законом и судом, вообще законности как таковой, ограничения произвола в судебной сфере и т.п. Хорошо известно также, что русская литература оказывала весьма ощутимое влияние на общественное сознание (что заставляло власть пристально следить за развитием художественного процесса и нередко приводило к гонениям на литераторов, чьи идеи казались чересчур радикальными), и в этом смысле можно говорить о своего рода преемственности советской литературы по отношению к русской классике, хотя задачи, методы, формы подобного влияния существенно изменились в советский период.

Указанные выше особенности наиболее характерны, конечно, для русской литературы XIX века, однако, весьма показательно, что определенный интерес к вопросам права и законности русская словесность начинает проявлять буквально с момента своего зарождения.

Так, уже в древнерусских устных сказаниях, пословицах, преданиях и плачах появляется тема «судейской неправды»:

Што неправедные судьи расселяются...

Никуды от их, злодеев, не укроешься...

Разоблачению судьи-взяточника посвящена и хорошо известная «Повесть о Шемякином суде», написанная в XVII веке и впоследствии неоднократно переписывавшаяся в прозаической и стихотворной формах, поскольку сюжет явно оставался актуальным. Недаром само выражение «Шемякин суд» вошло в поговорку.

Обсуждение и осуждение недостатков государственного управления России в целом и правосудия в частности стало одной из заметных тем в литературе XVIII века. Корыстолюбие и продажность судей выступает одним из объектов сатиры известного баснописца И.И. Хемницера:

Таким-то и тягаться,

Которым кошелек поможет оправдаться,

А недостаточные знают:

Без денег, как на торг, в суд незачем ходить.

Еще более резкая критика «судебной неправды» содержится в произведениях В. Капниста, которому довелось на себе испытать все изъяны российской судебной системы. На материале конкретного судебного процесса основан сюжет комедии «Ябеда», оканчивающейся весьма характерной сценой. Членов судебной палаты за взяточничество отдают под суд, однако - они не сомневаются в благополучном для себя исходе разбирательства:

Впрямь: моет, говорят, ведь руку де рука,

И с уголовную гражданская палата,

Ей-ей частехонько живет за панибрата...

Новая эпоха российской правовой истории была ознаменована появлением знаменитого екатерининского «Наказа», открытием заседаний комиссии по составлению нового Уложения и определенным интересом к идеям западных просветителей. Работа комиссии, как известно, не увенчалась успехом, а либеральные настроения пришли в упадок после пугачевского восстания, однако, русская литература теперь уже не просто бичевала отдельные недостатки судебной системы, но говорила о пороках строя в целом, неравенстве, крепостном рабстве и отсутствии гражданских свобод. Подобные взгляды отстаивал, в первую очередь, А.Н. Радишев, говоривший, в частности, о том, что «порабощение есть преступление», и его необходимо искоренить. «Может ли, - вопрошал Радищев, - государство, где две трети граждан лишены гражданского звания и частию в законе мертвы, назваться блаженным?». В таких произведениях, как «Путешествие из Петербурга в Москву», ода «Вольность» и неоконченном публицистическом «Опыте о законодательстве», Радищев, основываясь на исходных положениях теории естественных прав человека и договорного происхождения государства, критикует российское самодержавие и бюрократическую систему, демонстрирует теоретическую и практическую несостоятельность крепостного права, защищает свой социально-правовой идеал -. общество свободных и равноправных собственников.

Младший современник Радищева, «российский Эзоп» И.А. Крылов никогда не разделял столь радикальных взглядов, однако в его баснях и на страницах его сатирических журналов («Почта духов», «Зритель») то и дело появлялись весьма критические отзывы о российской правовой и, в особенности, судебной системе. В аллегорической форме высмеиваются в его баснях судебные порядки:

Когда-то в старину,

Лев с Барсом вел предолгую войну

За спорные леса, за дебри, за вертепы.

Судиться по правам - не тот у них был прав;

Да сильные ж в правах бывают часто слепы.

У них на это свой устав:

Кто одолеет, тот и прав.

Сходные ситуации описаны в баснях «Крестьянин и овца», «Щука», «Волки и овцы», «Пестрые овцы» и многих других.



← предыдущая страница    следующая страница →
12345678




Интересное:


Некоторые аспекты правового регулирования внешнеэкономической деятельности в России и странах Европы
Интеллектуальная собственность - правовое обеспечение
Гибель члена судового экипажа от инфаркта и безвиновная ответственность судовладельца
Закон о свободе совести и религиозных объединениях и старообрядчество
Конвенции и рекомендации МОТ как источники права социального обеспечения
Вернуться к списку публикаций