2012-03-13 14:49:56
ГлавнаяКриминология и криминалистика — Методическое и тактическое значение психолого-криминалистической характеристики социально-дезадаптированной личности преступника при расследовании корыстно-насильственных преступлений



Методическое и тактическое значение психолого-криминалистической характеристики социально-дезадаптированной личности преступника при расследовании корыстно-насильственных преступлений


Отражение психолого-криминалистической характеристики личности социально-дезадаптированного преступника в стадии совершения преступления.

В отношении способа совершения преступления применительно непосредственно к стадии совершения преступления в отечественной криминалистической науке не существует однозначного подхода. Прежде всего, данная дискуссия освещает проблему допустимости использования понятия «способа совершения преступления» применительно к характеристике неумышленных преступлений. Некоторые авторы твердо стоят на позиции отрицания возможности существования способа совершения преступления при совершении неумышленных преступлений. В указанной дискуссии мы солидарны с И. Жордания придерживающегося противоположной точки зрения, на основании того, что способ включает разные уровни структуры поведения (действия, операции, приемы), часть из которых свойственна как умышленным, так и неумышленным преступлениям.

Границы стадии совершения преступления мы определяем от момента непосредственного перехода к попытке овладеть объектом преступного посягательства до момента овладевания им.

В криминалистической литературе очень значительное место уделяется вопросам обстановки совершения преступления, однако, попыток определить степень влияния обстановки преступления на личность преступника в различных стадиях преступления фактически не проводилось. Мы считаем, что, как правило, в стадии подготовки к совершению преступления преступник имеет значительно больше времени на реализацию своих замыслов (поисков оптимального поведения, наиболее его характеризующего), чем в стадии совершения преступления. Отсюда логически следует вывод о том, что в стадии совершения преступления в значительно большей степени актуализируется роль обстановки преступления, т.к. время преступника в этой стадии ограничено. Это положение имеет методологическое значение, поскольку оно детерминирует меньшую степень выраженности личностных свойств в связи с доминирующим воздействием обстановки преступления на преступника в стадии совершения преступления.

На основании вышеизложенного понятия способа действий преступника относительно события преступления, под способом совершения преступления будет пониматься индивидуализирующая личность преступника совокупность моментов выбора определенных действий в процессе овладевания объектом преступного посягательства, соответствующая общему преступному замыслу и достижению преступной цели, обусловливающая наличие следов преступной деятельности.

По основанию выделения криминалистически значимых объектов, вовлеченных в стадию совершения преступления, мы классифицируем моменты выбора действий в стадии совершения преступления на:

• моменты использования территории;

• моменты выбора объекта преступного посягательства;

• моменты использования времени;

• моменты использования предметной базы (орудий преступления).

Рассмотрим содержание этих моментов применительно к стадии совершения корыстно-насильственных преступлений как наиболее свойственных социально-дезадаптированным преступникам без определенного места жительства. Результаты проведенного нами интервьюирования лиц рассматриваемой категории и анкетирования следователей, проводивших расследования подобных преступлений показали, что представители исследуемого круга характеризуются совершением ограниченного количества видов корыстно-насильственных преступлений. Так, совершаемые путем тайного проникновения в помещение кражи достаточно характерны для преступников рассматриваемой категории (2,3%), если учитывать количество совершаемых ими преступлений ежегодно. Однако сразу оговоримся, что социальная дезадаптация является причиной потери значительного количества навыков, одновременно с этим являясь причиной для неосознанного отказа себе в признании необходимости их приобретения. Поэтому при совершении кражи, сопровождающейся взломом преграды (7,2% от общего количества преступлений) при поиске орудия преступления выбор падает на находящийся на месте преступления предмет, обладающий значительными габаритами. Здесь габариты орудия преступления компенсируют необходимость в навыках по манипулированию им, поэтому выбранный из нескольких подручных предметов массивный предмет является основанием о предположении отсутствия у преступника элемента навыков работы с остальными предметами, что характерно для преступника без определенного места жительства. Другим основанием предположения об отсутствии навыков работы с инструментами будет являться объем разрушений, нанесенный преграде, т.к. не обладая указанными навыками, невозможно преодолеть преграду без нанесения значительных разрушений.

Отметим также при этом следующий факт, имеющий криминалистическое значение. Так, после длительного преодоления преграды, она теряет не только свою функциональную целостность (способность изолировать помещение), но и целостность материальную (соотносимость элементов, фиксирующих запирающее устройство). Например, свисающая часть косяка, возникающая в результате длительного взламывания запирающего устройства, может быть проигнорирована (не вызвать никаких действий) только лицом, имеющим либо конкретную цель, либо высокий волевой порог сдерживания эмоций, либо обедненную эмоциональную сферу. Поэтому, если при входе в помещение на полу находится часть запирающегося устройства либо элемент двери со следами незначительного вторичного, т.е. возникшего непосредственно после взлома преграды, динамического отрыва, с находящимися на ней отпечатками пальцев, то данный факт является основанием о сомнении в возможности участия социально-дезадаптированного преступника без определенного места жительства в совершении данного преступления.

Содержанием моментов использования территории является динамика перемещения преступника во время совершения преступления, которую можно зафиксировать при анализе локализации следов. Так, мы считаем, что даже относительная локализация следов в центре помещения (момент определения тактики поиска) не характерна для социально-дезадаптированных преступников без определенного места жительства. Причина этого проста. Социальная дезадаптация указанных лиц формирует установку не находится на виду, быть как можно более незаметным. По этой причине локализация следов преступной деятельности будет наблюдаться не на линии вход в помещение - осматриваемый объект, а по кривой, соединяющий эти точки. Работники следственных органов отмечают тот факт, что, несмотря на то, что у социально-дезадаптированных лиц без определенного места жительства в 20% случаев встречаются преступления, совершенные в группе, в которых иногда наблюдается разделение ролей (12% опрошенных), однако, такое поведение рассматриваемым лицам в целом не свойственно. В преступления же, совершенные группой представителей рассматриваемой социальной категории субъектов, элемент организованности отсутствует (80% опрошенных). Поэтому своеобразным психологическим «маркером» будут являться следы дублирования перемещений.

Характеристика моментов использования времени в стадии совершения преступления у социально-дезадаптированных преступников без определенного места жительства также имеет ряд специфических особенностей. Так, временной промежуток, проведенный при производстве каких-либо действий, также может быть зафиксирован на основании локализации следов ног. Принцип прост: чем больше следов, тем продолжительнее нахождения преступника в данном месте. Например, повышенная локализация следов по сравнению с гостиной комнатой в спальне и кабинете при совершении кражи социально-дезадаптированным преступником без определенного места жительства объясняется трудностью ориентации в условиях незнакомой обстановки. Учитывая же невысокий уровень интеллектуальной продуктивности (КПД показателей интеллекта), повышенная локализация следов в этих точках будет дополнительным основанием для выдвижения предположения об участии в краже лица, принадлежащего к рассматриваемой группе. Следует отметить тот факт, что при опросе следователей мы убедились в том, что фактически во всех случаях при совершении кражи преступник без определенного места жительства определенное время уделял осмотру холодильника в квартирах, либо бочек с солениями и маринадами в погребах.

Особенности моментов выбора объектов преступного посягательства можно разделить на две группы: детерминированные собственно психологическим аспектом и детерминированные преимущественно ситуационным аспектом. Так, мы уже говори- ли, что особенности акцентуированного уровня ценностей, существующие у социально-дезадаптированных преступников без определенного места жительства, определяют специфику похищаемого (детерминация собственно психологического аспекта) исходя из фактора внешней привлекательности. Однако, наряду с яркой цветовой гаммой, значение для похитителя имеет также и дизайн. Так, гипотетически представляется, что в связи с четкой установкой на внешне понятную привлекательность объекта для социально-дезадаптированного лица не будет представлять интереса (в случае возможности выбора) ни объект строгой формы (бытовая радиоэлектроника отечественного производства), ни объект с элементами авангардизма (художественные произведения и бытовые предметы, выполненные в стиле авангарда).

В отношении детерминации ситуационного аспекта выбора объекта преступного посягательства отметим, что ввиду постоянных проверок со стороны работников правоохранительных органов для социально-дезадаптированных преступников без определенного места жительства не представляют интереса громоздкие и объемные предметы (телевизоры, СВЧ-печи, двухкассетные видео- и аудиомагнитофоны), за исключением случаев, когда похититель «проживает» в непосредственной близости от места преступления, либо в такой же близости находится место реализации украденного.

Ввиду внешней непривлекательности социально-дезадаптированных лиц без определенного места жительства, им, в целом, не свойственны кражи, совершаемые путем открытого проникновения в помещение (на виду или с согласия потерпевшего, представителя учреждения, предприятия). Как уже подчеркивалось ранее, для рассматриваемого контингента также не характерны карманные кражи, как требующие значительной степени координации, невозможной ввиду физиологических последствий, возникающих вследствие специфичного образа жизни.

В отношении краж из магазинов, когда имеется свободный доступ к предметам преступного посягательства, специфика отражения психологического статуса социально-дезадаптированных преступников без определенного места жительства аналогична кражам путем тайного проникновения в помещение. Однако, отметим тот факт, что ввиду богатства выбора однотипной продукции (книги, журналы, сувениры) момент выбора будет определяться не просто насыщенностью цветовой гаммы предметов преступного посягательства, а в большей степени аляповатостью (кричащие цвета, позолота, серебрение, тисненые изображения главных героев на обложке и т.д.). Общая характеристика похищаемой полиграфической продукции будет выглядеть следующим образом: женский роман или приключенческий боевик (значительно реже фантастический роман) в яркой обложке, среднего формата (по размеру кармана), по достаточно низкой цене (чтобы обеспечить его быструю реализацию).

В отношении кражи социально-дезадаптированными преступниками без определенного места жительства у лиц, находящихся в состоянии алкогольной интоксикации, также имеется ряд особенностей, однако, ввиду непродолжительности стадии совершения преступления по данной категории дел, объем этих особенностей имеет ограниченный характер. Так, момент использования пространства в указанных преступлениях сводится к очень близкому расположению преступника по отношению к жертве при непосредственном изъятии предметов преступного посягательства. Данное обстоятельство можно зафиксировать по локализации следов обуви. В ряде случаев возможно игнорирование содержимого в отдельных карманах ввиду невнимательности, являющейся следствием социальной дезадаптации рассматриваемых лиц.

В отношении кражи чемоданов и ручной клади, совершаемых на вокзале (составляющих значительную долю преступлений указанной категории лиц - до 40%) особенностей отражения личностных свойств в следах преступления нами не выявлено.

Рассмотрев особенности совершения социально-дезадаптированными преступниками без определенного места жительства корыстных преступлений, перейдем к анализу особенностей совершения данной группой насильственных преступлений, но прежде детализируем положение о том, что результатом социальной дезадаптации выступает необходимость поддержки своего статуса. Состояние постоянной униженности от осознания презрения со стороны представителей иных социальных групп, создает потребность в необходимости хоть какой-то компенсации своей самости, которая может быть реализована лишь в среде социально-дезадаптированных лиц. Исходя из этого, потребность в поддержке своего статуса в однородной социальной среде является содержанием акцентуированного уровня притязаний представителей рассматриваемой категории преступников.

Так, на Рижском ж/д вокзале г. Москвы мы были свидетелями сцены, участниками которой были женщина и мужчина (с признаками социальной дезадаптации) без определенного места жительства. Возмутившись от того, что мужчина присвоил себе бутылку, которую она собралась поднять, женщина столкнула мужчину с перрона на рельсы (высота составляет около - 3 м). Несмотря на то, что мужчина при падении с такой высоты вполне мог разбиться насмерть, он, выбравшись и оказавшись рядом с женщиной, удовлетворился тем, что, поставив ее на колени, заставил просить прощенья. Указанный пример, помимо потребности в удовлетворении своей значимости у представителей рассматриваемой категории, также демонстрирует бедность эмоциональной сферы. Данное положение имеет криминалистическое значение, так как из него вытекает невозможность совершения, таким субъектом, например, осознанного убийства малознакомого человека. Так, если обнаружен труп человека, при жизни не принадлежавшего к группе социально-дезадаптированных лиц, для поведения которого при жизни не было характерно ярко выраженное провокационное поведение, тем более при условии нахождения на трупе многочисленных повреждений, что является признаком проявления сильного эмоционального фона убийцы, мы можем с большой долей вероятности исключить из группы подозреваемых социально-дезадаптированных лиц без определенного места жительства.

Результаты анализа современной криминалистической литературы, результаты анкетирования следователей (70% опрошенных) показывают, что убийства, свойственные социально-дезадаптированным преступникам без определенного места жительства, характеризуются повышенной жестокостью. Как это согласуется с вышесказанным? Дело в том, что неумение эмоционально отвлечься от фрустратора (раздражающего фактора) у представителей рассматриваемой категории лиц наблюдается в случае конфликтов, завершившихся стычкой со стороны потерпевшего. Это выражается впоследствии в долговременной (нами зафиксирован промежуток в 23 дня) фиксации в памяти данного события, сопровождающейся постоянным напоминанием самому себе о причиненной «обиде», своеобразным введением себя в состояние истерии, детализацией в памяти мельчайших моментов психотравмирующего события. Указанные воспоминания инициируются при очередном конфликте (в 95% случаев, когда преступник и /или жертва находятся в состоянии алкогольного опьянения).

Однако, несмотря на наличие у преступника ранее сильно подавляемого желания отомстить за нанесенную обиду, даже под воздействием алкоголя в подавляющем большинстве случаев преступникам необходимо «завести себя», довести до состояния эмоционального выплеска, поэтому для убийства с особой жестокостью характерен непосредственно предварительный конфликт, проходивший на повышенных тонах с использованием нецензурной лексики.

В отношении момента использования пространства отметим тот факт, что первый и последующие удары наносятся социально-дезадаптированным преступником без определенного места жительства, когда преступник и жертва находятся на короткой дистанции друг от друга, чему имеется объяснение. Нарушения опорно-двигательного аппарата, близорукость, отягощенная состоянием алкогольного опьянения, исключают возможность ведения боя на средней и дальней дистанции, как требующих хорошей координации и маневренности.

Выбор предмета преступления, характерный для преступлений, совершаемых социально-дезадаптированными преступниками без определенного места жительства, сводится к объектам, находящимся непосредственно на месте преступления. Хронология преступления очень проста: введение себя в состояние возбуждения (потребление алкоголя, конфликт), кратковременный эмоциональный всплеск, приходящийся непосредственно на момент причинения телесных повреждений и быстрый эмоциональный спад, ведущий зачастую к состоянию эмоционального ступора. Факт эмоционального ступора можно определить по большому количеству статических следов ног в районе совершения преступления, находящихся в комнате стульев, кровати и т.д.



← предыдущая страница    следующая страница →
1234




Интересное:


Детерминанты пенитенциарной преступности
Определение ритуального (культового) характера телесных повреждений на трупе
Система следов преступной деятельности по уклонению от уплаты налогов и их информатика
Криминалистическая модель преступной деятельности по уклонению от уплаты налогов и ее использование в целях выявления и раскрытия преступлений этого вида
Комплексный подход криминалистического установления личности-наркомана
Вернуться к списку публикаций