2013-09-27 23:21:52
ГлавнаяТеория государства и права — Основания и виды доктринального толкования норм права



Основания и виды доктринального толкования норм права


Виды доктринального толкования норм права

Проблема видов доктринального толкования являются логическим продолжением и конкретизацией особенностей исследуемой позиции.

Данный аспект исследовался отечественными и зарубежными учеными, преимущественно официального толкования. Здесь авторы выделяют самые разнообразные виды толкования [1].

Проанализировав различные точки зрения по этому поводу, мы пришли к следующим выводам. Во-первых, к сожалению, авторы специально не занимались рассмотрением видов доктринального толкования. Во-вторых, мы поддерживаем точку зрения известного русского ученого Челпанова Г.И., который говори, что задача классификации заключается в том, чтобы распределить вещи на группы так, чтобы эти группы мыслились в порядке, который наиболее полезен для припоминания вещей и для определения их свойств [2]. Как отмечают М.И. Байтин и В.К. Бабаев, подлинно научная классификация как логико-предметная, творчески аналитическая обработка накопленных знаний и как ее результат, позволяет упорядочить накопленные знания об объектах (предметах, явлениях), а сами объекты определенным образом объединить и разграничить; а так же, служит необходимым условием дальнейшего их изучения [3]. Необходимое требование в исследуемом аспекте является то, чтобы пункты сходства, на основании которых мы составляем классы, были важны в практическом отношении [4].

Значимый элемент, направлен на то, чтобы она давала нам возможность сделать наибольшее число утверждений. Та классификация наилучшая, в которой предметы сходны друг с другом в возможно большем числе признаков [5].

Научно обоснованная классификация результатов доктринального толкования позволяет более четко определить их место в системе права, уяснить их предназначение и функции. Она имеет практическое значение как для совершенствования правоприменительной, так и правотворческой деятельности, так как способствует более правильному восприятию и уяснению действительного смысла и содержания законов.

Важное значение для правильной классификации имеют основания классификации, то есть наиболее существенные признаки, определяющие характеристику всех остальных объектов в данном разряде. По мнению М.И. Байтина и В.К. Бабаева, существенность того или иного признака как основания классификации определяется природой права как особого явления, его социальным назначением, а также теоретическими и практическими потребностями классификации. [6]

Учитывая теоретическую и практическую роль, а также, определенную условность и некоторую «пересекаемость» с отдельными видами толкования, доктринальное толкование может быть классифицировано по различным основаниям и критериям.

Особым критерием классификации, является форма закрепления результатов доктринального толкования в интерпретационных актах, обязательного и рекомендательного характера.

Важным элементом в данной категории является то, что результаты доктринального толкования формально выражаются в интерпретационных актах. В некоторых случаях, пройдя определенную процедуру, результат доктринального толкования может объективизироваться в интерпретационный акт, носящий обязательный характер. Мы отмечали о переплетении доктринального толкования с иными видами толкования. Так, если лицо (сотрудник НИИ МВД России, судья Конституционного Суда, зам. нач. института МВД по научной работе и т.д.) является ученым и интерпретирует право, а результат закрепляет в официальном акте[7], это есть доктринальное толкование норм права, которое носит обязательный характер для субъектов определенного круга общественных отношений.

Следовательно, в подобных случаях, мы выделяем, содержание интерпретационного акта, как результат научного поиска, и обязательный характер такой формы выражения.

В таком случае, доктринальное толкование, выраженное в официальной «оболочке», характеризуется обязательностью. Такой результат доктринального толкования касается всех лиц и органов, оказывающихся в одинаковых фактических ситуациях, подпадающих под действие конкретных норм права, и должно строго и неуклонно учитываться в процессе применения и других форм реализации права.

Доктринальное толкование, даваемое учеными, и закрепленное в интерпретационный акт не обязательного характера [8], будет рекомендательным. Оно служит вспомогательным элементом в практической деятельности юристов, следователей, прокуроров, адвокатов и других заинтересованных лиц. Помогает уяснить право студентам, слушателям, курсантам, адъюнктам, преподавателям и другим участникам общественных отношений.

Исходя из рассмотренного вида, следующим критерием классификации результатов доктринального толкования выступает сфера действия интерпретационных актов (нормативное, казуальное).

Нормативное доктринальное толкование, характеризует степень его обязательности и распространенности на субъектов права, на определенной территории. Данный признак определяет юридическую значимость конкретного интерпретационного акта доктринального толкования.

Оно призвано обеспечивать повсеместное единообразное и правильное разрешение определённых категорий юридических дел, способствовать соблюдению законности в деятельности органов государства и должностных лиц. Большинство авторов считает, что акты нормативного толкования содержат неперсофицированные (общие) по отношению к адресатам разъяснения, рассчитанные на типичные жизненные обстоятельства, и действуют во всех случаях совместно с толкуемыми нормами права и другими юридическими предписаниями. Государственная обязательность нормативного толкования отражает специфику властной деятельности представителей государства по решению находящихся в их ведении правовых вопросов. Они формулируют разъяснения правовых норм, которые обязательно должны учитываться субъектами правоприменения.

Акты [9] нормативного доктринального толкования выступают в виде решений Конституционного Суда РФ.

Казуальное доктринальное толкование - это особый способ выражения и проявления данного вида толкования в связи с конкретным юридическим делом (казусом) для правильного его разрешения.

В ходе рассмотрения и разрешения конкретных юридических дел компетентные органы и должностные лица (судьи Конституционного Суда) толкуют правовые нормы с целью их правильного и законного применения к индивидуальной жизненной ситуации. Разовое значение казуального разъяснения означает, что формально оно касается только данного жизненного случая. Мы поддерживаем мнение Тарасова В.В., что отличительной особенностью актов казуального толкования, является то, что они обладают индивидуальным характером. Казуальные разъяснения применимы и обязательны для решения только того дела в отношении которого они даны, поэтому их нельзя распространять на другие дела. Каждое дело имеет специфические особенности и казуальное разъяснение может быть дано с учетом именно этих особенностей, отсутствующих в другом однородном деле [10]. Подобного же мнения придерживаются и другие авторы (А.С. Пиголкин, Н.Н. Вопленко и др.). Так, А.С. Пиголкин указывает, что «казуальное толкование имеет место там, где в процессе правоприменения ставится специальная цель разъяснить норму, (например, разъяснение Конституционного суда по поводу и в связи с рассмотрением дела, если решения или определения нижестоящих судов по нему являются неправильными, несоответствующими закону)» [11].

Таким образом, персонифицированный характер [12] данной разновидности интерпретации суть распространение её на персонально определённых участников дела.

Критерием классификации доктринального толкования также выступает способ выражения и закрепления его результатов (устное, письменное).

Устная форма выступает внешней материальной оболочкой, интеллектуально-волевой деятельности интерпретатора. Разъяснение смысла права в устной форме располагает помимо множества аргументов, доводов и соображений дополнительными возможностями регулятивного воздействия: манерой речи, тоном, темпом и др. Устная форма выражения [13] понимания права, отличается непосредственностью, доступностью, индивидуально сформированным отношением ученого к предмету и объекту познания.

Письменное толкование формализовано [14], обладает более узким набором коммуникационных средств и менее подвержено влиянию социальных и психологических особенностей интерпретатора. При закреплении результатов доктринального толкования в официальном или неофициальном акте, закон требует чётких, лаконичных разъяснений и мотивировок принятого решения с приведением доказательств. Задача законного и обоснованного применения права имеет здесь преимущественную роль.

Письменное толкование является необходимым условием обеспечения законности. Это означает, что форма данного толкования подчинена форме соответствующего акта [15].

Анализируя данное направление, мы полагаем, что следующим критерием классификации доктринального толкования, может быть, правовое положение интерпретатора (в органах государственной власти или в обществе).

На основании исследований, проведенных в нашей работе, выделяем правовое положение субъекта доктринального толкования:

а) в государственных органах (Министерства юстиции РФ и т.д.) и негосударственных образований (общественных организаций, органов местного самоуправления и т. п.);

б) в представительных и исполнительных органах государственной власти;

в) в судах (кассационных и уставных, арбитражных и т.д.);

г) в контрольно-надзорных органах (прокуратуры и т.д.).

Приведем несколько примеров: 1. Сотрудник милиции, прокуратуры и т.д., занимаясь исследованием в области юриспруденции, обучается в адъюнктуре, на заочной (очной) форме, или имеет ученую степень, является субъектом доктринального толкования. Толкуя ту или иную норму права, он, конечно же, будет учитывать свой научный подход, и потенциал, не зависимо от ситуации в которой он находится. Так, Боголюбова Т.А. [16] старший советник юстиции, имеет ученую степень доктора юридических наук, дает научное толкование главам 3, 4, 10, 29 Уголовно-процессуального кодекса РФ. Заместитель министра юстиции РФ Карлин А.Б., совмещая свою профессиональную деятельность с научной, является профессором, комментирует [17] статьи Уголовно-исполнительного кодекса РФ.

В рассмотренных и некоторых других случаях, совмещение практической и научной деятельности основывается не на профессиональной «почве». Здесь преобладает стремление интерпретатора в нахождении истинности, в праве, с помощью научного поиска, что ведет к повышению уровня результата доктринального толкования.

Другой пример. Анализируя результаты доктринального толкования права, мы выяснили, что постатейный комментарий к Уголовному кодексу РФ под редакцией А.И. Чучаева [18] был написан 18 авторами, все они имеют научные или ученые степени, что не дает нам право сомневаться в их научной интерпретации. Одним из субъектов толкования данного комментария является гр. Друзин А.И. имеющий степень кандидата юридических наук, но в то же время он занимает пост заместителя главы администрации Ульяновской области. Данный факт на наш взгляд еще более усиливает авторитетность такого толкования.

2. Судья, независимо Конституционного, Верховного, Арбитражного Суда, имея ученую степень (доктора или кандидата юридических наук), ученое звание (например, профессор), проводит лекции, разъяснения, выносит решения и т.д. В таком случае несомненно, мы полагаем, что такая деятельность основывается на научно-обоснованном подходе, и тем самым является результатом доктринального толкования. Пример: Ренов Э.И. профессор, заместитель председателя Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Панова И.И. доктор юридических наук, судья Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, дают интерпретацию [19] статьям Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Как мы отмечали, именно совмещение научной и практической деятельности становится идеальной предпосылкой для квалифицированного, безошибочного доктринального толкования права.

Рассматривая указанную классификацию, бывают случаи, когда приходится оспаривать то или иное толкование закона [20], которое сделано высоким должностным лицом. Необходимо иметь в виду, что толкование закона, данное Пленумом Верховного Суда России, можно критиковать как и собственно закон, но для судебных инстанций и правоохранительной системы в целом это толкование равносильно закону и подлежит обязательному применению.

При определении видов доктринального толкования, мы обратили внимание, что большинство отечественных авторов различают акты аутентического и делегированного толкования. Данную позицию они связывают только с официальным толкованием.

Не углубляясь в исследование данного аспекта, попытаемся доказать закрепление результатов доктринального толкования в актах аутентического и делегированного толкования.

Право аутентического толкования логически вытекает (argumentum а majori ad minus) из права издания нормативных актов. Если тот или иной орган обладает нормотворческой компетенцией, то он обладает и компетенцией толкования своих нормативных актов. Следовательно, аутентическое толкование, это разъяснение, исходящее от того же самого органа, который издал толкуемую норму. В статье 83 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» записано: «Решение Конституционного Суда Российской Федерации может быть официально разъяснено только самим Конституционным Судом Российской Федерации в пленарном заседании или заседании палаты, принявшей это решение по ходатайству органов и лиц, имеющих право на обращение в Конституционный Суд Российской Федерации, других органов и лиц, к которым оно направлено», полагаем, что такой же инициативой мог бы обладать и сам Конституционный Суд РФ и его члены-судьи. «О разъяснении решения Конституционного Суда Российской Федерации выносится определение, излагаемое в виде отдельного документа и подлежащее опубликованию в тех же изданиях, где было опубликовано само решение» [21].

В соответствии с данной статьей, актом аутентического толкования будет, например, определение Конституционного Суда РФ от 24 февраля 1998 года «О разъяснениях постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24 февраля 1998 года по делу о проверке конституционности отдельных положений статей 1 и 5 Федерального закона от 5 февраля 1995 года «О тарифах, страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Государственный фонд занятости населения Российской Федерации и в Фонд обязательного медицинского страхования на 1997 год» [22]. В таком случае содержание акта аутентического толкования будет результат научного поиска, то есть научное толкование.

Если тот или иной орган может давать толкование своих нормативных актов применительно к целой категории дел, то тем более он имеет право толковать свои акты и применительно к конкретному делу, если возникает такая необходимость, то есть давать казуальное, аутентическое токование.

О делегированных актах толкования обычно пишут в литературе в том смысле, когда компетентный правотворческий орган на основании закона или иного нормативно-правового акта наделяет определенного интерпретатора (государственное или негосударственное учреждение) полномочиями давать толкование правовым актам (нормативно-правовым, правоприменительным, интерпретационным и т.д.), которые издаются другими органами и т.д.

Мы разграничиваем результаты доктринального толкования, данные коллективно или единолично. В первом случае мы говорим о двух и более ученых [23], которые толковали право, а результатом стал единый интерпретационный акт. Во втором, интерпретатор, выступает от своего лица [24].

Отдельным критерием классификации, является сфера общественной жизни, в отношении которой, интерпретируется право. Здесь можно выделить, интерпретационные акты доктринального толкования в области экономики, политики, здравоохранения, образования, культуры, и т.д.

Весьма близкой к вышеуказанной, но имеющей, на наш взгляд, самостоятельное значение, имеет классификация интерпретационных актов по отраслевому признаку. В данном случае выделяются акты доктринального толкования материального и процессуального, конституционного и гражданского, административного и трудового, семейного и иных отраслей права.

Весьма распространенным примером такого вида толкования являются комментарии к уголовно-процессуальному, гражданско-процессуальному [25], административному, трудовому [26] и т.д. кодексу.

Классифицируются акты доктринального юридического толкования по объектам интерпретационной направленности.

Возможно выделение актов научного толкования, которые раскрывают содержание и форму:

а) актов, входящих в разнообразные правовые системы;

б) нормативно-правовых, правоприменительных, интерпретационных и других правовых актов, являющихся результатами соответствующих разновидностей юридической практики в правовой системе российского общества;

в) законов и подзаконных нормативно-правовых актов и др.

В юридической литературе результаты доктринального толкования, которые выражаются в письменной форме, можно подразделить по наименованию (комментарии, монографии, и т.д.).

В зависимости от результатов интерпретационной практики и объема разъяснений, выделяются акты буквального, расширительного и ограничительного толкования.

По кругу субъектов, результаты доктринального толкования могут быть адресованы индивидам (гражданам), организациям (государственным и негосударственным, правоохранительным органам и т. п.), всем субъектам общественных отношений.

На основании того, что доктринальное толкование может закрепляться в интерпретационных актах обязательного и необязательного значения, а указанные виды имеют свою природу, мы выделяем такой элемент классификации интерпретационных актов доктринального толкования, как по времени действия. То есть результаты доктринального толкования могут быть бессрочными, постоянными и временными, вступающие в юридическую силу и нет и др. Примером бессрочного доктринального толкования, результат которого не вступает в юридическую силу, выступают комментарии к трудовому, административному, гражданскому кодексу и др. Результаты доктринального толкования закрепленные в интерпретационных актах обязательного характера, могут быть постоянными и временными, вступать в юридическую силу и прекращать свою обязательность.

Рассмотренный перечень не исчерпывает все возможные классификации интерпретационных актов доктринального толкования норм права. Такая множественность демонстрирует не столько степень разработанности проблемы доктринального толкования, сколько необходимость дальнейшей, серьёзной, научной работы, с целью разрешения стоящих перед ней задач.


Надежин Георгий Николаевич



[1] Подробнее см.: Алексеев С.С. Общая теория права. — Т. 2. - С. 313-316; Вопленко Н.Н. Указ. соч. - С. 60-67; Спасов Б. Указ. соч. - С. 219-229; Тарасова В.В. Указ. соч. - С. 75— 150; Хабриева Т.Я. Толкование Конституции Российской Федерации. - С. 51-63; Черданцев А.Ф. Толкование советского права. - С. 150; и др.

[2] См.: Челпанов Г.И. Учебник логики. - М., 1994. - С. 168.

[3] См.: Нормы советского права. Проблемы теории / Под ред. М.И. Байтина и В.К. Бабаева. -Саратов, 1987. - С. 157.

[4] См.: Челпанов Г.И. Учебник логики. - М., 1994. - С. 168.

[5] Там же. - С. 168-169.

[6] Нормы советского права. Проблемы теории / Под ред. М.И. Байтина и В.К. Бабаева. - Саратов, 1987. - С. 158.

[7] Постановление Конституционного Суда Российской Федерации по делу о проверке конституционности пункта один статьи 2 Федерального закона. «Об обеспечении конституционных прав граждан Российской Федерации избирать и быть избранными в органы местного самоуправления» от 26 ноября 1996 года в связи с запросом Тульского областного суда от 3 ноября 1997 года // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. – 1997. – С. 2-8.

[8] См.: Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Под ред. В.В. Яркова. - М., 2003.

[9] Постановление Конституционного Суда Российской Федерации по делу о проверке конституционности ряда нормативных актов города Москвы и Московской области, Ставропольского края, Воронежской области и города Воронежа, регламентирующих порядок регистрации граждан, прибывающих на постоянное жительство в названные регионы от 4 апреля 1996 года // Конституционный Суд Российской Федерации: Постановления. Определения. 1992-1996. - М., 1997. - С. 418-434.

[10] См.: Тарасов В.В. Указ. соч. - С. 21.

[11] См.: Пиголкин А.С. Толкование нормативных актов в СССР. - С. 151; Общая теория права / Под ред. А.С. Пиголкина. - М., 1995. - С. 292.

[12] См.: Шайхутдинов Е.М. Интерпретационные акты: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. – Красноярск, 2004. – С. 15.

[13] Наиболее распространенной формой устного доктринального толкования, является лекция ученого.

[14] Особое мнение судьи Конституционного Суда РФ Олейника по делу о толковании положений части 4 статьи III Конституции РФ от 11 декабря 1998 года // Вестник Конституционного Суда РФ. - 1999. - № 2. - С. 31- 34; Комментарий к Кодексу законов о труде Российской Федерации / Под общ. ред. В.И. Шкатуллы. - М., 1997.

[15] См. ст. 74. Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

[16] См.: Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РФ / Под общ. и науч. ред. А.Я. Сухарева. – М., 2004. – Гл. 3, 4, 10, 29.

[17] См.: Уголовно исполнительный кодекс РФ. Официальный текст. Историко-правовой комментарий первого заместителя министра юстиции РФ А.Б. Карлина. - М., 2004.

[18] Постатейный комментарий к Уголовному кодексу РФ./ Под ред. Л.И. Чучаева - М., 2004.

[19] Комментарий к Кодексу Российской Федерации об административных правонарушениях. / Под общ. ред. Э.П. Ренова. - М., 2004.

[20] См.: Слоновский Ю.В. Процессуальное положение и основы методики работы адвоката в уголовном деле. - Москва, 2001. - С. 23.

[21] См.: СЗ РФ. - 1994.-№ 13.-С. 14-17.

[22] Российская газета. - 1998. - 3 декабря.

[23] См., например: Соловей Ю.П. Комментарий к Закону Российской Федерации «О милиции» / Ю.П. Соловей, В.В. Черников. - М., 2001.

[24] Особое мнение судьи Конституционного Суда РФ Олейника по делу о толковании положений части 4 статьи 111 Конституции РФ от 11 декабря 1998 года // Вестник Конституционного Суда РФ. - 1999. - № 2. - С. 31-34.

[25] Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу РСФСР. - М., 1996.

[26] Комментарий к Кодексу законов о труде Российской Федерации / Под общ. ред. В.И. Шкатуллы. - М., 1997.



← предыдущая страница    следующая страница →
123




Интересное:


Особенности структуры диспозитивных норм права
Порядок внесения законопроектов в Государственную Думу и другие законодательные органы
Разделение властей: конституционное закрепление в Российской Федерации
Причины возникновения и пути разрешения коллизий института юридической ответственности.
Республики, их характерные признаки и виды
Вернуться к списку публикаций