2013-09-27 22:34:39
ГлавнаяТеория государства и права — Эффективность доктринального толкования норм права



Эффективность доктринального толкования норм права


Пути повышения эффективности доктринального толкования норм права

До сих пор ни в отечественной, ни зарубежной юридической науке проблемам повышения эффективности доктринального толкования норм права остается практически не изученной.

На наш взгляд, для этого требуется комплексное общетеоретическое исследование, специально посвященное проблемам повышения эффективности доктринального толкования норм права. Не имея возможности детально рассмотреть данный вопрос, затронем лишь некоторые стороны данной проблемы, позволяющие показать ее актуальность, научную и практическую значимость в правовой системе общества.

В теории права большинством авторов эффективность правовых явлений, на наш взгляд, обоснованно раскрывается через соотношение двух основных категорий: «цель» и «результат» [1]. Полагаем, что данный подход вполне применим при определении эффективности интерпретационных актов доктринального толкования, которую можно определить как соотношение между фактическими результатами действия акта толкования права и теми целями, для достижения которых он создается [2]. Чем ближе соотношение между результатом действия акта интерпретации и его целями [3], тем большей эффективностью он обладает.

В связи с эти возникает необходимость рассмотрения предпосылок правоинтерпретационных ошибок.

Отечественная наука выделяет следующие виды [4] причин и условия появления ошибок при интерпретации: технико-юридические причины и условия, правоприменительные причины и условия, морально-психологические причины, профессиональные причины, организационные причины.

Противоречивость и неясность законодательства, отсутствие стабильной юридической практики, сложность процессуальных требований к совершению некоторых юридических действий [5], по справедливому мнению Вопленко Н.Н., относятся к технико-юридическим причинам и условиям.

Правоприменительные причины и условия включают в себя перечисленные Вопленко Н.Н. [6] категории, не достижение истины при исследовании фактических обстоятельств дела, неправильный выбор и толкование норм материального или процессуального права, несоответствие решения фактической или правовой основе рассматриваемого дела, односторонность и неполнота доказательств.

Морально-психологические причины, как верно отмечают М. Токарева, А. Соловьев, С. Шейфер, представляют собой пренебрежительное отношение к законодательству [7], не здоровую нравственно-психологическую атмосферу в коллективе, недобросовестное отношение к служебным обязанностям. По справедливому мнению Жилина Г.А., недостатки в сфере индивидуально-психологических свойств личности судьи, является небрежность в работе [8].

К профессиональным причинам и условиям относится уровень подготовки судей [9], названная Зайцевым И.М. недостаточная юридическая квалификация должностных лиц суда[10], указанные Жилиным Г.А. пробелы в профессиональной подготовке и недостаточный опыт работы судьи [11].

К организационным причинам и условиям относятся общие условия осуществления правосудия, условия жизни и трудовой деятельности судей, влияние на юридическую практику правовой науки, состояние общих видов гарантий законности [12]. Условия жизни и деятельности субъектов правоприменения, степень организованности и эффективности системы органов, противодействие заинтересованных лиц, недостатки в подборе и расстановке кадров, большую служебную загруженность, отсутствие специализации в работе [13] и др.

Несмотря на неизбежность конфликта языка и права существование права без языка невозможно [14]. Облекая право в форму языка, нормодатель обязан подчинить язык задаче создания краткого, ясного, точного правового предписания.

Безошибочной научной интерпретации, призваны способствовать краткость, точность, унифицированность, ясность юридического языка [15]. Достижению вышеназванных качеств должны служить средства юридического языка.

Включение в правовой текст синонимичных понятий [16], так и синонимов [17] затрудняет процесс уяснения при доктринальном толковании права, а это способствует появлению правоинтерпретационных ошибок. С точки зрения субъекта доктринального толкования синонимы не уточняют мысль законодателя, а «размывают» смысл слов. Такое действие синонимов обусловлено их положением в языке, в частности, отсутствием в языке «абсолютных синонимов» [18]. Мы не отрицаем, что синонимы делают текст более красивым. Однако при создании текста правовой нормы желание украсит язык должно уступить стремлению к точности правового текста. Атарщикова Е.Н. справедливо утверждает [19], что принцип грамматической и семантической экономии и непротиворечивости должен быть ведущим в работе над правовой терминологией.

На основании полученного результата, мы считаем, что включение в текст права, и в акт доктринального толкования, синонимов и синонимичных понятий должно быть ограничено.

Среди учёных неоднозначно мнение [20] о включении в правовой текст архаизмов и модернизмов.

При употреблении архаизмов следует ориентироваться по степени распространённости [21] архаизмов в обыденной речи. Нераспространённые архаизмы употреблять не стоит.

Роль модернизмов не ограничивается тем, что они, как сказал Люблинский П.И., делают стиль законодателя отражающим случайные и порой вычурные влияния моды [22]. Модернизмы не только неизбежны, но и желательны в тексте закона. Ведь нет юриста, который считал бы, что закон имеет право отстать от жизни. Поэтому включение модернизмов в нормативные акты оправданно интересами интерпретации.

Современное российское законодательство, включая интерпретационные акты, характеризуется употребление жаргонизмов. Некоторые юристы допускают включение в правовой текст жаргона в некоторых случаях[23]. Жаргонные слова возникают и по причине желания более наглядно обозначить смысл слова, и в силу стремления к сокращению слов и выражений. Жаргон имеет право на существование в пределах какой- либо общности, однако не должен попадать в текст актов доктринального толкования норм права, так как этот текст создаётся в соответствии с литературными нормами.

Применение жаргонизмов было допущено при создании Постановления Конституционного Суда РФ по делу о проверке конституционности Указов Президента РФ «О приостановлении деятельности Коммунистической партии РСФСР» от 23 августа 1991 года № 79, «Об имуществе КПСС и Коммунистической партии РСФСР» от 25 августа 1991 года № 90 и «О деятельности КПСС и Коммунистической партии РСФСР» от 6 ноября 1991 года № 169, а также «О проверке конституционности КПСС и Коммунистической партии РСФСР» от 30 ноября 1992 года [24].

В части 3 этого постановления находится такая фраза: «В стране в течение длительного времени господствовал режим...» [25]. Далее встречается фраза: «Так продолжалось десятилетиями». Определение времени в Постановлении Конституционного Суда путем использования таких неопределенных слов и речевых оборотов, как «в течение длительного времени» и «десятилетиями», является правоинтерпретационной ошибкой, допущенной при осуществлении толкования права.

В части 3 вышеуказанного Постановления встречается фраза: «В течение 1990 года в ЦК КПСС обсуждались вопросы о... задолженности советских организаций «фирмам друзей»...» [26].

Вероятно, жаргонизм «фирмы друзей» имеет право на существование в данном случае, тем не менее, постановление Конституционного Суда призванное дать объяснение, в данном случае оно способно затруднить понимание.

Стремление создать красивый правовой язык должно преодолеть стремление к его упрощению. Кроме того, для интерпретатора, не принадлежащего к общности, в которой распространён жаргон, наличие жаргонного слова в норме создаст дополнительные [27] трудности. Поэтому следует стремиться к сокращению жаргонных слов в интерпретационных актов.

Употребление в норме иностранных слов способно создать дополнительные трудности для интерпретатора. Однако полностью избежать употребления в норме иностранных слов невозможно и бессмысленно. Как справедливо отмечают Губаева Т.В. и Пиголкин А.С., не следует избегать иностранных слов, если они способствуют точности выражения [28]. Е.Г. Мирошников предлагает отказаться от злоупотребления иностранными словами и использовать их только в целях расширения международного сотрудничества [29]. В сложившейся ситуации считаем необходимым согласится с мнением Керимова Д.А. и Боголюбова С.А. и включать разъяснение иностранных терминов в содержащий его закон [30].

Для интерпретации имеет значение место употребления юридических клише и штампов, которое оценивается неоднозначно [31]. Наличие клише и штампов является особенностью текста нормативных актов и юридического языка вообще. По обоснованному мнению ряда авторов клише и штампы способствуют единообразию языка [32] и, вместе с тем, упрощают его пониманием Поэтому использование этих словосочетаний оправданно.

Трудно согласиться с исследователями, утверждающими, что выяснению смысла нормы служат лишь грамматический (языковой) и систематический способы толкования, остальные способы предназначены лишь для удобства доказывания точки зрения интерпретатора [33].

К примеру, для более совершенного изложения научной мысли, целесообразно начать языковое толкование со слов, составляющих подлежащие и сказуемое, на что, справедливо указывает Пиголкин А.С.

Научная интерпретация слов и выражений должна быть направлена на выяснение намерения законодателя, их употребившего. Поэтому, при выборе значения слова или выражения надо отдавать предпочтение тому значению, которое слово имело во время принятия нормативного акта, содержащего данное слово.

Из нескольких значений слова надо выбирать то значение, которое соответствует контексту слова. Употребив слово или выражение в определенном значении, нормодатель придерживается этого значения на протяжении всего нормативного акта. Поэтому, определив значение слова, ученому следует придерживаться его единообразной интерпретации на протяжении всего текста.

В праве существует «золотое правило толкования»: словам и выражениям следует придавать то значение, которое они имеют в соответствующем литературном языке, если нет оснований для иной их интерпретации[34], такое положение значительно способствует устранению недостатков при интерпретации.

Будучи универсальным регулятором общественных отношений, право включает в себя разнообразные отрасли. Значение слова может меняться в зависимости от того, в какой отрасли права слово употребляется. Поэтому, толковав слово, не следует распространять данную научную интерпретацию на нормативные акты из других отраслей права.

Доктринальное толкование норм права по своему содержанию представляет собой мыслительную, интеллектуальную деятельность. В процессе толкования права интерпретатор использует весь запас своих теоретических знаний, практического опыта, руководствуясь в своих действиях научным подходом. Таким образом, правосознание [35] субъекта (а в нашем случае - ученого) толкования, осуществляющего процесс толкования, является инструментом, с помощью которого создаются акты доктринального толкования. Поэтому, чем выше уровень правосознания ученого, субъекта толкования, его общей и юридической подготовки, правовой культуры, тем больше гарантий отсутствия неточностей, неясностей формулировок в интерпретационных актах доктринального толкования.

В отдельных случаях интерпретацией права (например: уголовного, уголовно-процессуального, семейного кодексов) занимаются ученые из других областей права. В процессе интерпретации не принимают участие практические работники по исследуемым направлениям науки. Все это приводит к низкому качеству результата данного толкования.

В связи с этим, на наш взгляд, возникает необходимость более качественной подготовки юристов в вузах, так как выпускники учебных заведений в последствии идут по пути достижения научного совершенства, и становятся учеными в разных областях права.

Это может быть достигнуто, в частности, путем снижения резко возросшего за последнее время количества специальных заведений, осуществляющих подготовку кадров в области юриспруденции. Помимо этого следует усилить подготовку молодых специалистов в послевузовских учебных заведениях. Сам субъект доктринального толкования — ученый, должен не забывать о динамично развивающемся законодательстве, постоянно быть в курсе тематики принятых новых законах, в своей работе учитывать достижения науки и техники. Для предупреждения недостатков, при осуществлении толкования, интерпретатор должен крайне ответственно относиться к своим обязанностям.

Эффективность актов толкования, издаваемых Конституционным Судом, связана с его положением в политической системе общества. Только будучи независимым, свободным от политической борьбы, обвинения и давления со стороны Президента, законодательной и исполнительной властей, данный орган может оставаться действительным гарантом Конституции, пользоваться поддержкой и уважением всех членов общества. Конечно, ни один судебный орган или орган конституционного контроля не может отмежеваться от политики, поскольку и сама Конституция имеет политико-правовое содержание, однако любое решение данных органов должно иметь сугубо правовое обоснование и обеспечиваться исключительно правом, а не политической целесообразностью.

Б.С. Эбзеев отмечает, что решения Конституционного Суда по вопросам толкования или конкретизации норм Конституции не могут удовлетворить всех участников возможного спора или все политические силы, действующие в обществе, в связи с чем неизбежны обвинения в политической пристрастности Конституционного Суда, питательной почвой для которых является политизированность самой юриспруденции и готовность некоторых юристов служить не Конституции и праву, а личности или абстрактному политическому интересу[36]. Выход из подобной ситуации Б.С. Эбзеев видит в гарантиях Конституции, которые заключаются в честной и энергичной позиции главы государства, законодательной и исполнительной власти, Конституционного Суда, политических партий и общественных объединений, в нравственном сознании, чувстве долга и готовности защищать конституционный строй, уважении к государственным институтам и издаваемым ими актам [37].



← предыдущая страница    следующая страница →
1234




Интересное:


Общее учение о праве и государстве
Принципы разрешения юридических коллизий
Языковые пути и логические способы формирования понятия «источник права»
Форма правления в Российском государстве
Развитие принципа состязательности, формы его закрепления и проблемы реализации в юридической практике
Вернуться к списку публикаций