2013-09-28 01:47:46
ГлавнаяТеория государства и права — Общая характеристика доктринального толкования норм права



Общая характеристика доктринального толкования норм права


Принцип деятельности проходит стержнем через всю методологию познания права. Предпосылки, с которых мы начинаем, не произвольны, они - не догмы; это действительные предпосылки, от которых можно отвлечься только в воображении. Это - действительные индивиды, их деятельность и материальные условия их жизни, как те, которые они находят уже готовыми, так и те, которые созданы их собственной деятельностью. Несмотря на важность доктринального толкования, как отмечалось ранее, не исключен некоторый «субъективизм» [33], и здесь уместно заметить, что сам процесс толкования представляет собой деятельность, преследующую личные интересы интерпретатора. Такой процесс направлен на изложение своих выводов и доказательств, в каждом интерпретационном действии. Б.Ф. Ломов рассматривает деятельность в том плане, что она реализуется как система последовательно развертывающихся действий, каждое из которых решает частную задачу и может быть рассмотрено как некоторый шаг по направлению к цели.

Действия представляют собой осмысленные и внешне выраженные результаты субъектов и участников, связанные с познанием, оценкой, разъяснением, описанием и т.д. объекта толкования.

Для нашего исследования принципиально важным является выделение мыслительных действий, каждое из которых в психологи разграничивают на ориентировочную, исполнительную и контрольную части [34], а также внешне выраженные социально-преобразующие действия.

Ряд интерпретационных действий относится к вербальным, то есть процесс уяснения и разъяснения юридических явлений осуществляется с помощью естественных и искусственных, устных и письменных знаковых систем. Все они могут быть подразделены на гностические действия, направленные на получение знания о реальной действительности (объекте и предмете толкования), и социально-коммуникативные действия. Последние в свою очередь подразделяются на собственно-коммуникативные. Например, обмен нужной информацией и опытом между субъектами и участниками интерпретационной практики и организационные действия связанные, например, с подготовкой к толкованию.

Совокупность взаимосвязанных между собой действий по уяснению или разъяснению норм права в рамках процесса познания составляет операцию [35], направленную на достижение положительного результата толкования норм права.

Научное толкование как особый вид юридической деятельности требует в определенном порядке совершения следующих действий и мыслительных операций в структуре доктринального толкования, направленных:

а) на уяснение (например, нормы права). Оно характеризует гносеологическую природу процесса научного толкования, его направленность на познание и объяснение смысла правовых явлений.

Толкование в своем первом значении, внутренний мыслительный процесс, происходящий в сознании лица, применяющего правовую норму, — это необходимый подготовительный этап, предпосылка для правильного решения конкретного дела, проведения кодификационной работы, составления собраний и картотек законодательства, учета нормативных актов [36].

Толкование-уяснение [37] выступает как внутренний мыслительный процесс, не выходящий за рамки сознания самого интерпретатора.

Таким образом, уяснение нормы права представляет собой конкретную и предметную деятельность по творческому преобразованию нормы права с целью сделать ее содержание предельно ясным.

Это первое предварительное условие правильного понимания текста нормативного правового акта и содержащихся в нем норм права. Как было отмечено, имеется в виду познавательная функция толкования, раскрытие содержания объекта толкования для реального субъекта толкования - интерпретатора.

Уяснение смысла, например, правовой нормы, начинается с изучения текста (статьи или статей) нормативного правового акта. Выяснение подлинного содержания нормы права включает осмысление, уяснение основной ее цели и социальной направленности, всех особенностей нормы, текстуального изложения и др.

Толкование-уяснение является необходимым условием реализации правовых норм. Соблюдение, исполнение, использование и применение права невозможны без предварительного познания смысла правовых велений [38].

Тем самым уяснение является первичным элементом процесса толкования;

б) разъяснение (нормы права), вторичная составляющая процесса интерпретации.

«Результаты интеллектуально-волевой деятельности, по уяснению смысла норм, объективируются в виде акта-разъяснения, смысла мотивировочной части правоприменительного акта или юридического совета. Наиболее рельефно предшествующая познавательная деятельность усматривается там, где ставится специальная цель разъяснения смысла права» [39]. Такое утверждение отвечает исследуемой структуре доктринального толкования в целом.

При осуществлении коллективного, доктринального толкования, можно выделить промежуточную стадию, между процессами уяснения и разъяснения, которую назовем стадией обсуждения. В подтверждении наших выводов, приведем такой пример: при написании комментария к Налоговому кодексу РФ [40], принимали участие 30 научных деятелей, каждый из которых по своему смотрел на решение данного вопроса, в результате дискуссий и научного поиска компромисс мнений был найден. Вследствие этого, можно выделять такую стадию как обсуждение.

Разъяснение, рассматриваемое как интерпретационная деятельность, имеет своим содержанием способы и приемы [41] объяснения смысла и целей правовых норм [42]. Здесь наблюдается как бы совпадение процессов познания и объяснения, что, в свою очередь, является следствием двойственной природы процесса познания. Следственно, операции, обращенные на разъяснение права, представляют собой такие мыслительные действия в ходе познания нормы права, которые со всей четкостью подтверждают справедливость регулируемых общественных отношений.

В зависимости от ситуаций, необходимо учитывать, что действия, направленные на уяснение, могут повторяться и при разъяснении, хотя, как отмечает Н.Н. Вопленко, «уяснение как элемент процесса толкования может не перерасти в разъяснение» [43]. По его мнению, это происходит в тех случаях, когда казус имеет непосредственное отношение к субъекту толкования и разъяснение происходит самому себе.

Верно, что, с точки зрения права, никакое поведение, которое непосредственно не регулируется правом, тем самым не является разрешенным. Здесь утверждается необходимость действий и операций в структуре доктринального толкования, если они соответствуют логике содержания, заложенной законодателем в норме права, кроме того, они не ограничиваются теми способами и правилами, которые изучены юридической наукой, применительно к толкованию права.

В структуре доктринального толкования, как разновидности интерпретационной деятельности, используются разные способы и приемы, которые обеспечивают достижение ясности, доступности, убедительности смысла интерпретируемых объектов.

Не имея возможности подробно исследовать данную проблему, но, считая ее, необходимым элементом нашего диссертационного исследования, мы кратко рассмотрим лишь некоторые вопросы понятия, способов и приемов, а так же отдельные положения, на которых опирается интерпретационная практика в данном аспекте.

Все точки зрения о способах толкования можно объединить в несколько групп:

Н.Н. Вопленко указывает на комплексный подход в использовании приемов и способов толкования (филологического, систематического, историко-политического, логического) в качестве средств интерпретационной деятельности [44].

А.Ф. Черданцев, проведя классическое исследование способов толкования норм права верифицировал условия действия и взаимосвязи способов толкования: языкового, логического, систематического, исторического [45].

С.С. Алексеев отмечает, что общепризнанными способами являются языковой (или грамматический), исторический, систематический. Функциональный способ толкования не стал общепризнанным в науке. Спорным является и существование логического способа толкования [46].

А.Н. Карташов говорит, что в содержании интерпретационной практики существенную роль призвана играть интерпретационная техника и тактика. К средствам, он относит инструментальную часть-технику, а способы и правила толкования составляют важную часть интерпретационной тактики. В последнюю, кроме того, включаются принципы интерпретационной практики, научно разработанные основы ее организации и осуществления [47].

Говоря о такой проблеме, мы полагаем, что всегда будут мнения что-то исключить, или чем-то дополнить, категорию способов толкования. Так, Н.Н. Вопленко говорил, что способ толкования - понятие более емкое, включающее в себя ряд технических приемов и средств познания. В свою очередь, термин «прием» означает конкретное познавательное действие, движение мысли [48].

А.Ф. Черданцев заметил, что способ - это совокупность таких правил (приемов), однородных в определенном смысле. Термин «прием» обозначает отдельное мыслительное действие (правило) [49].

А.Н Карташов, рассматривая интерпретационную практику, высказал свое мнение по поводу способа, что это конкретные пути достижения намеченных целей и результатов с помощью конкретных средств и при наличии соответствующих условий и предпосылок интерпретационной практики [50].

Мы убеждаемся в том факте, что каждый из исследователей вопроса способов толкования, высказывая свою точку зрения, аргументирует ее, доказывает свое мнение, определенно делая свой вклад науку.

Средства мы анализируем как отдельный и необходимый элемент структуры доктринального толкования норм права.

Способ толкования мы рассматриваем как определенные действия для достижения поставленных целей и результатов при помощи определенных средств и приемов. В свою очередь, «прием» мы понимаем как конкретное мыслительное действие.

Обычно авторы выделяют и анализируют грамматический (словесный, филологический, языковой и т.п.) [51], логический, исторический (историко-политический), систематический и специально-юридический «способы» толкования. К названным способам некоторые авторы добавляют еще функциональный [52] и телеологический» [53] способ. Говоря о способах, имеем в виду множество спорных вопросов, противоречивых высказываний об их необходимости и целесообразности [54]. Мы соглашаемся с мнением В.Н. Карташова [55], которые так же выделяют, философский и психологический, социологический и нравственный, технический и другие способы толкования. К ним относятся любые научные и обыденные знания, используемые в процессе интерпретационной практики. Так, сформировавшиеся в сфере общественных отношений нравственные представления и идеи служат важнейшим средством познания, оценки и объяснения некоторых правовых терминов; изучение реальной действительности, материалов обобщения юридической практики, общественного мнения, использования конкретных социологических данных составляет основной аспект способов и приемов доктринального толкования норм права.

Целесообразнее всего, по нашему мнению, начинать с грамматического (филологического) способа толкования. Связано это с тем, что любая юридическая норма составляется прежде всего в письменном виде [56] с учетом особенностей языка, на котором составитель закладывает в текст определенный смысл.

В юридической литературе ряд авторов отождествляют грамматическое [57] и филологическое толкование. Для того чтоб иметь четкую определенность в нашем исследовании, и основываясь на выводах Ю.С. Ващенко [58], который разграничил данные способы толкования, мы будем говорить о грамматическом способе толкования.

Суть этого способа заключается в тщательной грамматико-синтаксической проработке буквы документа, в анализе слов, предложений и словесных формулировок. При грамматическом, а равно и текстуальном анализе слов, существенно важным, является все: и общеупотребляемое (общее) значение и исключительное (узкое) значение слова. Также нужно учитывать морфологические характеристики слов, составляющих документ, и их грамматические связи.

Содержанием грамматического способа толкования является совокупность мыслительных операций, путем использования соответствующих средств и способов, дающих возможность посредством разбора письменной речи устранить возможные противоречия текста и самого смысла нормы, между разными нормами, выяснить значения отдельных слов и всего текста в целом. В грамматическом способе подчеркивается важная роль построения предложения в тексте документа, использования союзов, предлогов, знаков пунктуации и т.д. Примером может служить, представленная процедура Т.В. Губаевой в качестве перифразы (греч. peri = вокруг + phraso = говорю) исходных юридических формул, замены их другими словами и описательными оборотами, передающими тот же смысл правового предписания, но с необходимыми уточнениями, большей ясностью и наглядностью, выделением существенных и дополнительных признаков объекта толкования и т.п.[59].

Средством грамматического толкования могут служить, графические знаки (например, буквы, служащие для обозначения на письме звуков речи), слова, которые делятся на определенные лексико-грамматические разряды, называемые частями речи (существительное, прилагательное, числительное, местоимение, глагол, наречие и т.п.), словосочетания, предложения, знаки препинания и т.п.

Слова выступают как основная единица языка [60], с их помощью выражается юридическая и иная действительность. В интерпретационной практике необходимо учитывать многозначность слов — полисемию, ее дефекты в правовых предписаниях, пути их преодоления в процессе грамматического толкования.

Словосочетания (соединение двух или более слов, связанных грамматически и по смыслу) позволяют отражать более сложные явления, процессы и отношения реальной действительности.

Предложения [61] - это основные синтаксические единицы, содержащие сообщение о чем-то, или вопрос, или побуждение. Для них характерна интонационная и смысловая законченность; они представляют собой отдельные высказывания.

Все предложения различаются по структуре и по своим функциям. Здесь важно учитывать разнообразные типы предложений (полные и неполные, простые и сложные, сложносочиненные и сложноподчиненные, односоставные и двусоставные, утвердительные и отрицательные, распространенные и нераспространенные, повествовательные и побудительные и др.). Каждое предложение по-своему показывает реалии действительности, в них закрепляется результат толкования и др.

Точка, запятая, точка с запятой, кавычки, скобки, тире, многоточие являются знаками препинания. В целом они предназначаются для обозначения в тексте пределов словесных отрезков, обеспечивают однозначное уяснение прочитанного или услышанного материала. Правильно расставленные знаки препинания позволяют интерпретатору «уловить» смысл толкуемого юридического предписания, расставить акценты на отдельных его положениях.

Переходя к рассмотрению способов и правил грамматического толкования, отметим, что указанные нами средства далеко не все, которые применяются в данном виде толкования.

Согласование, управление, примыкание, способы словосочетания; способы и правила расположения членов предложения (прямое, обратное), знаков препинания — существуют морфологические, синтаксические, звуковые и смысловые опознавательные признаки применения пунктуационных правил. Современное языкознание детально изучает, рассмотренные нами и другие способы.

При изучении и оценки лекций, статей, монографий, комментариев к кодексам, которые являются результатами доктринального толкования, мы пришли к выводу, что здесь используется официально-деловой стиль языка. Мы можем утверждать, что преимущественно, результаты доктринального толкования несут максимальную точность выражения, они ясны и просты в уяснении, несут логическую и грамматическую связанность и последовательность изложения, лаконичны и компактны и др.

Как было упомянуто, в интерпретационной практике выработан целый ряд правил грамматического толкования [62], мы выделяем следующие:

1) Словам юридических предписаний необходимо придавать тот смысл, в каком они употреблялись в момент издания, которое они имеют в соответствующем литературном языке, если нет причин и оснований для иной их интерпретации.

2) При толковании иностранных слов [63] им придается то значение, которое они приобрели в родном языке, если иное не оговорено в законодательстве реципиента.

3) Словам и выражениям необходимо придавать то значение, которое они имеют в соответствующем литературном языке, если нет причин и оснований для иной их интерпретации.

4) Если в самом правовом акте указано, в каком смысле нужно употреблять то или иное слово, его следует употреблять и интерпретировать именно в этом (легальном) смысле.

5) Слова должны толковаться не порознь, а в их связи, взаимодействии, системно.

6) Как при определении смысла отдельных слов, так и при установлении содержания юридических предписаний в целом, необходимо учитывать природу предписания (нормативная, индивидуальная и т.п.), стиль его автора.

7) Значение термина, установленного законодателем дня данного института (отрасли и т.п.) права, нельзя без достаточных оснований распространять на другие институты(отрасли и т.п.) права.

8) Идентичным формулировкам одного и того же правового акта нельзя придавать разное значение, если это не следует из данного правового акта.

9) Нельзя разным терминам придавать одно значение без достаточных к тому оснований и доказательств.

10) Недопустимо такое толкование, при котором отдельные слова и иные средства закона трактовались бы как лишние.

11) Слова, относящиеся к той или иной профессии, должны пониматься в соответствии с правилами профессии.

12) Технические термины должны объясняться опытными людьми. Это правило касается всех специальных терминов.

13) Слова следует понимать в соответствии с их предметом.

14) Не следует отступать от обычного смысла слов.

Отступление от указанных правил и положений, при доктринальном толковании норм права, может вызвать существенные ошибки, и соответственно повлечет определенные негативные последствия.

Естественным продолжением грамматического способа в процессе доктринального толкования норм права, является формально-логический способ толкования. Он играет важную роль для субъектов и участников, исследуемого вида толкования.



← предыдущая страница    следующая страница →
123456789




Интересное:


Функции государственного механизма
Понятие восстановительной функции права
Виды функций юридических фактов
Политическая динамика как элемент формы государства
Методологические основы анализа природы диспозитивных норм права
Вернуться к списку публикаций