2013-09-27 23:21:52
ГлавнаяТеория государства и права — Основания и виды доктринального толкования норм права



Основания и виды доктринального толкования норм права


Основания доктринального толкования в интерпретационной практике

В свете изложенного очевидна актуальность определения места и роли доктринального толкования в системе интерпретационной и правоприменительной практики.

Роль и место доктринального толкования в системе средств и способов познавательной и разъяснительной деятельности возрастает и обусловливается в связи со следующими факторами:

- обновлением законодательства на базе новой Конституции РФ;

- образованием конституционных судов и приглашением в них экспертов;

- сменой ценностных ориентиров в правотворчестве, когда на первый план выдвигаются основные права и свободы человека, их обеспечение в свете концепции правового государства, взаимной ответственности государства и гражданина;

- политической ролью реформ в обществе, подъемом правовой активности субъектов правоприменительной деятельности;

- учитывая дальнейшую демократизацию правовой политики государства, когда практически все законодательные акты стали доступными субъектам правоотношений, доктринальное толкование открывает новый потенциал для повышения качества правового сознания с выходом на практику реализации правовых норм;

- происходит возрастание роли права как средства общественного прогресса и т.д.

Наряду с этим, возникает острая необходимость в свободной от политических интересов, научной интерпретации юридических понятий, категорий и принципов.

Учитывая то обстоятельство, что мы рассматриваем, результаты доктринального толкования в двух аспектах. С одной стороны, они носят обязательный характер, с другой рекомендательный. Представляется необходимым определение места и роли, результатов научного толкования, закрепленных в неофициальных интерпретационных актах.

На сегодняшний день в юридической литературе встречаются различные подходы к определению понятия и основаниям классификации неофициального толкования. Неофициальное толкование - разъяснение смысла, содержания и назначения статьи закона (подзаконного акта) или института, отрасли, всей системы действующего законодательства, предлагаемое общественными организациями, культурно просветительными учреждениями, отдельными лицами [1]. В определении места доктринального толкования, в структуре разновидностей неофициального толкования, мы столкнулись с тем, что многие авторы выделяют только доктринальное и обыденное толкование, другие авторы, компетентное и обыденное, а некоторые правоведы указывают на существование научного, компетентного и обыденного толкования.

Учитывая изученный материал по проблеме толкования права [2], мы приходим к выводу, что неофициальное толкование подразделяется на виды: научное толкование; компетентное (профессиональное) толкование; обыденное толкование.

Процесс толкования права носит объективный характер, подчиняясь существующим независимо от нашего сознания законам диалектической логики. Он носит творческий, созидательный характер в теории познания. Для определения места и роли, результатов доктринального толкования в структуре неофициальной интерпретационной практике, логически возникает проблема тождества и различия, интерпретационных актов официального и неофициального характера, которая существенно влияет на познавательную и интерпретационную деятельность.

Надо иметь в виду, что весьма условным может быть различие между доктринальным толкованием и интерпретацией, которую дают органы и должностные лица государственной власти, а в отдельных случаях такую грань провести вообще не возможно. В идеале каждое официальное толкование должно базироваться на последних научных достижениях, на разъяснениях, исходящих от авторитетных ученых. Ранее И.Е. Фарбер, отрицая необходимость самостоятельного выделения доктринального толкования, указывал, что «деятельность государственных органов по толкованию законов должна исходить из научного понимания права» [3], то есть уже носит доктринальный характер.

Некоторое смешение доктринального и официального толкования права находим мы и у В.В. Лазарева. По его мнению, научное толкование, может быть как официальным, так и неофициальным [4]. В той своей части, в какой доктринальное толкование норм права лежит в основе официального толкования, оно является официальным доктринальным толкованием. Те же научные интерпретации права, которые не были восприняты и отражены в актах официального толкования права, необходимо отнести, по его мнению, к неофициальному доктринальному толкованию.

В действительности, подтверждая точку зрения В.В. Лазарева, то и другое толкование зачастую перекрещиваются, но совпадают, только в частных случаях. Например, в случае толкования законов Конституционным Судом. Сообразно этому, доктринальное толкования, находит свое выражение, в актах официального толкования. Если же, судья Конституционного Суда, дает интерпретацию права, вне рабочей обстановки (на семинарах, научных консультациях, во время перерывов и т.д.), не зависимо в письменном или устном виде, такое толкование будет доктринальным и неофициальным.

Доктринальное толкование осуществляют [5] ученые-правоведы, юристы- практики и их коллективы, специальные научно-исследовательские учреждения или их группы. Такое толкование обогащает официальное толкование в выработке единства взглядов, подходов к процессу толкования права и квалифицированной реализации его результатов.

Доктринальное толкование, выраженное в неофициальных интерпретационных актах (монографиях, научных статьях, комментариях и т.д.), пользуется большим спросом у практических работников (сотрудников дознания, следствия, суда и т.д.). Трудно найти юриста, который не пользовался бы в затруднительных случаях комментариями нормативных актов. В сложных делах практические работники стараются всегда получить консультацию специалиста-ученого. В действительности, вне зависимости от официального признания в качестве источника права мнения ведущих юристов так или иначе находили свое отражение в юридической практике. Наука, вопреки сложным обстоятельствам жизни, в конечном итоге всегда открывала дорогу в практику. Одно, из самых давних умозаключений, по этому вопросу, которое приобрело свое практическое закрепление в ст. 8 ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации», воззрения Анри де Сен-Симона (1760-1825) на государство и право, которое преимущественно определялось его концепцией исторического прогресса. Он считал, что человеческое общество «закономерно развивается по восходящей линии. Двигаясь от одной стадии к другой, оно стремится вперед, к своему «золотому веку». Стадию теологическую, охватывавшую времена античности и феодализма, сменяет метафизическая стадия. Вслед за ней начнется стадия позитивная; установится такой общественный строй, который сделает «жизнь людей, составляющих большинство общества, наиболее счастливой, предоставляя им максимум средств и возможностей для удовлетворения их важнейших потребностей». Если на первой стадии господство в обществе принадлежало священникам и феодалам, на второй — юристам и метафизикам, то на третьей оно должно перейти к ученым [6]. Закрепление в ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации», возможности привлечения в качестве равноправных участников процесса, в том числе и ученых-юристов [7], значительный шаг в признании роли и значения юридической науки.

При рассмотрении интерпретационных актов официального и неофициального характера, содержательная сторона толкования права имеет важное значения. Как мы отмечали, в исключительных случаях официальное толкование, по своему содержанию, может являться доктринальным толкованием. В таком случае важно только то, кто толкует право. Что касается официальности, рассматриваемого толкования права, то именно уполномоченный субъект такого толкования (а никто другой) является его «автором». То, что последний является ученым в области права, и использует при толковании права научные умозаключения, нисколько не умаляет его «авторства», поскольку именно он придает этим результатам юридическую силу и несет за свое решение ответственность.

Таким образом, это еще раз доказывает, что если субъект доктринального толкования интерпретирует право, а результат, носит обязательный характер, то такое толкование будет, официальным по форме выражения и доктринальным по своему содержанию, то есть официально-доктринальное толкование. Результат тех же действий, выполненных тем же субъектом, будет называться доктринальным толкованием, если он не будет нести обязательного характера.

Говоря о роли доктринального толкования норм права, В.В. Лазарев справедливо пишет: «...официальное нормативное толкование, чтобы быть вполне научным, должно опираться не на преходящие соображения целесообразности в решении возникающих дел, а на созданные доктриной и подтверждаемые практикой научные ценности, имеющие в условиях данного места и времени непреходящее значение» [8]. Поэтому в идеале официальное толкование права всегда должно опираться на соответствующие научные положения, которые более объективно отражают содержание права чем представления, возникшие под влиянием соображений целесообразности.

Исследуя данный вопрос, найдем тождество доктринального толкования права и официального толкования права. Указанные виды толкования норм права, как вид юридической деятельности, оставаясь дискуссионным в юридической науке и практике, имеют разные точки зрения на определение своего содержания. Изучение этого вопроса, проведенное Н.Н. Вопленко, доказывает содержание толкования, как уяснение и разъяснение правовых норм, при этом подчеркивая две особенности в этих процессах [9]:

во-первых, определенный мыслительный процесс направляется на установление смысла (содержания) норм права;

во-вторых, результат мыслительного процесса, выраженный в совокупности суждений (грамматических предложений), раскрывающих содержание толкуемых норм, является доказательством не только условий толкования, но и разъяснения государственной воли, выраженной в нормативных актах.

Из логических правил вытекает, что доктринальное толкование и официальное толкование права имеют общие гносеологические и методологические корни, способы, приемы, подходы к толкованию. Тождество форм толкования как определенного познавательного процесса имеет место на всех стадиях правового регулирования: в ходе правотворчества, систематизации права, в процессе его реализации.

Тождественны и основания, вызывающие к жизнедеятельности доктринальное толкование и официальное толкование. Среди них наиболее рельефно выступает цель — необходимость обеспечения единства в правильном понимании и применении норм права, всеми участниками правоотношений. Данное основание нашло свое подтверждение в п. 2 ст. 46 Конституции Российской Федерации: «Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суде». Мы прослеживаем слияние и взаимосвязь причины и ее правовых гарантий, закрепленных в Конституции Российской Федерации. Вытекающая категория юридических причин вызвана необходимостью единства подходов к толкованию норм российского права. Практически все жизненные вопросы и ситуации требует четких ответов, которые может в правоприменении дать толкование: «Особенности формулирования норм права (краткость, лаконичность, специальная терминология), их смысловые связи с другими нормами, отсылки к иным социальным нормам и оценкам, а также недостатки законодательной техники порождают необходимость толкования» [10].

Доктринальное толкование норм права, как и официальное, подчинено установившимся законам и правилам формальной и диалектической логики. Это доказывает не только изменившиеся условия правоприменения, но и всю диалектическую совокупность способов и правил толкования. Данное положение накладывает отпечаток и на сам процесс толкования, придавая ему форму логического тождества официального и неофициального толкования.

Существуют особенности, которые подчеркивают различие между результатами доктринального толкования, которые закреплены в актах официального и неофициального характера. Исследование условий толкования норм права позволяет в различии увидеть то важное, что определяет доктринальное толкование как самостоятельное средство интерпретационной деятельности. Отличительным признаком результатов доктринального толкования закрепленных в интерпретационных актах неофициального характера, является произвольность его формы и в правовом плане - необязательность для юридической практики, то есть результат такого толкования юридической силы не имеет. Акты интерпретации официального характера, содержание которых, стало результатом научной деятельности ученого, имеют юридическую силу, и являются обязательными для всех субъектов общественных отношений.

Что же является основанием интерпретационной деятельности?

Основания возникновения интерпретационной практики [11], это такие обстоятельства реальной жизни, которые с необходимостью требуют уяснения и разъяснения правовых явлений, установления подлинности содержания и формы правовых понятий, предписаний и т.д.

Все основания интерпретационной практики, в юридической литературе разграничивают на две большие группы [12].

Первую составляют нормативно-правовые предписания, закрепляющие полномочия (компетенцию) определенных субъектов на официальное толкование соответствующих нормативных и иных правовых актов. Условно их можно назвать нормативно-правовыми основаниями.

Вторую группу составляют фактические основания интерпретационной практики. В большинстве случаев реальная действительность «сама указывает» на разнообразные социальные ситуации, порождающие интерпретационный процесс.

Примерный перечень фактических оснований складывается также в ходе интерпретационной практики, составляя важнейший элемент интерпретационного опыта, либо вырабатывается юридической наукой.

Рассматривая основания интерпретационной практики, представляет интерес мнение австралийских ученых Д.Дж. Джиффорд и К.Х. Джиффорд которые пишут [13], что необходимость в интерпретации статутов может возникнуть из-за: терминологического несовершенства закона (отсутствие точного значения использованных слов, определенное слово имеет более одного значения, смысл слова изменился со временем); факта, что слова не имеют единого для всех универсального значения; невозможности предвидеть обстоятельства, при которых законодательство будет применяться; отсутствия преобразований закона, когда изменились предполагаемые обстоятельства или появились новые; отсутствия технических знаний автора законопроекта, когда законопроект касается технической области; недостаточного знания автора законопроекта о существовании иных статутов и делегированного законодательства или судебных решений; поспешности при подготовке законопроекта; существования различных актов, решающих аналогичные вопросы иным или несовместимым с данным законом способом; изменений, которые недостаточно связаны с иными положениями закона, в который они внесены; несоблюдения требований одинакового использования одинаковых слов на протяжении всего акта; последующего использования слова в ином смысле, чем тот, в котором оно было первоначально определено в статуте; факта, что законы, как правило, составляются в общей форме, а принимаются в специфических обстоятельствах; абсурдностей или несообразностей, возникающих из-за чрезмерно длинных статутных положений и стиля проекта; и т.д.

Мы согласны с мнением российского правоведа А.Ф. Черданцева [14] в том, что необходимость толкования обусловлена признаками норм права, особенностями форм их выражения вовне и функционирования, а именно: общим (абстрактным) характером норм права и их реализацией в конкретных жизненных обстоятельствах; появлением в общественной жизни новых общественных отношений, не существовавших в момент создания нормативного акта или не получивших широкого развития, которые, однако, имел в виду законодатель в силу абстрактного характера норм права, охватив их правовым регулированием; особенностями тесного, текстуального оформления норм права, когда отсутствует совпадение понятий и слов, суждений и предложений и т.д.; применением специальных юридических терминов или терминов других отраслей знания; из системности норм права, функциональных связей норм права и т. п. Весьма интересна в этом вопросе точка зрения Спасов Б.П., он отмечает, что неясность правовой нормы может внешне проявиться в следующих формах: недостаточная определенность; недостаточная точность тех или иных слов и выражений в нормативном акте; неполнота нормы, когда законодатель не принял во внимание некоторые стороны общественного отношения, которые он хотел урегулировать; внутреннее противоречие самой правовой нормы [15].

При сравнительном анализе и обобщении указанных точек зрения на данную проблематику, в дальнейшем мы исходим из того, что необходимость доктринально толкования обусловлена признаками норм права, особенностями форм их выражения вовне и функционирования, а именно:

- уяснение любого письменного документа требует мыслительной деятельности, связанной с пониманием слов, предложений, их логической связи;

- общим (абстрактным) характером норм права и их реализацией в конкретных жизненных обстоятельствах; так как нормы права охватывают регулированием бесконечное число конкретных ситуаций, которые всегда отличаются друг от друга в том или ином аспекте. Разнообразие ситуации порождают многочисленные вопросы юридического характера, ответы на которые призвано дать доктринальное толкование;

- появлением в общественной жизни новых общественных отношений, не существовавшим в момент создания нормативного акта или не получившим широкого развития, которые, однако, имел в виду законодатель в силу абстрактного характера норм права, охватив их правовым регулированием;

- краткость и лаконичность отдельных формулировок правовых норм, возможность несовпадения текста статьи нормативно-правового акта и смысла нормы права;

- из-за избыточности смысловой нагрузки норм права. Здесь справедливо подмечает О.А. Лупандина [16], что смысловая информационная избыточность проявляется в таком строении текста нормативно-правового акта или его отдельных элементов, при котором возможна их двусмысленная интерпретация.

- применением специальных юридических терминов или терминов других отраслей знания, требующих соответствующих пояснений. Так же, в законах и иных нормативных правовых актах используются оценочные понятия. Например, «крупный размер хищения», «тяжкие телесные повреждения» и др. В ходе толкования детализируются и конкретизируются такие понятия, выясняется их соотношение с конкретными фактическими обстоятельствами;

- в ряде случаев, в норме права не дается исчерпывающего перечня обстоятельств и причин, имеющих юридическое значение, и используются такие обороты, как «и другие», «в аналогичных случаях», «и т. п.», «и т.д.». Так субъекту, осуществляющему толкование, предоставляется возможность расширить перечень обстоятельств, аналогичными тем, которые перечислены в толкуемой норме;

— из-за системности и функциональных связей норм права. То есть норма права регулирует общественные отношения совместно, с другими нормами. Действие одной нормы часто зависит от других, логически связанных с ней норм. Разобраться в таких связях юридических норм можно посредствам толкования.

Наши выводы хотелось бы подкрепить следующей цитатой: «Материальное законодательство далеко от совершенства. Законы излишне сложные, порой противоречивые. Их создатели не хотят или не могут заглянуть немного вперед, чтобы представить, как должна в реальной жизни работать та или иная норма, и будет ли она работать вообще. Поэтому с нашими законами работать очень сложно. Возникает множество вопросов, которые приходится решать на практике» [17].

Прослеживается, что авторы рассматривают основания толкования применительно к интерпретации законов и иных нормативных актов. Вместе с тем объектами интерпретационной практики могут быть любые правовые акты (правоприменительные, интерпретационные и т.п.), явления, процессы и состояния правовой системы общества. Поэтому существует более широкий и многообразный круг обстоятельств, которые служат основаниями интерпретационной деятельности.

В каждой стране и правовой семье, конкретной сфере общественной жизни существуют свои поводы и основания интерпретационной практики, которые отличаются значительным разнообразием и спецификой.



← предыдущая страница    следующая страница →
123




Интересное:


Индивид как субъект права
Правовая защита чести и достоинства личности
Разделение властей: конституционное закрепление в Российской Федерации
Планирование и прогнозирование законодательной деятельности и ее содержание
Указы Президента Российской Федерации как объект судебного контроля
Вернуться к списку публикаций