2015-04-26 18:43:03
ГлавнаяГражданское право и процесс — Односторонние сделки в гражданском праве Российской Федерации



Односторонние сделки в гражданском праве Российской Федерации


Понятие и виды односторонних сделок в гражданском праве.

Становление института односторонних сделок в науке гражданского права и законодательстве.

Разработка категориального аппарата относится к числу важнейших направлений развития гражданского права. Традиционно юридическая наука использует понятия в качестве застывших или, точнее сказать, неподвижных форм и категорий. Такая роль присуща правовым понятиям в силу того, что они представляют собой результат обобщения общих и специфических признаков, отражаемых в праве явлений. Стабильность, неизменность понятий позволяет использовать их при построении юридических норм. Применение устоявшихся понятий в законодательной деятельности способствует единообразному толкованию нормативных актов, делает их более лаконичными, освобождает от повторений. Использование общепринятых понятий в юридической практике формирует единую терминологию, помогает регулировать разногласия сторон в гражданско-правовых спорах. Дефиниции составляют стержень, гражданского права и как учебной дисциплины. Они являются базовыми категориями, своего рода ступеньками, на которых строится понимание большинства юридических конструкций.

Однако знание не является застывшей формой. Оно прогрессирует вместе с развитием практики. Расширение представлений об изучаемом объекте уточняет или даже формирует новые понятия. Поэтому понятия отражают уже не стороны вещей, не их внешнюю связь, они улавливают сущность явления, явление в целом, внутреннюю связь явлений [1].

Исследование понятия односторонней сделки возможно с нескольких позиций. Во-первых, исходя из развития понятия сделки в науке гражданского права. Во-вторых, исходя из истории становления института сделок в гражданском законодательстве.

Ретроспективный анализ понятия односторонней сделки проводится на примере важнейших исторических периодов в развитии гражданского права и законодательства.

Первый период: Римское частное право.

Второй период: Дореволюционная правовая наука и законодательство (с конца 18 века по 1917 г.).

Третий период: Советская наука гражданского права и гражданское законодательство (с 1917 г. по 1991 г.).

Четвертый период: Современная гражданско-правовая наука и законодательство (с 1991 г. по настоящее время).

1. Римское частное право. Обращение к римской традиции обусловлено тем влиянием, которое оказало римское право на становление, пандектной правовой системы. Историки, изучавшие римское право, приходят к выводу, что римские юристы не выработали общего понятия юридической сделки. Встречающиеся у них термины (actum, actus, negotium) не имеют единого смыслового значения. Так, термин actus (и actio) обозначал, в первую очередь, всякое проявление воли во внешнем мире. Далее, он использовался для определения всякого акта, имеющего юридическое значение (включая государственно-правовые действия) [2]. Наконец, в преторском эдикте слова actus legitimi обозначали сделку по цивильному праву [3].

Римские юристы пользовались также термином «negotium», который обычно передается словом сделка, но не является равнозначным современному значению этого слова в юридической терминологии. В римских источниках термин negotium употреблялся в различных смыслах. Во-первых, negotium в широком смысле означало всякую деятельность чисто фактического свойства и все процессуальные действия, в более же узком смысле под ним подразумевалось одно только ведение процесса [4]. В этом смысле говорили о «negotiorum gestio», о «suum negotium gerere». Во-вторых, negotium означало возмездную сделку, возмездный договор и противопоставлялось дарению. В-третьих, negotium означало торговлю, промысел, торговую сделку [5]. Выработка понятия сделки является результатом более поздних юридических исследований.

Римское право предусматривало деление сделок по числу участников на два класса: односторонние (negotia unilateralia или gestum преторского эдикта) и двухсторонние сделки (negotia bilateralia).

Остановимся теперь на тех подходах в понимании сделок по римскому праву, которые сложились, в историографии во второй половине XIX - начале XX века.

Профессор Л.Б. Дорн, читавший лекции по римскому праву в Санкт-Петербургском университете в 70 -80 годы XIX века, определял юридическую сделку (negotium juris) как «дозволенное волеизъявление какого-либо одного заинтересованного лица, направленное к возникновению, прекращению или изменению известного права» [6]. При этом он полагал, что юридические сделки имеют своей целью влияние на установление, изменение или прекращение прав, влияние на правоотношения, имущественную сферу действующего лица [7]. Следуя сложившемуся в римском праве делению сделок на двухсторонние и односторонние, Л.Б. Дорн отмечал значительное своеобразие последних. Оно состоит в том, что при negotia unilateralia изъявление воли одной участвующей в сделке стороны достаточно для наступления тех юридических последствий, которые влечет за собой эта сделка [8].

Немецкий исследователь римского права Ю. Барон акцентировал внимание на том, что юридическая сделка представляет собой дозволенное изъявление воли стороны, направленное непосредственно на какое-либо юридическое последствие (возникновение, перенесение, прекращение, изменение, сохранение права). При этом, по его мнению, «всегда требуется, чтобы изъявление воли было дозволенное, иначе это не юридическая сделка, хотя бы оно по внешним признакам не отличалось от дозволенного изъявления воли» [9]. Заслуживает внимания и идея автора о том, что дозволенным выражением воли может быть или только выражение воли (заключение консенсуального договора), или выражение воли, соединенное с известными действиями с вещами (завладение наследственными вещами со стороны наследника) [10].

Односторонняя юридическая сделка возникает из воли одного лица. Ее примером могут служить:

- auslobung - одностороннее публичное обещание неопределенному лицу. Римские источники не указывали на обязательность такого действия;

- dotis dictio - торжественное обещание приданого. Такое обещание давалось со стороны жены, ее должников или родственников по восходящей мужской линии (Gai Epit., 2,9,3). Отличалось от stipulatio тем, что не требовало обмена вопросом и ответом, но осуществлялось посредством заявления одного лишь субъекта, которое, вероятно, содержало слова «doti. tibi erunt» («в приданое получишь») [11];

- negotiorum gestio - ведение чужих дел без поручения;

- occupatio (завладение) - состояло в овладении вещью, никому не принадлежащей, - или из-за того, что у нее никогда не было собственника (res nullius) или потому, что она намеренно была им брошена (res derelicta). Что касается завладения res derelicta, то в юстиниановскую эпоху было поддержано мнение сабинианской школы, которая рассматривала ее как res nullius с того момента, как собственник ее оставил. Прокулианская же школа считала, что акт оставления, derelictio, - это есть передача неопределенному лицу, то есть оставление, совершенное с намерением, чтобы res derelictae приобрел тот неизвестный, который ими завладеет;

- pollicitatio - одностороннее обещание что-либо сделать или дать данное одним лицом, безотносительно какого-либо другого лица. По общему правилу у римлян pollicitatio не обязывало обещающего. Из него не рождалось. иска. Однако при наличии достаточного мотива одностороннее волеизъявление было для обещавщего обязательно. Таким мотивом в случае обещания в пользу государства или городской общины могло выступить стихийное бедствие в городе, пожар (Fr. 4. D. 50. 12). Если не оказывалось подобной lista causa, то pollicitatio было обязательно только в том случае, когда обещавший уже приступил к исполнению своего обещания [12];

- votum - обещание культового характера, и потому его защита основана на fas (букв, дозволенное, т. е. допускаемое божественным порядком). Однако, если оно было совершено pater familias, то считалось обязательным в юридическом порядке в том смысле, что заинтересованные в нем жрецы могли принудить к его исполнению посредством экстраординарного судопроизводства [13].

К односторонним сделкам принадлежит testamentum, coddicillus, aditio hereditatis, а также возложение на наследника обязанности выдать легат (наследники будут рассматриваться как лица, как будто они сами обещали выдать известную вещь (D.12.1).

2. Дореволюционная правовая наука и законодательство. В древнерусском юридическом языке использовалось, слово ряд для обозначения всех сделок и распоряжений (например, ряд вольный) [14]. Широкое значение этого слова позволяло употреблять разные выражения в зависимости от того, участвовали ли две стороны в каком-либо распоряжении, или же наоборот, оно делалось вследствие волеизъявления одной из них. В последнем случае говорили дать ряд, как писалось часто в духовных завещаниях великих и удельных князей [15].

Прогрессивная русская юриспруденция уже с XVIII века начинает четко различать одностороннюю сделку и договор. Нельзя недооценивать в этом заслуги А.Н. Радищева, который в своем Проекте Гражданского Уложения четко противопоставлял одностороннюю сделку двухсторонней. Между тем термин сделка появился значительно позднее. Так, Н.Л. Дювернуа в 80-е годы XIX века указывал, что слово «сделка» вошло в практику совсем недавно. В прусском Landrecht этого слова еще нет, и оно встречается только в последних императорских законах [16].

В нашем обычном гражданском праве, применяемом волостными судами при разрешении тяжб и споров между крестьянами на протяжении XIX столетия, нельзя найти выработанности или устойчивости тех начал, какие характеризовали бы развитую систему юридических действий. Такие общие начала в народном быту не выкристаллизовались окончательно и не сложились в законченную систему, что и служило препятствием для их догматического изучения. В связи с этим С.В. Пахман в своих очерках, констатируя преждевременность анализа воззрений на понятие сделки в крестьянском быту, все же выделял общие черты, свойственные различным сделкам и обязательствам, в особую главу. Но, обращаясь к изложению этих положений, названный автор ограничился лишь немногими замечаниями, одно из которых сводилось к недопустимости резкого различия между частными распоряжениями, основанными на обоюдном согласии двух или нескольких лиц, и односторонними сделками, так как начала, свойственные первым, большею частью распространяются и на последние [17].

Выделение учения о сделке в составе общей части гражданского права стало впоследствии традиционным в русской цивилистической науке. Так, Д.И. Мейер определял одностороннюю сделку как совершаемое одним лицом юридическое действие, направленное к изменению существующих юридических отношений. Ученый справедливо указывал на относительность термина односторонняя сделка, так как сделка предполагает участие нескольких лиц, ибо слово г «сделка» есть сокращенное от «соделка» [18]. F. Ф. Шершеневич рассматривал сделку как юридическое действие, которое обнаруживает волю вызвать юридические последствия, соединенные по закону с этим фактом [19]. Н.М. Коркунов считал, что «односторонняя, юридическая сделка может касаться только собственных прав деятеля, потому что только над ними частное лицо имеет власть распоряжения» [20]. Д.Д. Гримм не относил к понятию сделки традицию, оккупацию, а также спецификацию и изобретение новых благ. Исследователь пытался объяснить это тем, что «...договоры, односторонние обещания и завещательные распоряжения сами по себе не вызывают реальных перемен в существующих между заинтересованными лицами отношениях, а только подготавливают таковые... Наоборот, оккупация, традиция и т.д. непосредственно приводят к известным реальным переменам» [21]. А.М. Гуляев писал, что воля, направленная, к определенному юридическому эффекту, может проявляться самостоятельно, не нуждаясь во взаимодействии другой воли, добавляя при этом, что акты односторонние - акты безвозмездные, не сопряженные с обменом ценностей [22].

В значительной мере итог тому, что было достигнуто романистической доктриной XIX века, по вопросу разработки понятия сделки, подвела диссертация Д.Д. Гримма [23]. Официальный оппонент проф. Л.И. Петражицкий в своем выступлении отмечал, что о вопросах, обсуждаемых и решаемых автором, нельзя судить по заглавию книги. В заглавии (и во вступительном слове диспутанта) речь идет о сделке, а в книге о сделке нет речи [24]. В работе подвергнута пересмотру господствующая теория юридических фактов, теория правоотношений (и прав в субъективном смысле), общее учение о действии (ряд глав посвящено обзору цивилистической, криминалистической и психологической литературы).

Несмотря на то, что учение о сделке содержалось почти во всех трудах дореволюционных цивилистов, на законодательном уровне определения сделки выработано не было. Так, статьи 1528-1535 тома X, ч. 1 Свода законов гражданских Российской Империи по изданию 1914 года посвящены составлению и совершению договоров, но не содержат определения сделки. Свод законов представлял отсутствие какой-либо системы и общих руководящих начал, так что судебная практика при применении гражданских законов находилась в большом затруднении, потому что многие явления действительной жизни не могли быть подогнаны под обветшалые нормы Свода законов [25]. Поэтому в мае 1882 года последовало Высочайшее повеление о составлении проекта Гражданского уложения и об учреждении с этой целью при министерстве Юстиции Комитета и Редакционной комиссии.

Ст. 56 проекта Гражданского уложения следующим образом определяет одностороннюю сделку. «Действия, совершаемые, для приобретения или прекращения гражданских прав (сделки), суть: 1) изъявления воли одного лица, как-то: завещательные распоряжения». В комментариях редакционной коллегии уточнялось, что «проект, употребляя в ряде статей слово «сделка», хотя и следует твердо установившейся научной терминологии, но расходится с тем значением этого слова, которое оно имеет в обыденной речи». Поэтому, по мнению членов комиссии, «оказалось не лишним указать в ст. 56, что проект под сделками разумеет действия, совершенные частным лицом для приобретения или прекращения гражданских прав, и что под это понятие подходят не только договоры или соглашения двух или нескольких лиц, но и односторонние волеизъявления» [26].

3. Советская наука гражданского права и гражданское законодательство. В основу периодизации советской историографии положены основные этапы кодификации гражданского законодательства 1922, 1961 и 1964 годов.

Октябрьская революция ознаменовала новый этап в развитии права. Гражданский кодекс РСФСР 1922 года (ст. 26) рассматривал одностороннюю сделку как действие, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских правоотношений. Такое определение воспроизводит лишь с некоторыми изменениями правила проекта Гражданского уложения и прототипа последнего - Германского гражданского уложения 1896 года. Однако представляется, что содержание, которое вкладывалось пролетарским государством в эту норму права, было во многом существенно иным, чем это имело место в дореволюционном законодательстве.

Один из авторов научного комментария к ГК РСФСР 1922 года И.С. Перетерский указывал, что «из постановлений Гражданского кодекса, не являющихся, по общему правилу, диспозитивными, не вытекает права лица совершать какие-либо односторонние сделки, не предусмотренные в законе» [27]. Такая точка зрения основывалась на ст. 5 Вводного закона к ГК 1922 года. Эта норма допускала распространительное толкование ГК РСФСР только в случае, когда этого требовала охрана интересов рабоче-крестьянского государства и трудящихся масс. Конкретизация этого положения нашла отражение в инструктивном письме Гражданской кассационной коллегии Верховного суда РСФСР № 1 за 1927 г., которое содержало следующее указание: «Нашему суду нет необходимости прибегать к лицемерию перед законом. Когда этого настойчиво требуют интересы трудящихся или государства, он откровенно может пойти дальше, чем гласит буква закона, или при недостаточной ясности закона, а иногда и отставания закона от быстрого течения жизни, он может обратиться к общим началам советского законодательства и общей политике рабоче-крестьянского государства» [28].

Несмотря на это, именно в 20-е годы XX века появляется ряд фундаментальных работ, касающихся предмета нашего исследования. Мы говорим о статьях Б.Б. Черепахина [29], значение которых и в настоящее время является недооцененным открытием в области цивилистической мысли. В этой связи стоит обратить внимание на тот факт, что опубликованная в 1962 году библиография по советскому гражданскому и семейному праву за 1917-1960 годы не содержит фамилию Б.Б. Черепахина, применительно к институту сделок [30].

Ликвидация частной собственности, формирование новых общественных отношений потребовали и нового законодательного регулирования. Однако недостаток времени для создания новой системы права, глубокие юридические традиции дореволюционной цивилистики обусловили заимствования гражданско-правовых норм. На практике это означало декларативность ряда положений ГК, подмену буквального значения правовых норм ограничительным толкованием, основанным на приоритете государства во всех сферах жизнедеятельности.

В общеправовом масштабе рост плановости, усиление централизованных методов распределения сырья и продукции приводят к замене гражданско-правовой формы взаимоотношений формой административно-распорядительного порядка. Гражданское право вытесняется в сфере госсектора хозяйственным, административно-хозяйственным правом [31]. Указанная тенденция негативным образом сказалась и на одном из важнейших институтов гражданского права - институте сделки, опосредующей сложившийся товарообмен. Возможность совершения односторонних сделок ограничивалась той сферой экономики, которая не охватывалась социалистическим планированием.

В течение почти двух последующих десятилетий в советской науке не уделялось достаточно внимания проблеме сделок. Лишь в 1940 году в журнале «Советская юстиция» была опубликована серия статей К.А. Граве, посвященных понятию, форме, порядку совершения сделок и их недействительности. Разграничивая односторонние и взаимные сделки, К.А. Гравеписал, что оно следует из. их наименования, сводится к тому, что при односторонней сделке налицо юридическое действие, исходящее лишь от одного участника гражданского оборота, и гражданско-правовые последствия наступают вне зависимости от действий других участников гражданского оборота [32].

Одно из первых научных определений сделки было предложено М.М. Агарковым в работе «Понятие сделки по советскому гражданскому праву». В своем исследовании М.М. Агарков отмечал, что «социалистическое право создало новые формы возникновения, изменения и прекращения гражданских правоотношений. Для анализа этих форм необходимо точное выявление существенных черт таких понятий как сделка, договор, односторонняя сделка» [33].

Определение, закрепленное ст. 26 ГК РСФСР 1922 года, просуществовало в качестве дефинитивной нормы, вплоть до 1 мая 1962 г. Основы Гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик несколько шире определили понятие сделки. Согласно ст. 14 Основ «сделками признаются действия граждан и организаций, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей». Это определение было дословно перенесено в ст. 41 Гражданского Кодекса РСФСР 1964 года. Определение сделки, сформулированное в ст. 14 Основ и в ст. 41 ГК РСФСР, отличается от определения сделки в ГК РСФСР 1922 года лишь конкретизацией субъектов, совершающих односторонние действия.

Краткий анализ законодательства позволяет сделать вывод, что под односторонней сделкой в советский период подразумевалось прежде всего действие, опосредующее движение гражданского правоотношения, его возникновение, изменение и (или) прекращение.

4. Современная гражданско-правовая наука и законодательство. Преобразования, произошедшие в политической и экономической жизни России в 80-90-е годы XX века, явились предпосылкой изменений в гражданском законодательстве. Статья 26 Основ Гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 года, а вслед за ней и ст. 153 Гражданского кодекса РФ 1994-2002 гг. [34], введенного в действие, с 1 января 1995 года, воспроизводят определение сделки по ГК РСФСР 1964 года. Единственное законодательное изменение - замена термина «организация» термином «юридическое лицо», как более отвечающего новым экономическим отношениям.

Параграф первый главы девятой Гражданского кодекса РФ содержит ряд новелл, имеющих непосредственное значение для выбранной темы. Мы. говорим о п. 2 ст. 154, ст.ст. 155 и 156, в которых не только сформулировано понятие односторонней сделки, но и допускается возможность применения общих положений об обязательствах к этому виду правомерных действий. Еще дальше в изучаемом вопросе пошло законодательство некоторых стран СНГ. Так, например, разработчики ГК Республики Казахстан объединили в статье 149 нормы, соответствующие ст.ст. 155-156 Гражданского кодекса РФ.



[1] Цит. по: Шейндлин Б.В. Сущность советского права. Л., 1959. С. 5.

[2] Зом Р. Институции. История и система римского гражданского права. Часть 2. Система. Выпуск I. Общая часть и вещное право. Перевод с 14–го изд. под ред. А.Н. Беликова. Сергиев Посад, 1916. Прим, к С. 70.

[3] Ефимов В.В. Догма римского права. СПб., 1901. С. 154.

[4] Дернбург Г. Пандекты. Т. I. Общая часть. Перевод Г. фон Рехенберга под руководством и ред. П. Соколовского М., 1906. Прим. 3 к С. 248-249.

[5] Агарков М.М. Понятие сделки по советскому гражданскому праву // Советское государство и право. 1946. №3-4. С. 41.

[6] Дорн Л.Б. Римское право и история римского права. Изд. студ. С.-Петербургского университета. СПб., 1876-1877. С. 361.

[7] Там же. С. 361.

[8] Там же. С. 362.

[9] Барон Ю. Система римского гражданского права / Перевод Л. Петражицкого. Третье изд. Вып. I. Кн. I. Общая часть. СПб., 1909. С. 108.

[10] Там же. С. 108.

[11] Санфилиппо Ч. Курс римского частного права: Учебник / Под ред. Д.В. Дождева. М, 2000. С. 247.

[12] Ефимов В.В. Указ. соч. С. 430.

[13] Санфилиппо Ч. Указ. соч. С. 261.

[14] Лакиер А.Б. Общие основания системы договоров и обязательств по началам русского законодательства // Сын Отечества. История, политика, словесность, науки и художества. 1852. № 5. С. 66.

[15] Там же. Прим, к С. 66.

[16] Дювернуа Н.Л. Гражданское право. Петербург, 1883-1884. С. 270.

[17] Пахман С.В. Обычное гражданское право в России. Юридические очерки. Т. 1. Собственность, обязательств и средства судебного охранения. СПб., 1877. С. 54.

[18] Мейер Д.И. Русское гражданское право. Часть I. М., 1997. С. 178.

[19] Шершеневич Г.Ф. Общая теория права. Учебное пособие. Т. 2. М., 1995. С. 190.

[20] Коркунов Н.М. Лекции по общей теории права. Издание шестое. СПб., 1904. С. 162.

[21] Гримм Д.Д. Основы учения о юридической сделке // Право. Еженедельная юридическая газета. 1900. № 40. Стб. 1870-1871.

[22] Гуляев А.М. Русское гражданское право. Обзор действующего законодательства, кассационной практики Правительствующего Сената и Проекта Гражданского, Уложения. Пособие к лекциям. Издание третье, доп. СПб., 1912. С. 78.

[23] Гримм Д.Д. Основы учения о юридической сделке в современной немецкой доктрине пандектного права. Пролегомены к общей части гражданского права. T. I. СПб., 1900.

[24] Диспут проф. Д.Д. Гримма в Имп. С.-Петербургском университете // Право. Еженедельная юридическая газета. 1900. №41. Стб. 1936-1944.

[25] Замечания о недостатках действующих гражданских законов. Издание Редакционной комиссии по составлению проекта Гражданского уложения. СПб., 1891. С. 524.

[26] Гражданское уложение. Проект высочайше учрежденной Редакционной Комиссии по составлению Гражданского Уложения (с объяснениями, извлечениями из трудов Редакционной комиссии) под ред. Тютрюмова И.М. Составил Саатчиан А.Л. T. I. СПб., 1910. С. 71-72.

[27] Гражданский Кодекс РСФСР. Научн. коммент. (с учетом Гражд. код. союзных республик) под ред. Прушицкого С.М. и Раевича С.И. Выпуск V. Перетерский И.С. Сделки, договоры. М., 1929. С. 7. Аналогичные взгляды: Гражданский Кодекс Советских республик. Текст и практический комментарий / Под ред. проф. Ал. Малицкого. Изд. третье., испр. и доп. 1927. С. 192.

[28] Гражданский Кодекс с постатейно-систематизированными материалами. Изд. 3-е., перераб. и доп. до 1 января 1928 года. М., 1928. С. 8.

[29] Черепахин Б.Б. Дарение по Гражданскому кодексу РСФСР // Труды по гражданскому праву. М., 2001. (Серия «Классика российской цивилистики»); Юридическая природа векселя и Положение о векселях 1922 года // Там же; Первоначальные способы приобретения собственности по действующему праву // Там же.

[30] Советское гражданское право. Советское семейное право. Библиография. 1917-1960 / Под ред. И.В. Павлова. М., 1962. С. 151-155.

[31] Вольфсон Ф. Учебник гражданского права М, 1930. С. 25.

[32] Граве К.А. Сделки // Советская юстиция. 1940. № 14. С. 26.

[33] Агарков М.М. Понятие сделки по советскому гражданскому праву // Советское государство и право. 1946. №№ 3-4. С. 55.

[34] В дальнейшем - Гражданский кодекс РФ или ГК РФ.



← предыдущая страница    следующая страница →
1234567891011




Интересное:


Договор аренды здания, сооружения и нежилого помещения
Применение норм права о неустойке
Акцепт как согласие заключить договор
Пресекательные сроки в гражданском праве
Объект гражданского правоотношения
Вернуться к списку публикаций