2012-01-02 17:58:12
ГлавнаяТеория государства и права — Виды диспозитивных норм права по российскому законодательству



Виды диспозитивных норм права по российскому законодательству


Важное место в теории норм права принадлежит вопросам их классификации.

Научная классификация как логико-предметная, творчески аналитическая обработка накопленных знаний и как ее результат позволяет, во-первых, упорядочить накопленные знания об исследуемых объектах, а сами объекты определенным образом объединить и разграничить; во-вторых, служит необходимым условием их дальнейшего углубленного изучения.

Вопрос о какой-либо систематизации или разработке общетеоретической классификации диспозитивных норм права до настоящего времени просто не ставился.

Правильность и полнота классификации зависят, прежде всего, от выбора ее оснований. Диспозитивные нормы права можно классифицировать по предмету регулирования, пределам усмотрения, предоставляемого диспозитивными нормами, по признаку объемного распределения диспозитивности между участниками правоотношений, субъекту реализации диспозитивных норм, по функциям диспозитивных норм в механизме правового регулирования и т.д.

1. Традиционной является классификация правовых норм по предмету регулирования. По предмету регулирования диспозитивные нормы права подразделяются в первую очередь на нормы частного и нормы публичного права. Такое деление обозначилось еще в римском праве, и было связано с различием норм, выражающих интересы отдельных лиц и норм, регулирующих деятельность государства, его органов и должностных лиц.

В начале столетия И.А. Покровский отмечал, что право регулирует отношение между людьми двумя приемами, между которыми обнаруживается глубокая разница. «В одних областях отношения регулируются исключительно велениями, исходящими от одного-единственного центра, каковым является государственная власть. Эта последняя своими нормами указывает каждому отдельному лицу его юридическое место, его права и обязанности по отношению к целому государственному организму и по отношению к отдельным лицам. Регулируя все эти отношения по собственному почину и исключительно своей волей, государственная власть принципиально не может допустить в этих областях рядом с собой никакой другой воли, ничьей другой инициативы. Поэтому исходящие от государственной власти нормы имеют здесь безусловный принудительный характер (jus cogens); предоставляемые ею права имеют в то же самое время характер обязанностей: они должны быть осуществлены, так как неосуществление права будет являться неисполнением сопряженной с ними обязанности (бездействием власти)».

Иначе обстоит дело с частным правом. «Здесь государственная власть принципиально воздерживается от непосредственного и властного регулирования отношений; здесь она не ставит себя мысленно в положение единственного определяющего центра, а, напротив, предоставляет такое регулирование множеству иных маленьких центров, которые мыслятся как некоторые самостоятельные социальные единицы, как субъекты права». Эти субъекты права, люди или же различные искусственные образования— корпорации или учреждения, обладают автономией в правовом регулировании своих взаимоотношений.

Государство устанавливает свои частно-правовые нормы лишь как вспомогательные на случай отсутствия частных определений. Нормы частного права по общему правилу составляют jus dispositi vum. «Вследствие же этого гражданские права суть только права, а не обязанности: субъект, которому они принадлежат, волен ими пользоваться, но волен и не пользоваться; неосуществление права не составляет никакого правонарушения».

Имеются существенные различия между диспозитивными нормами в частном и публичном праве. Диспозитивные нормы в публично-правовой сфере отличаются более узкими пределами для осуществления правопритязаний управомоченного лица. Если в частном праве юридико- конструктивные действия субъектов (субъекта) определяются через принцип «дозволено все, что не запрещено законом», то в публично-правовой сфере таковые определяются как «дозволено то, что разрешено законом». Так или иначе, но всемерное развитие в системе российского права отраслей частного права означает возрастание значения диспозитивного метода правового регулирования и лежащих в его основе диспозитивных норм права.

Диспозитивные нормы можно классифицировать и по отраслям права.

Учитывая положение ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, следует отдельно рассмотреть вопрос о диспозитивных нормах в международном праве. Подавляющее большинство норм общего международного права являются диспозитивными.

Диспозитивными в международном праве признаются нормы, от которых государства могут отступать в своих локальных взаимоотношениях, внося в них определенные изменения, не противоречащие существу данной нормы общего права.

Россия с 1991 года является участницей Конвенции ООН «О договорах международной купли-продажи товаров» 1980 года (Венская конвенция). Венская конвенция, являющаяся составной частью российского гражданского законодательства и специально предназначенная для регулирования отношений по договору международной купли-продажи, исходит из принципа практически полной диспозитивности ее норм.

Поэтому важно определить, будут ли подлежать применению к отношениям по заключаемому контракту положения Венской конвенции. Если государство, в котором находится коммерческое предприятие зарубежного партнера, - также участник этой конвенции, то Венская конвенция, безусловно, применима. На данный момент в ней участвуют более 45 государств, в том числе торговые партнеры России (в частности, Германия, Китай, Франция, США, Венгрия, Италия, Финляндия, Испания, Австрия). Из стран-членов СНГ в Венской конвенции участвуют наряду с Россией также Украина, Белоруссия, Грузия, Молдова.

В соответствии с Венской конвенцией контракт, для того чтобы он был признан действительным, должен содержать минимум условий (стороны, обозначение товара, количество и цену или порядок их определения). Все другие условия, если они не установлены в контракте, определяются диспозитивными нормами конвенции. Если российского предпринимателя устраивают соответствующие положения конвенции, нет необходимости тратить усилия на согласование таких условий с зарубежным партнером. В противном случае сторонам нужно договариваться о включении в контракт иного условия, избегая тем самым применения диспозитивной нормы конвенции.

Основную массу как универсальных, так и партикулярных норм международного права составляют диспозитивные нормы. Под диспозитивными нормами в международном праве понимаются такие, которые допускают отступление от них во взаимоотношениях определенных субъектов в результате соглашения между ними. При этом не должны затрагиваться права и законные интересы третьих государств.

Диспозитивный характер основной массы международно-правовых норм определяется природой межгосударственных отношений и их субъектов. Правовое положение основных субъектов международного права характеризуется их суверенным равенством, чем определяется широкая свобода регулирования собственных отношений по своему усмотрению. В диспозитивных нормах находит выражение типичная черта метода международно-правового регулирования - его координационный характер. Все это дает основание полагать, что широкие возможности автономного регулирования сохранятся и в будущем.

Диспозитивная норма обладает полной юридической силой, подпадает под действие принципа добросовестного выполнения обязательств, который не предусматривает для таких норм никаких исключений. Если субъекты не договорились об ином, то они обязаны выполнять предписание диспозитивной нормы, а в случае ее нарушения несут полную ответственность. Диспозитивность нормы заключается не в ограниченной обязательной силе, а в том, что она предполагает право субъектов регулировать свои взаимоотношения иначе, чем предусмотрено общей нормой. Это ни в коей мере не влияет на действие диспозитивной нормы в отношениях данных субъектов с третьими государствами и в отношениях последних между собой.

В доктрине международного права встречается неправильное понимание юридической природы диспозитивных норм. Высказывается, например, мнение, будто в силу согласительного характера нормы международного права обычно допускают отклонения с учетом возможности возмещения убытков и применения санкций. Но коль скоро речь идет о возмещении убытков и санкциях, то тем самым опровергается тезис о допустимости отклонения от нормы. Правомерным будет лишь отклонение по взаимному соглашению, которое не влечет за собой ответственности.

Анализ международной практики показывает, что соглашения, полностью отменяющие действие общих норм во взаимоотношениях сторон, - сравнительно редкое явление. Но объясняется это не тем, что подобные соглашения запрещены. Причины надо искать в углублении взаимосвязанности государств, в стандартизации нормативного регулирования, в развитии системного характера этого регулирования. Каждая норма действует не сама по себе, а в системе норм, отступление от которых, даже оправданное в отдельном случае, может быть чревато отрицательными последствиями в масштабе всей системы. Имеет значение и то обстоятельство, что влияние общей нормы заключается не только в ее юридической обязательности, но и в ее целесообразности, основанной на богатом опыте. Несмотря на все это, сама возможность отклонения от диспозитивной нормы имеет существенное значение для суверенных субъектов и функционирования универсального международного права.

На самом деле общая норма может не только уточняться, но и полностью приостанавливать свое действие во взаимоотношениях договорившихся об этом сторон. Это положение не раз подтверждалось в решениях Международного Суда, о которых мы скажем ниже. Что же касается существа и цели нормы, то они столь же диспозитивны, как и ее конкретное содержание. Императивной силой обладают цели императивных норм.

Высказывается мнение, будто изменение диспозитивной нормы возможно лишь путем договора. Это мнение навеяно Венской конвенцией о праве международных договоров. Необходимо, однако, учитывать, что эта конвенция посвящена договорам и потому только о них в ней и идет речь. Отклонение от диспозитивной нормы носит характер исключения, и как таковое должно быть достаточно ясно выражено. Оптимальным средством для этого служит договор. Вместе с тем, коль скоро обычай обладает той же юридической силой, что и договор, то нельзя исключать возможность «отклоняющихся» обычных норм. В одном из решений Международного Суда говорится: «...в практике твердо установлено, что в конкретных случаях можно отклоняться от норм международного права путем соглашения между определенными участниками, однако обычно это не является предметом какого-либо ясно выраженного постановления...».

Диспозитивный характер нормы вытекает из ее содержания и специально не оговаривается. Помощь в решении этого вопроса может оказать и определение места нормы в системе международного права.

Если из договора или обычая видно, что установлена иная норма, то она изменяет или приостанавливает действие диспозитивной нормы общего международного права во взаимоотношениях соответствующих субъектов. В иных случаях существует презумпция действия общей нормы. При решении таких вопросов немало зависит и от значения диспозитивной нормы. В решении по делу «Элетроника Сикула», вынесенном камерой Международного Суда, относительно принципа исчерпания местных средств говорится: «...камера считает для себя невозможным признать, что важный принцип обычного международного прав должен считаться молчаливо отложенным в сторону при отсутствии каких-либо положений, делающих ясным намерение совершить это. Поэтому соответствующую часть ответа Соединенных Штатов на возражение Италии следует отклонить».

Следует согласиться с мнением Н.А. Ушакова, который пишет: «В целом вопрос о диспозитивных международно-правовых нормах требует специального изучения...».

Вопрос имеет значение также для национального права и соответствующей практики, поскольку во многих странах, включая Россию, диспозитивные нормы международного права являются частью права страны. Между тем среди специалистов в области национального права встречаются случаи непонимания природы диспозитивности норм, порою такие нормы даже квалифицируют как рекомендательные.

Вот, что отмечает М.М. Богуславский о Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г.: «Говоря о применении конвенции, важно подчеркнуть, что ее положения ни в коей мере не носят обязательного характера». В доказательство ссылается на положение Конвенции, согласно которому стороны могут исключить применение Конвенции и отступить от любого из ее положений или изменить его действие (ст. 6).

На первый взгляд может показаться, что приведенное высказывание обосновано и приемлемо. Однако, под «стороной» в анализируемом документе понимается сторона в договоре о купле-продаже, а не сторона в Конвенции. Стороны в Конвенции обозначены, как «государства-участники» и «договаривающиеся государства». Отступление от принятой терминологии сделано специально для того, чтобы избежать путаницы. Следовательно, рассматриваемая Конвенция столь же обязательна для государств-участников, как и любая иная. Что же касается сторон в договорах о купле - продаже, то и для них положения Конвенции не являются рекомендательными. Стороны в сделке могут оговорить неприменимость диспозитивной нормы, но если это не сделано, то диспозитивная норма обладает для них полной юридической силой. Диспозитивная и рекомендательная норма - совершенно разные явления. Следует отметить своеобразную одностороннюю «диспозитивность» многих императивных норм международного права. Закрепляя достигнутый уровень нравственности, гуманности, они допускают изменения в направлении повышения этого уровня. Например, более высокий уровень защиты прав человека в региональном масштабе полностью отвечает целям и принципам соответствующей отрасли общего международного права.

Немалой спецификой обладают диспозитивные нормы конституционного права.

Конституционное право содержит в себе значительное количество диспозитивных норм. Профессор М.В. Баглай обращает внимание на ст. 85 Конституции РФ, которая содержит диспозитивную норму: «Президент Российской Федерации может использовать согласительные процедуры для разрешения разногласий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации...».

Диспозитивные нормы содержат также ст. 20, ч. 1 ст. 21, ст. 22, ст.26, ст. ст. 27 - 38, ст.ст. 40 - 51, ст. 53, ст. 59, ст. 62, ст. 66, ч. 2 ст. 68, ст. 78, ст. 79, ст. 85, ч. 2,3 ст. 100, ч. 4 ст. 105, ст. 117, ч. 1 ст. 131, ст. 132 Конституции РФ.

Муниципальное право как подотрасль конституционного права также в значительной степени пронизано принципом диспозитивности. Так, в ч. 1 ст. 131 и ч. 1 ст. 132 Конституции РФ говорится о том, что население самостоятельно определяет структуру органов местного самоуправления, которые самостоятельно управляют муниципальной собственностью, формируют, утверждают и исполняют местный бюджет, решают иные вопросы местного значения.



← предыдущая страница    следующая страница →
1234




Интересное:


Понятие и место принципа состязательности в системе принципов права
Общая характеристика доктринального толкования норм права
Планирование и прогнозирование законодательной деятельности и ее содержание
Понятие коллизии института юридической ответственности
Признаки норм права
Вернуться к списку публикаций