2007-10-26 00:00:00
ГлавнаяКриминология и криминалистика — Криминалистическая адвокатология



Криминалистическая адвокатология


Иными словами, второй отражаемый объект криминальных наук формируется служебным предназначением, задачей той или иной науки этого цикла. Если криминалистика имеет своей служебной целью теоретическое обеспечение деятельности по раскрытию и расследованию преступлений и именно этим предопределяется вся направленность изучения ею объекта «преступная деятельность» и закономерностей, которым с этой точки зрения данный объект подчиняется, то, несомненно, иная служебная роль у адвокатологии: теоретическое обеспечение деятельности профессионального защитника по уголовным делам. Последняя же заключается не в раскрытии и расследовании преступлений, более того, даже не в установлении истины по уголовным делам. Она, как говорится, «по определению» состоит в выявлении обстоятельств, оправдывающих лиц, обвиняемых в совершении преступлений и (или) смягчающих ответственность этих лиц.

Именно эта направленность изучения первого из отражаемых объектов (преступной деятельности) лежит в основе вычленения исследуемых криминалистической адвокатологией закономерностей преступной деятельности, их соответствующей интерпретации и использования[8].

Так, в частности, адвокат, по известному принципиальному положению, защищает не преступление, а лицо, обвиняемое в его совершении. Выявляя оправдывающие подзащитного или смягчающие его ответственность обстоятельства, адвокат полагает, что его клиент либо «невиновен вовсе или вовсе не так и не в том виновен, как и в чем его обвиняют»[9] лица и органы, осуществляющие его, подзащитного, уголовное преследование (следователь, прокурор, суд при постановлении обвинительного приговора, а также судебные инстанции, оставляющие обвинительный приговор без изменения в кассационном или надзорном порядке).

Поэтому, думается, в предмет криминалистической адвокатологии должна входить в соответствующей интерпретации изучаемая под соответствующим углом зрения лишь часть закономерностей механизма преступления. А именно: те из них, которые касаются не всего механизма преступления как такового в криминалистическом значении этого понятия[10], а лица, совершившего преступление. А потому в виде первой группы закономерностей, которые должны изучаться конструируемой научной дисциплиной, выступают, на наш взгляд, закономерности формирования преступного замысла в мотивации преступного поведения, мотивации, поведения и действий потерпевших, свидетелей и лиц, прикосновенных к преступлению в уголовно-правовом смысле понятия прикосновенности.

Очевидно, что для глубокой и подробной проработки этой группы закономерностей в рамках криминалистической адвокатологии требуется активное, четко ориентированное в свете именно этой научной дисциплины, использование методов, средств, достижений и криминологии, и психологии, и, естественно, криминалистики. Однако это не разрушает предмета криминалистической адвокатологии, как предмета науки криминалистики не размывает такое же активное использование ею как названных наук, так и целого ряда естественных, технических и общественных научных дисциплин.

В принципе так же обстоит дело с интерпретацией для криминалистической адвокатологии закономерностей возникновения информации о преступлении и его участниках и закономерностей собирания, исследования, оценки и использования доказательств. Все они должны прорабатываться и наполняться своим содержанием с позиций второго отражаемого этой дисциплиной объекта - деятельности адвоката-защитника в уголовном судопроизводстве.

Необходимость именно такого подхода предопределена тем, что, участвуя в уголовном судопроизводстве и отстаивая невиновность своего подзащитного, в первую очередь адвокат анализирует, как лицами и органами уголовного преследования использована информация о преступлении и его участниках, допустимыми ли и научнообоснованными способами собирались, исследовались и использовались доказательства, лежащие в основе обвинения.

Иными словами, эта большая и во многих случаях основная часть деятельности адвоката-защитника по уголовным делам невозможна без познания закономерностей, составляющих предмет криминалистики. И поэтому они, изучаемые, как сказано выше, под соответствующим углом зрения и в специальных целях, также подлежат включению в предмет криминалистической адвокатологии.

Все еще значительная часть деятельности защитника, являющаяся также областью изучения криминалистической адвокатологии (частью отражаемого ею объекта) связана с интерпретацией им положений и норм материального уголовного права для обоснования позиции, что его подзащитный, по уже цитированным словам А.Ф. Кони, «вовсе не так и не в том виновен, как и в чем его обвиняют».

Заостряя до логического предела эту проблему, Н.Н. Полянский сформулировал следующий риторический вопрос: «Вправе ли адвокат аргументировать перед судом в пользу таких юридических выводов, в правильности которых он не убежден?» И ответил на него утвердительно. «Адвокат на суде, - приводит он в этой связи слова известного немецкого юриста начала ХХ в. Лилиенталя, - не для того, чтобы излагать юридическое исповедание веры, а для того, чтобы представить все, говорящее в пользу обвиняемого, а к данным в пользу обвиняемого может относиться и то обстоятельство, что вина обвиняемого с правовой точки зрения может рассматриваться иначе, чем это делает обвинение»[11].

А для того, чтобы соответствующим образом обосновать свою позицию по делу с уголовно-правовой точки зрения, адвокат должен понимать закономерности, которым подчиняются уголовно-правовые институты, правоотношения и нормы уголовного права. Знаменитый французский адвокат XIX в. Шэд'Эст-Анж выразил эту же по сути мысль следующим образом: «Для того, чтобы знать и понимать закон, достаточно разве знать его текст? Следует проникать в его разум, отыскивая его источник, и при помощи философского принципа, давшего ему жизнь, открывать все приложения, какие только он допускает. Только таким путем вы найдете настоящий смысл всякого законоположения и определите его объем и границы»[12].

Именно поэтому в предмет криминалистической адвокатологии должны включаться, наряду с уже названными, и закономерности, которым подчиняются, на познании которых основаны права, - закономерности уголовно-правовой оценки преступной деятельности.

Совершенно очевидно, что профессиональная защита по уголовным делам подчиняется и собственным, присущим только ей закономерностям. По сути дела выражением отдельных из них являются сформулированные многовековым адвокатским опытом положения о том, что главный принцип защиты - не навредить своему клиенту (закономерность высокой степени общности), то есть, если не предполагается с высокой степенью вероятности желаемый ответ на вопрос, адвокату лучше такой вопрос не задавать (проявление закономерности более частного характера), и т.д. На этапе становления криминалистической адвокатологии основная задача ученых, на наш взгляд, состоит именно в вычленении и формулировании системы закономерностей деятельности защитника в уголовном судопроизводстве.

Сказанное позволяет предложить, естественно, в постановочном плане и лишь в первом приближении следующее определение предмета криминалистической адвокатологии. Криминалистическая адвокатология есть юридическая наука, изучающая закономерности преступной деятельности, ее уголовно-правовую оценку, а также профессиональную защиту по уголовным делам и основанные на познании этих закономерностей средства и методы выявления обстоятельств, оправдывающих лиц, обвиняемых в совершении преступлений, или смягчающих их ответственность.

В заключение следует сказать, что в изучаемой криминалистикой деятельности по раскрытию и расследованию преступлений следователь обязан обеспечить «правильное применение закона, чтобы ни один невиновный не был привлечен к уголовной ответственности и осужден» (ст. 2 УПК РФ), и выявлять обстоятельства, смягчающие ответственность обвиняемого (ст. 20 УПК РФ), и это свидетельствует не о совпадении предметов деятельности следователя и адвоката и как следствие этого предметов наук криминалистики и криминалистической адвокатологии, а лишь о неком их пересечении (как в принципе есть точки пересечения всех наук криминального цикла).


Литература

1. Молот ведьм. М., 1990. С. 290.

2. Копнин П.В. Гносеологические и логические основы науки. М., 1974. С. 290.

3. Копнин П.В. Указ. соч. С. 310.

4. Белкин Р.С. Ленинская теория отражения и методологические проблемы советской криминалистики. М., 1970. С. 38-39.

5. См.: Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы, тенденции, перспективы. Общая и частные теории. М., 1987. С. 43-59.

6. См.: Белкин Р.С. Указ соч. С. 59.

7. См.: Баев О.Я. Предмет криминалистики и теория судебных доказательств // Правоведение. 1983. № 3; Он же. Конфликтные ситуации на предварительном следствии. Воронеж, 1984. С. 75-86.

8. Она же («высшая цель» изучения закономерностей преступной деятельности адвокатологией) исключает, как представляется, возможность рассмотрения этой формируемой дисциплины в качестве одной из частных криминалистических теорий, которые в своей системе составляют содержание общей теории криминалистики как науки, целенаправленно изучающей и обслуживающей расследование преступлений. - См.: Белкин Р.С. Криминалистика... С. 136.

9. Кони А.Ф. Собр. соч.: В 8-ми т. М., 1967. Т. 4. С. 64.

10. См.: Белкин Р.С. Криминалистика... С. 61.

11. Полянский Н.Н. Правда и ложь в уголовной защите. М., 1925. С. 53-54.

12. Идеалы французской адвокатуры. Спб., 1891. С. 13.



← предыдущая страница    следующая страница →
12




Интересное:


О методических основах расследования насильственных преступлений
Основные понятия виктимологии
Система следов преступной деятельности по уклонению от уплаты налогов и их информатика
К вопросу о криминалистической характеристике контрабанды наркотических средств и психотропных веществ
Понятие и структура психолого-криминалистической характеристики социально-дезадаптированной личности преступника
Вернуться к списку публикаций