2012-01-02 18:11:56
ГлавнаяТеория государства и права — Пределы реализации диспозитивных норм права



Пределы реализации диспозитивных норм права


Едва ли можно согласиться с М.И. Цукерманом, который считает, что назначение должно входить в содержание субъективного права. Для этого автор предлагает дополнить определение субъективного права, предложенное О.С. Иоффе. «Субъективное гражданское право, - пишет он, - есть обеспеченная законом мера дозволенного управомоченному поведения, соответствующая назначению этого права, и возможность требовать определенного поведения от обязанного лица в целях удовлетворения признаваемых законом интересов управомоченного».

Следует поддержать точку зрения Т.Н. Молчановой, согласно которой предложенное определение представляется неприемлемым. Во-первых, субъективное право определяется в таком случае через право. Во-вторых, сама дозволенность, дозволенный характер поведения управомоченного лица исключает необходимость указания на то, что действия носителя субъективного права должны отвечать назначению права, не могут противоречить ему. Следует полагать, что назначение субъективного права имеет «противоположную направленность»: оно не входит в содержание субъективного права, а напротив - может быть лишь установлено из его содержания.

Критерием оценки правомерности осуществления предоставляемых субъектам правовых возможностей служит назначение субъективных прав. Поскольку оно непосредственно в законе не закреплено, требуется установить критерии его определения с тем, чтобы в каждом конкретном случае можно было выяснить, в допустимых ли пределах реализуются диспозитивные нормы права.

Представляется, что должна быть система таких критериев. Т.Н. Молчанова выделяет следующие критерии: материальный, юридический, моральный.

Материальным критерием определения назначения субъективных прав служат те конкретные общественные отношения, которые регулирует норма или институт права.

К юридическим критериям могут быть отнесены нормы права, которые определяют содержание конкретных субъективных прав. Нормы - это, по существу, основной критерий определения назначения, так как последнее вытекает из содержания субъективных прав.

Моральным критерием являются моральные правила и принципы общества. В.А. Рясенцев приводит пример: в силу ст. 38 Основ гражданского законодательства ССР и союзных республик (кстати, до сих пор действующих) автору принадлежит право выпустить в свет свое произведение под условным именем (псевдонимом). Однако если в качестве псевдонима будет взята фамилия другого автора, известного в той же области искусства или литературы, то такое осуществление права будет противоречить его назначению.

С.Н. Братусь не согласен с предложенным обоснованием отказа в охране права, осуществляемого не в соответствии с его назначением. Главное, по его мнению, состоит в том, что такое использование псевдонима является неправомерным, поскольку, соответствуя содержанию права, не соответствует его назначению. Представляется, что тому назначению, которое определяется С.Н. Братусем как вытекающее лишь из регулируемых общественных отношений указанное использование псевдонима и не противоречит. Здесь невозможно определить действительное назначение права, исходя лишь из общественных отношений, закрепленных данной норме права. Во-первых, нет конкретной нормы, которая бы устанавливала ограничительные условия в выборе автором псевдонима, поэтому приходится исходить из общего смысла авторского права; во-вторых, подобным использованием псевдонима могут быть опорочены честь и достоинство известного автора - возможно наделение его такими «качествами», которые в действительности ему не свойственны и обладателем которых он стал не в результате собственных поступков, а в результате действий его «однофамильца». И определить, для чего предназначено право (а предназначено, в частности, и для того, чтобы не опорочить чести и достоинства известного автора) невозможно без обращения к моральным принципам.

3) Фиксирование временных границ существования и осуществления прав или обязанностей является также одним из способов установления пределов реализации диспозитивных норм. Сроки исковой давности, предъявления претензий, обжалования, опротестования и др. - вот далеко не полный перечень временных границ, которые устанавливаются законодательно. Так, например, если покупатель предъявит претензию по поводу недостатков проданной вещи после истечения гарантийного срока, то они не будут иметь правового значения (ст. 477 ГК РФ).

4) Юридические факты. Справедливым представляется, утверждение В.Б. Исакова, что специфическим ненормативным пределом свободы усмотрения могут выступать юридические факты, поскольку это одна из их функций. В.Б. Исаков справедливо считает, что индивидуальное регулирование приводит к тому, что в процессе правового регулирования «подключатся» фактические обстоятельства, которые не определены с достаточной отчетливостью в нормах права. Эту группу фактических обстоятельств можно назвать индивидуально-определяемыми (или относительно-определенными) фактами, которые как раз и определяются правоприменителем или иным субъектом права на основе свободы усмотрения при анализе конкретной юридической ситуации.

Поскольку наряду с элементом фактического состава, определяемым по усмотрению субъекта, предусматриваются иные обязательные элементы объективного характера, и фактический состав реализуется при наличии всех его элементов, постольку эти указанные «иные элементы» реально ограничивают свободное усмотрение, связывают его предварительными условиями.

Реализация диспозитивных норм ограничивается не только с помощью законодательных средств. Т.В. Кашанина отмечает определенное значение факторов, лежащих вне права:

1) Правосознание - существенный фактор, ограничивающий усмотрение в процессе реализации диспозитивных норм права. В его содержание входит правовая идеология, знания действующего права, его оценка, а также правовая психология, выражающая в чувстве справедливости, привычке к равноправию, отвращение к произволу. Основная роль принадлежит разуму, правовой идеологии правоприменяющего субъекта. Но нельзя сбрасывать со счета правовую психологию. Она отнюдь не иррациональна и безыдейна. Индивидуальное решение часто является результатом мысли и чувства, а не одного рассуждающего интеллекта. «Как бы ни были хороши законы, которые судье придется применять, никогда его деятельность не принесет пользы людям, если не будет проникнута живым духом, не будет освещена светом разума, не будет согрета чувством». А.Ф. Кони советовал судье «не быть простым орудием внешних сил, действующим с безучастной регулярностью часового механизма, судья должен вносить в творимое им дело свою душу...».

2) Нормы морали также влияют на принятие решений по собственному усмотрению.

Т.В. Кашанина описывает случай, когда в газете появилась заметка, в которой сообщалось о том, что С. являясь старшим научным сотрудником 15 лет, бесплодно занимает должность, не оправдывая затрачиваемых государственных средств. С. обратился в суд иском об опровержении этих сведений. В суде возник вопрос, а являются ли сведения порочащими. При этом суд исходил из норм морали. Под сведениями, порочащими гражданина, имеются в виду такие, которые могут умалить, ухудшить, испортить репутацию лица в глазах общественного мнения или отдельных лиц, т.е. сведения, приписывающие лицу нарушение нравственного долга, либо утверждающие, что его моральные качества не отвечают нравственным требованиям общества. Согласно нормам морали каждый член общества должен добросовестно трудиться. Опубликованные сведения сообщают о том, что С. не выполняет свой нравственный долг и добросовестно не трудится на благо общества, вполне обосновано были признаны судом порочащими.

3) Иногда в законодательстве делаются отсылки к обычаям, традициям, деловым обыкновениям. Установить их содержание, абсолютно точный смысл подчас очень не просто. В результате этого на практике встречаются трудности, связанные с их использованием. Так, например, в процессе исполнения гражданско-правовых обязательств очень часто встречаются споры, связанные с тем, как надлежаще следует исполнять обязательства. Функция названных социальных норм сводится к тому, чтобы быть фактическим критерием, ориентиром для выбора наиболее предпочтительной версии в процессе индивидуального регулирования.

4) Эстетические взгляды могут быть положены в основу решения, основанного на свободном волеизъявлении. Так, например, приговором Свердловского областного суда Б. был осужден по ч. 3 ст. 117 УК (изнасилование, связанное неизгладимым обезображением лица потерпевшей). Обезображение лица выразилось в том, что он откусил нос потерпевшей. При решении вопроса, является ли данное телесное повреждение обезображивающим, суд исходил из эстетических представлений о человеке, его внешнем облике. Следует заметить, что основанием оценки эстетического вида лица выступают восприятие и переживания прекрасного и безобразного, возвышенного и низменного, соответствующие представлениям о характере этих эстетических свойств, выработанных в данной конкретной среде.

5) Большое значение в процессе реализации диспозитивных норм права имеет юридическая практика (судебная, арбитражная). Основанием для решения вопросов по свободному усмотрению может выступать как обобщенная практика, так и практика по конкретным делам.

Обобщенная практика, выступающая в форме правоположений и находящая отражение в постановлениях Пленумов Верховного Суда, инструкциях Высшего Арбитражного суда, приказах Генерального прокурора, обязательна для исполнения только соответствующим подчиненным правоприменительным органом. Однако все другие лица, хотят они того или нет, вынуждены также принимать ее во внимание, поскольку в случае необходимости правовой защиты их действий споры будут рассматривать правоохранительные органы, руководствуясь этими правоположениями. Вот и получается, что правоположения как результат обобщений судебной или иной юридической практики имеют общее значение и являются одним из средств, хотя и ненормативных, устанавливающих пределы реализации диспозитивных норм права.

6) Нельзя сбрасывать со счетов и общественное мнение. Особенно заметным его давление бывает при рассмотрении уголовных дел, квалифицируемых по статьям, в которых содержатся ситуационные, оценочные признаки. В некоторых случаях учет общественного мнения бывает очень важным. Это связано с тем, что правосознание юриста иногда имеет слабые стороны, что является результатом его длительной «профессионализации».

«Это - возможная односторонность знаний, определяемая узкой специальностью юриста, некоторое снижение эмоционального отношения к происходящему (сухость, равнодушие)».

Таковы пределы реализации диспозитивных норм права. Эти способы, как правило, используются при определении границ реализации абсолютно диспозитивных норм, когда объем последних предельно широк, когда управомоченным лицам предоставляются большие возможности.

Пределы реализации относительно диспозитивных норм в большинстве случаев устанавливаются иначе - они указываются в самих нормах. Относительно диспозитивные нормы, предоставляя субъектам правовую свободу, ограничивают ее путем: а) указания нескольких вариантов решения определенного вопроса и предоставления права выбора одного из них; б) указания пределов возможного решения по определенному вопросу (верхнего, нижнего, того и другого одновременно).

Например, в силу ст. 186 ГК РФ срок действия доверенности не может превышать трех лет, то есть дан верхний предел срока; срок договора проката не должен превышать одного года (ч.1 ст. 627 ГК РФ). В установленных пределах субъекты права по своему усмотрению могут конкретизировать решение соотвтствующего вопроса, но не должны выходить за ограничительные рамки.

В рамках правового государства диспозитивное правовое регулирование должно осуществляться в строгом соответствии с действующими нормами права, претворяя в жизнь их требования. Однако при этом необходимо учитывать очень важный момент. Производимая на законодательном уровне нормативно-правовая регламентация общественных отношений не должна сковывать творческие возможности и инициативу субъектов права, одновременно ограждая граждан, общество и государство от «творчества» такого рода, которое ведет к произволу и беззаконию. Поэтому рациональные границы свободного усмотрения должны устанавливаться законодателем посредством таких нормативно-правовых средств, с помощью которых реально преодолеваются противоречия между законностью и целесообразностью, стабильностью и оперативностью индивидуального правового регулирования.

Устанавливая такие границы, необходимо иметь в виду, что чрезмерно широкие и чрезмерно узкие пределы свободы усмотрения в состоянии оказать одинаково негативные последствия. В то же время объективно «более свободным» должно быть усмотрение субъектов автономного регулирования, поскольку практика свидетельствует, что излишняя нормативно-правовая регламентация гражданских, трудовых и хозяйственных отношений сковывает их инициативу и предприимчивость. В свою очередь «менее свободным» должно быть усмотрение субъектов правоприменения, что связано с дополнительными гарантиями законности в деятельности именно тех органов или должностных лиц, которые обладают властными полномочиями.

Не стеснять судью чрезмерно формальными определениями, предоставлять ему известный простор - это, конечно, очень разумное правило. Вместе с тем, этот простор не может быть безграничен. Недопустимо, чтобы известная степень свободы при решении правовых вопросов давала простор для действия стихийных экономических и социальных сил. Законодательно необходимо установить пределы свободного усмотрения.

Свобода усмотрения субъекта реализации диспозитивной нормы права должна быть ограничена в той мере, в какой это необходимо в целях защиты прав и законных интересов других лиц, общества и государства. Показательно, что ч. 5 ст. 55 Конституции РФ гласит: «Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства».

Следует заметить, что границы реализации диспозитивных норм права, зафиксированные в законе, должны быть объективными, т.е. диспозитивное регулирование должно допускаться в той мере, в какой это требуется самой регулируемой общественной системой. Предоставить большие пределы реализации диспозитивных норм права - значит децентрализовать общественную систему; сузить рамки свободного усмотрения – означает сознательное и неоправданное игнорирование возможностей регулируемой системы.


Лапшин Иван Сергеевич



← предыдущая страница    следующая страница →
12




Интересное:


Концепция разделения властей в истории политико-правовой мысли России
Понятие субъекта права
Общее учение о праве и государстве
Формы и способы реализации норм права
Некоторые вопросы юридической ответственности
Вернуться к списку публикаций