2014-05-28 11:41:32
ГлавнаяТеория государства и права — Понятие и функции юридических фактов



Понятие и функции юридических фактов


Всесторонне изучая понятие «функции юридических фактов», целесообразно затронуть сам функциональный (структурно-функциональный) подход, его познавательные возможности; попытаться от понятия «факт» в философии подойти к пониманию «юридический факт» в правовой науке; выяснить различные значения понятия «функция» в общественных науках; рассмотреть и проанализировать правовую природу юридических фактов; на основе сопоставления позиций различных ученых выработать понятие «функции юридических фактов».

Термин «функция» был введен в научный оборот швейцарским математиком Л. Эйлером в конце XVIII столетия. Современное значение данный термин получил в трудах немецкого философа-идеалиста, математика, физика, языковеда Г. Лейбница [1]. Если первоначальное развитие понятия «функция» было связано с естественными науками, то со середины XIX века это понятие уже использовалось в общественных науках. Структурно-функциональный подход к исследованию социальных систем впервые был применен К. Марксом и Ф. Энгельсом. Д.М. Угринович в своей работе подчеркивает, что «Капитал» до сих пор остается непревзойденным образцом структурного и функционального анализа сложной экономической системы, рассматриваемой во всем объеме составляющих ее элементов, их устойчивых связей и взаимозависимостей [2].

В общественных науках понятие «функция» имеет различные значения [3]. В наиболее общем употреблении ее определяют как «воздействие друг на друга элементов целостной системы, а также ее взаимодействие с другими системами (вещами), обеспечивающее ее устойчивое существование» [4]. Совершенно справедливо отмечает в своих исследованиях В.Б. Исаков, что «понятие «функция», таким образом, позволяет исследовать взаимодействие различных элементов внутри более сложного образования, рассматриваемого как система, выявить задачи, которые осуществляет каждый элемент по отношению к иным элементам и к системе в целом» [5].

Функциональный (структурно-функциональный) подход довольно широко применяется в российской юридической науке. Наибольшее развитие получили исследования функций государства и его органов, права, правосознания. Несомненный научный интерес представляет структурно-функциональный подход в теории правового регулирования. Как указывает В.Б. Исаков, «наряду с социальными функциями правового регулирования в целом он может и должен вскрыть функции его элементов - норм права, правоотношений, юридических фактов» [6]. В трудах философской направленности неоднократно отмечалось, что структурно-функциональный подход в своем непосредственном применении призван конкретизировать общие теоретические идеи, максимально приблизить их к практике, обеспечить их проверку в исследованиях социологического характера [7].

По утверждению В.Б. Исакова «функции юридических фактов - обобщенная характеристика их роли в механизме правового регулирования» [8].

Термин «факт» произошел от латинского слова factum, что означает сделанное, свершившиеся. В обычном смысле он является синонимом понятий «истина», «событие», «результат» или «знание», достоверность которого доказана [9].

В.А. Григорьев в своей работе отмечает, что явления преобразуются в факты тогда, когда их познание необходимо, имеет определенное значение для решения каких-либо практических задач субъекта. Явление само по себе еще не становится фактом, а выступает в качестве такового лишь в том случае, если оно выделено из окружающей действительности и вовлечено в сферу познавательной деятельности субъекта. Факт не может восприниматься субъектом непосредственно в силу пространственно-временных границ, а только устанавливается через информацию. Каждый факт неповторим, уникален в своем роде. Это объясняется тем, что он связан с конкретным местом, временем и другими условиями. Информация о факте объективна, множественна, она имеет различную степень точности, достоверности, истинности и полноты [10].

Безусловно, «в результате умственной деятельности познающего создается мысленный образ факта - знание. Это знание является субъективным, потому что оно выступает как результат деятельности конкретного субъекта познания» [11].

Невозможно игнорировать и количественную сторону знания - полноту. Последняя требует тщательной проверки, то есть многократного повторения наблюдения и обобщения полученных в результате данных. Причем полнота данных прямо пропорциональна количеству наблюдений. Если же по какой-либо причине нельзя провести повторное или многократное наблюдение, то единичное фиксированное знание может выступать в роли факта (квазифакта). Квазифакты существуют в науке до тех пор, пока их не опровергнут. Информационная значимость и достоверность квазифактов позволяет выдвигать гипотезы с довольно небольшой вероятностной оценкой или дает невысокую степень подтверждения для соответствующих теорий [12].

Совершенно справедливо указывает В.А. Григорьев, что «знания, полученные в результате многократного наблюдения по вышеуказанной методике, могут выступать в роли научных фактов, которые являются основой для положения любой теории. Любая теория требует проверки. А методика этих проверок может осуществляться путем сопоставления каждого конечного следствия теории с соответствующими научными фактами» [13].

Объективно существующие факты превращаются в эмпирические факты в том случае, если субъект за ними наблюдает, вычленяет их из совокупности других фактов. Необходимость более полного получения знания об объективном факте вынуждает субъекта многократно повторять свои наблюдения. После обработки собранного эмпирического материала появляется реальная возможность вывести научный факт. Нельзя не согласиться с В.А. Григорьевым в том, что «посредством научных фактов строятся научные теории, которые призваны объяснять окружающий субъекта мир, показать пути его познания. Научные факты, лежащие в основе теории, должны настолько соответствовать объективной реальности, насколько это необходимо для того, чтобы теория была работающей. ... совершенно очевидно то, что использование неверных (ложных) фактов при построении любой теории обрекает ее на крах в практическом применении» [14].

Итак, по содержанию научный факт представляет собой отражение объективного и действительного (в противоположность субъективному и возможному) существования вещи, свойства, отношения на уровне явлений, которые относятся к предметной области научной теории [15].

По способу получения факт - это эмпирическое знание, возникшее на основе практики (наблюдения, эксперимента, измерения), обобщения эмпирических данных. Эмпирическое знание обязательно включает теоретическую интерпретацию наблюдаемых характеристик. Как отмечает в своем исследовании С.Ф. Мартынович, «факт является смыслом истинного высказывания, полученного эмпирическим путем» [16].

При рассмотрении факта с точки зрения функций, выполняемых в научном исследовании, он «является объектом объяснения, относительным критерием истинности теории, средством установления ее эмпирического значения, фактором возникновения и разрешения проблемы, предпосылкой формирования идеальных объектов, фактором, стимулирующим обобщение и развитие научных понятий, языка науки» [17].

Факт есть отражение прошлого и настоящего объекта познания, но не будущего. Функциональным свойством факта в структуре научной системы является его элементарность. Обязательным условием получения факта является практическое взаимодействие субъекта и вещи-объекта, а также отражение данного взаимодействия в сознании субъекта. Содержание факта определяется сложившимся уровнем развития практики и теории [18].

С.Ф. Мартынович приходит к выводу: «Факт является диалектическим единством абсолютного и относительного, абстрактного и конкретного знания» [19]. Проверить истинность факта возможно с помощью воспроизводства процессов, приведших к формулировке факта, но при условии - практика и теория получили дальнейшее развитие. Когда исследование проходит теоретический этап, проблема проверки истинности факта снимается, так как «факт здесь рассматривается как объект объяснения и относительный критерий истинности теории» [20].

С.Ф. Мартынович подчеркивает, что факт является отражением объективного предмета исследования на уровне явлений, теория же - на уровне сущности. Связь сущности и явления составляют основу связи факта и теории, фактического и теоретического знания [21].

Заметим, что в системе научного знания невозможно отдать абсолютное предпочтение какому-либо одному элементу знания. По этому поводу С.Ф. Мартынович в своей работе пишет: «Процесс познания состоит во взаимодействии всех элементов, определяющих этот процесс. Факту принадлежит важное значение в научном познании. Но оно не может быть абсолютизировано, как и сведено на нет. Бесконечное накопление фактов еще не открывает сущности вещей. Абстрактное мысленное конструирование, не подтвержденное в своих выводах фактами, не может претендовать на объективность. Истина открывается там, где достигается диалектическое единство факта и теории» [22].

Нельзя не обратить внимания на то, что процесс установления научных фактов права в общих чертах такой же, как и в других науках. Поэтому представляется вполне логичным выведение понятия научного факта права из понятия научного факта. Автор исследования считает вполне справедливым заключение В.А. Григорьева о том, что «научный факт в правоведении - это фиксированное знание о праве» [23].

В юриспруденции научные факты определяются как фиксированные знания о соответствующих объектах, которые составляют предметы этих наук. В отличие от других наук, выводы правовых теорий находят свое воплощение в нормах, регулирующих общественные отношения. Поэтому необходимо учитывать то, что «знания об эффективности правовых норм или неэффективности не всегда помогают ответить на вопрос о том, как данные нормы следует откорректировать, чтобы они выполняли свою задачу, хотя и локализуют область поиска нового решения» [24].

На целесообразность использования эксперимента в правотворческой деятельности неоднократно указывалось в научной литературе. Как известно, в России еще в первой трети XIX столетия предпринимались попытки постановки правовых экспериментов. Многие монархи западноевропейских государств считали, что новые нормотворческие идеи должны пройти предварительное испытание [25].

Во время проведения правового эксперимента научные факты являются основой для конструирования моделей юридических фактов. Если результат эксперимента положительный, то законодатель может принять решение о закреплении этих научных фактов права в законе. С данного момента реальные факты, чьи модели законодательно зафиксированы, становятся юридическими фактами. В.А. Григорьев отмечает, что «законодатель не только признает эти факты в качестве юридических, но и дает им соответствующую оценку, которая и предопределяет характер правовых последствий этого юридического факта» [26].

Однако существуют причины, которые препятствуют экспериментированию в области права: сложности в организации проведения такого рода мероприятий, относительная достоверность полученных результатов и другие. Среди ученых имеется и устоявшееся мнение о недопустимости проведения эксперимента в праве [27].

Как видим, подход к вопросу о допустимости правовых экспериментов весьма неоднозначный, поэтому при изучении юридических фактов преимущественно применяются различные логические приемы.

В.А. Григорьев в своем исследовании формулирует понятие юридического факта следующим образом: «Юридическими фактами считаются реально существующие явления, признанные и оцененные законодателем на основе имеющегося о них знания, в силу их значимости для общества» [28].

Заметим, что в научной литературе имеют место различные точки зрения в отношении определения понятия юридического факта [29].

Подойдя вплотную к всестороннему рассмотрению понятия юридического факта, напомним, что термин «юридический» произошел от латинского слова juridicus, что означает судебный - относящийся к правоведению, правовой [30].

Итак, понятие юридического факта находится в неразрывной связи с понятием права, правовой нормы, правового отношения. Юридический факт состоит в генетической, причинной, функциональной и гносеологической связи с этими категориями. В.Н. Синюков в своем исследовании отмечает, что «от научной интерпретации последних зависит трактовка юридического факта» [31].

Наиболее важным признаком юридических фактов является предусмотренность нормой права. Указанный признак позволяет отграничить юридические факты от других социальных фактов. Однако он недостаточен для отделения их от других юридических явлений (обстоятельств), только с иной функцией. В.Н. Синюков подчеркивает, что «понятие юридического факта должно аккумулировать такие свойства, черты, признаки отражаемого явления, которые придают факту строгую качественную определенность. Таким свойством юридического факта и соответственно признаком его понятия выступает способность порождать правовые последствия. Эта способность придается фактам нормами права» [32].

При определении понятия юридического факта гносеологически важно опираться на его общенаучную основу. Вполне прав В.Н. Синюков в том, что «понятие юридического факта представляет собой единство общефилософских и специально-правовых признаков. Поэтому определение юридического факта должно включать в себя следующие признаки: во-первых, законность, т.е. связь с нормой права; во-вторых, обоснованность, т.е. адекватное отражение реального явления; в-третьих, способность порождать правовые последствия» [33].

В основе наступления определенного правового результата находится не само событие или действие, а зафиксированный в законе соответствующий им юридический факт, являющийся правовой моделью данных явлений. Поэтому при формулировке научного понятия юридического факта необходимо помнить о двойственной природе факта вообще и юридического факта в частности. Так, «с одной стороны, факт является элементом реального общественного отношения, выступая в качестве синонима самого реального события или действия, а с другой - он получает статус собственного факта, т.е. относительно изолированного фрагмента действительности, выделенного из структуры общественных связей, только благодаря юридической деятельности субъекта и прежде всего законодателя, т.е. в известной мере субъективно» [34].

В.Н. Синюков дал следующее определение юридического факта: «Юридический факт есть реальное жизненное обстоятельство, выраженное в системе специальных юридических признаков, которое является юридическим основанием наступления правовых последствий» [35].

Как уже указывалось выше, среди исследователей никогда не было единого мнения в отношении понятия юридического факта, поэтому можно привести множество соответствующих рассуждений и формулировок [36]. Причем споры в одних случаях касаются терминологии, а в других являются результатом различных методологических позиций.

Наиболее распространенным является следующее определение: юридический факт - это конкретное жизненное обстоятельство, с которым юридическая норма связывает возникновение, изменение или прекращение правовых последствий (правоотношений) [37].

Теория юридического факта весьма подробно была разработана в советском гражданском праве. Н.И. Полищук в своей работе указывает, что «до сих пор многие положения цивилистической науки используются для формирования теории юридического факта...» [38].

В научной литературе совершенно справедливо отмечается, что благодаря норме права создается юридическая возможность возникновения, изменения и прекращения правового отношения. А с помощью юридических фактов реализуются создаваемые нормой права возможности движения правоотношения [39].

Безусловно, норма права и правоотношение всегда находятся в диалектической связи, а «юридический факт в любой его форме является своего рода переходным мостиком между ними, выступая как бы средством, рычагом, «который приводит юридическую норму в действие, на основе которого возникает (а также изменяется или прекращается) правоотношение» [40]. Если этот факт отсутствует, то юридическая норма и право в целом выступают в роли нереализованной абстракции. Н.П. Курцев и Е.Н. Горюнова справедливо считают, что с этой позиции уяснение существа отдельных юридических фактов и их составов позволяет понять природу и особенности правоотношений, проследить динамику социальных связей, выявить негативные и позитивные их тенденции [41].

В правоприменении нельзя забывать, что это связи реальной действительности, которые отличаются своей социальной ценностью, так как очень важны для общества и государства. В своем большинстве они предусмотрены гипотезой правовой нормы и порождают юридические последствия.

Между обычными жизненными связями, обстоятельствами и юридическими фактами вполне могут возникнуть и осуществляться соответствующие связи, которые влекут за собой юридические последствия. Самые обычные жизненные обстоятельства являются предпосылками юридических фактов.

Н.Г. Александров подчеркивает: «Жизненные факты сами по себе не обладают каким-то имманентным свойством быть или не быть юридическими фактами» [42].

Некоторые факты не создают социальной связи, они не имеют никакого значения для права. Как отмечает В.К. Глистин, однопорядковое по форме поведение может порождать и не порождать связь между субъектами [43].

Единство и системность юридических фактов, их связь с правовыми нормами представляют проблему правоприменительной практики. Структура и содержание юридического факта должны целиком вписаться в содержание правовой нормы. Это и будет являться свидетельством точной и правильной квалификации содеянного. Исследователи считают, что отечественная доктрина толкования юридических фактов не свободна от издержек. Законодательство доктринально часто толкуется, не считаясь с реально существующими юридическими фактами [44]. Н.П. Курцев и Е.Н. Горюнова, анализируя обозначенную проблему, указывают: «Замкнутость и ограниченность подходов к соотношению категорий юридических фактов и правовых норм сдерживают развитие теории юридических фактов. Достижением юридической науки в этой части в настоящее время являются, пожалуй, раскрытие понятия, классификация функций юридических фактов и их доказывание. Бурное эволюционное, революционное развитие общественных отношений часто вступает в противоречие с действующим законодательством. Подчас в законе невозможно предусмотреть все нюансы юридических фактов» [45].

В настоящее время в теории и практике рассматривается вопрос первичности, вторичности, приоритетности юридических фактов и правовых норм. В случаях разночтений интерпретации данных категорий, пробелов и коллизий в праве возникает вопрос, чему же следует отдать предпочтение. По мнению ряда ученых, ответ заключается в том, что приоритетность названных категорий определяется классической формулой суровости, лояльности, неотвратимости наказания и необходимости выполнения закона. Именно в таком варианте политико-правовая идея законности и правопорядка может восторжествовать. Отсюда следует заключение о неуместности концепции целесообразности, усмотрения, безбрежного учета местных бытовых, климатических, национальных и ряда других особенностей правотворческой и правоприменительной практики. Нормативные акты и индивидуальные управленческие решения как юридические факты, базирующиеся на ложных, непригодных посылках, с точки зрения права являются ничтожными [46].

Представители отечественной теории права общепризнанным считают подход возникновения феномена права как последствий изменившихся общественных отношений, предопределивших его дополнение, изменение и т.п. Заметим, что данный вывод основан на довольно высокой абстракции общественных отношений и вне конкретики социальных связей особого значения не имеет. Поэтому возникла явная необходимость выяснить и систематизировать реально существующие связи участников отношений, общие тенденции их развития, выявить позитивные и негативные их начала. Все это создает предпосылки своевременного обновления законодательства [47].

В жизни нередко возникают новые связи и отношения, которых не наблюдалось раньше. Если бы закон не предусматривал признания их равнозначными юридическим фактам, то все бы участники таких отношений считались бы нарушителями закона.

Исследователи в своих трудах подчеркивают, что факты реальной действительности, вызывающие юридические последствия, появляются раньше правовых норм, являясь предпосылками последних, а не наоборот [48].

К юридическим фактам относятся действия лиц, явления природы, которые оказывают воздействие на общественные отношения [49].

Г.И. Садовский акцентирует внимание на том, что «правовой характер юридических фактов вытекает из их философии. Обычно фактом называют фрагмент действительности, что является первой ступенью его формирования.

Вторая ступень факта - это такой элемент действительности, который дан человеку в восприятии, чувственном опыте. На третьей ступени формируется понятие «эмпирический факт», как воспринятое определенным образом, запечатленное, оформленное и осмысленное явление действительности» [50].

Юридические факты - это явления объективной реальности, которые отражают уровень развития экономики, политики, законодательства, зрелость доктрины, сложившиеся правовые обычаи, традиции [51].

Основательный анализ юридических фактов (трудовых, административных, брачно-семейных договоров и др.) предоставляет возможность судить о состоянии общества, о правопорядке, дает характеристику состояния правовой системы в целом. Модель юридического факта находит свое закрепление в гипотезе одной или нескольких взаимосвязанных юридических норм, причем не обязательно однопорядковой отрасли права [52].

В практике применения правовых норм наблюдается совпадение установления юридического состава с установлением гипотезы нормы, и, наоборот, гипотеза правовой нормы, установленная законодателем, совпадает с юридическим составом. Но следует особо отметить, что между ними нет знака равенства, потому что гипотеза является одним из структурных элементов нормы права, тогда как юридический факт может закрепляться в гипотезах нескольких правовых норм [53].

Исследователи отмечают, что юридические факты проявляются в определенном пространстве и времени, оказывают воздействие и влияние на определенный круг лиц. «Являясь зеркальным отображением состояния общественных отношений, в качестве юридически значимых выступают лишь те из них, которые затрагивают права и интересы общества, государства, социальных коллективов, личности, наций и этнических групп» [54]. Факты, которые не имеют социальной значимости, не влекут за собой юридических последствий (например, необъективированные мысли, события внутренней духовной жизни человека и т.п.). Большинство юридических фактов имеет значение только в том случае, если они оформлены надлежащим образом и удостоверены (договоры, акты, справки, документы, учетные записи и т.д.). Многие юридические факты исчерпывающе определены и закреплены в правовых нормах. Имеются и такие юридические факты, которые прямо или косвенно предусмотрены в законодательстве в общем виде, к примеру, в форме принципов.



← предыдущая страница    следующая страница →
123




Интересное:


Функции государственного механизма
Указы Президента Российской Федерации: общая характеристика
Нормативно-правовые акты
Понятия доктринального толкования норм права
Охрана прав и свобод граждан
Вернуться к списку публикаций