2013-06-24 17:43:48
ГлавнаяТеория государства и права — Юридическая ответственность как относительно самостоятельный комплексный институт права



Юридическая ответственность как относительно самостоятельный комплексный институт права


В последнее время в правовой науке много внимания уделяется разработке методологических основ изучения правовой системы общества и ее ядра - права и законодательства, где особую роль играет системный подход как способ исследования правовой материи. Специфика этого подхода состоит в том, что все правовые явления рассматриваются как целое, в их взаимосвязи и взаимообусловленности.

При системном подходе как одной из сторон современной методологии конкретизируется и углубленно изучается диалектическое учение о взаимной связи в развитии явлений природы и общества. Содержание системного подхода в самом широком смысле слова составляют онтология систем (их бытие, существование), гносеология систем (познание систем и системность знания о них) и управление системами (обеспечение их функционирования, совершенствования и развития, практика их создания).

Широкое использование системного анализа и системного подхода к изучению различных явлений привело к выделению специальной науки - общей теории систем, развивающейся и в настоящее время.

Системный подход и анализ применяются в правовых исследованиях. Основанный на общей для всех наук теории этот подход в юриспруденции пополнился началами и инструментарием, специфическим для данной области знания. Системный способ исследования Д.А. Керимов, А.Ф. Черданцев, С.С. Алексеев, В.К. Бабаев, С.В. Поленина, И.С. Самощенко, и др. авторы использовали для разработки основных законов генетических, структурных и функциональных связей элементов системы права, иерархии систем, о важнейших системообразующих факторах и т.д.

Естественно, что подход к изучению системы права, изложению начал и способов системного воздействия на общественные отношения предполагает единое научно обоснованное представление о системах вообще и системе права, в частности.

Философским отправным моментом такого подхода может быть определение системы, которое дал В.С. Тюхтин «Система есть множество связанных между собой компонентов той или иной природы, упорядоченное по отношениям, обладающим вполне определенными свойствами; это множество характеризуется единством, которое выражается в интегральных свойствах и функциях множества».

Имманентными признаками всякой системы, считает Ю.А.Урманцев, являются: 1) единое основание объединения объектов (компонентов, элементов);

2) наличие отношений, обуславливающих единство совокупных объектов;

3) определенный закон композиции элементов.

На основе данной общей дефиниции систему права можно определить как объективно обусловленное системой общественных отношений внутреннее строение права, выражающееся в объединении и расположении нормативного материала в определенной последовательности. Это определение в достаточной мере широко и охватывает существенные признаки как системы права, так и его подсистем: отраслей, подотраслей, институтов. «Система права - это его сугубо внутреннее строение».

Для права характерна иерархия систем различных уровней и функциональной направленности, начиная с нормы (моносистема) и кончая исторически определенной системой права (многосистемное образование). Иерархия систем различных уровней служит показателем специфики структуры права. Вместе с тем, констатация элементов и их иерархичности в системе права лишь один из этапов познания его структуры. «Собственно структурный анализ системы, - пишет Н.Ф. Овчинников, - начинается с выявления определенного состава системы с детального исследования частей или иначе, элементов, с открытия их неделимости в определенном отношении. Это отношение при дальнейшем анализе рассматриваемой системы предстает, как структурное отношение». Второй этап познания структуры права, как это следует из приведенного высказывания, заключается в выявлении и анализе связей и отношений ее элементов. «На этом, более глубоком этапе познания структуры права вырисовываются устойчивая упорядоченность его элементов, свойственные им отношения порядка, композиции (генетические и функциональные связи; интегративные свойства и др.) Вот здесь-то советское право и предстает в виде единой, внутренне согласованной системы, цельного правового организма».

Рассмотрение структуры права как состава его компонентов (отраслей, институтов, норм), так и устойчивой связи между элементами позволяет нам видеть не только ее статику, но и динамику. Поэтому структура может пониматься и как строение (состав) объекта, и как результирующая структура, результат взаимодействия между элементами.

Перечисленные характеристики позволяют при анализе системы права рассматривать структуру в качестве инвариантного состояния его системы, а также выявлять состав образующих систему элементов, закономерности внутренней организации системы через установление устойчивых связей между элементами, между каждым элементом и системой в целом.

Обнаружение закономерностей в строении права и их использование способствуют правильному уяснению и применению закона, а также дальнейшему его совершенствованию. Особое значение исследования структуры имеют для устранения правовых диспропорций, пробелов, коллизий и т.п.

Право современной России полиструктурно, поскольку его, как и другие целостные системные образования, отличает известная иерархия элементов, дифференцированная на нормы, институты, отрасли. Наличие указанной триады (норма, институт, отрасль) всегда является необходимым в строении права, но есть и не обязательные правовые образования - подотрасли, субинституты, межотраслевые комплексные институты.

С.С. Алексеев, выделяя в иерархии структур строения права главную (норма, институт, отрасль) допускает удвоение и утроение структуры права, которые как комплексные образования наслаиваются над главной.

Появление вторичных структур связано с богатством и многогранностью правового регулирования ряда общественных отношений, невозможностью вместить все особенности регулирования в рамках одной, хотя бы и главной структуры. Именно этим и объясняет С.С. Алексеев иерархию структур.

Не отрицая онтологии комплексных правовых образований и их важной роли в регулировании общественных отношений, мы вместе с тем считаем, что они вторичных структур права не составляют, а лишь являются показателем его развития, предпосылкой образования новых отраслей права.

Говоря об объективной обусловленности структурных элементов права системой общественных отношений, нельзя согласиться с Ц.А. Ямпольской, предлагающей отказаться от деления права на отрасли. По ее мнению, существуют только отрасли законодательства как наиболее крупное членение правовых норм и проблема системы законодательства, которая должна строиться на основе функционального критерия. Право же следует рассматривать как систему прочно взаимосвязанных в единое целое правовых норм, которые можно классифицировать внутри системы в зависимости от конкретных научных и практических задач.

Такой подход к трактовке права, как верно замечает М.В. Молодцов, равносилен отказу от признания его системного характера, ибо не может быть системы без определенной внутренней организации, без структуры. «Структура немыслима вне системы равно как и система в своей основе всегда структурна».

Это ведет к отрыву системы законодательства от обусловленной общественными отношениями объективно существующей и выявленной наукой системы права, на построение которой направлены действия законодателя принимающего то или иное конкретное решение.

Только предмета правового регулирования для дифференциации, в частности, отраслей права, недостаточно, так как нормы иногда регулируют аналогичные общественные отношения (например, по охране собственности), но относятся к различным отраслям права (уголовному, гражданскому и т.д.). Поэтому вторым системообразующим фактором в науке является метод правового регулирования. Однако нужно заметить, что специфический метод в чистом виде свойственен только двум отраслям права - гражданскому и административному. Для первого характерно равенство участников общественных отношений, для второго - их подчиненность. Всем остальным отраслям права присущи, хотя и особые, но комбинированные или сборные методы. В.Ф. Яковлев, занимаясь исследованием метода гражданского права, пытается доказать, как основные его черты проявляются в институтах права собственности, обязательственного, наследственного и др.

Очевидно, что в комплексных отраслях (морское, банковское, страховое право и т.д.), где нормы, в них входящие не связаны единым методом и механизмом регулирования и где почти все они (нормы) имеют «прописку» в основных отраслях, довольно сложно определить специфический метод регулирования. Тем не менее, С.С. Алексеев полагает, что эту комплексную общность отличают не специфический метод и механизм регулирования, а некоторые особые принципы, общие положения, отдельные специфические приемы регулирования, свидетельствующие о существовании специального, хотя и видового юридического режима. «К сожалению, - как верно замечает С.Н. Братусь, - утверждение относительно появления общих принципов, положений и специфических приемов регулирования, например, в морском и страховом праве не было подкреплено автором достаточными доказательствами».

Метод правового регулирования как системообразующий фактор произволен от предмета, то есть от совокупности тех общественных отношений, которые являются объектом его воздействия.

Природа общественных отношений определяет ту или иную комбинацию юридических приемов, способов и средств, предназначенных для достижения целей правового регулирования. Поэтому методы (средства) регулирования, взятые сами по себе, взятые абстрактно, независимо от предмета, на которые направлены, и независимо от их типичных сочетаний по отношению к определенным предметам, не могут служить основанием для разделения права на отрасли.

К другим вспомогательным системообразующим факторам, которые, как предмет и метод правового регулирования, находятся в самой правовой материи, относятся принципы права, механизм, функции, объект, цели, содержание правового регулирования. Некоторые авторы считают выделение таких критериев ошибочными, что является спорным, поскольку при внимательном рассмотрении отдельных элементов системы права можно отметить недостаточность для их подразделения только предмета и метода правового регулирования, необходимы иные параметры.

Особое место среди указанных критериев занимают правовые принципы. Отражая в концентрированном виде сущность, основные задачи, цели и функции права, они определяют строение системы права. Ни норма права, ни институт, ни отрасль не должны противоречить принципам права. Поэтому ряд основных принципов закреплен в Конституции России, Основном законе, который служит базой для отечественного законодательства.

Система принципов права, в зависимости от сферы их действия, от той области правовых норм, на которую они распространяются, или иначе говоря, от совокупности тех или иных общественных отношений, на которые они воздействуют, подразделяются на четыре уровня: общие, межотраслевые, отраслевые и принципы отдельных институтов.

Отмечая немаловажное значение в выявлении структуры права вспомогательных критериев, хочется подчеркнуть их служебную роль. Это объясняется тем, что объективную основу структуры права составляют различные виды общественных отношений. Поэтому вспомогательные критерии лишь помогают устанавливать и конкретизировать определенные группы общественных отношений. В то же время они сами обусловлены характером и спецификой отношений, составляющих предмет правового регулирования.

Учитывая вышеизложенное, отрасль права можно определить как совокупность юридических норм системы права, которыми регулируется определенный вид или группа общественных отношений, отличающихся качественным своеобразием.

Несколько институтов, входящих в одну и ту же отрасль, образуют подотрасль права. Это выделение сопряжено с тем, что институты ее составляющие, упорядочивают качественно однородные общественные отношения, входящие в предмет регулирования отрасли права. Например, в гражданском праве подотраслью являются транспортное и авторское право, в земельном - горное, лесное и др.

Институт права отличается от отрасли прежде всего масштабом предмета регулирования: он упорядочивает не всю совокупность качественно однородных общественных отношений, а лишь различные стороны (признаки, особенности) одного типичного общественного отношения. Вместе с тем, институт права, будучи подсистемой системы отрасли права, имеет общие с ней характеристики - объективную обособленность и органическое единство компонентов, специфичность метода, относительную самостоятельность, устойчивость и автономность функционирования, хотя и другого уровня. «Правовой институт представляет собой обособленный комплекс правовых предписаний, регулирующий с помощью специфичных приемов и способов однородный вид или сторону общественных отношений».

Как правило, институт права полностью входит в состав определенной отрасли, например, институт договора дарения или купли-продажи - в гражданское право. Между тем, встречаются случаи, когда одни и те же общественные отношения являются предметом регулирования норм различных отраслей права. Такое положение связано с тем, что «чистых» явлений как в природе, так и в обществе не существует. Поэтому при формировании системы права по предметному критерию мы сталкиваемся с тем, что они, как правило, взаимодействуя друг с другом, пересекаются, что порождает возникновение промежуточных, пограничных явлений на стыке такого взаимодействия.

Отражением указанных промежуточных пограничных явлений и служит такая правовая общность в структуре права, как межотраслевой комплексный институт. Названию «комплексный» институт в литературе также соответствуют термины «смешанный», «смежный сложный», «пограничный». Наиболее распространенной разновидностью таких институтов в системе права являются межотраслевые, которые в свою очередь подразделяются на функциональные и пограничные институты.

Существование этих институтов - не искусственное объединение тех или иных норм права; их бытие обусловлено необходимостью регулировать отдельные виды общественных отношений; формирование указанных институтов вызвано тесным контактированием между отраслями, их взаимосвязью, предопределяемой существованием «пограничных» общественных отношений, функциональными и генетическими связями, необходимостью «подстройки» под режим соседнего участка правового регулирования и т.д.

Как первые, так и вторые появляются на стыке смежных отраслей права, которые близки характером регулируемых ими отношений. При этом в зависимости от характера отраслей права определяется и вид комплексного института. Так, для возникновения межотраслевого функционального комплексного института необходим «стык» неоднородных отраслей права. Например, институт охраны собственности включает в себя нормы многих отраслей российского права.

Пограничные межотраслевые комплексные институты, в отличие от функциональных, возникают на стыке смежных, но уже однородных отраслей права. Таковым является институт возмещения вреда, причиненного здоровью гражданина увечьем либо иным повреждением здоровья, связанного с исполнением им трудовых обязанностей.

С.В. Поленина указала следующие условия становления новых отраслей права: а) распространение правовой регламентации на ту часть социальной действительности, которая раньше не была объектом правового регулирования; б) отпочкование от одной или нескольких отраслей права взаимосвязанной совокупности норм (правовых институтов), приобретших качественно новые свойства.

Нет сомнений, что институт юридической ответственности, будучи составным элементом отечественного права, представляет собой систему единых, взаимосвязанных нормативных предпосылок и обладает всеми системными свойствами. Предметом нашего дальнейшего рассмотрения будет комплексный институт юридической ответственности.

Наличие всех свойств, характерных для комплексного института, позволяет говорить о юридической ответственности как об относительно самостоятельной группе норм в системе права. Так, С.Л. Кондратьева определяет институт юридической ответственности как общий, комплексный по содержанию, своеобразный по структуре, охранительный по назначению, функциональный институт материального права, регулирующий деликтные отношения методом наказания правонарушителей. Данная дефиниция отражает основные черты исследуемого явления.

Институт юридической ответственности относится к группе функциональных, обслуживающих различные отрасли права, он осуществляет «сквозную» регламентацию важнейших положений, связанных с привлечением правонарушителей к юридической ответственности. Вместе с тем, в известном смысле его можно представить и как предметный институт. Так, предметом регулирования указанного института являются конфликтные, негативные, деликтные отношения, которые, отличаются по видам в зависимости от степени общественной опасности, но сходны по типу.

Одинаков и метод регулирования этих отношений: императивный. Имеются и характерные для данного института принципы: законность, социальная справедливость, индивидуализация наказания, неотвратимость ответственности, целесообразность и иные. Наличие указанных критериев или системообразующих (структурообразующих) факторов, естественно, обуславливает особый механизм правового регулирования. Причем перечисленные особенности присущи всем структурным элементам института юридической ответственности.

Цементирующим началом этого института, его первичным строительным материалом являются также однотипные нормы юридической ответственности, предусматривающие меры государственного принуждения. В силу своей специализации и особой функциональной направленности они обеспечивают высокую степень целостности данного института как структурированного системного образования.

На основании отмеченных выше структурно-предметных признаков комплексного института юридической ответственности, а также функциональной взаимосвязи, существующей между его структурными подразделениями, возникает вопрос: возможно ли на базе данного института появление в системе отечественного права новой правоохранительной отрасли? Думается, что нет, и прежде всего по следующим причинам.

Предмет правового регулирования - конфликтные (деликтные) отношения, которые относятся к различным отраслям права и, кроме того, различаются по степени общественной опасности. Естественно, что указанный «сборный» предмет правового регулирования не может быть объединен для формирования новой отрасли права, для которой необходим достаточно высокий уровень качественного единообразия регулируемых отношений.

Кроме того, наличие различных видов конфликтов, возникающих в общественной жизни предполагает и разнообразные методы воздействия на правонарушителей. Причем общество не заинтересовано в нивелировке отличий в методах наказания, так как то или иное правонарушение объективно требует адекватной реакции.

Таким образом, отсутствие должного единства предмета и метода исключает появление отрасли права на основе комплексного института юридической ответственности. Структурно-предметный анализ данного института вырисовывает перед нами его как результат бытия, следствие тех предпосылок (в том числе и законодательных), которые определили его наличность.

Однако сведений, помогающих глубже выяснить сущность, природу и социальное назначение института юридической ответственности, недостаточно. В соответствии с его природой необходим структурно-функциональный подход, дающий возможность на основе анализа генетических, функциональных связей и связей строения показать те силы, которые вызывают к жизни данный институт.

Генетические связи или, как их еще называют, связи порождения в общефилософском смысле отражают то особое отношение, когда один объект выступает как основание, вызывающее к жизни другой объект.

Чтобы различить внешние и внутренние генетические связи, к первым следует отнести связи права с экономическим базисом, другими общественными отношениями и с государством. Конечно, перечисленные внешние генетические связи права не исчерпывают всего их многообразия, так как такую связь права можно проследить, например, с классовой структурой общества, его политической организацией, историческими традициями и т.д. Для настоящей работы достаточно выделить лишь главные внешние генетические связи.

Наличие в обществе правонарушений обусловливает присутствие определенного правового механизма защиты и ответственности. И такой механизм, в большей или меньшей мере законодательно закрепленный на уровне отраслей права, имеется. На данном уровне четко просматривается генетическая связь между отношениями, регулируемыми отраслевыми институтами юридической ответственности. Между тем, у различных конфликтных отношений имеется так много общего, что логически необходимо и целесообразно их представлять как отношения одного типа. Значит, эти отношения генетически служат основанием для выделения в системе права комплексного института юридической ответственности.



← предыдущая страница    следующая страница →
123




Интересное:


Участники законодательного процесса
Понятие правовой культуры
Социальные источники права
Политическая динамика как элемент формы государства
Понятие позитивного права
Вернуться к списку публикаций