2013-09-30 12:55:28
ГлавнаяТеория государства и права — Формы реализации регулятивной функции права



Формы реализации регулятивной функции права


Правоотношения как объективная форма реализации регулятивной функции права

Правоотношение представляет собой следующий за правосознанием этап (стадию) реализации регулятивной функции права и одновременно важнейший элемент механизма правового регулирования [1]. Осуществление социального назначения права, т.е. реализация его функций в принципе невозможна вне правоотношений. Будучи целью и прямым следствием регулятивного воздействия права на общественные отношения [2], правоотношения выступают основным средством реализации правовых норм [3] и, следовательно, главным каналом реализации регулятивной функции права. Реализация регулятивной функции права в правоотношениях в некотором роде знаменует собой осуществление целей права, а также реальное воплощение его идеальной сущности.

После того как соответствующие правовые нормы восприняты своими адресатами (что свидетельствует о частичной реализации социального назначения права как регулятора общественных отношений, о его реализации в субъективной, идеальной форме), они требуют своего дальнейшего осуществления, своего воплощения в реальной жизни, в реальных действиях, поступках людей. Поведение людей на основе правовых норм всегда осуществляется в рамках тех или иных правоотношений. Правоотношение, таким образом, является главной, всеобъемлющей стадией объективной (материальной) формы реализации регулятивной функции права.

Для определения механизма реализации регулятивной функции права в правоотношениях, необходимо прежде всего установить само понятие правоотношения, выявить его сущность и содержание.

Определение понятия правоотношения (правового отношения) фактически заключается в самом этом термине - «правоотношение». При первом приближении к данному понятию становится очевидным, что правоотношение представляется собой некий синтез права (нормы права) и общественного отношения, которое подвержено воздействию права. Так, Б.В. Шейндлин отмечает, что «везде, где возникает юридическое отношение, имеется налицо необходимая связь фактического общественного отношения и нормы права, опосредующей данное отношение, т.е. придающей ему вид или форму урегулированного правом общественного отношения» [4]. По мнению Ц.А. Ямпольской, правовое отношение становится таковым только при наличии соответствующей нормы права [5].

Справедливости ради следует отметить, что подобные взгляды разделяются не всеми учеными. Н.И. Козюбра, например, считает, что образование правоотношений возможно и до создания общих норм права. Они могут идти впереди последних, являться их предпосылкой [6]. Однако ученый не приводит сколько-нибудь убедительных аргументов в обоснование своей позиции.

Большинство общественных отношений, безусловно, не носят правового характера. Они не урегулированы правом и существуют как бы помимо него. Однако как только то или иное отношение попадает в сферу правового регулирования, когда появляются нормы права, направленные на упорядочение этого отношения (или действие существующих правовых норм распространяют на отношения, ранее не регулируемые ими), оно приобретает правовое значение, т.е. становится правовым отношением.

Таким образом, в самом общем виде правоотношение представляет собой урегулированное правом общественное отношение. Данное общее определение правоотношения является, хотя и не общепризнанным, но, несомненно, самым распространенным в науке и, по всей видимости, самым правильным. Еще выдающиеся отечественные ученые-юристы, такие как Н.М. Коркунов, Е.Н. Трубецкой, Г.Ф. Шершеневич и др., определяли правовое отношение как житейское, бытовое отношение, урегулированное юридическими нормами [7].

Н.И. Матузов также считает, что «правовые отношения можно в самом общем виде определить как общественные отношения, урегулированные правом» [8]. При этом он указывает, что регулируемые отношения в принципе не утрачивают своего фактического содержания (экономического, политического, семейного, имущественного и т.д.), а лишь видоизменяются, обретая новое дополнительное свойство. Иначе говоря, правоотношение не отделяется от опосредуемого им реального отношения, не находится где-то рядом или над ним, а существует вместе с ним [9]. С ним солидарны Б.В. Шейндлин: «...фактические общественные отношения отнюдь не превращаются в юридические, а только принимают вид юридических отношений» [10]; Д.А. Потопейко: «правоотношения - это реальные практические отношения между людьми» [11].

Приведенное выше определение правоотношения, хотя и не отражает всех существенных признаков данного понятия, в научном плане все же заключает в себе большую ценность. Оно дает возможность выделить, по крайней мере, три принципиальных момента в этой категории, которые могут послужить основой для дальнейшего раскрытия понятия правового отношения в контексте механизма реализации регулятивной функции права: 1) любое правовое отношение является общественным отношением; 2) для возникновения правового отношения необходима норма права (существование правоотношения в отсутствие права (норм права) объективно невозможно); 3) в правоотношении наблюдается неразрывная связь реального (бытового, житейского) отношения и идеальной модели этого отношения, отраженной в правовой норме.

По мнению А.А. Пионтковского, «нормы права и правоотношения представляют собой единое целое; правоотношение — это норма права в ее осуществлении» [12]. В пользу неразрывности правовой нормы и общественного отношения в рамках правоотношения свидетельствует то обстоятельство, что непременным условием возникновения (изменения или прекращения) правоотношения является юридический факт, т.е. такие явления действительности, с которыми связаны определенные правовые последствия [13]. Иначе говоря, для возникновения правоотношения, для начала функционирования правовой нормы необходимо нечто реальное, фактическое, существующее, происходящее в социальной жизни. Только тогда можно вести речь о реализации права и о реализации его регулятивной функции.

Наличие этой неразрывной связи нормы права и фактического общественного отношения в правоотношении и позволяет последнему служить формой реализации регулятивной функции права. При этом правоотношение служит формой реализации как регулятивной статической функции права, так и регулятивной динамической. Когда на основе установленных норм (правил поведения) складывается соответствующее правовое отношение, происходит реализация регулятивной статической функции права; когда же субъекты этого правоотношения посредством своих действий наполняют его реальным содержанием (осуществляют принадлежащие им права и обязанности), налицо реализация регулятивной динамической функции права.

В основе любого правоотношения лежит общественное отношение, т.е. общественное отношение является родовым понятием по отношению к своему подвиду - правовому отношению. При этом понятие «отношение», в свою очередь, является родовым для общественного отношения и, следовательно, для правоотношения. В этой связи необходимо определиться с тем, что представляет собой понятие «отношение» в целом и «общественное отношение», в частности.

Отношение является всеобщей философской категорией [14]. С философской точки зрения, категория «отношение» выражает характер расположения элементов определенной системы и их взаимозависимости [15]. Если рассматривать отношение с лексической стороны, то его следует понимать как взаимную связь разных величин, предметов, действий, а также связь между кем-нибудь, возникающую при общении, контактах [16].

Термином «общественное отношение» обозначается реальное взаимодействие в социальном пространстве людей, наделенных сознанием и волей, преследующих определенные цели. При этом взаимодействие сторон такого отношения всегда выражается вовне - в поступках его участников [17]. Вообще все общественные отношения суть отношения между людьми [18] и в этой связи действия, поступки людей в рамках этих отношений составляют их содержание. Общественное отношение, в том числе правовое отношение, не может существовать вне актов человеческой деятельности [19].

Учитывая вышеизложенное, отношение в целом и общественное отношение, в частности, - это всегда определенная связь, взаимодействие, взаимозависимость отдельных элементов какой-либо системы (в том числе социальной системы). Причем когда речь идет об общественных отношениях, эта связь всегда существует между определенными субъектами, и она (связь) непременно выражается в поступках (действиях или воздержании от действий) этих субъектов. Поведение людей, таким образом, является следствием этих связей и вместе с тем их реальным содержанием. Все разновидности общественных отношений, в частности, правовые отношения, полностью соответствуют понятию общественного отношения и несут в себе все его основные черты. В сущности они сами по себе являются общественными отношениями и отличаются друг от друга лишь по своей направленности, по той области социальной действительности, в которой они складываются. Правовое отношение, следовательно, по своему существу есть определенная взаимная связь между субъектами (сторонами правоотношения), которые являются адресатами соответствующих правовых норм.

На основе приведенного выше общего определения понятия правоотношения как урегулированного правом общественного отношения, рассмотрим некоторые более детальные определения, с тем чтобы составить наиболее полное представление об этой категории.

Н.Г. Александров определяет правоотношения как отношения между людьми, организациями людей, в которых их связь состоит в правомочиях и юридических обязанностях [20].

Б.В. Шейндлин, конкретизируя это определение и пытаясь отразить в собственном определении правоотношения его роль в правовом регулировании, приходит к выводу, что правоотношение есть волевое общественное отношение, выражающее урегулированное нормой права индивидуализированное фактическое отношение, обладающее способностью регулировать поведение его участников посредством закрепленных за ними правомочий и юридических обязанностей [21]. В данном определении за правоотношением признается наличие способности регулировать общественные отношения. Такие взгляды на правоотношения довольно широко распространены в научной литературе. Они разделяются А.Б. Венгеровым [22], В.М. Горшеневым [23], Ю.К. Толстым [24], другими авторами. По мнению этих ученых правоотношения выступают в роли некоего «посредствующего звена» между нормой права и теми общественными отношениями, на которые норма права воздействует как на свой объект [25]. Тем самым ставится под сомнение способность правовой нормы прямо и непосредственно воздействовать на свой объект — общественные отношения.

Из определения правоотношения Б.В. Шейндлина следует, что оно регулирует поведение его участников посредством закрепленных за ними правомочий и юридических обязанностей. Однако при этом не учитывается, что соответствующие правомочия и юридические обязанности закрепляются не правоотношениями, а правом (нормами права), и именно в этом заключается акт регулирования общественных отношений, причем акт прямого и непосредственного регулирования общественных отношений нормами права. Правоотношение в этом процессе не участвует.

Правоотношение представляет собой результат взаимодействия (синтеза) идеального - права и материального — общественного отношения [26]. Право материализуется в общественных отношениях, но при этом не становится материальным.

Даже когда мы говорим о естественном праве, которое является частью самой жизни, проистекает из нее и неразрывно связано с нею как неотъемлемая органическая часть, мы не допускаем того, что право имеет материальное содержание. Безусловно, оно отражает в себе фактически сложившееся или складывающиеся отношения, социальную действительность, но эти «отраженные» в праве общественные отношения и социальная действительность теряют свою материальность, обезличиваются, становятся идеальными образцами и моделями.

Общественные отношения, подвергнутые правовому регулированию, в свою очередь, не приобретают качеств права - идеального регулятора социальной жизни, так как в сущности (в своей внутренней основе) остаются неизменными, они лишь приобретают новые внешние черты, свойства - а именно свойство урегулированности, упорядоченности. Эти отношения «укладываются» в определенные правовые рамки. Правовые нормы, регулирующие соответствующие отношения, «высвечивают» их наиболее важные для целей правового регулирования черты, закрепляют их, определяют как должны складываться эти отношения (возникать, изменяться, прекращаться), но при этом нисколько не меняют их существа. В противном случае следовало бы признать, что регулирование правом общественных отношений порождает качественно иное явление - правоотношение, которое нельзя относить к родовой категории «общественные отношения». Абсурдность данного утверждения очевидна.

Возвращаясь к определению понятия правоотношения, приведем еще некоторые суждения на этот счет.

А.К. Марышев под правовыми отношениями предлагает понимать объективно формирующуюся структуру прав и обязанностей взаимозависимых субъектов общественных отношений, которая складывается по поводу разрешения антагонизма интересов, противоречивость которых угрожает сосуществованию субъектов; проявляется во всеобщей их заинтересованности в равновесии интересов, способствующем их общежитию в наличных условиях; устойчивость которой обеспечивается принуждением отдельных субъектов к исполнению вытекающих из этой потребности обязанностей [27]. При всей оригинальности данного определения следует признать, что его основу составляет разделяемый большинством ученых совершенно справедливый тезис о том, что правоотношение есть совокупность (или как в данном случае структура) взаимных прав и обязанностей его субъектов. Именно в диалектическом единстве этих категорий - права и обязанности они видят существо правоотношения. По мнению Е.Я. Мотовиловкера, сам факт возникновения права и обязанности свидетельствует о наличии связи, именуемой правоотношением. Существование права, с его точки зрения, определяется бытием обязанности, поскольку обязанность, реализуясь, реализует тем самым и право. В то же время право «проникает» в обязанность, поскольку обязанность есть должное именно по отношению к интересу другого субъекта [28].

Единство субъективного права и корреспондирующей ему юридической обязанности в рамках того или иного правоотношения выражает суть любого правоотношения. Даже в так называемых общих (общерегулятивных) правоотношениях, специфика которых заключается в том, что они возникают на базе общих установлений и не имеют строго индивидуализированной направленности [29], наблюдается неразрывная связь прав и обязанностей субъектов этих отношений. Именно в закреплении субъективных прав и юридических обязанностей, т.е. в установлении меры возможного и должного поведения заключается правовое регулирование общественных отношений, придание соответствующим отношениям правового характера.

Н.И. Матузов по этому поводу отмечал, что «никакие субъективные права и обязанности, в частности, вытекающие непосредственно из закона, невозможны вне правоотношений, так как они хотя и не возникают первоначально в рамках конкретных частно-отраслевых правоотношений, тем не менее не могут миновать сферу всяких правоотношений, выйти за рамки общих юридических связей. Это означает, что не может быть ни прав и обязанностей вне правоотношений, ни правоотношений без прав и обязанностей» [30]. Он же абсолютно справедливо указывал, что первая и основная (всеохватывающая) форма реализации права — соблюдение осуществляется не помимо, как принято считать, а в рамках общих правоотношений» [31]. На это обращал внимание еще Т.Н. Радько: «исполняя юридические запреты, — писал он, - субъекты права находятся в общих правоотношениях с государством как исполнители его установлений» [32].

С точки зрения Ю.И. Гревцова, под правовым общественным отношением целесообразно понимать специфическую форму социального взаимодействия субъектов права с целью реализации законных интересов и достижения того, что предусмотрено законом или иным источником действующего права [33]. В этом определении нет непосредственного указания на взаимные права и обязанности субъектов правоотношения, однако, им отнюдь не отрицается их наличие в правоотношении. Просто в данном определении автор акцентирует внимание на несколько ином аспекте правоотношений. Он прежде всего отмечает взаимодействие субъектов права в рамках соответствующих правоотношений. При этом данное взаимодействие направлено на реализацию законных интересов и достижение того, что предусмотрено действующим правом. Несомненно, что реализация законных интересов и т.п. представляет собой реализацию субъективных прав участников правоотношения, которые, в свою очередь, как отмечалось выше, не могут быть реализованы вне реализации корреспондирующих этим правам юридических обязанностей.

На основании вышеизложенного можно прийти к выводу, что правовое отношение - это такое явление объективной реальности, которое представляет собой неразрывное единство, взаимную связь, с одной стороны, нормы права и соответствующих, урегулированных ею фактических общественных отношений, с другой стороны, субъективного права и юридической обязанности. По справедливому замечанию Ц.А. Ямпольской, фактически правоотношения представляют собой целый комплекс связей [34]. Эти связи характерны для любых видов правоотношений [35]. При этом они обуславливают существование правоотношения в качестве формы реализации функций права.

Выше было указано, что общественные отношения не существуют вне актов человеческого поведения, т.е. последние составляют содержание общественных отношений, в том числе правоотношений. Участник правового отношения, совершающий тот или иной поступок, который предписан или дозволен ему соответствующей правовой нормой, а именно реализующий свое субъективное право или исполняющий возложенную на него обязанность (в частности, соблюдая установленный запрет), тем самым воплощает определенное этой нормой правило (модель) поведения в реальной жизни. При этом одновременно происходит реализация регулятивной функции права, поскольку осуществляется непосредственное претворение социального назначения права как регулятора общественных отношений в этих отношениях. Иными словами при реализации норм права в правоотношениях право достигает своих социальных целей - в результате правомерного поведения участников правоотношений достигается тот социальный эффект, который преследовался при установлении соответствующих норм права. Реализация права и реализация его регулятивной функции, таким образом, осуществляются параллельно и неотделимо друг от друга. Отсюда следует, что главным элементом механизма реализации регулятивной функции права в правоотношениях является поведение людей, осуществляемое на основе и в полном соответствии с установленными нормами. Остальные элементы этого механизма - собственно нормы права, правопорядок как закономерный результат реализации этой функции соответствуют элементам общего механизма реализации регулятивной функции права (механизма правового регулирования).

Описанная ситуация, безусловно, носит идеальный характер. Однако зачастую правомерное поведение людей не приводит к тем результатам, на которые рассчитывал правотворческий орган при издании тех или иных норм права. Следовательно, не достигаются окончательные цели правового регулирования - состояние упорядоченности общественных отношений в точном соответствии с замыслом правотворца (правопорядок). Такие ситуации обусловлены рядом причин: несовершенством самих правовых норм, неверным выбором правовых средств при регулировании тех или иных отношений (ошибками правотворца) и т.п.

Подводя итог, сделаем следующие основные выводы.

Правоотношение является основной формой объективной реализации регулятивной функции права. Именно в правоотношениях с наибольшей силой и очевидностью проявляется регулятивное начало права, его социальное назначение как регулятора общественных отношений, общественного бытия.

Правоотношения представляют собой целый комплекс различных связей - с одной стороны, это связи, характеризующие единство нормы права и урегулированного ею общественного отношения; с другой стороны, это связи, характеризующие внутреннюю структуру правоотношения - права и обязанности его участников. Благодаря наличию этих разноплановых связей, правовые предписания и, следовательно, регулятивная функция права имеют возможность воплотиться в реальной жизни, в реальных общественных отношениях.

Непосредственно реализация права и реализация его регулятивной функции в рамках правоотношений осуществляется посредством поведения людей, совершения ими правомерных (предписанных или дозволенных правом) действий, поступков. Собственно поведение людей составляет содержание правоотношений и именно оно является главным элементом в механизме реализации регулятивной функции права в правоотношениях.

Правовые предписания не могут реализовываться вне (помимо) правоотношений, как полагают отдельные ученые. Такие взгляды фактически отрицают наличие так называемых общих (общерегулятивных) правоотношений, существование которых давно признано наукой и в настоящее время не требует дополнительных доказательств. Поведение человека, обусловленное какой-либо нормой права, всегда есть поведение в рамках того или иного правоотношения, конкретного или общего (общерегулятивного).

Реализация права (норм права) и реализация регулятивной функции права осуществляются параллельно, одномоментно и неотделимо один от другого. Эти процессы не могут существовать в отрыве друг от друга. Каждый из них предполагает наличие другого.


Абрамов Андрей Иванович



[1] «Рассматривая правоотношения в аспекте регулирующей роли права, - пишет Б.В. Шейндлин, - следует признать, что правоотношение есть конкретная стадия или определенная ступень реализации, осуществления регулирующей роли права». (Шейндлин Б.В. Сущность советского права. Л., 1959. С. 111-112).

[2] Как указывает М.С. Строгович, «правовые отношения... есть результат правового регулирования общественных отношений». (Строгович М.С. Уголовно-процессуальное право в системе советского права // Советское государство и право. 1957. № 4. С. 103). По мнению P.O. Халфиной, правоотношения должны рассматриваться как результат действия нормы. (См.: Халфина P.O. Общее учение о правоотношении. М., 1974. С. 51).

[3] См.: Дрейшев Б.В. Правотворчество и правовое регулирование // Правоведение. 1985. № 1. С. 35.

[4] Шейндлин Б.В. Норма права и правоотношение // Вопросы общей теории советского права. Под ред. С.Н. Братуся. М., 1960. С. 130.

[5] См.: Ямпольская Ц.А. О правовой норме и правовом отношении // Советское государство и право. 1951. №9. С. 41.

[6] См.: Козюбра Н.И. Социалистическое право и общественное сознание. Киев, 1979. С. 19. С данной позицией не согласен В.Н. Кудрявцев: «Общественные отношения, - отмечает он, - ... могут сложиться до возникновения нормы и быть ее социальным источником. Но вряд ли есть основания эти отношения именовать правовыми, если они еще не признаны государством, не охраняются им и не гарантируются, если за их нарушение не наступает ответственности». (Кудрявцев В.Н. Юридические нормы и фактическое поведение // Советское государство и право. 1980. №2. С. 19).

[7] См.: Коркунов Н.М. Лекции по общей теории права. СПб., 2003. С. 176, Трубецкой Е.Н. Труды по философии права. СПб., 2001. С. 380, Шершеневич Г.Ф. Курс гражданского права. Тула, 2001. С. 71.

[8] Теория государства и права. Курс лекций. Под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. М., 2001. С. 509; См. также: Матузов Н.И. Права человека и общерегулятивные правоотношения // Правоведение. 1996. № 3. С. 42.

[9] Теория государства и права. Курс лекций. Под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. М., 2001. С. 509.

[10] Шейндлин Б.В. Норма права и правоотношение // Вопросы общей теории советского права. Под ред. С.Н. Братуся. М., 1960. С. 146.

[11] Потопейко Д.А. Правосознание как особое общественное явление. Киев, 1970. С. 19.

[12] Пионтковский А.А. Некоторые вопросы общей теории государства и права // Советское государство и право. 1956. № 1. С. 18. См. также: Кечекьян С.Ф. Нормы права и правоотношения // Советское государство и право. 1955. № 2. С. 27.

[13] См.: Исаков В.Б. Фактические составы как основания возникновения правоотношений // Правоведение. 1972. № 4. С. 106.

[14] См.: Колычев П.М. Категория отношения и ее методологические функции. Автореф. дис. ... канд. филос. наук. Саратов, 1989. С. 3.

[15] См.: Большая советская энциклопедия. Т. 18. М., 1974. С. 628.

[16] См.: Ожегов С.И. Словарь русского язьпса. Под ред. Н.Ю. Шведовой. М., 1990. С. 473.

[17] См.: Общая теория государства и права. Академический курс в 3-х томах. Отв. ред. проф. М.Н. Марченко. Т. 2. М., 2002. С. 403.

[18] См.: Шейндлин Б.В. Норма права и правоотношение // Вопросы общей теории советского права. Под ред. С.Н. Братуся. М., 1960. С. 134.

[19] См.: Козюбра Н.И. Социалистическое право и общественное сознание. Киев, 1979. С. 31 - 32.

[20] См.: Александров Н.Г. Законность и правоотношения в социалистическом обществе. М., 1955. С. 89.

[21] См.: Шейндлин Б.В. Норма права и правоотношение // Вопросы общей теории советского права. Под ред. С.Н. Братуся. М., 1960. С. 142; См. также: Шейндлин Б.В. Сущность советского права. Л., 1959. С. 112-113.

[22] См.: Венгеров А.Б. Теория государства и права. М., 2002. С. 458.

[23] См.: Горшенев В.М. Способы и организационные формы правового регулирования в социалистическом обществе. М., 1972. С. 64.

[24] См.: Толстой Ю.К. К теории правоотношений. Л., 1959. С. 30.

[25] Там же.

[26] «Соотношение правового отношения и нормы права, - отмечает Ю.И. Гревцов, - можно понимать как соотношение между сложившейся деятельностью и идеальной моделью этой деятельности, обобщенной в сознании и впитавшей наиболее ценные ее характеристики». (Гревцов Ю.И. Правовое отношение: основные взаимосвязи // Советское государство и право. 1985. № 1. С. 17).

[27] См.: Марышев А.К. О понятии правового общения // Правоведение. 1991. № 5. С. 36.

[28] См.: Мотовиловкер Е.Я. Теория регулятивного и охранительного права. Воронеж, 1990. С. 48 -49.

[29] См.: Сенякин Н.И. Общие и конкретные правоотношения как юридическое выражение специфики и унификации законодательства // Советское государство и право: проблемы развития. Самара, 1992. С. 48.

[30] Матузов Н.И. Общие правоотношения и их специфика // Правоведение. 1976. № 3. С. 32.

[31] Там же. С. 30. См., также Матузов Н.И. Права человека и общерегулятивные правоотношения // Правоведение. 1996. № 3. С. 44.

[32] адько Т.Н. Функции социалистического общенародного права. Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 1967. С. 13.

[33] См.: Гревцов Ю.И. Правовые отношения и осуществление права. Л., 1987. С. 58.

[34] См.: Ямпольская Ц.А. О правовой норме и правовом отношении // Советское государство и право. 1951. № 9. С. 43.

[35] См., например: Галаган И.А., Василенко А.В. К проблемам теории правоприменительных отношений //Государство и право. 1998. № 3. С. 13.



← предыдущая страница    следующая страница →
12345




Интересное:


Нормативно-правовые акты
Роль Правительства Российской Федерации в законодательном процессе
Охрана общественного и правового порядка
Проблемы классификации юридической ответственности
«Коллективные» субъекты права
Вернуться к списку публикаций