2013-06-24 17:41:41
ГлавнаяТеория государства и права — Понятие коллизии института юридической ответственности



Понятие коллизии института юридической ответственности


Одним из основным свойств права любого развитого государства являются ее интегрированность и согласованность. Современная система права и система законодательства нашей страны все ближе подходят к состоянию, отвечающему мировым стандартам.

За последнее время законодательство России существенно обновилось, некоторые его отрасли создаются заново. Закон постепенно занимает ведущее положение в правовом регулировании всех сфер жизни общества и государства. Темпы развития федерального законодательства и правотворчества субъектов Федерации соответствуют ритму законодательной деятельности развитых стран, но, вместе с тем, порождают острые противоречия.

Любой, даже развитой и устоявшейся, системе вообще и системе права, в частности, всегда присущи определенные возмущения внешнего и внутреннего характера, отрицательным образом влияющие на ее текущее состояние и функционирование. Иначе говоря, возмущениями называют факторы, не разрушающие нормальное состояние системы.

Минимальным структурным элементом системы права принято считать норму права. Нормы права объединяются между собой: а) координационными связями, выражающими пространственную упорядоченность, согласованность элементов, их взаимодействие по горизонтали; б) субординационными (иерархическими) связями, проявляющимися в виде подчинения или соподчинения. Количество и качество этих связей, устойчивость и целесообразность их между элементами системы определяют организованность системы в целом. Поскольку любой системе присущи возмущения, рассогласованности, то проявляются они прежде всего на уровне первичных элементов - норм права.

Причинами появления дефектов в праве являются объективные, внешние, связанные с воздействием на систему определяющей среды (динамизм общественных отношений, множество субъектов правотворчества и т.п.) факторы.

Современная система российского права не является строго иерархичной. Наличие дефектов внутри системы права: пробелов, противоречий, несогласованностей - снижает эффективность его действия и авторитет. Все дефекты права - порождение юридических конфликтов, ставших объектом особого направления науки теории права в настоящее время.

Проблема конфликта стара как мир и попытки ее осмысления восходят к ранним периодам философской и правовой мысли, но разработка собственно конфликтологии началась лишь с XX века. В 50-60 гг. западные ученые разработали понятийный аппарат, структуру, элементы конфликта, расширили его значение в общественной жизни.

В нашей стране проблематика конфликта долгое время была запретной. Бытовало мнение о бесконфликтности функционирования советского общества. Однако периодически появлялись монографии и публикации, посвященные конфликтам в различных сферах жизни общества, но в них конфликт рассматривался обособленно, самостоятельно.

Легализация проблемы конфликта произошла в ходе перестройки. Обобщение предыдущего опыта конфликтологии и постановки вопросов по этой тематики мы найдем в работе А.В. Дмитриева, В.Н. Кудрявцева «Введение в общую теорию конфликтов». В этом исследовании привлечено внимание к малоизученной проблеме конфликта, за разрешение которой взялись и юристы - правоведы.

В ноябре 1993 г. в институте государства и права РАН состоялось заседание «круглого стола», посвященное теме: «Юридическая конфликтология - новое направление в науке». Продолжила разработку проблемы авторская группа под руководством В.Н. Кудрявцева. Ю.А. Тихомиров в работе «Юридическая коллизия» определил природу и причины юридических коллизий и средства их преодоления. Конфликтологии посвящены и некоторые другие работы. В 1996 году Т.В. Худойкина попыталась систематизировать данные по этой проблеме в диссертационном исследовании «Юридической конфликт: динамика, структура, разрешение». Особое место в юридической конфликтологии уделяется исследованию дефектов права и их влиянию на систему законодательства.

Н.А. Власенко выделяет следующие виды дефектов права. Первый - антиномия (противоречие права), означающий противоречие между двумя положениями, одинаково доказуемыми логическим путем. Антиномия выражается, по мнению цитируемого автора, во-первых, в противоречивости нормы права, во-вторых, в нормативном излишестве, и в - третьих, в правовых коллизиях.

Примером явной противоречивости нормативных предписаний служат ст. 19 Конституции РФ, закрепляющая равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства и других обстоятельств, и ст.ст. 91, 98 Конституции РФ, провозглашающие неприкосновенность Президента РФ, членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы, что нарушает принципы юридической ответственности. Как нормативное излишество можно оценить введение в Кодекс об административных правонарушениях РСФСР ст.ст. 165.11, 171.4 и др., выделение которых не вызвано объективными причинами.

Второй дефект системы права Н.А. Власенко называет «излишним дублированием», представляющим собой полное совпадение объема и смысла норм и правового регулирования. Как правило, дублирование объясняется повторением одних и тех же правоположений на разном уровне законодательства: в Конституции, затем в кодифицированных отраслях и подзаконных актах. В уголовном праве таковой является презумпция «никто не может быть признан виновным и подвергнут наказанию иначе как по приговору суда». В почти неизменном виде данная презумпция закреплена во Всеобщей декларации прав человека, Международном пакте о гражданских и политических правах, Декларации прав и свобод человека и гражданина, принятой Верховным Советом РФ, ст. 49 Конституции РФ, ст. 4 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР. «Повторение одной и той же нормы в каждом законе является издержкой юридической техники», но необходимо такие дефекты по возможности устранять.

Третий дефект именуется пробелами в праве. Пробелы в праве - это отсутствие необходимых для регулирования общественных отношений правовых норм или их неполнота. Характерным примером является наличие оборота эротической и порнографической продукции в России. Новый Уголовный кодекс предусматривает наказание за незаконное распространение порнографии (ст. 242), а законопроект об ограничении оборота сексуальной продукции на территории РФ, призванный ввести подпольный рынок этой продукции в правовое поле, бурно обсуждается Государственной Думой России, но так до сих пор не принят.

Особая роль в правовой науке уделяется, в связи с известными событиями, совершенствованию Конституции России и изучению пробелов в ее тексте. Некоторые авторы считают, что особый стиль, сама природа конституционных текстов и «возможность применения конституционных принципов к общественным отношениям, в Конституции непосредственно не урегулированным, посредством деятельности Конституционного Суда позволяет высказать предположение, что в Конституции в отличие от обычных законов, пробелов нет и быть не может». Однако данное утверждение опровергается примером: ч. 2 ст. 137 Конституции РФ декларирует, «что в случае изменения названия республики, края, области, города федерального значения, автономной области, автономного округа новое наименование субъекта Российской Федерации подлежит включению в статью 65 Конституции РФ». Указанная норма не устанавливает ни субъекта, ни порядка такого «включения» - налицо пробел, поскольку нет отсылки к иным нормативным актам, а значит, Конституция сама должна регулировать данные отношения.

Мы полагаем, наша Конституция имеет те же дефекты, что и российское законодательство, ибо даже являясь основополагающим законом в системе права, нельзя быть вне этой системы. Устранение их «при полном единодушии в том, что документ несовершенен и нуждается в коррективе, в обозримом будущем в высшей степени проблематично».

Четвертый дефект состоит в нерациональном расположении правовых норм, чем нарушаются структурные связи в построении юридических правил.

Пятый дефект системы права заключается в несовершенстве правовых конструкций. В гражданском праве он проявляется в противоречии абстрактного и казуистического способов изложения правового материала, широком использовании оценочных категорий, бланкетных диспозиций и т.п.

На наш взгляд, наличие в конкретной правовой норме или их соотношении одного вида дефекта права не означает отсутствие иных. Так, коллизия может быть порождена нерациональным расположением норм права, следствием использования несовершенных юридических конструкций и т.п., возможно, что дефекты могут «переплестись» и образовать новый вид деформаций системы права, сложных по структуре, и, соответственно, более трудных в разрешении.

А.А. Белкин называет дефекты права «текстуально-правовыми конфликтами» и в дискуссии с Н.А. Власенко обосновывает это тем, что во-первых, «данный термин содержит больше доктринальной унифицированности». Во-вторых, «в терминологическом плане текстуально-правовой конфликт без дополнительных объяснений вписывается в общую систему юридических конфликтов». В-третьих, термин «конфликт» носит более общий характер.

Мы считаем, что термин «дефекты» применительно к пробелам, коллизиям и иным несогласованностям права более приемлем. Дефекты законодательства являются одним из видов юридических конфликтов, наряду с правотворческими и правоприменительными ошибками, поэтому они соотносятся как частное и общее. Теория дефектов права, безусловно, ждет самостоятельного рассмотрения в науке. Для нас этот вопрос представляет интерес чтобы отграничить коллизии правовых норм от иных разновидностей дефектов системы права.

Рассмотрим отличительные признаки коллизий, поскольку только определив их, мы сможем дать понятие коллизии в праве вообще, и в комплексном институте юридической ответственности, в частности.

Общепризнанно, что термин коллизия условен, «термины имеют лишь чисто техническое значение», писал применительно использования наименований «коллизия» или «конфликт законов» И.С. Перетерский. Мы считаем, что необходимо все-таки применять термины согласно критериям понятийной определенности: адекватного отражения сущности определяемого явления, законодательного закрепления и дискурсивности (т.е. логического «сцепления» с предшествующими общепризнанными дефинициями).

Термин «коллизия» используется в праве достаточно давно, по крайней мере, уже несколько столетий. Однако, как справедливо отмечает А.А. Рубанов, «его весьма почтенный возраст не превратил его в надежное оружие юридического анализа».

Слово «коллизия» (от лат. «Collisio» - столкновение) означает «столкновение противоположных сил, стремлений, взглядов и интересов». Таким образом, с этимологической точки зрения коллизия означает конфликт, противоречие.

Однако юридическое содержание терминов далеко не всегда соответствует этимологическому, правовая речь отличается от общепринятой литературной, тем более от обыденного языка. Поэтому в теории права общепризнанно, что термин «коллизия» носит условный характер. Он используется скорее в переносном смысле, поскольку вовсе не свидетельствует о подлинной борьбе, столкновении между правовыми нормами.

Ученые, исследовавшие расхождение содержания норм права, по-разному формулируют название этого явления. Например: коллизия норм права, коллизия закона, конфликт нормативных актов, противоречие правовых норм. По-нашему мнению, наиболее приемлем термин «коллизия норм права», поскольку: во-первых, исходным элементом системы права является ее норма. Закон как разновидность нормативных актов является формой выражения и закрепления норм права, поэтому в коллизию могут вступать не законы, а их содержание в виде общеобязательных предписаний государственно-властного характера. Теоретически возможна ситуация коллизии более значительных элементов системы права: ее институтов, отраслей или таких «суперотраслей» как частное и публичное право. До недавнего времени мы были свидетелями противоборства двух политических систем и в соответствии с этим различии систем права.

Во-вторых, не случайно в Конституции России введено новое для нашей правовой системы понятие «федеральное коллизионное право» - совокупность юридических правил, определяющих: какой их двух конкурирующих законов должен действовать в том случае, если они противоречат друг другу, и какой закон (правовая норма) будет применяться в конкретной ситуации, если она может подпасть под действие нескольких законов (правовых норм).

В-третьих, категория «коллизия» в философском смысле используется для названия любого несоответствия между явлениями, в то время как термины «конфликт» и «противоречие» сами по себе достаточно спорны.

Наиболее верным, с нашей точки зрения, названием описываемого явления служит термин коллизия норм права.

Поскольку существует различие даже в формулировке категории, то соответственно, не сложилось в научной литературе общепринятого взгляда и в его определении. Одни авторы под коллизией норм права понимают только их одновременное действие по одному вопросу, другие - несогласованность по содержанию, третьи рассматривают как противоречие, возникающее при регулировании однородных общественных отношений, четвертые считают, что коллизия - это расхождение, выраженное во взаимоисключающих требованиях и оценках конфликтующих законов, пятые отождествляют это понятие со столкновениями между отдельными нормативными актами.

С.С. Алексеев указывает, что «между отдельными нормативными актами могут возникнуть противоречия-столкновения. Такие противоречия и называются коллизиями». А.А. Тилле определяет коллизию, как «столкновение, конфликт двух законов или двух правовых систем, претендующих на применение». М.Т. Баймаханов, изучающий противоречия в правовой надстройке, также приходит к выводу, что в праве существуют два вида противоречий: материальные и формальные. Под последними он понимает «коллизии в самом праве, между отдельными институтами, нормами и т.д.». Очевидно, данные авторы при определении коллизии исходят из этимологического значения этого слова.

Некоторые авторы определяют коллизию не через противоречивость норм, а через их несогласованность, различие.

По мнению Н.А. Власенко, характеризуя коллизии, нельзя ограничиваться указанием либо только на противоречие, либо только на различие, поскольку коллизия норм выступает и как первое, и как второе. В связи с этим, Н.А. Власенко определяет коллизию как отношение между нормами, выступающее в форме различия или противоречия при регулировании одного фактического отношения.

Пожалуй, наиболее подробно понятие «коллизия» разработано в международном праве и особенно, в международном частном праве. Это и понятно, поскольку международное частное право зародилось и достаточно длительное время существовало как право коллизионное. Если в других отраслях права вопросы коллизий имеют второстепенное, подчиненное значение, то в международном частном праве они составляют основное содержание.



← предыдущая страница    следующая страница →
12




Интересное:


Функции юридических фактов в трудовом и семейном праве
Юридическая ответственность органов внутренних дел
Состав и структура нормативно-правовой базы законодательного процесса
Республики, их характерные признаки и виды
Роль Президента в законодательном процессе. Повторное рассмотрение федеральных законов, отклоненных Президентом Российской Федерации
Вернуться к списку публикаций