2013-09-30 12:55:28
ГлавнаяТеория государства и права — Формы реализации регулятивной функции права



Формы реализации регулятивной функции права


Механизм правового регулирования включает в себя все те элементы, которые необходимы для реализации регулятивной функции права: юридические нормы (нормативную основу), субъективные права и обязанности (правоотношения), акты реализации прав и обязанностей [38]. Иногда в качестве элементов правового регулирования также выделяют юридический факт и охранительный правоприменительный акт как факультативный элемент [39].

Т.Н. Радько указывает, что «норма права — юридический факт - правоотношение - правопорядок как элементы механизма правового регулирования составляют формально законченное действие регулятивной функции права. Между ними имеется взаимопереходящая функциональная связь, где состояние юридического факта в известной степени обусловлено наличием правовой нормы, а стадия правоотношения есть необходимый результат двух предыдущих состояний (стадий)» [40].

Таким образом, механизм реализации регулятивной функции права по своему существу, т.е. в своих основных чертах идентичен механизму правового регулирования.

Процесс реализации регулятивной функции права начинается с установления меры возможного и должного поведения в правовых нормах, т.е. с формирования правовых норм. Норма права при этом выступает в качестве важнейшего элемента механизма реализации регулятивной функции права, является его нормативной основой. В норме права закрепляются те правила поведения, те права и обязанности субъектов права, которые им предстоит реализовать в дальнейшем после вступления правовой нормы в силу. Здесь уместен вопрос: правомерно ли такое представление о механизме реализации регулятивной функции права, когда формирование норм права и сами правовые нормы указываются в качестве его первых (начальных) элементов? Можно ли вообще вести речь о реализации регулятивной функции права в отсутствии принятых в установленном порядке и вступивших в законную силу правовых норм? Ведь если норма права как таковая отсутствует, вряд ли она может регулировать общественные отношения, выполнять роль правила (модели) поведения людей в определенных ситуациях.

Полагаем, что ответ на эти вопросы будет различен в зависимости от понимания права как особого социального феномена. Как уже отмечалось в настоящей работе, право не следует сводить к простой совокупности норм, установленных государством [41]. Его необходимо понимать гораздо шире, «усматривая его сущность в более глубоких пластах социальной действительности» [42]. «Право — это не просто абстрактный комплекс норм, регулирующих общественные отношения, - отмечал знаменитый английский юрист, член Палаты Лордов британского парламента Деннис Ллойд, - но составляющая часть самого общества, а точнее его социального и экономического порядка, в рамках которого оно функционирует и воплощает традиционную систему ценностей, придающую значение и смысл данному обществу» [43]. Право всегда рождается в общественных отношениях [44], в связи с чем сама реальная действительность (факты реальной действительности) являются, по сути, единственным творцом права [45]. Генрих Дернбург по этому поводу писал: «Жизненные отношения несут свою меру и свой порядок в самих себе» [46], тем самым указывая на то, что право неразрывно связано с самой жизнью, с социальной действительностью, выступает как неотъемлемая органическая составляющая объективной реальности.

Именно в таком аспекте (как органическая часть объективной реальности) право понимается в настоящей работе.

В социальной действительности заложены определенные внутренние механизмы ее регуляции. Эти внутренние механизмы, очевидно, и вызывают к жизни право — уникальный социальный регулятор, своего рода инструмент общества, при помощи которого можно надежно, быстро и эффективно упорядочить социальные явления и процессы, направить их развитие в нужное русло. Иными словами, сама по себе организация, уклад жизни предполагает возникновение в той или иной форме какого-то социального регулятора. При этом такой социальный регулятор должен соответствовать тем внутренним принципам организации жизни, которые заложены в нее самой природой и детерминированы природой человека, человеческой сущностью. Не случайно право основано на таких принципах как формальное равенство, свобода и справедливость. Точнее, оно воплощает в себе эти принципы, т.е. выступает как воплощенные формальное равенство, свобода и справедливость. Эти принципы определяют сущность права и вместе с тем являются принципами самой социальной жизни. Даже если бы не было права, в общественной среде происходила бы интуитивная саморегуляция, в основе которой лежали бы эти базовые принципы.

Таким образом, право как бы растворено в реальной жизни, в общественных отношениях и, соответственно, незримо для людей (возможно даже, помимо их воли) регулирует эти отношения. В этой связи вполне логично звучат слова Н.М. Коркунова о том, что «действовать может и норма, не выразившаяся еще ни в законе, ни в обычае, ни в судебной практике» [47], т.е. еще не облеченная в определенную правовую форму. Тогда можно утверждать, что для регулирования общественных отношений праву в принципе не нужна какая-либо форма его внешнего выражения. Коль скоро право основано на тех же принципах, что и сама жизнь, человек должен интуитивно чувствовать это право, ведь оно соотносится с его природой (сущностью), и поэтому не чуждо ему. Люди оценивают свои и чужие поступки с точки зрения принципа справедливости и когда поступают вопреки этому принципу, безусловно, ощущают это. Право в идеале по своему существу - это воплощенная справедливость. Именно справедливость, а также другие естественные принципы социальной действительности определяет содержание и смысл права. Поэтому регулятивная функция права как неразрывно связанное с правом явление, характеризующее право в действии, рождается вместе с обществом, а именно в момент возникновения социальных связей и отношений. Другими словами, регулятивная функция права появляется задолго до обретения правом своей формы и может оказывать упорядочивающее воздействие на общественные отношения и поведение людей вне формальных норм. Регулятивная функция права как целостного объективного явления как раз и направлена на то, чтобы создать эти нормы, выразить посредством этих норм соответствующие правовые положения, закрепить в них меру возможного и должного поведения человека.

Что касается позитивного права, то вывод о том, что его регулятивная функция возникает и начинает свою реализацию до обретения правом своей формы, представляется неверным по следующим основаниям. Позитивизм отождествляет право и закон [48]. Ж.-Л. Бержель указывает, что правовой (юридический) позитивизм состоит в том, чтобы признавать в качестве ценностей только нормы позитивного права и сводить любое право к нормам, действующим в данную эпоху и в данном государстве, не обращая внимания на то, справедливо это право или нет. Тогда право предстает некоей автономной дисциплиной, отождествляемой с волей государства, выражением которого такое право и является [49].

Таким образом, с точки зрения позитивизма, право представляет собой систему выражающих государственную волю общеобязательных норм (правил), направленных на регулирование общественных отношений, правил, установленных государством и охраняемых в случае нарушения силой государственного аппарата [50].

Поскольку в данном случае единственным творцом права признается государство, оно так или иначе должно сформулировать нормы права. Право, исходящее от государства, не является естественным, прирожденным правом человека. Оно вполне конкретно выражает волю создающего его государства. Очевидно, что воля государства может иметь широчайший спектр оттенков, она может быть направлена на достижение самых разнообразных целей, при этом разнообразие форм и методов достижения этих целей может быть несоизмеримо больше. В этих условиях государство должно сформулировать свою волю предельно ясно, четко и недвусмысленно. Только тогда можно ожидать, чтобы общественные отношения складывались и развивались в соответствии с замыслом государства. В противном случае цели правового регулирования не будут достигнуты. Именно поэтому для позитивного права крайне важна форма его выражения. Формальность (формальная определенность) позитивного права является одним из его важнейших признаков. Иными словами, позитивное право, не нашедшее форму своего внешнего выражения, попросту не является правом.

С.Л. Зивс отмечал, что «только объективизированная» («в определенной форме») норма становится общеобязательной правовой нормой» [51]. «Изложенные в проекте нормативного акта новеллы, - пишет В.М. Сырых, - до их принятия компетентным правотворческим органом не являются регуляторами общественных отношений и не реализуются в конкретных отношениях» [52]. Следовательно, до момента оформления позитивного права нет оснований говорить о его регулятивной функции, поскольку регулятивная функция права — явление, производное от основного явления - права, и непосредственно с ним связанное. Если основного явления не существует, производное от него явление не может существовать по определению. Регулятивная функция позитивного права возникает в тот момент, когда рождается само позитивное право, а именно тогда, когда оно обретает свою форму.

Однако, как неоднократно отмечалось ранее, теория позитивизма не отражает в полной мере сущности права как целостного, объективно возникшего, основанного на естественных принципах самой жизни социального регулятора. Правильным является более широкое понимание права, когда оно рассматривается как неотъемлемая органическая часть объективной реальности. Только такое понимание права дает возможность объективно проанализировать и оценить механизм действия (реализации) его главной функции - регулятивной.

Следует также отметить, что реализация регулятивной функции права, как впрочем и реализация всех остальных его функций, а также правовое регулирование само по себе не могут обойтись без некоторого «посредствующего звена», связывающего правовое регулирование с тем социальным эффектом, на достижение которого оно направлено. Речь идет о «психологическом механизме» правового регулирования [53]. Дело в том, что право воздействует на общественную жизнь только через волю и сознание людей, через их волевое, осознанное поведение [54]. Реализация правовых норм и, соответственно, реализация функций права не может быть осуществлена, если содержащиеся в правовых нормах правила поведения не восприняты их адресатами, если они не прошли через сознание людей. «Право, — писал в свое время выдающийся русский ученый-юрист И.А. Ильин, - только тогда осуществит свое назначение, когда правосознание примет его, наполнится его содержанием и позволит новому знанию влиять на жизнь души, определять ее решения и направлять поведение человека» [55]. В этой связи необходимой формой реализации регулятивной функции права является правосознание людей. По мнению Е.А. Лукашевой, правосознание является неотъемлемым элементом механизма правового регулирования [56].

С учетом изложенного, механизм действия (реализации) регулятивной функции права можно представить в виде системы последовательных элементов: 1) установление меры возможного и должного поведения людей (правил поведения) в правовых нормах (формирование права); 2) норма права как результат и форма выражения соответствующего правила поведения; 3) правосознание человека; 4) правоотношения; 5) состояние упорядоченности, внутренней согласованности социальной жизни (правопорядок) как окончательный результат действия регулятивной функции права. Поскольку указанные элементы механизма реализации регулятивной функции права образуют определенную последовательность, т.е. каждый последующий элемент данного механизма обусловлен наличием предыдущего, их также возможно именовать стадиями. В данной формуле отсутствует указание на юридические факты, акты реализации прав и обязанностей и другие элементы (стадии), которые иногда называются в качестве таковых при исследовании механизма правового регулирования, поскольку, с нашей точки зрения, все они охватываются рамками правоотношений - основной объективной формой и важнейшим элементом реализации регулятивной функции права.

Представляется, что вышеперечисленные элементы механизма реализации регулятивной функции права в той или иной мере характерны для каждой функции права, т.е. составляют механизм реализации любой другой функции права - охранительной, воспитательной, экономической и т.п. Различие в механизмах реализации разных функций определяется не видами соответствующих элементов и не последовательностью их расположения, а их конкретным содержанием (наполнением) при реализации различных функций, а также значимостью каждого элемента для осуществления той или иной функции. Такой элемент механизма реализации функций права как, например, правосознание имеет гораздо большее значение для реализации воспитательной функции права, чем для всех остальных, а правоотношения важнее для осуществления регулятивной функции права. Установление меры возможного и должного поведения (формирование правовых норм) также, безусловно, более значимо для регулятивной функции права, так как в этом, по сути, заключается существо данной функции.



[1] Подробнее об общих правоотношениях см., например: Матузов Н.И. Общие правоотношения и их специфика // Правоведение. 1976. № 3. С. 23 - 33.

[2] См.: Любашиц В.Я., Мордовцев А.Ю., Тимошенко И.В., Шапсугов Д.Ю. Теория государства и права. М.-Ростов н/Д., 2003. С. 549; Большая советская энциклопедия. Т. 21. М., 1975. С. 525.

[3] См.: Барнашова Л.П. Воспитательная функция советского права и правовое воспитание (к вопросу об их соотношении) // Вопросы теории права и государственного строительства. Томск, 1979. С. 38; Осипов А.В. Понятие и характерные черты соблюдения норм права // Вопросы теории государства и права. Вып. 8. Саратов, 1988. С. 72; Теория государства и права. Курс лекций. Под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. М., 2001. С. 95.

[4] См.: Венгеров А.Б. Теория государства и права. М., 2002. С. 497.

[5] Алексеев С.С. Общая теория социалистического права. Вып. 1. Свердловск, 1963. С. 145.

[6] Пиголкин А.С. Формы реализации норм общенародного права // Советское государство и право. 1963. № 6. С. 26.

[7] См.: Толстой Ю.К. К теории правоотношений. Л., 1959. С. 45.

[8] См.: Осипов А.В. Структура норм социалистического права и их реализация // Вопросы теории государства и права. Вып 7. Саратов, 1986. С. 77.

[9] Исполнение, соблюдение, использование различными субъектами правомочий, обязанностей, которые содержатся в нормативных актах, для удовлетворения своих потребностей и интересов образуют так называемую автономную форму реализации права. Правоприменение составляет авторитарную форму реализации. (См.: Завадская Л.H. Механизм реализации права. М., 1992. С. 3).

[10] Предписания иногда именуют также позитивными обязываниями (см., например: Алексеев С.С. Восхождение к праву. Поиски и решения. М., 2001. С. 265). Это различие в названии данного способа правового регулирования нисколько не меняет его существа, заключающегося в указании на должный активный вариант поведения. Следует отметить, что качественно иной способ правового регулирования — запрет - в сущности, тоже обязывание, но в отличие от предписания (позитивного обязывания), он предписывает пассивный вариант поведения своим адресатам.

[11] Хотя указанный взгляд на способы правового регулирования общественных отношений является традиционным для российской правовой доктрины (см., например: Алексеев С.С. Механизм правового регулирования в социалистическом государстве. М., 1966. С. 93 - 94; Алексеев С.С. Правовые запреты в структуре советского права // Правоведение. 1973. № 5. С. 44; Явич Л.С. Право и коммунизм. М., 1962. С. 61; Иоффе О.С. Юридические нормы и человеческие поступки // Актуальные вопросы советского гражданского права. М., 1964. С. 17), он разделяется не всеми учеными. Так, например, В.М. Горшенев не признает за таким способом правового регулирования как предписание самостоятельного значения, мотивируя это тем, что «элемент предписания присутствует и в дозволении, и в запрете. Именно с помощью права предписывается либо дозволяемый, либо запрещаемый вариант поведения. Предписание - общее свойство всех норм права независимо от того, какой способ воздействия они закрепляют». (Горшенев В.М. Способы и организационные формы правового регулирования в социалистическом обществе. М., 1972. С. 50). Из рассуждений ученого следует, что позитивные обязывания охватываются другим способом правового регулирования - дозволением, что однако противоречит элементарным принципам логики: дозволение - это всегда антипод, противоположность обязывания и в этой связи никак не может охватывать его своим содержанием. «Дозволение - это отсутствие запрета». (Матузов Н.И. Личность. Права. Демократия. Теоретические проблемы субъективного права. Саратов, 1972. С. 102). Поэтому позитивное обязывание представляет собой самостоятельный способ правового регулирования. (См.: Братко А.Г. Запреты в советском праве. Саратов, 1979. С. 10).

[12] См.: Гревцов Ю.И. Проблемы теории правового отношения. Л., 1981. С. 57.

[13] См.: Керимов Д.А. Проблемы общей теории права и государства. Т. 1. Социология права. М., 2001. С. 202.

[14] См.: Явич Л.С. Проблемы правового регулирования советских общественных отношений. М., 1961. С. 107-118.

[15] См.: Сорокин В.Д. Правовое регулирование: Предмет, метод, процесс (макроуровень). СПб., 2003. С. 88.

[16] Матузов Н.И. Права человека и общерегулятивные правоотношения // Правоведение. 1996. № 3. С. 37.

[17] Дагель П.С. Диалектика правового регулирования общественных отношений // Правоведение. 1971. №1. С. 51.

[18] См.: Шейндлин Б.В. Норма права и правоотношение // Вопросы общей теории советского права. Под ред. С.Н. Братуся. М., 1960. С. 134.

[19] Под объектом права ученый понимает такие внешние явления, на которые направлено регулятивное воздействие права. (См.: Алексеев С.С. Об объекте права и правоотношения // Вопросы общей теории советского права. Под ред. С.Н. Братуся. М., 1960. С. 286).

[20] Там же. С. 286-287.

[21] Там же. С. 287.

[22] См.: Малиновский А.А. Правовой вакуум - новый термин юридической науки // Государство и право. 1997. № 2. С. 109.

[23] См.: Протасов В.Н. Теория права и государства. Проблемы теории права и государства. М., 2001. С. 189.

[24] См.: Ильин И.А. Теория права и государства. М., 2003. С. 80.

[25] Трубецкой Е.Н. Труды по философии права. СПб., 2001. С. 380.

[26] Тарановский Ф.В. Энциклопедия права. СПб., 2001. С. 150.

[27] Коркунов Н.М. Лекции по общей теории права. СПб., 2003. С. 229.

[28] Алексеев С.С. Механизм правового регулирования в социалистическом государстве. М., 1966. С. 62.

[29] К прямо противоположным выводам приходит Ю.К. Толстой: «...регулируя поведение людей как участников общественных отношений, - пишет он, - право регулирует и те отношения, которые слагаются из действий людей». (Толстой Ю.К. К теории правоотношений. Л., 1959. С. 8).

[30] См.: Радько Т.Н. Методологические вопросы познания функций права. Волгоград, 1974. С. 93.

[31] Радько Т.Н. Теоретические и методологические проблемы функций социалистического права. Автореф. дис.... д-ра юрид. наук. М., 1978. С. 10.

[32] См.: Абдулаев М.И., Комаров С.А. Проблемы теории государства и права. СПб., 2003. С. 213.

[33] См.: Реутов В.П. О разграничении функций права и правового регулирования // Правоведение. 1974. № 5. С. 23.

[34] Там же.

[35] См.: Алексеев С.С. Механизм правового регулирования в социалистическом государстве. М., 1966. С. 5.

[36] См.: Витченко А.М. Метод правового регулирования социалистических общественных отношений. Саратов, 1974. С. 26.

[37] См.: Алексеев С.С. Механизм правового регулирования в социалистическом государстве. М., 1966. С. И.

[38] Там же. С. 34.

[39] См.: Теория государства и права. Курс лекций. Под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. М., 2001. С. 728.

[40] Радько Т.Н. Методологические вопросы познания функций права. Волгоград, 1974. С. 73. Следует отметить, что механизм реализации всевозможных функций права в целом и функций отдельных его отраслей не слишком отличается от механизма реализации регулятивной функции права, а напротив, весьма схож с ним. Так, например, воспитательная функция норм процессуального права, по мнению Н.А. Чечиной, реализуется через: содержание нормативных актов, фиксирующих правила поведения участников гражданского процесса; механизм осуществления правосудия по гражданским делам; содержание судебных актов, принятых в процессе рассмотрения и разрешения гражданских дел. (См.: Чечина Н.А. Воспитательная функция советского гражданского процессуального права. Л., 1972. С. 7 - 8).

[41] По мнению А.К. Марышева, нормы права исходят вовсе не от законодателя, они могут быть даже и не сформулированы. Важно, что они существуют и ими пользуются в правовом общении. (См.: Марышев А.К. О понятии правового общения // Правоведение. 1991. № 5. С. 39).

[42] Керимов Д.А. Законодательная техника. М., 1998. С. 5.

[43] Ллойд Д. Идея права. М., 2002. С. 288 - 289.

[44] См.: Мицкевич А.В. О разработке понятия права в советской юридической науке // Вопросы теории государства и права и трудового права. М., 1988. С. 31.

[45] См.: Бержель Ж.-Л. Общая теория права. М., 2000. С. 288.

[46] Цит. по: Кленнер Г. От права природы к природе права. М., 1988. С. 229.

[47] Коркунов Н.М. Лекции по общей теории права. СПб., 2003. С. 346 - 347.

[48] См.: Теория государства и права. Под ред. проф. В.М. Корельского и проф. В.Д. Перевалова. М., 2001. С. 226.

[49] Бержель Ж.-Л. Общая теория права. М., 2000. С. 48.

[50] См.: Теория государства и права. Под ред. В.П. Малахова, В.Н. Казакова. М., 2002. С. 52.

[51] Зивс С.Л. Источники права. М., 1981. С. 9.

[52] Сырых В.М. Прогнозирование эффективности норм права на стадии их разработки // Проблемы совершенствования советского законодательства. Т. 36. М., 1987. С. 18.

[53] См.: Алексеев С.С. Механизм правового регулирования в социалистическом государстве. М., 1966. С. 62.

[54] См.: Горшенев В.М. Способы и организационные формы правового регулирования в социалистическом обществе. М., 1972. С. 22; Гущина Н.А. Поощрительные нормы российского права. СПб., 2003. С. 61; Пронина М.Г. Стимулирующая функция гражданско-правовых санкций. Минск, 1977. С. 10; Миколенко Я.Ф. Право и формы его проявления // Советское государство и право. 1965. № 7. С. 54.

[55] Ильин И.А. Теория права и государства. М., 2003. С. 185.

[56] См.: Лукашева Е.А. Социалистическое правосознание и законность. М., 1973. С. 16 - 17.



← предыдущая страница    следующая страница →
12345




Интересное:


Понятие и принципы законодательного процесса
Правовая защита чести и достоинства личности
Правовая культура и правовая система современной России
Понятие позитивного права
Юридическая ответственность органов внутренних дел
Вернуться к списку публикаций