2015-04-08 14:14:55
ГлавнаяТеория государства и права — Механизм разрешения юридических коллизий: проблемы оптимальности и эффективности способов и процедур



Механизм разрешения юридических коллизий: проблемы оптимальности и эффективности способов и процедур


Толкование как способ выявления и разрешения юридических коллизий.

Толкование норм права является особым видом юридической деятельности, направленным на раскрытие смыслового содержания правовых норм и способом выявления и устранения юридической коллизий.

Толкование права обусловлено потребностью уяснения и разъяснения точного смысла и содержания нормативно-правовых предписаний в ходе как правотворческой, так и правоприменительной деятельности. В случае несовершенства и неадекватного использования законодательной техники, отсутствия ясного, точного, понятного языка нормативного акта, некоторые понятия и положения формулируются не конкретно, а иногда и двусмысленно, возникают коллизии.

Значимость толкования правовых норм в контексте исследуемой проблематики проявляется как в процессе правотворческой деятельности и систематизации нормативно-правовых актов, так и при реализации права. Так, формулирование текста правового нормативного акта предполагает точное уяснение смысла и содержания нормативно-правовых предписаний, принятых ранее и регулирующих ту или иную область общественных отношений, с целью исключения возможных противоречий (коллизий) между ними и эффективности правового регулирования в целом. Необходимость ясного и четкого представления о содержании действующих юридических норм возникает в сфере применения права, а также при других формах реализации права, способствует недопущению возникновения юридических коллизий. Так, уяснение содержания толкуемой нормы интерпретационного акта разрешает коллизию в правопонимании, указывая на единственно верный вариант её понимания и применения [1].

В правовой науке существует несколько подходов к исследованию проблемы толкования. Традиционно она рассматривалась в рамках герменевтики. Основными понятиями герменевтики являются: «понимание», «смысл», «язык», «текст», «интерпретация», «традиция», «герменевтический круг», «часть и целое», «цель» и др. [2]. Центральное место в этом терминологическом ряду занимает термин «герменевтический круг», суть которого состоит в том, что интерпретатор должен иметь ввиду взаимосвязь целого и частей, когда целое познается через его части и наоборот. Герменевтический круг связывает процессы понимания и объяснения: чтобы понять, необходимо объяснить, но чтобы объяснить, нужно понять [3]. Важное значение в герменевтической традиции придается идее о понимании и объяснении как реконструктивном процессе, в ходе которого для правильного уяснения смысла и значения текста интерпретатор реконструирует его и логически преобразует [4].

Не вдаваясь подробно в суть вопроса определения юридического толкования, отметим лишь, что мы придерживаемся точки зрения тех авторов, которые под юридическим толкованием понимают особую разновидность юридической деятельности, которая направлена на раскрытие содержания нормативно-правовых предписаний и объяснение выраженной в них воли субъектов правотворчества [5]. Также мы согласны с тем мнением, что толкование представляет собой социально-преобразующую деятельность, связанную с удовлетворением реальных потребностей и интересов людей, объективно-реальном воздействии на разнообразные сферы общественной жизни [6]. «Если бы толкование не давало нам новые знания, – пишет А.Ф. Черданцев, – то оно было бы не нужно ни практически, ни теоретически» [7].

Юридическому толкованию как разновидности юридической деятельности присущи определенные принципы. «Под принципами толкования, – пишет А.Ф. Черданцев, – следует понимать основные идеи, основные требования, которые предъявляются к толкованию как процессу познания содержания норм права или различных юридических документов (договоров, решений и приговоров суда и т.п.). Это не должны быть принципы права и тем более отдельных отраслей и институтов... Принципы толкования как основные идеи, его характеризующие и направляющие, фактически составляют идеологию толкования». К таким принципам А.Ф. Черданцев относит «беспристрастность интерпретатора, обоснованность интерпретационных выводов, всесторонность анализа норм права, объективность, единообразие толкования и стабильность права» [8]. Мы считаем такую совокупность принципов полной и обеспечивающей максимальную эффективность процесса толкования.

Основания толкования обычно разграничивают на две группы. К первой группе относятся основания, определяемые компетенцией субъекта толкования, в чьи полномочия входит осуществление юридического толкования. Так, в п. 4 ст. 3 Федерального Конституционного закона «О Конституционном Суде РФ» установлено, что в целях защиты основ конституционного строя, основных прав и свобод человека и гражданина, обеспечения верховенства и прямого действия Конституции РФ на всей территории России Конституционный Суд РФ «дает толкование Конституции Российской Федерации» [9].

Вторую группу оснований юридического толкования составляют фактические основания, детерминированные несовершенством законодательства (использование законодателем абстрактных слов и выражений в нормативно-правовом акте; отсутствием четкой терминологической определенности слов, используемых в нормативно-правовом акте; недостаточное знание автором проекта нормативно-правового акта действующего законодательства либо наличие множественности актов, регулирующих одну область общественных отношений несовместимым с указанным в проекте нормативно-правового акта способом (наличие юридической коллизии) и т.д. и т.п.). В соответствии с ч.2 ст. 36 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде РФ» «основаниями к рассмотрению дела является обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли Конституции РФ закон, иной нормативно-правовой акт, договор между органами государственной власти, не вступивший в силу международный договор, или обнаружившееся противоречие в позициях сторон о принадлежности полномочия в спорах о компетенции, или обнаружившаяся неопределенность в понимании положений Конституции РФ, или выдвижение Государственной Думой обвинения Президента РФ в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления».

Таким образом, основаниями использования названного способа разрешения юридической коллизии является наличие коллизии положений различных нормативно-правовых актов либо в тексте одного нормативно-правового акта, а также наличие двусмысленности правоположений, предполагающих их неоднозначное понимание в правоприменительной практике и в процессе реализации права.

Особо следует, на наш взгляд, определить цель толкования в механизме разрешения юридической коллизии. Целью юридического толкования является преодоление и устранение юридической коллизии. Коллизия может быть устранена только посредством ликвидации оснований ее возникновения, следовательно, на наш взгляд, только в результате официального толкования, выраженного в письменной форме (интерпретационном акте, закрепляющем праворазъяснительное решение).

Полагаем, что устранение юридической коллизии в результате толкования возможно только в двух случаях:

1) признания нормативно-правового акта не подлежащим применению. С образованием в России органа конституционного контроля – Конституционного Суда Российской Федерации – начал действовать один из эффективнейших способов устранения коллизий нормативных правовых актов – признание нормативного акта не соответствующим Конституции России. На основании ст. 79 ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» акты или их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают силу. Это происходит с момента провозглашения решения, которое окончательно, не подлежит обжалованию, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами. Решения судов и иных органов, основанные на актах, признанных неконституционными, не подлежат исполнению и должны быть пересмотрены в установленных федеральным законом случаях. В случае, если решением Конституционного Суда нормативный акт признан не соответствующим Конституции России полностью или частично, либо из решения вытекает необходимость устранения пробела в правовом регулировании, Конституционный Суд Российской Федерации может обратиться в правотворческий орган с законодательной инициативой;

2) такого официального разъяснения текста нормативно-правового акта, исходящего от компетентного лица, в результате которого устраняется неясность. и двусмысленность нормы права.

В остальных случаях возможно только преодоление юридической коллизии применительно к конкретной ситуации. В этом случае налицо ограниченные возможности толкования в механизме разрешения юридической коллизии, не позволяющие коллизию устранить во всех случаях ее наличия.

В рамках изучения толкования как одного из способов в механизме разрешения юридических коллизий следует рассмотреть содержание толкования, в которое обычно включают объекты, субъектов, действия и операции, средства и способы, а также результаты толкования [10].

Объект – это то, на что направлено толкование. В отечественной литературе одни авторы считают объектом нормативный акт, другие – норму права, третьи и нормативный акт и норму права [11].

Представляет интерес позиция В.Н. Карташова, который разграничивает понятия «объект» и «предмет». При этом под объектом ученый понимает те правовые явления, на которые направлена интерпретационная деятельность. Предмет интерпретационной деятельности – это та часть ее объекта, которая в данный момент подвергается осмыслению, оценке и объяснению. То есть объектом может выступать нормативный акт, а непосредственными же предметами толкования могут быть конкретные статьи нормативных актов (их части и т.п.), нормативные и индивидуальные предписания, структурные элементы нормы (гипотеза, диспозиция, санкция), понятия, термины, юридические действия, способы и средства их осуществления, результаты действий и пр. [12].

Субъектами юридического толкования могут быть любые лица, как физические, так и юридические. Отсюда в зависимости от субъектного состава процесса толкования разделяют официальное (обязательное) и неофициальное (доктринальное, обыденное) толкование. Применительно к официальному толкованию субъектом может быть только специально уполномоченные на официальное толкование, вынесение праворазъяснительного решения, которое является обязательным и закрепляется в интерпретационном акте. Так, субъектом толкования Конституции РФ в соответствии с п.4 ст. 3 ФКЗ «О Конституционном Суде РФ» является Конституционный Суд РФ.

Субъектом неофициального толкования могут быть ученые, практические работники, частные лица и др. Результаты их толкования могут быть закреплены в виде какого-либо документа, но при этом они не имеют официального статуса. При этом следует учитывать, что «сфера действия актов толкования зависит от компетенции органов, которые уполномочены на дачу разъяснений смысла правовых норм» [13].

Действия и операции составляют динамическую сторону толкования. Действия, направленные на получение знания о реальной действительности, то есть процесс уяснения, представляют собой собственно действия в динамической составляющей толкования. Действия, имеющие коммуникативный характер, представляют собой операции в процессе толкования [14].

В зависимости от средств (язык, знаки, языковые единицы, юридические понятия и термины, суждения, конструкции и т.п.), приемов толкования различают следующие способы толкования норм права: грамматический, логический, систематический, историко-политический и юридический. Каждый из них отличается специфическими особенностями и средствами уяснения правовой нормы. Хотя следует отметить, что некоторые ученые выделяют и иные способы толкования (философский, психологический, социологический и нравственный, математический и технический, функциональный, телеологический и др.) [15].

Грамматическое толкование включает в свое содержание определенные средства, принципы, способы и правила юридического толкования. Оно представляет собой определенную процедуру, технологию преобразования одного текста в другой, позволяющую раскрыть подлинное содержание юридического предписания. В литературе данную процедуру представляют в виде перифразы исходных юридических формул, замены их другими словами и оборотами, передающими тот же смысл правового положения, но с большей ясностью, выделением существенных и дополнительных признаков и т.д. [16].

К средствам грамматического толкования относят графические знаки, слова, словосочетания, предложения и т.п. Способами грамматического толкования являются способы словосочетания, способы расположения членов предложения, знаков препинания др. [17]. В науке выработаны и правила грамматического толкования: если в самом правовом акте указано, в каком смысле нужно употреблять то или иное слово, его следует употреблять именно в этом (легальном) смысле; словам и выражениям необходимо придавать то значение, которое они имеют в соответствующем литературном языке, если нет причин и оснований для их иной интерпретации (отличное от общеупотребительного значение слов должно быть доказано и аргументировано с помощью других средств и способов толкования); словам юридических предписаний необходимо придавать тот смысл, в каком они употреблялись в момент издания и др. [18].

Логический способ толкования, предполагающий использование средств, способов и правил логики, имеет особое значение в юридической деятельности. К формально-логическим средствам относят соответствующие законы, понятия, суждения, умозаключения и т.п. Используются способы логического преобразования, логические операции с содержанием и объемом понятий и др.

Основными приемами считаются анализ и синтез, сравнение, абстрагирование, обобщение и др. [19].

Выделение историко-политического способа толкования обусловлено наличием социально-политического содержания права. В праве находят отражение политические интересы, цели и задачи, программы и т.п. определенных классов, групп, их объединений.

Содержание юридического толкования составляет использование специальных юридических средств, составляющих юридическую технологию. Указанное толкование на основе данных юридической науки и практики позволяет раскрыть своеобразие правовых предписаний, особенности юридической терминологии, так как «юридическая наука «служит» толкованию всем своим содержанием, всем арсеналом понятий, категорий, конструкций (а не только путем разработки специальных вопросов толкования)» [20].

В научной литературе различают различные виды толкования. Так, большинство отечественных ученых выделяют официальное и неофициальное, аутентичное и делегированное (легальное), нормативное и казуальное, обыденное, компетентное и доктринальное, буквальное (адекватное), ограничительное и распространительное.

Официальное толкование подразделяется на аутентическое и делегированное (легальное). Под аутентическим толкованием обычно понимается толкование нормативно-правовых актов органами, их издавшими. В случае, если нормативно-правовой акт наделяет полномочиями какой-либо орган толковать нормативно-правовые акты, изданные другим органом, то речь идет о делегированном (легальном) толковании.

На обыденно, компетентное и доктринальное разграничивают неофициальное толкование [21]. Под обыденным понимается толкование, осуществляемое людьми в их повседневной жизни, не основанное на каких-либо специально-юридических знаниях. Компетентным является толкование, которое дают лица, имеющие специально-юридические знания. Доктринальное толкование рассматривается в качестве компетентного толкования [22] либо как самостоятельный вид неофициального толкования [23].

Буквальным результат толкования будет в тех случаях, когда смысл нормы права совпадает с формой текстуального выражения данного предписания. Ограничительным результат является тогда, когда, содержание правового предписания уже его внешнего выражения. Распространительным результат толкования считается, когда суть юридического предписания шире его текстуального выражения.

При нормативном толковании результат толкования носит официальный характер и предназначен для неопределенного круга лиц, рассчитан на типичные правовые ситуации. При казуальном толковании разъяснение дается по конкретному юридическому делу и предназначено только для сторон.

Результат толкования представляет собой итог толкования, представленный в виде устного или письменного разъяснения. Понятно, что результатом официального толкования может быть письменное разъяснение, оформленное в виде интерпретационного акта.

Возникает вопрос, какие именно способы и виды толкования возможно использовать в рамках механизма разрешения юридической коллизии, позволяющие получить конкретный результат в виде устранения либо преодоления коллизии.

Устранение юридической коллизии возможно в результате изменения или отмены противоречивых положений, однако изменение нормативно-правовых актов входит в компетенцию только органа, его издавшего в процессе правотворческой деятельности, следовательно, в процессе толкования возможна только констатация наличия противоречивого положения, либо признание нормативно-правового акта в целом противоречащим другому нормативно-правовому акту, по сравнению к толкуемым, стоящему на более высокой ступени системы нормативно-правовых актов, обладающему более высокой юридической силой.

Достижение указанного результата возможно посредством осуществления соответствующих процедур, производимых компетентными органами, какими являются орган, принявший нормативно-правовой акт, орган, уполномоченный на толкование нормативно-правового акта, суд, независимо от способа толкования. Решения, выраженные в виде интерпретационных актов, по своей сути являются праворазъяснительными, их принятие имеет различные правовые последствия, они имеют либо общий характер, либо носят индивидуальное значение и действуют только в отношении сторон по делу. В целом, мы согласны с мнением тех ученых, которые под интерпретационными актами понимают акты-документы, закрепляющие праворазъяснительные решения, «документы, которые содержат конкретизирующие нормативные предписания, выражающие разъяснение юридических норм» [24].

Так, в ч.2 ст. 11 ГПК РФ воспроизведено исключительно важное положение, содержащееся в п. 3 ст.5 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации», которое позволяет судам успешно разрешать коллизии между нормативными правовыми актами разной юридической силы: Конституцией РФ и федеральными законами; федеральными законами и нормативными указами Президента РФ; федеральными законами и законами субъектов Федерации и т.д. Согласно п. 3 ст.5 названного Федерального конституционного закона и ч.2 ст. 11 ГПК суд, установив при разрешении гражданского дела, что нормативный правовой акт не соответствует нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу, применяет нормы акта, имеющего наибольшую юридическую силу.

Эти же положения относятся и к разрешению судами при рассмотрении дел о защите субъективных прав коллизий между Конституцией РФ и федеральными законами: установив противоречие между ними, суд должен разрешить дело на основании Конституции РФ, поскольку она в силу ее ст. 15, ч.1, имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации. Такой вывод следует из положений п. 3 ст.5 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации» и ч.2 ст. 11 ГПК, закрепляющих правило применения судами общей юрисдикции нормативных правовых актов при разрешении гражданских дел. Однако решение суда в подобных случаях действует только в отношении сторон по делу и нормативного характера не имеет.

Исключение из общего правила составляют только дела об оспаривании законов по мотивам их несоответствия Конституции РФ, рассматриваемые в порядке «абстрактного» нормоконтроля (т.е. в отрыве от защиты субъективных прав) по правилам главы 24 ГПК РФ.

Особая роль в процессе разрешения коллизий принадлежит такому виду официального толкования, как конституционное толкование. При этом следует оговориться, что в настоящей работе под конституционным толкованием понимается вся деятельность Конституционного Суда РФ, а не только специальная процедура толкования Конституционным Судом РФ Конституции России, так как во всех случаях деятельности Конституции РФ происходит интерпретация Основного закона. Следует подчеркнуть, что с нашей точки зрения, толкование Конституции РФ является своего рода дополнением толкуемого акта. Разрешение коллизии происходит путем лишения нормы, признанной неконституционной, юридической силы. Данное правомочие, закрепленное в Конституции РФ и ФКЗ «О Конституционном Суде РФ», устраняет коллизию между Конституцией РФ и всеми иными правовыми актами.

Применение в механизме разрешения юридической коллизии исключительно официального толкования, имеющего нормативный либо казуальный характер, обусловлено и тем, что интерпретационные акты, принимаемые в результате официального толкования, имеют определенную внешнюю форму выражения и обязательный характер, обеспечивая нормативное и индивидуально-конкретное регулирование общественных отношений. Они должны быть обеспечены государством различными юридическими средствами. Так, неисполнение, ненадлежащее исполнение либо воспрепятствование исполнению решений (актов) Конституционного Суда РФ влечет ответственность, установленную федеральным законом (ст. 81 ФКЗ «О Конституционном Суде РФ»).

Рассуждая о возможностях официального толкования в рамках механизма разрешения юридических коллизий, следует упомянуть о том, что они существенно ограничены применительно к такому органу государственной власти как Федеральное Собрание РФ в отношении принимаемых им федеральных законов. В отличие от Верховного Совета СССР, который в соответствии с п. 8 ст. 113 Конституции СССР 1977 года [25] имел право осуществлять толкование законов СССР, Парламент РФ такими полномочиями по Конституции РФ 1993 года не обладает. Между тем, необходимость толкования федеральных законов является довольно ощутимой и влечет возникновение довольно парадоксальной ситуации. Двусмысленность, недостаточная ясность, четкость положений нормативно-правовых актов детерминируют их толкование различными органами и лицами, тогда как возможности аутентичного толкования, позволяющего раскрыть волю и намерения самого законодателя, принимающего нормативно-правовой акт, ограничены ввиду отсутствия такой возможности.

На наш взгляд, данное положение вещей неприемлемо и должно быть преодолено путем принятия соответствующего нормативно-правового акта либо внесения изменений в законодательство, определяющее компетенцию и возможности Федерального собрания РФ. Но менее всего объяснимы в этом плане некоторые положения законодательства, предусматривающие право Правительства РФ не только самостоятельно давать разъяснения по вопросам применения определенного закона, но и передавать свои полномочия федеральным органам исполнительной власти. Такое положение нельзя считать справедливым и обоснованным, учитывая, что Парламент РФ не участвует в формировании Правительства РФ.

Следует также отметить, что в достижении результата толкования большую роль играет опыт. Правильное «понимание нормы права, – пишет А.Ф. Черданцев, – имеет в своей основе опыт прошлого индивидуального толкования других субъектов» [26]. Аналогичной точки зрения придерживаются и многие другие ученые (С.Н. Братусь, А.Б. Венгеров, Т.Я. Хабриева и др.) [27]. Особое значение приобретает опыт, выраженный в виде прецедента толкования, то есть достаточно устоявшегося праворазъяснительного предписания, роль которого в механизме разрешения юридических коллизий мы рассмотрим более подробно в самостоятельном порядке.

Результат толкования излагается в определенном стиле, обычно именуемым официально-деловым. Этот стиль должен соответствовать стилю толкуемого акта и отвечать определенным требованиям, к коим ученые относят официальный характер; ясность и простоту; максимальную точность выражения юридических велений, лаконичность и компактность, экспрессивную нейтральность и беспристрастность текста, формализм и стереотипность, унифицированность стиля и др. [28].

Из сказанного можно сделать вывод, что в рамках механизма разрешения юридических коллизий могут быть использованы следующие виды толкования: официальное, аутентичное, делегированное, нормативное, казуальное, ограничительное, распространительное.

В науке различают и стадии праворазъяснительного процесса, представляющие собой процедурные формы осуществления толкования [29].

На наш взгляд, в механизме разрешения юридической коллизии способом юридического толкования следует выделить следующие стадии:

1) Принятие решения о применении юридического толкования в качестве способа разрешения юридической коллизии. Содержание названной стадии составляет:

- установление фактических оснований использования толкования в качестве способа разрешения юридической коллизии (возникновение вопроса несоответствия Конституции РФ, нормативно-правового акта органов государственной власти и договоров между ними; возникновение вопроса несоответствия Конституции РФ не вступивших в силу международных договоров РФ; установление факта неясности или двусмысленности норм о разграничении компетенции; возникновение вопроса противоречивости Конституции РФ, законов; установление факта противоречивости нормативно-правовых актов вследствие нечеткости и двусмысленности понимания конституционных норм; установление факта нарушения положениями нормативно-правового акта прав и свобод человека и гражданина);

- обоснование необходимости (разумности, целесообразности, эффективности) разрешения юридической коллизии посредством юридического толкования.

2) Праворазъяснительная инициатива. Содержание данной стадии составляет обращение с запросом в компетентный праворазъяснительный орган, который служит поводом для возбуждения соответствующего производства.

3) Деятельность по подготовке к слушанию и рассмотрению по существу. Данная стадия включает организационно-процедурные моменты подготовки дела к разбирательству по существу в соответствии с процедурно-процессуальными нормами.

4) Рассмотрение по существу. Содержание названной стадии составляет:

- оценка действующих правовых предписаний, в отношении которых возникла необходимость толкования;

- объяснение (разъяснение) действующих правовых предписаний определенному либо неопределенному кругу лиц;

- устранение неточностей, неясностей, двусмысленности предписаний (устранение коллизии в правоприменении) либо признание нормативно-правового акта несоответствующим Конституции Российской Федерации;

- уточнение и конкретизация правовых предписаний, обеспечивающее правильное и единообразное осуществление предписаний в правореализационной и правоприменительной практике, направленное на повышение эффективности механизма правового регулирования, предупреждение возникновения юридических коллизий в правоприменении.

На этой стадии наиболее ярко проявляются контрольная функция юридического толкования, выражающаяся в том, что в процессе толкования выявляются пробелы в праве и иные недостатки в содержании нормативно-правовых актов; компенсационная функция, заключающаяся в устранении противоречий и неясностей в нормативно-правовом регулировании и правоизменяющая функция, выражающаяся в возможности признания неконституционными нормативно-правовых актов или их отдельных положений, которые в соответствии с ч.2 ст. 79 ФКЗ «О Конституционном Суде РФ» утрачивают силу и не подлежат применению.

5) Оформление решения компетентного органа, его официальное опубликование либо доведение до сведения лиц, участвующих в деле. Результаты толкования могут быть использованы правотворческими органами в качестве основы соответствующих проектов нормативно-правовых актов.

Вопросы опубликования интерпретационных актов отражены в правовой литературе, в основном, в рамках исследования деятельности конституционных (уставных) судов РФ и органов конституционного контроля (надзора) зарубежных стран. Между тем, официальное опубликований принятых решений, по нашему мнению, является важной стадией механизма разрешения юридической коллизии посредством толкования, так как в случае общего характера интерпретационного акта опубликование является необходимым условием введения его в действие и юридическую силу.

Порядок официального опубликования иногда устанавливается соответствующим законодательством, а также складывается в виде обычаев, правоположений и т.п. ФКЗ «О Конституционном Суде РФ», например, предусматривает необходимость провозглашения решения (акта) и его опубликование. В соответствии со ст. 77 указанного закона решение Суда провозглашается в полном объеме в открытом заседании суда немедленно после его подписания. В ст. 78 закона устанавливается, что постановления и заключения Конституционного Суда РФ подлежат незамедлительному опубликованию в официальных изданиях органов государственной власти РФ, субъектов Федерации, которых касается принятое решение. Такими изданиями на федеральном уровне являются «Собрание законодательства РФ», «Российская газета» и «Вестник Конституционного Суда РФ».

Изданиями официального опубликования являются так же: Бюллетень Верховного Суда РФ, Вестнике Высшего Арбитражного Суда РФ, Бюллетене нормативных актов федеральных органов исполнительной власти, в издаваемых некоторыми ведомствами бюллетенях и вестниках.

Непосредственно с вопросом официального опубликования актов толкования связан вопрос определения момента вступления акта в действие. Обычно момент вступления акта толкования в действие связывают с тем, какой из правовых актов является объектом толкования. Если объектом толкования является нормативный правовой акт, то акт толкования начинает действовать со вступления в силу этого нормативно-правового акта. Правоприменительные акты, служащие объектом толкования, вступают в юридическую силу с момента их принятия, подписания, утверждения, наступления определенных обстоятельств, с конкретной даты и т.п. Так, определения суда надзорной инстанции вступают в законную силу с момента их вынесения (ст. 391 ГПК РФ), постановления Высшего Арбитражного суда РФ – со дня их принятия (ст. 307 АПК РФ).

С моментом определения момента вступления в действие акта толкования связано достаточно большое количество проблем прикладного характера. Так, одним из важнейших вопросов является вопрос обратной силы акта толкования. Многие ученые считают, что пределы обратной силы акта толкования определены моментом вступления в силу самой интерпретируемой нормы [30]. Б. Спасов считает, что «ретроактивный эффект проявляется в том, что правоотношения, возникшие под действием одной правовой нормы, должны развиваться и реализовываться в соответствии со смыслом этой нормы, которая придается ей актом толкования» [31]. Однако, данный эффект, на наш взгляд, может привести к определенным негативным последствиям. Так, толкование интерпретируемого акта может привести к тому, что интерпретатор истолкует норму права иным образом, чем она истолковывалась до этого правоприменительными органами. И если акт толкования имеет ретроактивный эффект, то необходимо отменять все правоприменительные решения, которые были вынесены до «появления» акта толкования. Высказываются предложения ограничиваться только решениями и приговорами, которые не вступили в законную силу [32], однако данная точка зрения не учитывает действующее гражданско-процессуальное и уголовно-процессуальное законодательство, никаких исключений на этот счет не предусматривающее. На наш взгляд, большую ясность в правовое регулирование этого вопроса внесло бы активное использование интерпретатором возможности указывать в акте толкования пределы действия акта во времени.

Все рассуждения о ретроактивном эффекте наталкиваются на соответствующее законодательство, которое не предусматривает обязанности применения судами при разрешении дел постановлений Конституционного Суда РФ, разъяснений, «обзоров» Пленума Верховного Суда РФ, разъяснений, «обзоров», «информационных писем» Высшего Арбитражного Суда РФ, а также толкований нормативных правовых актов, данных в опубликованных постановлениях Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ по конкретным делам. Из отсутствия положений, регламентирующих указанную проблему, следует множество вопросов, одним из которых является вопрос обжалования решений и постановлений судов на основании их противоречия разъяснениям, данным в интерпретационных актах Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ. Обязаны ли суды общей юрисдикции применять эти акты (в том числе и в процессуальных правоотношениях)?

Данный вопрос затрагивает сложную, многогранную проблему источников права в целом и судебной практики как источника права, в частности. Именно поэтому особое значение приобретает исследование в рамках механизма разрешения юридических коллизий роли суда, возможности использования в уголовном и гражданском процессе ссылки на разъяснения, сделанные Верховным Судом РФ, Высшим Арбитражным Судом РФ и другими судами судебной системы Российской Федерации. Содержание интерпретационных актов, издаваемых судами, основывается на толковании существующих правоположений. Таким образом, с одной стороны, они основаны на толковании коллидирующих норм как способе разрешения юридической коллизии, с другой – выводы (обобщения), полученные в итоге толкования, приобретают обязательный или ориентирующий характер, детерминирующий качественный переход к иному способу разрешения юридической коллизии.



[1] См.: Карташов В.Н. Введение в общую теорию правовой системы общества. Ч. 4. Ярославль, 2004.

[2] См.: Герменевтика: история и современность (критические очерки). М, 1985; Гусев С.С., Тульчинский Г.Л. Проблема понимания в философии. М., 1985; Кузнецов В.Г. Герменевтика и гуманитарное познание. М., 1991.

[3] См.: Гусев С.С., Тульчинский Г.Л. Проблема понимания в философии. М., 1985. С. 30.

[4] Герменевтика: история и современность (критические очерки). М, 1985. С. 173.

[5] Хабриева Т.Я. Толкование Конституции Российской Федерации: теория и практика. М., 1998. С. 9-26; Спасов Б. Закон и его толкование. М., 1986. С. 139.

[6] Карташов В.Н. Теория правовой системы общества. Ярославль, 2005. Т.1. С. 352.

[7] Черданцев А.Ф. Толкование советского права. М., 1979. С. 29.

[8] Черданцев А.Ф. Толкование права и договора. М., 2003. С. 104-105.

[9] Собрание законодательства Российской Федерации. 1994. № 13. Ст. 1447.

[10] См.: Вопленко Н.Н. Официальное толкование норм права. М., 1976; Фаткуллин Ф.Н. Проблемы теории государства и права. Казань, 1987; Карташов В.Н. Введение в общую теорию правовой системы общества. 4.4. Ярославль, 2005.

[11] См.: Пиголкин А.С. Толкование нормативных актов в СССР. М., 1962; Спасов Б. Закон и его толкование. М., 1986; Аверин А.В. Судебная достоверность (Постановка проблемы). Владимир, 2004 и др.

[12] Карташов В.Н. Теория правовой системы общества. Ярославль, 2005. Т.1. С. 358.

[13] Вопленко Н.Н. Официальное толкование норм права. М., 1976. С. 76.

[14] Карташов В.Н. Теория правовой системы общества. Ярославль, 2005. Т.1. С. 359.

[15] См.: Пиголкин А.С. Толкование нормативных актов в СССР. М., 1962; Элькинд П.С. Толкование и применение норм уголовно-процессуального права. М., 1967; Общая теория государства и права: Академический курс: В 2 т. Т. 2. Теория права / Под ред М.Н. Марченко. М., 1998; Карташов В.Н. Теория правовой системы общества. Ярославль, 2005. Т.1.

[16] См: Губаева Т.В. Словесность в юриспруденции: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. Казань, 1996; Ващенко Ю.С. Филологическое толкование норм права: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2002 и др.

[17] Карташов В.Н. Теория правовой системы общества. Ярославль, 2005. Т. 1. С. 369.

[18] См.: Васьковский Е.В. Руководство к толкованию и применению законов. Для начинающих юристов. М., 1913. С. 38; Губаева Т.В. Язык и право. М., 2003; Черданцев А.Ф. Толкование советского права. М., 1979; Пиголкин А.С. Толкование нормативных актов в СССР. М., 1962 и др.

[19] См.: Формальная логика. JL, 1977; Кириллов В.А., Старченко А.А. Логика. М., 1982; Челпанов Г.И. Ученик логики. М., 1994.

[20] Алексеев С.С. Проблемы теории права: курс лекций: В 2 т. Свердловск, 1973. Т.2. С.181.

[21] См.: Лазарев В.В. Применение советского права. Казань, 1972. С. 85; Аверин А.В. Судебная достоверность (Постановка проблемы). Владимир, 2004. С. 312-313.

[22] См.: Аверин А.В. Судебная достоверность (Постановка проблемы). Владимир, 2004. С.313.

[23] Общая теория права и государства / Под ред. В.В. Лазарева. М., 1994.

[24] См.: Аверин А.В. Судебная достоверность (Постановка проблемы). Владимир, 2004. С. 313 и др.

[25] Ведомости СНД и ВС СССР. 1977. № 41. Ст. 617.

[26] Черданцев А.Ф. Толкование советского права. М., 1979. С. 14.

[27] См.: Таева Н.Е. Толкование конституционно-правовых норм в Российской Федерации: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2005.

[28] См.: Язык закона / Под ред. А.С. Пиголкина. М., 1990; Власенко Н.А. Язык права. Иркутск, 1997; Шепелев А.Н. Язык права как самостоятельный функциональный стиль: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Н.Новгород, 2002 и др.

[29] Хабриева Т.Я. Толкование Конституции Российской Федерации: теория и практика. М., 1998. С. 48-51, 128-161; Хабриева Т.Я. Правовая охрана Конституции. Казань, 1995. С. 193-195.

[30] См.: Черданцев А.Ф. Толкование советского права. М., 1979. С. 161; Черданцев А.Ф. Толкование права и договора. М., 2003. С. 302; Спасов Б. Закон и его толкование. М., 1986. С. 234.

[31] Спасов Б. Закон и его толкование. С. 234.

[32] Спасов Б.Указ. соч. С. 235.



← предыдущая страница    следующая страница →
12345678




Интересное:


Средства реализации диспозитивных норм права
Основание юридической ответственности
Юридическая ответственность как относительно самостоятельный комплексный институт права
Языковые пути и логические способы формирования понятия «источник права»
Признаки норм права
Вернуться к списку публикаций