2012-01-02 18:11:56
ГлавнаяТеория государства и права — Пределы реализации диспозитивных норм права



Пределы реализации диспозитивных норм права


Усмотрение участников правоотношений при осуществлении ими правовой свободы не может быть абсолютным. Закон определяет границы субъективного усмотрения, пределы реализации диспозитивных норм права.

Диспозитивное регулирование основано на известной степени свободы (самостоятельности) субъектов права в решении тех или иных вопросов, имеющих правовое значение. И эта свобода при определенных условиях может быть превращена в «сверхсвободу», т.е. свободу чинить произвол, решать вопросы, которые законодатель отдает на усмотрение субъектам права, в противоречии с общим смыслом и назначением права в обществе. Для того чтобы не допустить произвола, законодатель устанавливает пределы реализации диспозитивных норм права.

Пределы реализации диспозитивных норм права - это установленные законом рамки, в которых субъектам права предоставляется возможность по собственному усмотрению совершать автономные юридические действия, связанные с осуществлением субъективных прав.

Пределы реализации диспозитивных норм права неодинаковы. В группе отраслей права, связанных с предупреждением преступлений и назначением за их совершение мер уголовной репрессии (уголовное, уголовно-исполнительное право) свободное усмотрение допускается в минимальных пределах.

Отрасли права, опосредующие организацию и деятельность государственного аппарата (конституционное, административное, финансовое право), характеризуются большим удельным весом диспозитивного регулирования.

И, наконец, в отраслях права, регулирующих экономическую, хозяйственную сферу общества, личную жизнь граждан (земельное, гражданское, трудовое, семейное право) регулирование, о котором идет речь, имеет наибольшие пределы.

Среди нормативно-правовых средств, ограничивающих усмотрение, необходимо выделить, во-первых, средства, с помощью которых законодатель устанавливает внешние границы свободы усмотрения, очерчивая, таким образом, пределы реализации диспозитивных норм права. К их числу относятся: императивные нормы права; цели, задачи и принципы законодательства в целом, его отдельных отраслей и нормативных актов; правовые нормы, в которых закреплен объем и содержание правосубъектности (компетенции); вид и мера ответственности за нарушение ее пределов; порядок признания различных индивидуально-правовых предписаний и актов недействительными.

Во-вторых, необходимо выделить средства, с помощью которых устанавливаются внутренние границы свободы усмотрения, т.е. определяются пределы реализации диспозитивных норм права на основе усмотрения ее субъектов теперь уже в рамках конкретных видов общественных отношений. К их числу необходимо отнести: условия действия конкретной правовой нормы; зафиксированную в ней вариантность поведения реализующих ее субъектов; различную степень детализации прав и обязанностей этих субъектов, характеризующую пределы их оперативной самостоятельности; закрепленные в этой норме конкретные меры, а иногда и временные границы обеспечения предоставляемых прав и обязанностей; содержащиеся в ней оценочные понятия и признаки, которые одновременно поощряют и ограничивают усмотрение в процессе индивидуального правового регулирования; и, наконец, правоположения, которые, безусловно, содержат ориентиры наиболее правильного разрешения проблемных юридических ситуаций, и поэтому в силу своей общеобязательности могут служить границами свободы усмотрения субъектов реализации диспозитивных норм права.

Рассмотрим некоторые из названных пределов реализации диспозитивных норм права подробнее.

1) Императивные нормы права. Закон устанавливает определенные рамки свободе волеизъявления сторон, за которые они выходить не вправе. Эти рамки устанавливаются императивными нормами права, содержащими категорические предписания, которые не могут быть заменены по усмотрению лиц другими условиями их поведения.

Так, если стороны включили в договор условие, направленное на ограничение правоспособности лица, то подобное соглашение будет признано ничтожным, т.к. нормы, регламентирующие правоспособность граждан, носят императивный характер.

Подобные правила прямо закрепляются в тексте закона: «Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения» (ч.1 ст. 422 ГК РФ).

Таким образом, договорные отношения сторон по-разному соотносятся с императивными и диспозитивными нормами права. На первом месте по обязательности предписания стоят императивные нормы права, затем - условия договора, затем - правила диспозитивной нормы, если они не отменены или не изменены договором, а затем для регулирования договорных отношений применяются обычаи делового оборота.

2) Пределы осуществления субъективных прав. В юридической науке, особенно в последнее время, обсуждается проблема пределов осуществления субъективных прав. Указанная проблема тесно связана с вопросом о пределах реализации диспозитивных норм права, поскольку реализация диспозитивных норм права проявляется через осуществление субъективных прав. Выбор определенного варианта поведения, характеризующий реализацию диспозитивных норм права, должен происходить в тех рамках, которые установлены законом для реализации субъективных прав. Поэтому для рассмотрения пределов реализации диспозитивных норм права неизбежно обращение к пределам осуществления субъективных прав.

Необходимость определения пределов реализации субъективных прав, объясняется учеными, занимающимися этой проблемой, тем, что закон не может указать точную границу субъективного права, поскольку норма права представляет собой правило поведения общего характера и не дает исчерпывающего перечня возможных действий управомоченного лица при осуществлении им субъективных прав. «Какова бы ни была степень конкретизации действий, входящих в содержание субъективного права, она не может исчерпать всех возможных его проявлений, поскольку соответствующая норма права остается общим правилом поведения. Закон - не перечень всех возможных актов поведения, им предусмотренных».

«Общность» - признак, характеризующий любую норму права, независимо от того, какие общественные отношения она регулирует и каким образом она сформулирована (является ли она императивной или диспозитивной), то есть каким способом она воздействует на проведение субъектов права.

Именно диспозитивность, нормативно-правовым выражением которой служат диспозитивные, дозволительные нормы, объективно требует установления пределов реализации предоставленных правом возможностей.

Если относительно диспозитивные нормы, предоставляя участникам правоотношений известную меру диспозитивности, ограничивают усмотрение, указывая варианты поведения или пределы возможного решения по конкретному вопросу, то абсолютно диспозитивные нормы не связывают субъекта каким-либо вариантом, допускают субъективное усмотрение, не ограничивая его. Управомочивающие нормы, обеспечивая диспозитивность, дают возможность выбора, осуществлять право или нет, дозволяют носителю субъективного права в ряде случаев выбирать по своему усмотрению способ его осуществления.

Государство посредством названных норм права предоставляет субъектам широкие правовые возможности, гарантирует и охраняет их. Но оно не может безразлично относиться к тому, как возможности реализуются, и устанавливает пределы их осуществления, пределы реализации диспозитивных норм права.

Назначение субъективных прав есть тот критерий, с помощью которого могут быть определены пределы реализации диспозитивных норм права. Что понимается под назначением указанных правовых возможностей?

В юридической литературе нет каких-либо расхождений во мнениях по этому вопросу. «Под назначением разумеется та цель, ради которой устанавливаются права данной категории.., а также отдельные правомочия в составе сложных субъективных прав». «Под назначением права понимается та цель, достижение которой должно быть обеспечено». Субъективные права осуществляются в соответствии со своим назначением, то есть в соответствии с целями для достижения которых эти права установлены.

Таким образом, назначение субъективного права понимается как цель. С подобным высказыванием трудно согласиться. Цель - то, к чему стремятся, это идеальное предрешение желаемого результата поведения, «любая цель является идеально выраженным результатом предстоящего поведения, действия, поступка и всегда выступает как задача, которую предстоит решить». И было бы неверным отождествлять назначение с целью, с идеальным образом желаемого результата поведения.

Назначение и цель - не равнозначные понятия, хотя и не «безразличные» по отношению друг к другу. Назначение субъективного права можно определить как его способность (свойство) быть целесообразно использованным, реализация субъективного права в соответствии с назначением есть целесообразное его использование.

Итак, во-первых, назначение есть способность субъективного права быть целесообразно использованным. Целесообразное использование значит отвечающее цели. Отсюда назначение субъективного права рассматривается через цель, достижение которой призвано обеспечить данное право. Однако «целесообразность» сама по себе до конца не выявляет смысла назначения. Во- вторых, необходимо указать, что назначение субъективного права представляет собой способность быть надлежащим образом использованным.

Осуществление субъективного права в соответствии с назначением может сводиться к самым различным формам его использования (осуществления, распоряжения и др.). Вот почему назначение субъективного права предполагает возможные способы, средства и методы его использования и, что то же самое - способы, средства, пути достижения цели.

Нельзя рассматривать назначение субъективного права, отправляясь только от цели. Последняя всегда выступает в неразрывном единстве со средствами её достижения. А так как речь идет о назначении субъективного права как меры возможного поведения, нельзя упускать из вида возможные действия управомоченного лица, являющиеся средством, способом достижения цели.

Носитель субъективного права может применить определенные способы защиты принадлежащего ему права, как против возможного его нарушения, так и против наличного. Реализация управомоченным лицом указанной возможности, в конечном счете, также есть одна из форм использования субъективного права, а, следовательно, и способ достижения цели. Но поскольку эго специфическая форма, о ней, также раскрывающей назначение субъективного права, следует говорить особо.

Суммируя сказанное, можно заключить, что назначение субъективного права охватывает, включает в себя, во-первых, цель, достижение которой призвано обеспечить право, во-вторых, возможные: приемы, средства использования субъективного права (способы достижения цели); в-третьих, возможные средства защиты субъективного права.

Высказывания о том, что конкретное назначение субъективных прав иногда определяется специальными нормами, что «в ряде случаев мы находим и указание конкретного назначения того или иного субъективного права», не бесспорно, по крайней мере, оно требует уточнения.

Оставляя в стороне детальное рассмотрение этого вопроса, следует, тем не менее, заметить следующее. Опасаясь неосновательного расширения круга случаев, которые можно охватить общим правилом, запрещающим использование права в противоречии с его назначением, С.Н. Братусь высказал мысль о том, что его не следует распространять на те права, содержание и назначение которых определены конкретными институтами и нормами права.

О.С. Иоффе, В.П. Грибанов полагают, что надобность в применении общей нормы не возникает, если «имеется специальная норма, определяющая конкретное назначение нарушенного права», и при этом она снабжена соответствующей санкцией». «Но встречаются и такие субъективные гражданские права, - пишут они, - конкретное назначение которых прямо не определено специальными юридическими нормами, а если и определяются, то без установления санкций за его нарушение».

Неправильное осуществление таких субъективных прав надлежит квалифицировать либо только по ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, если вовсе отсутствует норма, определяющая их конкретное назначение, либо по этой статье и соответствующей специальной норме, которая назначение субъективного права определила, не предусмотрев, однако, санкции за его несоблюдение.

Изложенное в целом позволяет сделать вывод о том, что конкретное назначение субъективных гражданских прав: а) непосредственно нормами не устанавливается; б) не может быть определено только «через цель»; в) вытекает из содержания субъективных прав.

Предполагается, что именно таким (назначение субъективного права вытекает из его содержания) должно быть соотношение между субъективным правом и его назначением. В юридической литературе имеются иные высказывания по этому поводу. С.Н. Братусь, например, полагает, что субъективное право включает в себя не только содержание, но и его социальное назначение; содержание права и назначение - два взаимосвязанных между собой компонента.

То, что содержание субъективного права и его назначение взаимосвязаны, возражения не вызывает. Однако нельзя согласиться с тем положением, будто субъективное право включает в себя и свое назначение. Думается, что субъективное право, как и любое другое явление, ничего кроме содержания в себя не включает. Содержание субъективного права не может быть противопоставлено его назначению, иначе становится непонятным, откуда «появляется» цель субъективного права, что служит источником её определения. Если придерживаться позиции С.Н. Братуся, то необходимо признать, что законодателю следовало бы закрепить в нормах цель (по мнению автора, назначение) каждого субъективного права. Однако, очевидно, что законодатель не пошел по такому пути.



← предыдущая страница    следующая страница →
12




Интересное:


Дееспособность как стадия (ступень) развития правосубъектной связи
Юридическая ответственность как относительно самостоятельный комплексный институт права
Наука прав человека - предмет, функции, современные методологические проблемы
Механизм разрешения юридических коллизий: проблемы оптимальности и эффективности способов и процедур
Понятие и элементы механизма разрешения юридических коллизий
Вернуться к списку публикаций