2015-04-08 18:09:28
ГлавнаяТеория государства и права — Формы закрепления института диспозитивности, проблемы его реализации и роль в защите прав и свобод граждан



Формы закрепления института диспозитивности, проблемы его реализации и роль в защите прав и свобод граждан


Роль института диспозитивности в реализации и охране (защите) прав и свобод граждан

Согласно Конституции России, многонациональный народ является носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации. Суверенный народ, которому, которому принадлежит верховенство и полнота государственной власти, сам определяет свое отношение к социальной действительности и выражает его посредством государства и права, самостоятельно устанавливает рамки и формы государственно-правового «вторжения» в различные сферы общественной жизни [1].

Государство же есть инструмент претворения в жизнь общей суверенной воли народа. Причем зависимость государства от воли народа имеет не только социально-политическое, но и юридическое, прежде всего, конституционно-правовое, содержание, она получает выражение и закрепление в праве.

Конституция, Основной Закон России, устанавливает меру свободы личности, определяет пределы государственного вторжения в сферу жизнедеятельности индивида, а также границы индивидуальной автономии личности и некоторые важнейшие формы и способы ее проявления.

При демократии закон обязателен не только для подвластных, но и самого государства в лице его органов: законодательной, исполнительной и судебной власти и их должностных лиц. Односторонние обязательства, возлагавшиеся в прошлом государством на подвластных в условиях правового государства и разделения властей, трансформируются в нормы, содержащие не только взаимные обязательства, но и права. Индивид выступает не только обязанной стороной, но и обладает правами которым соответствуют обязанности государства, его органов и должностных лиц. Закрепляя права человека и гражданина, Конституция тем самым определяет обязанности по обеспечению этих прав, возлагаемых на государство.

Очевидно, что право может быть реализовано только тогда, когда ему соответствует обязанность государства или другого лица (органа), его обеспечить [2]. Гарантии нужны не сами по себе, а для наиболее полного претворения в жизнь прав и свобод, они призваны обеспечить такую благоприятную обстановку, в атмосфере, которой зафиксированные в конституции и других законах положения о юридическом статусе личности, ее правах и свободах стали бы фактическим положением каждого человека [3].

В правовом положении личности все элементы, ее составляющие, не только тесно связаны между собой, взаимно дополняют друг друга, но каждый из них имеет свое назначение, сущность, выполняет определенную функцию [4]. Это, как представляется, в полной мере относится к гарантиям диспозитивных прав и свобод человека и проблеме их реализации в государстве.

Согласно Толковому словарю великорусского языка B.TL Даля, гарантия (франц. garantie, от garantir – обеспечивать, охранять) – это ручательство, обеспечение, заверение и безопасенье [5]. Большая советская энциклопедия под гарантиями прав граждан понимает условия и средства, обеспечивающие гражданам возможность пользоваться правами, установленными конституцией и другими законами [6]. Каждое право может быть реализовано только тогда, когда ему соответствует обязанность государства или другого лица, органа (которых государство в случае их неправомерных действий привлекает к ответственности) его обеспечить.

В широком смысле понятием «гарантии прав человека» охватывается вся совокупность объективных и субъективных факторов, которые направлены на полную реализацию и всестороннюю охрану прав и свобод граждан, на устранение возможных причин и препятствий их неполного осуществления. Хотя эти факторы весьма разнообразны, но по отношению к реализации прав и свобод они выступают в качестве условий, средств, способов, приемов и методов правильного его осуществления.

Большинство гарантий в виде условий обеспечивают благоприятную обстановку, в атмосфере которой гражданин может эффективно пользоваться своими конституционными правами и свободами. Такие условия образуют внешнюю среду деятельности каждого человека и гражданина и не зависят от его воли и желания, ибо они имеют корни в общественном и государственном строе [7].

Гарантии в виде средств и способов обеспечения и охраны конституционных прав и свобод создаются не каждым гражданином, а обществом, государством, коллективом и используются ими для претворения указанных прав и свобод в жизнь. Однако вместе с этим существуют и такие условия и средства охраны конституционных прав и свобод граждан, формирование и пользование которыми во многом зависит от них самих, от их воли и желания. Иными словами, под гарантиями понимаются условия и средства, при наличии и с помощью которых обеспечиваются фактическая реализация и всесторонняя охрана прав и свобод всех и каждого человека.

В юридической литературе при исследовании проблемы гарантий высказываются следующие идеи:

- во-первых, рассматривать гарантии в качестве элемента правовой системы [8];

- во-вторых, не отождествлять гарантии с другими понятиями – мерами правовой охраны, правовой защиты, юридической ответственностью [9];

- в-третьих, исследовать в качестве самостоятельной категории, имеющей свои черты, объект воздействия, структуру, систему, методы реализации [10];

- в-четвертых, в аспекте формы определенной общности конституционных норм [11].

Объектом гарантий, выступают общественные отношения, связанные с охраной и защитой прав человека, удовлетворением имущественных благ и интересов граждан [12]. Содержание гарантий весьма динамично, обусловлено их целевой, институциональной и функциональной направленностью, зависит от общественно-политических и иных процессов, происходящих в стране на определенных этапах ее исторического развития.

Классификация гарантий необходима, она позволяет лучше и глубже проследить и раскрыть конституционные гарантии, указать на их достоинства и недостатки, сделать выводы и дать рекомендации [13].

В науке принято различать общие и специальные (юридические) гарантии. Под общими гарантиями понимается совокупность экономических, политических и других условий, делающих права реальными. Некоторые ученые характеризуют такие гарантии как «материальные гарантии прав» [14]. Ученые И.Е. Фарбер [15] и Б.С. Эбзеев [16] относят к общим гарантиям социально-экономические, политические и идеологические (духовные) гарантии, а к специальным – правовые (юридические), вытекающие из законов и других нормативных источников.

Социально-экономические гарантии предполагают специальную среду и материальную основу, обеспечивающие использование прав и свобод. Это социальная стабильность, развивающаяся экономика, производственные мощности, широкая инфраструктура – система учреждений, дающих возможность обслуживать все виды социальных потребностей общества [17].

В современных условиях, когда экономическое пространство России лишь формируется, роль института диспозитивности в защите и охране прав»и свобод, имеет особое значение. Вместе с тем развитие экономики предполагает создание инфраструктуры для удовлетворения социальных потребностей общества. Социальные гарантии углубляют реальное содержание правового статуса личности на основе принципов гуманизма, справедливости, равенства, расширения реальных условий в реализации потенциальных возможностей как для каждой личности, так и для всего общества.

Политические гарантии предполагают соответствующим образом ориентированную политику государства, ее направленность на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, защиту и охрану его прав и свобод; устойчивость политических структур, их способность к достижению гражданского согласия, исключающего дестабилизацию в обществе, должный уровень политической культуры граждан; борьбу с бюрократизмом государственного аппарата, взяточничеством и другие политико-организационные факторы. Политические гарантии – это всестороннее развитие и совершенствование политической системы общества, всей общей системы демократии с основополагающей идеей самоуправления народа, одной из важнейших в теории [18].

Некоторые ученые под идеологическими (духовными) гарантиями понимают мировоззрение личности, не отделяющей себя от российского государства, осознающей все трудности переходного периода [19]. Однако подобное определение представляется не совсем верным хотя бы потому, что существование одного только мировоззрения личности без учета роли государства (создания государством соответствующих условий (среды) возникновения и гармоничного развития личности), по сути, невозможно. Таким образом, идеологические гарантии - это деятельность государствам общества, направленная на создание (и поддержание) условий, посредством которых устанавливается свобода мировоззрения личности, осуществляется выбор духовных и нравственных ориентиров [20].

Иногда выделяют организационные гарантии, которые воплощаются в деятельности государственных органов и.общественных организаций. Организационная деятельность служит общим условием, универсальной предпосылкой действенности всей, системы гарантий прав свобод и обязанностей человека и гражданина.

Закрепленные в законе средства, которые, будучи правовым выражением общих условий, непосредственно обеспечивают возможность правомерной их реализации и охраны прав человека в обществе, есть – юридические гарантии этих прав [21]. Остановимся на них более подробно.

Под юридическими гарантиями следует понимать закрепление прав, свобод и обязанностей человека и гражданина нормами права, обеспечение, охрану и защиту их всей правоохранительной деятельностью государства, институтами европейского и мирового сообщества. Соответствующие конституционные нормы относятся, прежде всего, к тем отношениям, которые связаны с возможностью применения государством к человеку мер принудительного воздействия, привлечения его к судебной ответственности, существенного ограничения его прав и свобод самим государством. Конституция России гарантирует демократические принципы судопроизводства, гуманное отношение к лицам, привлекаемым в судебном порядке к юридической ответственности. Юридические гарантии охватывают все правовые средства, обеспечивающие соблюдение и охрану прав и свобод человека и гражданина, и выражаются в нормах федерального законодательства, раскрывающих и конкретизирующих указанные права и свободы.

Отличие юридических гарантий от других видов гарантий состоит в следующем. Если экономические, политические, социально-нравственные гарантии служат предпосылкой реализации прав, свобод и обязанностей человека и гражданина, то юридические гарантии направлены на конкретное (непосредственное) осуществление прав, свобод и обязанностей личности и их охрану от противоправных посягательств и нарушений.

Некоторые авторы под юридическими гарантиями понимают развернутую систему институтов и норм материального и процессуального права, считая, что система обеспечения субъективных прав работает только с помощью юридических гарантий, норм правоустанавливающего и правовосстановительного характера, которые обеспечивают реальный правовой статус личности. Более широко содержание юридических гарантий трактует П.М. Рабинович, полагающий, что правильнее было бы относить к их числу определенные нормы права, основанную на них правоприменительную деятельность и индивидуальные юридические акты, в которых эта деятельность фиксируется [22]. Авторитетные ученые, С.С. Алексеев и Н.В. Витрук, высказали мысль о том, что в число юридических гарантий прав личности следует включить закрепленные нормами права, меры надзора и контроля для выявления случаев правонарушений; меры правовой защиты, юридической ответственности, пресечения и другие правоохранительные меры; процессуальные формы охраны прав (включая формы применения правоохранительных мер); меры профилактики и предупреждения правонарушений [23]. B.C. Афанасьев внес в позицию С.С. Алексеева и Н.В. Витрука несколько существенных дополнений, согласно которым, во-первых, необходимо рассматривать негативные воздействия на процесс реализации прав человека (без изучения и профилактики которых невозможна эффективная деятельность по укреплению законности и обеспечению прав личности), во-вторых, на практике гарантии действуют только как совокупность каких-либо явлений и процессов, включающих положительные и отрицательные воздействия [24]. Юридические гарантии будут эффективно действовать только в том случае, если они будут основываться и функционировать на принципе «гарантия гарантиям», что по большому счету было несбыточным идеалом для многих поколений [25].

Подход В.В. Петрова к проблеме гарантий не отрицает в своих работах В.C. Нерсесянц, утверждающий, что юридические гарантии воплощают идею такого согласованного действия права и государства, когда одни формы, направления и функции государственно-правовой регуляции и деятельности служат одновременно защитным механизмом для других, и наоборот. Получается сложная и многоликая соподчиненная система регуляции. Именно в контексте взаимной поддержки и согласованности разных частей и аспектов государственно-правового комплекса отдельные специальные формы и конструкции юридических гарантий прав и свобод личности могут выполнить свою защитную роль. Получается, что юридические гарантии сами нуждаются в юридических гарантиях, в форме которых выступают правовое государство и правовые законы. Действительно, мнение B.C. Нерсесянца весьма аргументировано, однако представляется, что «соподчиненная система регуляции», упомянутая выше, становится продуктом (результатом) нередко длительного государственно-правового строительства в стране [26].

В России начала XXI в. с очевидностью можно констатировать, что юридические гарантии юридических гарантий не созданы, что эти понятия, скрупулезно занесенные законодателем в Конституцию и другие нормативные правовые акты, не являются «гарантиями гарантий» хотя бы потому, что их просто не существует в действительности [27].

Если рассматривать модель идеального функционирования юридических гарантий прав и свобод, то ее вершиной будет правовое государство. По мнению автора, как невозможно при строительстве дома построить сначала крышу, а затем фундамент и стены, так нельзя применительно к России (да и к любой другой стране, где демократические принципы только начинают вписываться во внутригосударственную систему) говорить сначала о необходимости абстрагированного строительства правового государства, а затем о взаимодействии конкретного гражданина с конкретным государственным органом.

Подчеркнем, что начинать нужно именно с единичных случаев нарушения прав и свобод человека и исследовать применение в каждом случае механизма защиты, тем самым, обобщая, выявляя общую картину и делая сравнительные выводы. Отнюдь не все правовые нормы являются юридическими гарантиями прав и свобод граждан, а лишь те, которые содержат средства и способы, при помощи которых достигается беспрепятственное пользование правами, защита прав и свобод и восстановление их в случае нарушения. Закон закрепляет в своих нормах лишь статические элементы механизма охраны прав граждан вместе с системой гарантий. Эффективное действие этого механизма зависит от кропотливой организационной работы органов государственной власти, повышения ответственности чиновников за незаконные действия (бездействие) в ходе выполнения своих должностных обязанностей, от повышения правовой культуры граждан, а во многом именно с работой государственного аппарата (чиновников) связано воплощение в жизнь нормы ст. 18 Конституции Российской Федерации. Поэтому неизбежное решительное реформирование государственной службы дает возможность эффективно реализовать конституционные гарантии прав человека.

Международно-правовые документы и законодательные акты Российской Федерации дают юридической науке веские основания по-новому взглянуть на роль общих и специальных (юридических) гарантий в сфере прав человека. «Плюралистическая демократия и правовое государство, – записано в документе Копенгагенского Совещания Конференции по человеческому измерению СБСЕ, – являются необходимыми для обеспечения уважения всех прав человека и основных свобод, развития контактов между людьми и решения других связанных с этим вопросов гуманитарного характера» [28].

Есть и другой научный подход. В 1947 г. А.И. Денисов высказал следующую мысль: «Всю совокупность гарантий прав и обязанностей можно подразделить на общие гарантии (для всех прав и обязанностей) и на особые гарантии каждого права и каждой обязанности» [29]. Эту мысль продолжил и обосновал применительно к личным конституционным правам Ф.М. Рудинский в 1976-1980 гг. Он утверждал, что любое конституционное право обеспечивается как общими экономическими, политическими, идеологическими и правовыми, так и специальными экономическими, политическими, идеологическими, правовыми и другими гарантиями.

Следует особо подчеркнуть, что система специальных гарантий одной отрасли права по всей структуре, совокупности условий и средств гарантирования, схожа с аналогичной системой другой отрасли права, поскольку в каждом случае существует особый вид общественных отношений, подлежащих государственному правовому регулированию. Задача исследователя заключается в том, чтобы выяснить, во-первых, какова связь между общими гарантиями и самим институтом диспозитивности в праве и, во-вторых, какими именно специальными гарантиями он обеспечивается [30].

Итак, гарантии могут быть определены как «юридически значимые и организационно определенные средства реализации предписаний, содержащихся в нормах права, способы достижения целей этих норм, организационно-правовые условия перевода регулирующих возможностей права в действительность, в фактическое поведение субъектов правоотношений» [31]. В случае возникновения угрозы существованию конституционных прав и свобод вступают в действие гарантии – средства защиты. Такой подход позволяет определить их как условия и средства (факторы), обеспечивающие фактическую реализацию прав, свобод и защиту в случае неправомерного посягательства на них.

В широком смысле конституционные гарантии определяются как установления закона, образующие составную часть Конституции, которые обеспечивают население от произвольного нарушения или изменения основных законов страны. В более узком значении под конституционными гарантиями понимаются правовые средства реализации и защиты гражданами своих прав.

Используемое в части 1 ст. 45 Конституции России слово «гарантируется» более весомое, нежели выражение «каждый имеет право», и чаще встречается в тех случаях, когда государство обладает системой, способной обеспечить права всех индивидов. Например, часть 1 ст. 39 Конституции России гласит: «Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности...». Отметим, что формулировки конституционных положений разнообразны. Одни закреплены непосредственно в форме гарантии, например: «гарантируется свобода массовой информации» (ч. 5 ст. 29), «каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту» (ч. 1 ст. 39). Другие конституционные положения закреплены в качестве объекта охраны или защиты государством или законом, например: «право частной собственности охраняется законом» (ч. 1 ст. 35), «материнство и детство, семья находятся под защитой государства» (ч. 1 ст. 38). Различие формулировок не умаляет признания тех или иных прав граждан, поскольку Конституция имеет прямое действие, и само закрепление того или иного права есть своеобразная его гарантия, во всяком случае, невозможность его отрицания [32].

Для наиболее полной охраны прав и свобод личности их основополагающие юридические гарантии закреплены на конституционном уровне. Ученые условно подразделяют конституционные гарантии на две группы: общие гарантии и специальные (гарантии правосудия). Наиболее общей гарантией прав и свобод, имеющей наивысшую юридическую силу, является конституционный строй, основанный на строгом соблюдении Конституции, неотчуждаемом естественном праве и общепризнанных принципах и нормах международного права. Эта гарантия трансформируется Конституцией в систему определенных прав граждан и обязанностей государства по обеспечению прав и свобод и сформулирована в статьях 45, 46, 53, 55, 56, 60 и 61 Конституции. Без этих основ требования личности к обществу носили бы чисто формальный характер [33].

Конституция гарантирует государственную защиту прав и свобод человека и гражданина (ч. 1 ст. 45 КРФ). Это общее правило закрепляет обязанность государства различными правовыми средствами обеспечить охрану (защиту) прав и свобод, осуществлять их регулирование.

В литературе подчас различаются охрана прав и свобод граждан и их защита. Так, Б.Ю. Тихонова под охраной понимает совокупность различных взаимосвязанных между собой мер, осуществляемых государственными и общественными органами, направленных на предупреждение правонарушений, ликвидацию причин, их порождающих, устранение препятствий (не являющихся правонарушениями) и способствующих, таким образом, правильному процессу реализации гражданами своих прав и обязанностей [34]. Под защитой же подразумевается принудительный (в отношении обязанного лица) способ осуществления субъективного права, применяемый в установленном законом порядке компетентными органами либо самим уполномоченным лицом в целях восстановления нарушенного права.

Таким образом, охрана охватывает меры, применяемые до нарушения права, а защита – меры, применяемые после правонарушения, для восстановления нарушенного права.

Такое различие при детальном рассмотрении вопроса проводить возможно (хотя, следует заметить, что меры защиты в определенной степени выполняют функции мер охраны, так как имеют предупредительное значение). В то же время вряд ли правильно рассматривать экономические, политические и другие гарантии, а также почти все виды правовых гарантий прав граждан как меры охраны. В этом случае открытым остается вопрос о соотношении понятий гарантий прав и их охраны. По существу самостоятельная проблема гарантий прав граждан рассматривается как проблема охраны прав. Происходит известное отождествление понятия гарантий с понятием охраны прав граждан. Такое отождествление, на наш взгляд, не совсем правомерно, так как гарантии прав не могут быть сведены к средствам их охраны (защиты) и включают также средства, которые обеспечивают их нормальную реализацию. Кроме того, гарантии – это средства, а охрана (защита) – деятельность компетентных органов и организаций с использованием указанных средств.

Огромная роль в охране и защите права и свобод гражданина институту диспозитивности. К сожалению, данная проблема еще не привлекла должного внимания ученых, но в настоящее время, по нашему мнению, она требует углубленного изучения.

Как уже отмечалось ранее, институт диспозитивности представляет собой совокупность правовых норм, свободу распоряжения как материальными, так и процессуальными правами. А реализация прав и обязанностей российских граждан есть правомерная непосредственная деятельность (поведение) самих граждан по использованию ими диспозитивных прав. Этой деятельности предшествует осознание носителем диспозитивных прав их содержания, границ, пределов и самого порядка использования данного права, как это предусмотрено в нормах права. За осознанием следует принятие гражданином решения о конкретных путях и средствах претворения в жизнь диспозитивного права (использования). Деятельность (поведение) по реализации диспозитивных прав включает собственно организацию и фактическое исполнение принятого решения (в. необходимых случаях – и специальную организационную деятельность, компетентных органов государства и общественных организаций по применению диспозитивных правовых норм, и фактическое исполнение актов применения).

Реализацию диспозитивного права следует отличать от динамики их проявления, т.е. от перехода из одной стадии состояния в другую, вплоть до реального использования диспозитивного права его носителем – гражданином.

Процессуальная форма реализации диспозитивных прав граждан состоит в определенном (как правило, закрепленном нормами права) порядке использования гражданами юридических прав.

При реализации ряда диспозитивных прав сам гражданин определяет порядок их реализации, сам организует их осуществление. Именно так реализуются многие диспозитивные права, закрепленные Конституцией РФ. Таким образом, в указанных случаях закон предоставляет возможность самому носителю данных прав определять порядок их реализации [35]. Процессуальную форму реализации диспозитивных прав в данном случае можно назвать инициативной.

Когда закон с той или иной определенностью предусматривает порядок реализации гражданином своих диспозитивных прав, можно говорить о другом виде процессуальной формы их реализации. В этом виде процессуальную форму можно условно назвать процессуально-процедурной. Здесь закон устанавливает известную «алгоритмичность» процесса реализации, его процедуру: последовательность действий самого носителя диспозитивных прав, а также содержание этих действий выполнение которых и направлено на достижение цели наиболее полного и точного использования диспозитивного права.

Процессуально-процедурную форму в свою очередь можно подразделить на два вида. Данная классификация зависит от наличия или отсутствия правоприменительной деятельности органов государства или уполномоченных на то общественных организаций. Там, где нет такой правоприменительной деятельности, речь идет об особой («инициативной») процессуально-процедурной форме реализации диспозитивных прав граждан. Другой вид процессуально-процедурной формы обязательно включает правоприменительную деятельность соответствующих органов или общественных организаций. Такая деятельность необходима для того, чтобы наиболее полно обеспечить использование диспозитивных субъективных прав, а также государственный контроль за правильностью и точностью их осуществления. Акт применения означает по существу государственное признание наличия конкретного диспозитивного права у данного лица, форму перевода диспозитивного права в стадию фактической реализации (использования). При этом сама правоприменительная деятельность во всех видах имеет всегда определенные процессуально-процедурные формы.

Приведем примеры указанных двух видов процессуально-процедурной формы реализации диспозитивных прав граждан. Реализация правомочия распоряжения правом собственности на недвижимое имущество согласно ст. 551 Гражданского кодекса РФ требует «инициативной» процессуально-процедурной формы. В частности, п. 1 ст. 551 ГК РФ устанавливает, что переход права собственности на недвижимость по договору купли-продажи к покупателю подлежит государственной регистрации. Несоблюдение правил настоящей статьи влечет недействительность договора купли-продажи. Примером второго вида процессуально-процедурной формы является реализация права на пенсию. Здесь кроме заявления гражданина обязательно вынесение акта применения компетентным органом. Реализацией акта применениям данном случае и будет реализацией данного права.

Указание в диспозитивном праве на процессуально-процедурный порядок реализации данных прав крайне важно, когда она зависит от действий не только самого носителя диспозитивного права, но и от других лиц и организаций, когда необходимо их взаимодействие, сотрудничество и помощь друг другу в рамках конкретных правоотношений. Особенно это касается диспозитивных прав граждан, в основе которых лежат определенные материальные блага и пользование которыми означает одновременно распределение последних между носителями данных диспозитивных прав. Это касается также тех диспозитивных прав, при реализации которых непосредственно затрагиваются общественные интересы, необходимо гармоническое сочетание их с личным интересом гражданина.

Отсутствие юридической регламентации процессуально-процедурных форм реализации диспозитивных прав подчас затрудняет их осуществление гражданами. Эффективность, быстрота и максимальная полнота положительной реализации диспозитивных прав, в особенности там, где необходимо сотрудничество граждан и органов государства, общественных организаций, во многом определяется тем, насколько совершенны процессуальная форма и ее. регламентация. Совершенная и целесообразно налаженная процессуально-процедурная форма усиливает гарантии обеспечения диспозитивных прав личности [36]. Процессуальной формой обладает не только диспозитивное право в целом, но и правомочия, из которых оно состоит. При этом процессуальная форма различных правомочий одного и того же диспозитивного права может быть различной: для одного правомочия достаточно «инициативной» процессуальной формы, для другого – уже необходима процессуально-процедурная форма. К примеру, п. 1 ст. 209 ГК РФ называет правомочия собственника – права владения, пользования и распоряжения своим имуществом в пределах, установленных законом. Реализация правомочий владения и пользования осуществляется в «инициативной» процессуальной форме, реализация правомочия распоряжения имуществом требует уже процессуально-инициативной формы (заключение договора и др.). Реализация указанных правомочий требует в определенной последовательности согласованных действий носителя этих правомочий, а также обязанных лиц по обеспечению указанных правомочий.



← предыдущая страница    следующая страница →
123456




Интересное:


Порядок внесения законопроектов в Государственную Думу и другие законодательные органы
Конфедерация как переходная форма государства
Недемократические режимы, их особенности и виды
Сущность и основные признаки института диспозитивности
Формы закрепления института диспозитивности, проблемы его реализации и роль в защите прав и свобод граждан
Вернуться к списку публикаций