Идея разделения властей в истории мировой политико-правовой мысли
Теоретическое осмысление и интерпретация идеи государственной власти, ее разделения между различными органами одного государства занимали умы мыслителей и ученых не одного столетия.
«Надо признать, - писал В.С. Абашмадзе, - что учение о разделении государственной власти так же старо, как и само государство и право. Начиная с античной эпохи... учение о разделении государственной власти развивается постепенно и лишь в эпоху абсолютизма становится господствующим». В подтверждение своего вывода В.С. Абашмадзе ссылался на Ш. Монтескье, который изучение истории учения о разделении государственной власти «начинает с античной эпохи». Указанное утверждение, сводящееся к тому, что основателями учения о разделении государственной власти являются античные мыслители Платон, Аристотель, Полибий была в свое время подвергнута обоснованной критике В.С. Нерсесянцем.
«У Платона не было, конечно, идеи разделения властей, - пишет В.С. Нерсесянц,- Но платоновское представление о преимуществах смешанного правления присутствует в учении Монтескье о разделении властей, в частности, при обосновании требования равновесия различных властей...».
Касаясь концепции «разделения властей», В.С. Абашмадзе заменяет это устоявшееся в науке понятие другим («разделением единой государственной власти на отдельные власти») и полагает, будто уже античные авторы (и прежде всего Платон) разработали учение о разделении государственной власти. Подобное мнение в конце XIX в. высказывал немецкий юрист Рем, который усматривал, в частности, в работах Аристотеля учение о разделении властей, концепцию правового государства, конституционализма, представительной системы и т.д.
Теория разделения властей подразумевает в качестве одного из необходимых моментов развития представление о разделении труда в области государственной жизни, хотя, конечно, не сводится лишь к этому представлению. Платоновская трактовка разделения труда как «основного принципа построения государства» является, несомненно, важным теоретическим моментом, оказавшим влияние, в частности, на формирование теории разделения властей в новое время. Однако у самого Платона такой теории нет. Более того, с позиции разделения властей в платоновской конструкции разделения труда между различными сословиями идеального государства как раз отрицается, а не признается принцип разделения властей. Данное обстоятельство нисколько не меняется от того, что правители поочередно то законодательствуют, то управляют, то судят. Это разнообразие их функционального проявления - лишь показатель широты тех властных полномочий, единство (а не разделение!) которых они олицетворяют и осуществляют.
По нашему мнению, совершенно правильно анализирует политико-правовые взгляды Аристотеля применительно к рассматриваемой теме В.С. Нерсесянц. Аристотель четче и последовательнее Платона, различал между собой «три элемента» всякого государственного строя: «первый - законосовещательный орган о делах государства, второй - магистратуры (именно: какие магистратуры должны быть вообще, какие из них главные, каков должен быть способ их замещения), третий - судебные органы». Однако, несмотря на то, что названные «три элемента» и составляют у Аристотеля основу каждой из форм государственного строя и «само различие отдельных форм государственного строя обусловлено различной организацией каждого из этих элементов» (Аристотель. Политика, IV. 11.1. 1297 в, 30), тем не менее эти элементы, по нашему мнению, характеризуются в учении Аристотеля не как различные власти, не как относительно самостоятельные проявления единой государственной власти (т.е. не с позиций разделения властей), а скорее как формообразующие элементы.
Если бы Аристотель исходил из идеи разделения властей, он должен был бы сказать, что различие отдельных форм государственного строя обусловлено не только и не столько различной организацией каждого из этих элементов, но прежде всего, и главным образом, характером отношений между данными элементами, способом их взаимосвязей между собой, формой и мерой их соучастия в реализации всей совокупности властных полномочий государства в целом. Однако этого нет в учении Аристотеля. Аристотель в данном случае говорит не о трех элементах государственной власти, а о трех элементах государственной формы».
С точки зрения теории разделения властей значимы (в плане теоретических истоков, преемственности в истории политических учений и т.д.) те положения древнегреческих мыслителей, где речь идет о «политии», «смешанной» форме правления, достоинство которой видится им в сочетании соответствующих принципов различных форм правления. Причем принципы разных форм правления объединяются в рамках одной формы по сути дела в качестве различных начал властвования, правильная комбинация и надлежащее соотношение которых обеспечивают, по мысли авторов соответствующих концепций, политическую стабильность, справедливую меру и разумную форму участия разных социальных слоев в отправлении общегосударственных функций.
Генезис теории разделения властей связан с возникновением в Англии в XVII в. политико-правовых теорий Дж. Локка.
В 40-60 гг. XVII в. у представителей движения «индепендентов» и «левеллеров» можно найти четко сформулированное положение о недопустимости соединения в руках какого либо одного органа государства одновременно законодательной и исполнительной власти, со ссылкой на возникающую в противном случае угрозу деспотизма и ликвидации «естественных» прав и свобод. Были выдвинуты и воплощающие эти идеи конституционные проекты. Дж. Локк придал теории «разделения властей» характер универсальной доктрины. Им были развиты ее основные положения: об осуществлении законодательной власти исключительно через выборный представительный орган; о недопустимости представительному органу заниматься исполнением законов; о создании в связи с этим постоянно действующего органа исполнительной власти и др.
Дж. Локк считал, что при республиканском правлении законодательная власть с необходимостью должны доминировать над исполнительной. Он писал, что в конституционном государстве, может быть всего одна верховная власть, а именно законодательная, которой все остальные подчиняются.
Ключ к правильному пониманию власти, по мнению известного американского политолога и государствоведа К.Фридриха, можно найти с помощью договорной теории Локка и интерпретации его идеи разделения власти у Ш. Монтескье. У Дж. Локка ветви одной власти: власти короля, лордов, общин - сливаются во власть парламента и осуществляются через нее. Важно отметить, что у Дж. Локка власть исходила от всего общества, образовывалась из согласия, общественного договора, власть же парламента была производной, приобретая принудительный, «вещный» характер. Став вещью, она могла быть разделена. Ш. Монтескье уже не выделяет законодательную власть как основную; он подчеркивает разделение трех властей, каждую из которых образуют различные группы людей. Это было новым содержанием конституционализма. Здесь, утверждает К. Фридрих, становится очевидным, что иная власть, одна и неделимая, стоит за властями, должными быть разделенными. Это - власть, образующая конституцию. Власть, следовательно, выступает в двух различных ипостасях: во-первых, конституирующая власть, имеющая относительный характер и порождаемая согласием, и, во-вторых, производные власти, подобные вещи, разделенные и находящиеся во владении. Отсюда вытекает концепция власти, принадлежащей народу, народного суверенитета.
Вывод, который делает К. Фридрих, следующий: решающее значение имеет то обстоятельство, что власть должна быть разделена, а не сконцентрирована в руках тех, кто действует по уполномочению общества. В случае же сосредоточения власти в руках организующей группы, что часто повторялось после революций, эта группа, выступающая от имени всего общества, превращается в правящую олигархию, переставая быть учреждающей (конституирующей).
Новым качественным этапом в становлении теории разделения властей стали работы Ш. Монтескье, который сформулировал положение о трех властях. До него ни «левеллеры», ни Дж. Локк не выделяли еще особой судебной власти, хотя отправление правосудия у них фактически обособлялось. Развив теоретические основы доктрины разделения властей, Ш. Монтескье выдвинул идею о «равновесии» и взаимных «сдержках» властей, а также высказал мысль о том, что в органах государственной власти должны быть представлены все сословия общества. Не отвергая республику как возможную форму правления при условии разделения властей, Ш. Монтескье отдавал предпочтение умеренной конституционной монархии с двухпалатным парламентом. Обобщив и комплексно изложив основные положения концепции разделения властей, Ш. Монтескье заслуженно снискал славу наиболее авторитетного идеолога и теоретика этой доктрины.
Тщательно проанализировав политическую историю государств античного мира и средних веков, Ш. Монтескье утверждал, что античные политические мыслители не имели представления о трех родах власти в государстве. Свою классификацию форм правления Аристотель, например, делал, не исходя из разделения властей. Вместе с тем, Ш. Монтескье отмечал умелое разделение и распределение власти в республиканском Риме между такими органами, как консулы, сенат и народное собрание. В монархиях же, согласно Ш. Монтескье, древние не выделяли трех родов власти. Эти представления стали продуктом политической истории государств средневековой Европы. По Ш. Монтескье, свободолюбивый дух германских народов привел к возникновению в Европе готических правлений, где в той или иной мере в государственном устройстве было закреплено разделение и распределение трех властей: законодательной, исполнительной и судебной.
По нашему мнению, Н.М. Азаркин совершенно справедливо отмечает, что деление власти на законодательную, исполнительную и судебную в политической практике современных Ш. Монтескье государств было очевидным фактом.
Разумное государство, по Ш. Монтескье, теоретически должно основываться на принципах разделения властей, взаимного сдерживания властей от произвола, распределения верховной власти между различными социальными слоями общества. Причем эти принципы были выделены благодаря анализу исторического опыта многих реально существовавших государств и их конституций, а не только политической практики английского государства».
В соответствии с конституционным проектом Ш. Монтескье, законодательная власть является лишь выражением «общей воли государства...». Основное назначение - выявит право и сформулировать его в виде положительных законов государства, обязательных для всех граждан. Лучше всего, считал Ш. Монтескье, когда законодательная власть принадлежит всему народу, которую целесообразно вручить собранию представителей народа и собранию знати.
В отличие от судебной власти законодательная и исполнительная власти, также имеющие правовой характер, могут злоупотреблять властью, допускать произвол. Поэтому эти две власти, по мнению Ш. Монтескье, должны быть не только разделены, но и наделены правом приостанавливать и отменять деятельность друг друга.
Исполнительная власть, согласно конституционному проекту Ш. Монтескье, выступает в качестве органа, реализующего общую волю государства. Ее предназначение - лишь исполнение законов, установленных законодательной властью. Поэтому «исполнительная власть ограничена по самой своей природе...» и ею наделяется прежде всего монарх, поскольку эта «сторона правления, почти всегда требующая действия быстрого, лучше выполняется одним, чем многими».
Исполнительную власть могут осуществлять и другие лица, но только не члены законодательного собрания.
Взаимовлияние законодательной и исполнительной властей гарантирует реальность права, которое в конечном счете отражает компромисс сталкивающихся интересов и воль различных социальных слоев и сил.
И законодательная, и исполнительная власти реализуют общие дела государства, тогда как судебная власть, в соответствии с представлениями Ш. Монтескье, «карает преступления и разрешает столкновения частных лиц» Задача судей состоит в том, чтобы решения и приговоры «всегда были лишь точным применением закона» Учитывая специфику этого рода деятельности, он утверждал, что «судебная власть в известном смысле не является властью». Поэтому в его конституционном проекте судебная власть не сдерживается никакой другой властью.
Палаты законодательной власти (представительное собрание и законодательный корпус), согласно учению Ш. Монтескье, заседают раздельно, а законы принимаются при их взаимном согласии. Законодательная власть не только издает законы, но и контролирует их исполнение властью исполнительной, то есть монархом и его министрами. За нарушение законов министры могут быть привлечены законодательным собранием к ответственности.
Исполнительная же власть в лице монарха, сдерживает от произвола законодательную власть, обладает правом вето на решения органов законодательной власти, устанавливает регламент работы обеих палат и обладает правом их роспуска.
Взаимные сдерживающие полномочия властей, подчеркивает Ш. Монтескье, могли бы привести к их бездействию. Но так как необходимое течение вещей заставит их действовать, то они будут действовать согласованно.
Если ли, по Ш. Монтескье, разделение властей их равновесие? Нет, это не равновесие, поскольку законодательная власть в силу того, что она выражает общую волю, выявляет право и формирует его в виде законов, объективно играет доминирующую роль. Обе другие власти лишь реализуют и исполняют законы, то есть их деятельность носит подзаконный характер.
