2010-12-12 09:00:00
ГлавнаяАдминистративное право — Проблема разграничения предметов ведения между Российской Федерацией и ее субъектами по установлению административной ответственности



Проблема разграничения предметов ведения между Российской Федерацией и ее субъектами по установлению административной ответственности


Создание нового законодательства об административной ответственности, в том числе об административной ответственности должностных лиц, невозможно без уяснения новых реалий российского государства: его федеративного устройства, объединяющего в принципе разнопорядковых субъектов, а также без надлежащего разрешения проблем распределения полномочий между федерацией и ее субъектами.

Действительно, разграничение предметов ведения и полномочий РФ и ее субъектов во всех областях государственной, хозяйственной, социально-культурной жизни нашего общества является одной из наиболее сложных и актуальных проблем. Она возникает всегда, когда речь идет о реализации ст. 72 Конституции РФ, которая отнесла к предметам совместного ведения Федерации и ее субъектов административное и административно-процессуальное законодательство.

Исходя из смысла и содержания Конституции РФ, регулирование административной ответственности возможно только путем принятия законодательного акта на федеральном уровне и на основе принимаемых в соответствии с ним законами субъектов РФ.

До недавнего времени отношения по установлению и реализации административной ответственности в России регулировались КоАП РСФСР. Несмотря на частое обновление Особенной части Кодекса, законодатель весьма мало уделял внимания его Общей части и приведению ее в соответствие с организацией государственной власти в России (в стране длительное время действовал Кодекс несуществующего государства).

Имеющиеся в КоАП РСФСР нормы о распределении компетенции (ст.ст. 3-6) приходилось рассматривать с учетом содержания соответствующих статей Конституции РФ (ст.ст. 71, 72, 76, 77 и др.) и действующих федеральных законов, например таких, как «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», «О континентальном шельфе Российской Федерации», «Об экологической экспертизе» и др., в которых содержались нормы об административной ответственности граждан, должностных лиц, юридических лиц и которые не были кодифицированы.

В целом полномочия субъектов Федерации в области административных правонарушений определялись следующим образом. КоАП РСФСР содержал исчерпывающий перечень вопросов, по которым местные представительные органы власти могли принимать решения, предусматривающие административную ответственность за их нарушение, а также устанавливать правила, за нарушение которых наступает административная ответственность, предусмотренная соответствующими статьями данного Кодекса. Наряду с КоАП РСФСР полномочия субъектов РФ по установлению административной ответственности в определенной сфере отношений прямо предусматривали и некоторые федеральные законы. Например, Земельный кодекс РСФСР указывал на возможность принятия республикой в составе Российской Федерации закона об административной ответственности за нарушение земельного законодательства. Такой закон был принят, в частности, в Республике Башкортостан. Федеральный закон «Об общих принципах организации местного самоуправления» установил, что к полномочиям органов государственной власти субъектов РФ относятся принятие и изменение законов об административных правонарушениях по вопросам, связанным с местным самоуправлением, например, об административной ответственности за нарушение сроков и порядка ответа по обращениям граждан, поступающим в органы местного самоуправления.

Таким образом, к ведению субъектов Федерации были отнесены вопросы установления административной ответственности за нарушения правил, принятых в рамках предметов совместного ведения Федерации и ее субъектов, если они не урегулированы на федеральном уровне, а также правил, являющихся предметом регулирования со стороны субъекта Федерации вне пределов ведения Российской Федераций.

Надо отметить, что при принятии закона, устанавливающего административную ответственность, субъекты РФ должны были учитывать весь массив федерального законодательства по данному предмету. Так, например, из смысла ст.ст. 18, 56, пункта «в» ст. 72 Конституции РФ вытекает, что законы субъектов Российской Федерации не могут ограничивать объем прав и свобод человека и гражданина, поскольку нормы федеральной Конституции являются непосредственно действующими и определяют смысл и содержание любого законодательного акта. Поэтому законом субъекта Федерации не могут быть установлены более высокие санкции за административные проступки или ограничены права участников административного производства по сравнению с нормами Федерального Кодекса.

Помимо федерального законодательства круг вопросов, находящихся в ведении субъектов РФ, может быть также определен нормативными актами самих субъектов, то есть в конституциях республик, уставах (или основных законах) областей, городов федерального назначения. Например, ст. 60 Конституции Республики Хакасия устанавливает, что в ее ведении находится административное законодательство, не отнесенное к ведению РФ, а в ст. 70 Основного закона Республики Адыгея указывается, что к ведению высшего органа государственной власти республики отнесено установление ответственности за нарушение законов и иных нормативных правовых актов, изданных по предметам ведения республики.

Примеры правотворческой практики указывают на то, что в основополагающих актах, определяющих статусы субъектов Российской Федерации, нет единого подхода к принципам распределения предметов ведения в сфере установления административной ответственности. Данное обстоятельство вызвало появление в специальной литературе; различных точек зрения на решение данной проблемы.

Так, Н.Г. Салищева, считает, что в целом предметы ведения Российской Федерации и ее субъектов по установлению административной ответственности должны быть определены в Кодексе об административных правонарушениях. Применительно к регулированию вопросов административной ответственности также надо учитывать нормы ст. 71 Конституции, которая отнесла к ведению Федерации регулирование и защиту прав и свобод человека и гражданина. Именно поэтому в федеральном Кодексе должны быть определены основания административной ответственности, виды административных взысканий, права и обязанности органов административной юрисдикции и т.д.

А.Ю. Якимов полагает, что законодательство Российской Федерации об административных правонарушениях должно устанавливать административную ответственность, во-первых, за нарушения федеральных законов и правил, утверждаемых постановлениями Правительства РФ, и, во-вторых, за правонарушения, имеющие повышенную общественную вредность, то есть за такие, которые посягают на здоровье, честь и достоинство личности, собственность, общественный порядок. Установление административной ответственности за прочие проступки, по мнению А.Ю. Якимова, следует отнести к компетенции субъектов Федерации.

Существует мнение, что в процессе реализации законодательства об административных правонарушениях органы местного самоуправления вправе принимать свои нормативные акты, устанавливающие административную ответственность. При этом соответствующие нормы должны детализировать порядок применения административных санкций, установленных федеральными законами и законами субъектов Федерации.

Я.Б. Гамзатов считает, что решение вопроса распределения полномочий заключается в определении «долей» Федерации и субъектов РФ, под которыми подразумеваются не только «доли» компетенции, а и категории проступков, перечни вопросов, которые должны быть урегулированы на федеральном уровне и уровне субъектов Федерации. Для этого он предлагает сначала подготовить и издать Федеральный конституционный закон об исключительной компетенции органов законодательной власти РФ в части административно-правового регулирования борьбы с административными правонарушениями, а затем в рамках ст. 78 Конституции РФ заключить соглашения между органами власти РФ и органов власти субъектов Федерации, которые, наряду с другими вопросами, дадут возможность выбрать оптимальный объем и содержание полномочий по административно-правовому регулированию для всех субъектов Федерации.

В.Н. Ульянова и В.В. Александров полагают, что данный вопрос должен быть урегулирован путем принятия Основ РФ об административной ответственности, в которых следует определить и гарантировать конструкцию федерального и регионального законодательства об административной ответственности, четко реализуя при этом конституционный принцип федерализма и разграничения предметов ведения.

Мы считаем, что множество мнений и точек зрения, существующих в научной и юридической литературе на решение проблемы о распределении предметов ведения между Федерацией и ее субъектами в сфере установления административной ответственности, явилось следствием нечеткого определения данного вопроса в самой Конституции РФ.

Как правильно отмечает А.П. Шергин: «Отношения, которые возникают по поводу совершения административных правонарушений - это отношения юридической ответственности, которые без достаточных на то оснований пытаются относить к управленческим. Сам характер этих отношений, содержание, метод реализации, правовые позиции субъектов свидетельствуют о самостоятельной группе деликтных отношений, составляющих в совокупности предмет административно-деликтного права». Иными словами, в соответствующем положении ст. 72 Конституции РФ произошла подмена понятий: в административное законодательство было необоснованно включено законодательство об административной ответственности.

Об особом характере общественных отношений, связанных с реализацией института административной ответственности, говорят и другие административисты. Они отмечают, что группу административно-деликтных отношений необходимо отделять от организационно-управленческих. Законодательство, регулирующее организационно-управленческие отношения, которые в силу своей специфики пронизывает различные отрасли права, несомненно, должно находится в совместном ведении. Административно-деликтное же законодательство, имея специфический, отличный от организационно-управленческого права, предмет регулирования, должно, аналогично уголовному и гражданскому законодательству, находиться только в ведении Российской Федерации.

Последнее утверждение, на наш взгляд, является слишком категоричным. Ибо практика законотворческой и правоприменительной деятельности в субъектах Федерации показывает, что отнесение вопросов по установлению административной ответственности к исключительному ведению Российской Федерации не позволит при решении основных задач, стоящих перед законодательством об административных правонарушениях, учесть все аспекты, отражающие национальные, этнические, природные, экономические и пр. особенности, отличающие субъектов РФ, которые, в свою очередь, могут обусловливать появление отдельных видов административных правонарушений, характерных только для определенного региона.

Однако, несмотря на разные пути решения данной проблемы, все авторы сходятся в одном: необходимость систематизации административно-правовых норм, регулирующих административную ответственность, с учетом всех политических, экономических и социальных перемен, произошедших в стране за последние годы, назрела уже давно. Только одни авторы видят выход в проведении инкорпорации административно-правовых норм (объединение и расположение в систематизированном порядке существующих норм по важнейшим административно-правовым институтам), другие (Д.Н. Бахрах, В.Н. Ульянова, Н.В. Салищева и др.), которых большинство, все же придерживаются мнения о необходимости принятия нового кодекса - кодекса об административной ответственности, который бы урегулировал общие принципы и правила применение мер административной ответственности к гражданам, должностным лицам и юридическим лицам, включая порядок исполнения наложенных взысканий и порядок обжалования. В Особенной части его должны быть сформулированы составы административных проступков и меры взыскания за нарушения федеральных норм, круг субъектов административной юрисдикции и т.д.

1 июля 2002 г. вступил в силу Кодекс РФ об административных правонарушениях. Каким образом новый Кодекс на данном этапе развития российской государственности урегулировал распределение полномочий по установлению административной ответственности?

Во-первых, ст. 1.1 КоАП РФ установлено, что законодательство об административных правонарушениях состоит из КоАП РФ и принимаемых в соответствии с ним законов субъектов Федерации об административных правонарушениях.

Во-вторых, ст. 1.3 Кодекса закрепила круг вопросов в области законодательства об административных правонарушениях, относящихся к исключительному ведению Российской Федерации, конкретизируя тем самым положения ст.ст. 71, 72, 76 Конституции РФ (в отношении законодательства об административных правонарушениях). К ним относится установление: основополагающих положений в сфере регулирования административной ответственности, перечня видов административных наказаний и правил их применения, порядка производства по делам об административных правонарушениях и т.д.

Вызывает интерес конструкция п. 3 ч. 1 ст. 1.3 КоАП РФ, из смысла которого вытекает, что кроме закрепления ответственности за нарушение нормативных правовых актов федерального уровня к ведению Российской Федерации относится установление административной ответственности и по другим вопросам. Выходит, что КоАП РФ может устанавливать ответственность за нарушение правил, предусмотренных нормативно-правовыми актами субъектов Федерации, которые приняты в рамках совместного ведения с Федерацией, если субъектами РФ эта ответственность не установлена. Напротив, если административная ответственность за нарушение федеральных норм КоАП РФ не установлена, то субъекты Федерации установить ее не вправе.

Несмотря на то, что КоАП РФ не содержит конкретной статьи, устанавливающей предметы ведения субъектов РФ в области законодательства об административных правонарушениях, тем не менее анализ норм Кодекса позволяет сформулировать следующий перечень полномочий:

1) выбор видов наказаний (предупреждения или административного штрафа);

2) выбор органа административной юрисдикции по делам о правонарушениях, предусмотренных законами субъектов РФ;

3) образование в соответствии с законами субъектов РФ иных коллегиальных юрисдикционных органов, кроме уже указанных в КоАП РФ;

4) определение полномочий должностных лиц, уполномоченных рассматривать дела об административных правонарушениях;

5) определение перечня должностных лиц, уполномоченных составлять протоколы об административных правонарушениях по законодательству субъектов РФ об административной ответственности;

6) законодательное установление иных смягчающих обстоятельств, не включенных в Кодекс (в соответствии с ч. 2 ст. 4.2 КоАП РФ).

В связи с этим вызывает интерес, как закрепили свою подведомственность в рассматриваемом нами вопросе сами субъекты РФ? Приведем некоторые примеры.

Так, согласно ст. 2.1 Кодекса Республики Татарстан об административных правонарушениях от 26 декабря 2002 г. № 36-ЗРТ, настоящий кодекс: 1) устанавливает административную ответственность по вопросам, имеющим республиканское и местное значение, в том числе за нарушение правил и норм, предусмотренных законами и иными нормативными правовыми актами Республики Татарстан; 2) определяет органы и должностных лиц, уполномоченных рассматривать дела об административных правонарушениях, предусмотренных настоящим Кодексом; 3) определяет должностных лиц, уполномоченных составлять протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Статья 1.3 Закон Новосибирской области от 14 февраля 2003 г. № 99-03 «Об административных правонарушениях в Новосибирской области» закрепила, что к ведению Новосибирской области в области законодательства об административных правонарушениях относится установление административной ответственности за невыполнение или нарушение Устава Новосибирской области, законов Новосибирской области, нормативных правовых актов органов государственной власти Новосибирской области, органов местного самоуправления, действующих на территории Новосибирской области.

Кодекс Волгоградской области об административной ответственности от 17 июля 2002 г. № 727-ОД содержит ст. 2 «Соотношение законодательства Волгоградской области и федерального законодательства об административной ответственности», гласящую:

«Общие положения и принципы законодательства об административных правонарушениях, категории лиц, подлежащих административной ответственности, перечень видов административных наказаний и правила их применения, порядок производства по делам об административных правонарушениях, порядок исполнения постановлений о назначении административных наказаний определяются Кодексом Российской Федерации об административной ответственности.

Настоящий Кодекс принят в пределах предметов ведения Волгоградской области как субъекта Российской Федерации и устанавливает административную ответственность за административные правонарушения, не предусмотренные федеральным законодательством».

Отсюда, анализ приведенных и других кодексов (законов) субъектов РФ позволяет заключить, что отсутствие в КоАП РФ отдельной нормы, определяющей конкретный перечень вопросов, в отношении которых субъекты обладают самостоятельностью, является причиной того, что, как правило, в указанных региональных правовых актах указание на предметы ведения либо отсутствует вообще, либо данный вопрос решается общей фразой типа: «Настоящий Закон устанавливает административную ответственность по вопросам, не отнесенным Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях к предметам ведения Российской Федерации, в том числе за нарушения правил и норм, предусмотренных законами и иными нормативными правовыми актами органов государственной власти... области (или республики).».

Как видно, выбранный законодателем вариант решения вопроса о распределении предметов ведения в сфере установления административной ответственности, который нашел отражение в нормах КоАП РФ, является не до конца разработанным (в частности в части четкого закрепления полномочий субъектов Федерации).

Так, по мнению Б.В. Российского, при отнесении административного законодательства к предмету совместного ведения Российской Федерации и субъектов РФ установление норм об административных правонарушениях, совершаемых гражданами, должно происходить только на уровне федерального законодательства. В свою очередь к ведению субъектов РФ могло бы быть отнесено установление административной ответственности должностных лиц за совершение ими тех правонарушений, ответственность за которые не установлена на федеральном уровне. Как, например, из смысла ст. 2.10 КоАП РФ следует право субъектов Федерации устанавливать своими законами административную ответственность юридических лиц.

Действительно, административная ответственность, являясь одним из видов административного принуждения, связана с ограничением прав и свобод граждан, а согласно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина (не только конституционные, но и общепризнанные) могут быть ограничены лишь федеральным законом.

Таким образом, реализация данного подхода к разграничению полномочий способствовала бы соблюдению требований Конституции РФ.

В свою очередь целесообразность закрепления за субъектами РФ права по установлению административной ответственности должностных лиц может быть объяснена следующими моментами.

Во-первых, среди проступков должностных лиц, предусмотренных законодательством об административных правонарушениях, значительное количество составляют правонарушения в следующих сферах: обеспечения общественной безопасности, охраны природной среды и обеспечения экологической безопасности, природопользования, охраны памятников истории и культуры; а также правонарушения в промышленности, строительстве и энергетике, сельском хозяйстве, жилищно-коммунальных отношениях, ветеринарии и мелиорации земель, связи и информации, предпринимательской деятельности, финансов, налогов и сборов и др. Все эти вопросы находятся либо в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Федерации, либо в ведении самих субъектов Федерации.

Во-вторых, согласно положениям ст.ст. 72 и 73 Конституции РФ, помимо федеральных актов или в дополнение к ним, субъекты РФ принимают большинство своих законов и правовых актов управления, отражающих особенности и специфику различных регионов страны, то есть в дополнение к нормам Кодекса РФ об административных правонарушениях субъекты Федерации могут издавать нормы, предусматривающие административную ответственность должностных лиц за нарушения положений региональных актов. Это, безусловно, должно способствовать эффективному решению субъектами Федерации вопросов, отнесенных к предмету их собственного ведения и их полномочиям по предметам совместного ведения с Российской Федерацией. Надо отметить, что такого мнения придерживались и разработчики проекта КоАП РФ. Так, по словам Н.И. Шаклеина, возглавлявшего комиссию по работе над проектом КоАП РФ, созданную Комитетом ГД по государственному строительству, еще до вступления Кодекса в силу начали поступать законопроекты о внесении в него различных дополнений. Все они затрагивали Особенную часть Кодекса и касались самых разных областей правоотношений: от вопросов установления ответственности за нарушение правил обращения с ломом и отходами цветных и черных металлов до ответственности за изготовление или хранение с целью сбыта, сбыт крепких спиртных напитков домашней выработки. Однако такие вопросы как, например, установление административной ответственности за изготовление или хранение с целью сбыта, сбыт крепких спиртных напитков домашней выработки, так и некоторые другие, являющиеся актуальными не для всех субъектов Федерации, по мнению законодателя, предполагалось урегулировать на уровне законодательства субъектов РФ.

К примеру, в Кодексе Нижегородской области об административных правонарушениях, утвержденном Законом Нижегородской области от 20 мая 2003 г. № 34-3, в 30 из 51 статьи, что составляет примерно 59 % от общего количества статей, субъектом административного правонарушения является должностное лицо. Причем более чем в 20 статьях проступок совершается путем нарушения установленных требований, порядка или правил, утверждаемых на региональном или местном уровне. Например, ст. 4.4 Кодекса Нижегородской области предусматривает установление административной ответственности за нарушение должностным лицом установленного порядка выдачи разрешений на перепланировку или переоборудование жилых и нежилых помещений в жилых домах. В свою очередь указанный порядок выдачи разрешений регулируется Законом Нижегородской области от 4 ноября 2002 г. № 60-3 «О переоборудовании и перепланировке жилых и нежилых помещений в жилых домах». Ст. 5.1 устанавливает административную ответственность должностных лиц за уничтожение редких и находящихся под угрозой исчезновения видов животных или растений, занесенных в Красную книгу Нижегородской области.

Таким образом, большинство статей КоАП Нижегородской области, устанавливающих административную ответственность должностных лиц, содержат составы административных правонарушений, отражающих особенности и специфику установленного порядка управления в различных сферах деятельности в Нижегородской области.

В рамках рассматриваемого вопроса хотелось бы также обратить внимание и на некоторые недостатки, имеющиеся в КоАП Нижегородской области. Так, например, на наш взгляд неудачной является гл. 2 Кодекса, о чем свидетельствует само ее название «Административные правонарушения, посягающие на права граждан». Во-первых, такое название вступает в противоречие со ст. 55 Конституции РФ по обстоятельствам, подробно рассмотренным выше, во-вторых, заключенные в данной главе составы административных правонарушений имеют различные объекты посягательства, но никак не права граждан в их традиционном (конституционном) понимании. В частности, составы правонарушений, закрепленные в ст. 2.1 Кодекса области «Нарушение покоя граждан и тишины в ночное время», ст. 2.2 «Нарушение правил содержания животных», своим объектом имеют общественный порядок и общественную безопасность; объектом правонарушения, предусмотренного ст. 2.3 «Нарушения при продаже спиртных напитков», являются отношения в сфере торговли и т.д.

Надо сказать, что на неудачное изложение гл. 2 Кодекса области обращалось внимание еще во время обсуждения проекта Кодекса на депутатских слушаниях в Законодательном собрании Нижегородской области. Согласно заключениям Главного управления Министерства юстиции РФ по Нижегородской области от 15 января 2003 г. № 07-07/124, Прокуратуры Нижегородской области от 19 февраля 2003 г. № 7р-03 составы правонарушений, предусмотренные ч. 1 ст. 2.1 проекта Кодекса, уже предусмотрены ст. 20.1 КоАП РФ «Мелкое хулиганство» и подпадают под ее действие. Справедливым является мнение, изложенное в экспертном заключении сотрудниками Нижегородской академии МВД России (от 17 февраля 2003 г.), согласно которому гл. 2 проекта Кодекса является юридически несостоятельной по своей архитектонике и содержанию и никакие нюансы официального или доктринального толкования, не помогут в аргументации особенностей объекта деликтов, включенных в эту главу.

Справедливости ради, отметим, что подобные недостатки встречаются также в кодексах (законах) об административных правонарушениях, принятых в других субъектах Федерации (см. например, Кодекс, Республики Татарстан об административных правонарушениях от 26 декабря 2002 г. № 36-ЗРТ, Закон Новосибирской области от 14 февраля 2003 г. № 99-03 «Об административных правонарушениях в Новосибирской области» и др.).

Еще одним недостатком Кодекса Нижегородской области, на наш взгляд, является излишнее отягощение документа положениями, напрямую заимствованными из КоАП РФ. Например, в ст. 1.6 Кодекса «Субъекты административной ответственности» полностью перенесено понятие должностного лица, изложенное в примечании к ст. 2.4 КоАП РФ; ст. 1.7 «Презумпция невиновности» дублирует нормы ст. 1.5 КоАП РФ с аналогичным названием; ст. 1.8 «Форма вины» - ст. 2.2 КоАП РФ и др. Подобные заимствования не отвечают требованиям системности. Перенос некоторых фрагментов из Федерального Кодекса не может придать рассматриваемому документу самодостаточную и структурно законченную форму.

К сожалению, не все замечания, высказанные юристами - специалистами высших учебных заведений - по доработке проекта КоАП Нижегородской области были учтены законодателем.

В-третьих, если включение норм об административной ответственности граждан в законы субъектов Федерации противоречит ст. 55 Конституции РФ и обусловливает, по словам А.П. Шергина, различия в правовом статусе граждан в зависимости от места проживания, что ведет к ущемлению их конституционных прав и свобод, то установление актами субъектов административной ответственности должностных лиц (и юридических лиц), наоборот, отражает реально существующие различия в их правовом положении, которые, безусловно, определяются и факторами регионального характера.

Изложенное выше позволяет заключить, что некоторые положения КоАП РФ являются весьма спорными в теоретико-правовом плане, что соответственно воспримет любой нормативно-правовой акт субъекта Федерации, принятый в развитие Кодекса РФ. Таким образом, возникает необходимость в дальнейшем совершенствовании содержания КоАП РФ. В связи с этим, представляется, что со временем все нормы, предусматривающие административную ответственность граждан, неминуемо будут сосредоточены в Федеральном кодексе. Ведь совершенствование политики в части уточнения компетенции Российской Федерации и субъектов Федерации в области установления административной ответственности является насущной потребностью общества, которая обусловлена, в том числе, необходимостью обеспечения конституционных прав и свобод граждан. Кодекс РФ об административных правонарушениях должен стать единственным актом, устанавливающим административную ответственность граждан, что в полной мере будет соответствовать положениям Конституции РФ относительно возможности ограничения прав и свобод граждан только федеральным законом. Законами (кодексами) субъектов Федерации должна устанавливаться лишь ответственность юридических лиц и должностных лиц за совершение тех административных правонарушений, которые имеют определенные особенности в отдельных регионах страны и не рассматриваются в федеральном кодексе.







Интересное:


Административное (полицейское) законодательство России XVIII-первой половины XIX веков и возникновение кафедр благоустройства и благочиния на юридических факультетах российских университетов
Порядок применения дисквалификации в административном праве Российской Федерации
Понятие и сущность административной ответственности должностных лиц
Правовой статус лица, привлекаемого к административной ответственности
Особенности правового регулирования административно-правовых режимов
Вернуться к списку публикаций