2015-04-30 19:46:33
ГлавнаяТеория государства и права — Проблемы правовой конфликтологии



Проблемы правовой конфликтологии


Содержание

  1. Сущность правового конфликта.
    1. Диалектические противоречия в праве и юридический конфликт.
    2. Юридический спор и правовой конфликт.
    3. Законодательная коллизия и правовой конфликт.
    4. Правонарушения и юридический конфликт.
  2. Структура правового конфликта.
    1. Контрсубъекты правового конфликта.
    2. Объекты правового конфликта.
    3. Предмет правового конфликта.
    4. Идейно-правовая компонента юридического конфликта.
  3. Динамика правового конфликта.
    1. Конфликтная ситуация и ее особенности.
    2. Возникновение правового конфликта.
    3. Развитие правового конфликта.
    4. Завершение правового конфликта.
  4. Детерминация правовых конфликтов.
    1. Специфика детерминации правовых конфликтов.
    2. Системность причинной детерминации юридических конфликтов.
    3. Источники правовых конфликтов.
  5. Классификация юридических конфликтов.
    1. Плюрализм типологий конфликтов и их видообразующие признаки.
    2. Типология юридических конфликтов.
    3. Виды юридических конфликтов.
  6. Функции и роли правовых конфликтов.
    1. Общие функции правовых конфликтов.
    2. Ролевое назначение юридических конфликтов.
  7. Механизм снятия юридических конфликтов.
    1. Сущность снятия правовых конфликтов.
    2. Макросоциальный механизм преодоления правовых конфликтов.
    3. Микросоциальный механизм преодоления юридических конфликтов.
  8. Формы снятия юридических конфликтов.
    1. Многовариантность форм снятия юридических конфликтов.
    2. Предупреждение юридических конфликтов.
    3. Урегулирование юридических конфликтов.
    4. Консенсуализация юридических конфликтов.
    5. Разрешение юридических конфликтов.
    6. Устранение юридических конфликтов.
    7. Ликвидация юридических конфликтов.
  9. Заключение.
  10. Примечания.
  11. Библиография.

Сущность правового конфликта.

Диалектические противоречия в праве и юридический конфликт.

Сущность правового конфликта невозможно раскрыть вне философского учения о противоречиях. В конфликтологической литературе органическая связь социальных противоречий и правового конфликта подчеркивается однозначно. Особенность темы требует от нас прежде всего выяснить, что такое юридическое противоречие? Вопрос оказался непростым. В соответствующей справочной литературе такого термина просто нет. Имеются слова: «противоречие», «противоположность», «коллизия законов», «коллизионное право», «правонарушение». Отсутствует разъяснение смысла юридического противоречия даже в том случае, когда проблеме конфликтов уделяется особое внимание [1]. К сожалению, не дает соответствующего разъяснения и специальные издания, посвящённые рассмотрению правовых конфликтов. Можно предположить, что их авторы считают вполне достаточным знания о том, что такое социальное противоречие.

Нам же представляется, что общего знания сущности социального противоречия недостаточно, хотя оно и является необходимой предпосылкой выявления особенностей его правовой формы. Полагаем, что снять возникшие теоретические трудности помогут нам те исследования о противоречиях в праве, которые были проведены в нашем обществе в 70-80-х годах. В ходе обсуждения проблем правовой конфликтологии проф. B.C. Поленина заявила: «Представляется недостаточно корректной попытка трактовать конфликтологию как новое неизвестное якобы ранее в юриспруденции направление в науке. Сошлемся на изданную в советский период обширную литературу о противоречиях в праве» [2].

Конечно, в данной литературе того периода немало устаревшего, поскольку классовый подход к анализу противоречий в праве и здесь оказался ведущим. Вместе с тем в ней имеются идеи, которые не потеряли своего конструктивного значения в понимании юридических противоречий и их основных форм. Важно не путать внутренние диалектические противоречия права, пронизывающие его сущность, которые относительно стабильны, и их внешние проявления, характеризуемые довольно значительной изменчивостью и многообразием.

Выявление диалектических противоречий предполагает использование не только собственно юридического знания, но и своеобразный выход в философию, обращение к целому ряду соответствующих категорий и понятий. К таким категориям относятся: «различия», «противоположность», «взаимоисключение», «взаимоотрицание». Применительно к нашей теме к различным противоположным сторонам права относятся: «объективное и субъективное право», «целостность системы права и автономность ее составных частей», «общеобязательность права как одинакового масштаба» и «неодинаковость реального содержания конкретных правомочий людей».

Взаимосвязи между названными юридическими противоположностями характеризуются отношениями единства и многовариантного взаимного исключения, что и составляет суть диалектических противоречий в праве. В свое время и была предпринята нами и другими авторами попытка их специального рассмотрения [3]. Тогда было отмечено, что диалектические противоречия по своей сущности носят необходимый характер, хотя в ходе исторического развития и в различных областях социальной действительности они наполняются своеобразным, в том числе и случайным содержанием.

Опубликованные работы по проблеме диалектических противоречий права были предметом обсуждения и рецензирования, в результате которых были высказаны конструктивные предложения и замечания. Однако принципиальная идея о закономерности диалектических противоречий права не была подвергнута сомнению.

Значительно позднее и независимо от нас подобный подход к диалектическим противоречиям права воспроизводится В. Кнаппом и Я. Герлохом - чехословацкими исследователями. Раскрывая логику развития правового сознания, они указывают на следующие диалектические противоречия, проявляющиеся в различных формах. К ним авторы относят противоречия между миром нормативности (тем, что должно быть) и миром реальности (тем, что существует в реальности); между объективным и субъективным в праве; между нормами права как равной мерой, применяемой к неравным индивидам [4]. Обобщая вышесказанное, можно дать рабочее определение диалектического юридического противоречия как взаимодействие между противоположными сторонами (свойствами) права и его производными, характеризуемое отношениями единства и многовариантного взаимного исключения между ними.

Нам могут возразить и сказать: данное определение юридического противоречия слишком абстрактно и потому не имеет значения для уяснения сущности правового конфликта, его различных состояний и форм. Категория «юридическое противоречие» является исходной и опорной. Сама по себе она не может раскрыть все богатство многообразного содержания правового конфликта, поскольку для этого необходима совокупность соответствующих понятий, характеризующих предмет правовой конфликтологии в целом. Однако и собственное содержание юридического противоречия позволяет сделать культурологический, цивилизационный подход к общечеловеческим истокам возникновения и преодоления юридических конфликтов. Такое утверждение станет очевидным, если мы специально рассмотрим особенности вышеобозначенных разновидностей диалектических юридических противоречий.

Объективное и субъективное в праве являются специфическими юридическими противоположностями, которые качественно отличаются друг от друга. Объективное право - это совокупность юридических норм, установленных или санкционированных государством, существующих независимо от воли и сознания индивида (физического лица) либо от бытия организаций и учреждений (юридического лица). Субъективное право - это мера возможностей и свободы, принадлежащих лицу в деле пользования вещами, способностями, знаниями и многими другими общественными благами.

Единство между названными юридическими противоположностями выражается в том, что они предполагают друг друга. Субъективные права человека и гражданина в основе своей имеют общие универсальные правила, с помощью их закрепляются такие ценности, которые могут быть искренне и без всякого сомнения разделены всеми людьми или, по крайней мере, подавляющим большинством членов общества. Такие универсальные правила составляют естественное право, в состав которого входят: право на жизнь, право на свободу, право на ассоциации, право на жилище, право на творчество, право на образование и другие. В современным обществе их насчитывается более пятидесяти. У нас и в целом ряде других стран объявляют естественные права человека и гражданина неотчуждаемыми и принадлежат ему от рождения. Государство не может их отнять, дать или не дать.

Естественные права человека выражают самый глубинный слой позитивного, объективного права, то есть того, которое возникает, расширяется и развивается в результате законотворческой деятельности государства. Набор прав человека и гражданина, составляющих объективное право, значительно шире. Многие из них не являются естественными и не даются человеку от рождения. К примеру право стать президентом государства не обладает указанным качеством. А это означает, что оно дается обществом, государством и может быть ими же аннулировано, ликвидировано. Об этом говорит институт импичмента, в состав которого входят юридические нормы, закрепляющие порядок и условия, позволяющие отрешить президента от должности (смотрите, в частности ст.93 Конституции РФ). Поэтому многие нормы объективного, позитивного права являются вторичными, производными от естественных прав человека и гражданина.

Отношения взаимного исключения между объективным и субъективным правом можно выразить их двумя универсальными свойствами. С одной стороны, субъективное право исключает объективное в том смысле, что субъективное в принципе не может допустить полную предопределяемость своего существования и назначения в обществе объективным правом. С другой стороны, объективное право исключает субъективное в том смысле, что принципиально не может допустить произвольное вмешательство в реальный процесс развития и функционирования объективного права.

Система права и ее составные элементы (отрасли, институты, юридические нормы, правовые предписания) как особые противоположности тоже качественно отличаются друг от друга. Системообразующими признаками права выступают его целостность, интегративность его основных свойств, их субординированность и скоординированность. В отличие от этого признаками составных частей права являются их дифференцированность и отличительность, автономность и относительная самостоятельность в процессе движения.

Единство между данными юридическими противоположностями выражаются прежде всего в том, что понятие системы права как нечто сложное приобретает смысл только при наличии в его составе определенного набора элементов. Отсутствие юридических отраслей, институтов, норм, предписаний означает состояние небытия системы права. К примеру, мораль не характеризуется наличием указанных элементов, в силу чего она олицетворяет собою уже другую, то есть нравственную систему.

Отношения взаимного исключения между системой права и ее элементами тоже можно выразить двумя положениями. Во-первых, система права отрицает необходимость существования тех элементов, которые деформируют существующие субординационные и координационные связи между её частями. Во-вторых, накопление новых юридических норм может привести к преобразованию сложившейся системы права в целом.

Право как равный масштаб, применяемый к различным людям, выражает собою единство противоположностей третьей разновидности диалектических юридических противоречий. Необходимость одинакового юридического масштаба вызывается тем, что в обществе всегда существуют различные люди с неодинаковыми потребностями и интересами. В таких условиях отсутствие права как особого регулятора поведения неизбежно усиливает рассогласованность в их действиях. Право как раз и осуществляет её минимизацию в целях укрепления социальной солидарности.

Отношения взаимного исключения между данными юридическими противоположностями выражается в признании, что право как равный масштаб при своем осуществлении наполняется неравным содержанием. Скажем, каждый гражданин обладает одинаковым правом вступать в правовые отношения по купле-продажи имущества. Но их содержание неодинаково, поскольку оно меняется даже без изменения законодательной формулировки названного договора. В зависимости от уплаченной суммы денег в собственность людей переходят разнообразные товары, которые неодинаковы как по качеству, так и по количеству. Одни лица могут для удовлетворения своих потребностей купить больше товаров, чем другие.

В свою очередь, цивилизованные различия между людьми отрицают утверждение права, которое являлось бы одинаковым масштабом поведения людей как по своей юридической форме, так и по содержанию. Неизбежным следствием такого «права» явилось бы уравнительность в распределении духовных и материальных благ, что чревато потерей действенных стимулов в росте производительности общественного труда.

Какое же диалектическое противоречие является главным для процесса функционирования и развития права? Отвечая на этот вопрос, в одном из последних учебников по теории государства и права утверждается: «Главное внутреннее противоречие правовой системы любого общества, на наш взгляд, состоит в том, что она содержит в себе одновременно естественные и искусственные начала, связанные с человеком и государством» [5]. Включённый в данную книгу сюжет, специально посвященный противоречиям правовой системы, несомненно представляет собой немалый интерес. В нём справедливо увязываются закономерности развития права с его диалектическими противоречиями, ибо первые нельзя правильно понять в отрыве от вторых.

Однако толкование главного внутреннего противоречия правовой системы не может не вызвать некоторое возражение. Главное внутреннее диалектическое противоречие права должно выразить его глубинную сущность, что, подчеркнем еще раз, возможно лишь на основе выявления отношений единства и взаимного исключения между важнейшими специфическими качественными характеристиками рассматриваемого общественного явления. К ним относятся: закрепление правом формального равенства; включение в его сущность требования справедливости; утверждение им определенной меры свободы. Что же касается понятий, с помощью которых выражено отмеченное главное противоречие правовой системы, то они не фиксируют ее основные особенности.

В самом деле, внутреннее противоречие определяется через единство двух категорий: «естественное» и «искусственное». Но эти свойства присущи не только праву, но и другим явлениям внешней среды, которая окружает человека. В частности, техническое устройство тоже есть противоречивое единство естественного и искусственного. Естественное выражается в том, что при создании технического устройства необходимые для него материалы и источники энергии человек берет из природы. Искусственное же состоит в придании человеком техническим устройствам таких новых свойств, которыми естественные материалы и источники энергии сами по себе не обладают. Причем, естественное и искусственное в техническом устройстве находятся в противоречивом взаимодействии, поскольку второе более подвижно, чем первое. Именно об этом говорят факты «морального» старения техники. Нетрудно также заметить, что все эти процессы связаны как с деятельностью человека, так и с процессом функционирования государства.

В действительности, главным является противоречие между правом как одинаковым масштабом, устанавливающим формальное равенство, применяемым к различным людям, реальное содержание правомочий которых неодинаково. Более кратко, данное противоречие можно выразить как отношения единства и взаимоисключения между правом как равной мерой, применяемой к неравным индивидам. Именно оно лежит в основе всех других диалектических противоречий правового развития. Последние приобретают специфику не сами по себе, а в силу их неразрывной связи с главным юридическим противоречием.

Напомним, что по своему содержанию юридические нормы могут быть довольно разнообразными. В одних случаях требуют своего обновления определенные структурные элементы уголовного права, в других - законоположения гражданского права, в-третьих - совершенствованию подлежат нормы трудового права, в-четвертых - видоизменения необходимы для государственных предписаний конституционного права и т.д. Все это характеризует возникновение конкретных форм диалектических противоречий между правом как целым и относительно самостоятельными, автономными частями.

Но основное специфическое свойство перечисленных противоречий заключено не в них, а в противоположном взаимодействии между правом как равной мерой или одинаковым масштабом применяемым к различным людям. Замена устаревших юридических норм новыми, более совершенными государственными предписаниями может стать конструктивной только тогда, когда последние сохранят свое юридическое качество быть общеобязательными правилами поведения людей. Отход от данного требования неизбежно ведет к деформации целостности правовой системы.

Точно также специфика диалектического противоречия между объективным и субъективным правом опять-таки вытекает из сущности главного противоречия юридической сферы. Известно, что разрешение противоречий между объективными и субъективными сторонами права происходит прежде всего через систему правоотношений, которые выражают собой превращение замысла законодателя в действительность. В свою очередь, правоотношения представляют собой юридические нормы в действии на основе применения закона к конкретным фактам, имеющим юридическое значение. Словом, применение тоже характеризуется необходимостью организовать всеобщее и полное осуществление юридических норм как одинакового масштаба жизнедеятельности различных людей.

Вне главного внутреннего диалектического противоречия права невозможно сохранение его основных качеств, составляющих его глубинную сущность. Как равный масштаб право в снятом виде включает в себя момент различия и противоречия. Оно характеризует собой противоречивую связь равенства и различия, предполагает различие внутри равенства и равенство в различии. Право само по себе не может устранить фактическое неравенство между людьми. Оно способно лишь признать различных индивидов формально равными: юридически закрепить их одинаковыми по линии правоспособности, возможности приобрести те или иные права на те или иные блага. Тем самым благодаря этому право становится своеобразным регулятором поведения людей, стимулирующим их созидательную деятельность - в этом и выражается его функциональное назначение в обществе.

Главное диалектическое противоречие права позволяет адекватно выразить и другую существенную сторону: выступать в качестве своеобразной меры свободы. Как справедливо подчеркивает проф. B.C. Нерсесянц, своим всеобщим масштабом и равной мерой право «измеряет», «отмеряет» и оформляет именно свободу индивидов, свободу в человеческих отношениях [6]. Поскольку фактические различия людей бесконечно многообразны, постольку варианты их стремлений к тем или иным формам свободы тоже беспредельны. Снятие всяких границ в этом деле неизбежно ведёт к анархии, распространению нецивилизованных форм конфликтов, чего не может допустить общество. С помощью дозволений и запретов права, выражающих его нормативную структуру, оно определяет достигнутые пределы свободы людей в их общественной жизни, закрепляет те рамки, которые разделяют свободу и несвободу индивидов, что институализирует оптимально соотношение между их равенством и неравенством.

Главное противоречие права и конструктивное разрешение его конкретных форм позволяет с помощью юридических средств последовательно проводить в жизнь принцип справедливости. По своей сущности он предполагает утверждение соответствия между деянием и воздаянием, между преступлением и наказанием, между правами и обязанностями. Следовательно, сам принцип справедливости говорит о том, что указанное соответствие можно осуществить только на основе формального юридического равенства, ибо в действительности люди неравны друг с другом. Отрицание необходимости юридического равенства неизбежно вызывает несоответствие между деянием и воздаянием, между преступлением и наказанием, правами и обязанностями, что означает собою распространение фактов несправедливости. Справедливость и несправедливость всегда соседствуют друг с другом. Главное противоречие права, а также его оптимальное развертывание призваны обеспечить победу рационального, разумного в сложном противостоянии конкретных форм справедливого и несправедливого.

Наличие отношений многовариантного взаимного исключения между противоположностями юридических противоречий создает реальную возможность возникновения как социального напряжения в их содержании, так и его спада, погашения и конструктивного преодоления. В свою очередь, взаимное исключение юридических противоположностей создают состояния, которые выражают статистичность диалектических противоречий права, что находит свое проявление в самых разнообразных возможных вариантах особого соотношения положительного с отрицательным, основными из которых являются следующие.

Первый вариант: положительное в субъективном праве состоит в реальной возможности свободного выбора образца поведения, использование которого позволяет оптимально удовлетворить личные потребности в тесном сочетании с общественными интересами. Право на труд, на образование, на творчество, на отдых и другие, их реализация развивают позитивные способности человека и ведут к утверждению цивилизованных отношений между людьми. Отрицательное здесь выражается в том, что некоторые из субъективных прав могут приобретать декларативный характер. В частности, свойство декларативности присуще ст. 7 Конституции РФ, объявившей право человека на достойную жизнь. Ее пока нет для 30% населения нашей страны, ибо по существу они влачат нищенское существование.

Второй вариант: положительное в объективном праве состоит в том, что независимое существование совокупности юридических норм от воли и желаний отдельных лиц выступает в качестве исходной и необходимой предпосылки его верховенства, что выражает важнейшую ценность человеческой культуры. Верховенство права проявляется в его господстве над деятельностью государства и его органов, общественных объединений и должностных лиц. Отрицательное в объективном праве находит свое конкретное выражение, скажем, в факте конституционного закрепления чрезмерных властных полномочий у российского президента, о чем неоднократно указывалось в нашей печати.

Третий вариант: положительное в системе права выражается в способности ее интегративных свойств, отношений субординации и координации придать законодательству необходимую стабильность, которая обеспечивается высокой устойчивостью его важнейших институтов. Достаточно сослаться на нормы российского государственного права, закрепляющих основы конституционного строя, которые вообще не могут быть пересмотрены Федеральным Собранием, являющимся высшим представительным и законодательным органом Российской Федерации. Отрицательное в системе права состоит в её некоторой предрасположенности к стагнации, чрезмерному застою. Иллюстрацией к этому могут служить неоднократные конструктивные предложения общественности внести необходимые изменения в действующую Конституцию РФ, которые пока еще не восприняты наличной государственно-правовой системой.

Четвертый вариант: положительное в автономности правовых элементов системы юридических норм заключается в их способности к относительно самостоятельному движению. Диалектика внутреннего развития права такова, что оно как целое существует дольше, чем некоторые ее части. Содержание системы права изменяется непрерывно. Но поскольку оно не есть нечто однородное, абсолютно одинаковое, а проявляется в определенной совокупности различных норм, постольку содержание изменяется не сразу, а в виде отмены отдельных устаревших правовых актов и замены их новыми. Можно сказать, что общепозитивное свойство автономности правовых элементов состоит в том, что оно выступает в качестве своеобразного противоядия возможности полной стагнации системы юридических норм, обеспечивая их гибкость и динамичность в силу действия развивающихся общественных отношений. Отрицательное в автономности правовых элементов заключается в их способности превращаться из относительно самостоятельного явления в компонент, абсолютно независимый от действующей системы законодательства. Свидетельством тому может служить факт существования так называемых «мертвых», юридических норм, существующих в полном отрыве от действующей системы права, ибо они не функционируют в реальной жизни. В связи с этим можно указать на факт нереальности одной из принципиальных статей Закона «О собственности РСФСР» (1991 г.), согласно которого государство обязано возмещать материальный ущерб, причинённый гражданам преступлением, так как такие расходы сегодня госказне не по карману.

Пятый вариант: положительное в праве как одинаковом масштабе, применяемом к различным людям, проявляется в его способности более последовательно провести в жизнь принцип справедливости, установить необходимое соответствие между деянием и воздаянием, между преступлением и наказанием, между правами и обязанностями. Равенство всех перед законом, провозглашенное в период буржуазных революций, несомненно было значительным прогрессивным шагом в развитии права. Отрицательное в принципе нормативного юридического равенства выражается в его неспособности преодолеть чрезмерные контрасты в реальном содержании правомочий конкретных лиц и устранить тем самым неодинаковое отношение к закону. Последнее со всей очевидностью подтверждается тем, что во всех странах современного общества живут, действуют и созидают не только законопослушные люди, но и «творят свои дела» лица, являющиеся носителями устойчивого юридически девиантного поведения.

Шестой вариант: положительное неравенства реального содержания права проявляется в его способности при определенных условиях вызывать состояния состязательности и конкуренции на основе действия общечеловеческих стимулов и побуждений. Основательным доказательством истинности такого вывода служит утверждение права частной собственности, которое пробудило невиданный дотоле интерес людей к развитию не только производства, но и всей человеческой культуры. Отрицательное неравенства реального содержания права - это его бессилие устранить внутренние узкокорыстные интересы людей, возбуждающие в них алчность, жажду наживы, идущие в разрез с подлинно гуманистическими целями права. Не только реальная жизнь современного общества, но и художественная литература исторического прошлого и настоящего дают нам обилие фактов, иллюстрирующих отмеченную двойственность содержания права.

В ходе общественного развития меняется соотношение между положительным и отрицательным в праве и их конкретные характеристики. Они, естественно, специфичны для разных стран и существенным образом могут отличаться от того, что наблюдается в российском обществе. Однако это не отменяет сущность диалектико-противоречивого развития права. Подсчитано, что в современном обществе существует 250 национальных систем права, но ни одну из них нельзя считать чисто положительной, либо чисто отрицательной. Другое дело, соотношение между положительным и отрицательным в каждой национальной системе права не является застывшим, оно изменчиво и подвижно. Положительное и отрицательное могут воспроизводиться в разных пропорциях. Однако новое, положительное, как свидетельствует исторический опыт, неодолимы, ибо в конце концов преодолевают возникшие препятствия на своем пути, вторгаются в действующую систему права, распространяются в ней и её трансформируют.

Реальный процесс развития права в нашей стране говорит о том, что подобные преобразования лежат в основе реконструкции российского законодательства. Прежде всего в прежний центр российского права (действовавшую до октября 1993 года Конституцию РСФСР 1978 г.), были внесены дополнения, существенно изменяющие содержание ее первой главы, статьи которой закрепляют основные черты политической системы. В результате этого была устранена конституционная норма о руководящей и направляющей роли КПСС в обществе, а взамен этого официально легализована многопартийность. Данный Основной Закон РСФСР включил в свое обновленное содержание и специальные статьи, юридически оформляющие принцип разделения властей и допускающие разнообразие форм собственности. Все это составляло начало глубоких преобразований в системе российского права.

Изменение соотношения положительного и отрицательного в системе права, не означает, что последняя на определенном этапе своего развития может стать полностью негативным общественным явлением. Американский правовед Дж. Г. Берман при исследовании четырёх революций в Англии (1640-1660 гг.), во Франции (1789-1794 гг.), в США (1861-1877 гг.), в России (1917 г.) отмечал, что каждая из них представляет собой отказ от старой правовой системы и в то же время примирение с дореволюционным правом, поскольку восстанавливала многие его элементы путём включения их в новую систему, отражавшую основные ценности и убеждения людей [7].

Обновление российского законодательства, утверждение в нем демократических и гуманистических ценностей нельзя себе представлять как полное отрицание всего того, что было свойственно советскому праву. Несмотря на его деформацию, возникшую в условиях командно-административной системы управления обществом, оно не потеряло целого ряда позитивных качеств. Полемизируя по данной проблеме с проф. С.С. Алексеевым, его коллега по юридической профессии проф. Н.В. Витрук справедливо заявил: «...в мировом сообществе общепризнанно, что социально-экономические права граждан есть не столько достижение Запада, сколько детище бывших социалистических стран» [8].

Пока соотношение положительного и отрицательного в содержании противоположных свойств российского права не характеризуется значительным перевесом позитивного. Количество «мертвых» декларативных законов растёт, степень чрезмерной стагнации юридической системы не исчезла, «творцов» громких скандальных дел, балансирующих на грани законности и противозаконности, не уменьшается. Результаты такого деструктивного развертывания юридических противоречий не могут не сказаться на росте социальной напряженности в российском обществе. Тревожна в этом отношении динамика оценки населением России ситуации в стране. Значительная часть опрошенных называют её кризисной или катастрофической. Причем, количество лиц, дающих такую оценку пока имеет тенденцию к возрастанию. Если в 1993 году оценивали ситуацию в России как кризисную или катастрофическую 68,7 % опрошенных, то в 1994-м - 52,5 %, в 1995-м - 66,4 %, в 1996-м - 68,9%, в 1997-м - 73,3%, 1998-м - 76,5%, 1999-м - 78,1%.

Динамичность и статичность соотношения положительного и отрицательного в системе диалектических противоречий права обусловливают возникновение различных форм их обострения и спада, характеризуя собой неодинаковые уровни развертывания данного процесса. Конфликт выражает предельные случаи обострения юридических противоречий. Поэтому не все из них являются внутренне необходимыми для развития государственно-правового строя и общества в целом. Правовой конфликт всегда выражает социально-юридическое противоречие. И эта мысль верна, но ошибочна, на наш взгляд, идея, что любое юридическое противоречие есть правовой конфликт.

Отождествление названных понятий не безобидно как с теоретической точки зрения, так и с практической, ибо приводит к двум крайностям. Во-первых, это ведёт к сползанию на позиции бесконфликтности, которая была распространена в советское время. В самом деле, если юридическое противоречие и правовой конфликт одно и то же, тогда любое противозаконное противостояние людей допустимо обозначать понятием юридического противоречия. А это ведет к тому, что данная теоретическая позиция может стать основой отрицания правовых конфликтов в обществе, то есть к возврату назад - реанимации бесконфликтной модели общества. Во-вторых, смешение указанных категорий чревато опасностью сползания на позиции «конфликтомании», то есть к неоправданному и чрезмерному расширению конфликтогенного социального пространства. Если всякое юридическое противоречие является правовым конфликтом, то последний становится субстанциональной основой жизнедеятельности каждого человека. Такое состояние представляется противоестественным, ибо его неизбежным следствием станет небывалая интенсивность социальной напряженности, господство стрессовых состояний, которые человек вряд ли выдержит.



← предыдущая страница    следующая страница →
1234567891011121314151617




Интересное:


Причины возникновения и пути разрешения коллизий института юридической ответственности.
Правоспособность, ее роль и значение в формировании субъекта права
Республики, их характерные признаки и виды
Виды законодательных актов в Российской Федерации
Организация работы по подготовке законопроектов
Вернуться к списку публикаций