2015-04-21 22:25:35
ГлавнаяГражданское право и процесс — Общая характеристика принципов гражданского права



Общая характеристика принципов гражданского права


Не случайно первым в ст. 1 ГК РФ назван принцип равенства участников гражданских правоотношений. Значение указанного принципа трудно переоценить. По своему содержанию названный принцип пересекается с общеправовым принципом всеобщего равенства и конституционным принципом равенства прав и свобод человека и гражданина [1]. Основная масса имущественных и связанных с ними личных неимущественных отношений, входящих в сферу регулирования гражданского права, складывается между субъектами, не зависящими друг от друга, то есть между равными сторонами. Ни одна из них не может понуждать другую к определенному поведению. Они автономны и не подчинены одна другой, выступая в обороте как самостоятельные и равные между собой. Такое положение вещей способствовало провозглашению и закреплению в ГК РФ принципа равенства участников гражданского оборота, означающего, что ни один субъект в гражданском праве не обладает какими-либо преимуществами перед другими субъектами гражданского права. Он декларирован в п.1 ст. 1 ГК РФ, повторен в п. 1 ст. 2 ГК РФ, а также специально упоминается в других статьях Гражданского кодекса, таких как: п.1 ст. 731 ГК РФ - бытовой подряд; п.1 ст. 748 ГК РФ - строительный подряд; п.1 ст. 789 ГК РФ - перевозка; п. 3 ст. 845 ГК РФ - банковский счет; п.1 ст. 888 ГК РФ - хранение; ст. 946 ГК РФ - страхование и в других случаях.

Истоки указанного принципа можно найти еще в римском праве. Римские юристы выразили его сущность в достаточно четкой формуле - «lех uno ore omnes alloqitur» («закон говорит со всеми одинаково»). Позднее на основе права народов, практической деятельности магистратов и преторов, сформировался важный принцип римского частного права - формального равенства в области частных прав для всех свободных лиц.

Формальное равенство не исключало неограниченной правовой власти домохозяина, беспрекословного признания и охраны интересов частного собственника, беспредельной власти отца над детьми, мужа над женой, свободных над рабами [2]. Несомненно, в те времена данный принцип ограничивался рядом существенных оговорок, однако, его провозглашение было огромным шагом вперед.

Базовым для принципа равенства участников отношений, регулируемых гражданским правом, является конституционный принцип равенства. Он сформулирован и закреплен в ст. 19 Конституции РФ, гласящей: «1. Все равны перед законом и судом. 2. Государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств». Очевидна истина того, что все люди созданы равными, что они наделены изначально определенными неотъемлемыми правами, среди которых - право на жизнь, свободу, равную защиту перед законом. Последнее право является основополагающим для любого демократического общества. Существо его определяется самим типом общественных отношений, характеризующихся как отношения равноправных, свободных субъектов. Нормы гражданского права отражают и закрепляют это равенство, распространяя его на всех субъектов имущественных и личных неимущественных отношений. В этом смысле равенство может рассматриваться как конституирующий признак названных отношений, поскольку отношение, регулируемое по противоположному «равенству» методу «власти и подчинения», в виде общего правила оказывается за пределами гражданского законодательства [3].

При этом следует особо подчеркнуть, что гражданско-правовой принцип равенства не направлен на уравнивание субъектов в имущественной сфере, ибо это невозможно. Цель данного принципа - исключить подчиненность одного участника гражданского оборота другому. Несомненно, важным проявлением принципа равенства участников гражданского оборота является положение о том, что все его участники - граждане, юридические лица, Российская Федерация, субъекты Российской Федерации и муниципальные образования - имеют равные возможности и на них распространяются одни и те же гражданско-правовые нормы (ст. 124 ГК РФ). Эта идея проходит через все гражданское законодательство. Так, если в ранее действовавшем законодательстве предусматривалось два срока исковой давности: три года - для отношений с участием граждан и один год - для отношений между организациями (ст. 778 ГК РСФСР 1964 г.), то в ныне действующем законодательстве закреплен единый для всех субъектов гражданского права трехгодичный срок исковой давности (ст. 196 ГК РФ). В институте «право собственности» названный принцип воплощен в правиле, гласящем что права всех собственников защищаются равным образом (п.4 ст. 212 ГК РФ). Названный принцип в корне отличается от принципа, ранее действовавшего в законодательстве, когда предусматривалась повышенная защита социалистической формы собственности. Из принципа равенства субъектов гражданского права вытекает и определение круга отношений, которые заведомо не подпадают под действие ГК РФ. В п. 3 ст. 2 ГК РФ подчеркивается, что все отношения, где имеется властное подчинение одной стороны другой (например, налоговые, финансовые, административные отношения) не подпадают под действие гражданского законодательства, если иное не предусмотрено законодательством.

Правовая сущность равенства участников регулируемых гражданским законодательством отношений заключается, в частности, в признании за всеми гражданами равной правоспособности, что вытекает из ст. 17 ГК РФ. ГК РФ сделал значительные шаги в развитии рассматриваемого принципа. Так, ст. 23 ГК РФ предоставляет гражданам право заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя. В соответствии с п.2 указанной статьи к индивидуальным предпринимателям приравниваются главы» крестьянских (фермерских) хозяйств с момента государственной регистрации крестьянского (фермерского) хозяйства. ГК РФ допускает отступление от рассматриваемого принципа, устанавливая повышенную ответственность предпринимателей по сравнению-с другими физическими лицами. Из нормы, содержащейся в ст. 401 ГК РФ, следует, что лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, несет ответственность без вины, за исключением случаев непреодолимой силы (п. 3 ст. 401 ГК РФ). Правило о повышенной ответственности предпринимателя содержится в ст. 358 ГК РФ, где идет речь об ответственности ломбарда. Считаем необходимым сказать и о закрепленной в ст. 322 ГК РФ презумпции солидарности в тех случаях, когда в предпринимательском обязательстве участвуют несколько должников или несколько кредиторов. В ситуации, когда в обязательстве несколько должников, - презюмируется, что они несут солидарную ответственность, при нескольких кредиторах - они имеют солидарные требования. На наш взгляд, подобные отступление вполне оправданы и не вступают в противоречие с сущностью рассматриваемого принципа равенства сторон. Законодатель, включая указанные нормы в ГК РФ, отталкивался от идеи, что предпринимательская деятельность - это особый вид деятельности, осуществляемой за свой риск и направленной на систематическое получение прибыли, закрепив данное определение в п.1 ст. 2 ГК РФ. Отсюда - различная имущественная самостоятельность и ответственность субъектов гражданского оборота. С другой стороны, предпринимателю предоставляются большие возможности в определении условий договора. В этом отношении весьма показательны положения ст. 310 ГК РФ, устанавливающей, что стороны, осуществляющие предпринимательскую деятельность, могут своим соглашением предусмотреть случаи одностороннего отказа от договора и одностороннего изменения условий.

Существуют и другие аспекты принципа равенства участников имущественных и личных неимущественных отношений, связанные с тем, что рассматриваемый принцип не означает равенства правоспособности юридических лиц. У юридических лиц объем правоспособности зависит от организационно-правовой формы, в которой создана организация. Исходя из смысла ст. 49 ГК РФ юридические лица наделяются либо общей, либо специальной правоспособностью. Общая (или универсальная) правоспособность предполагает возможность юридического лица иметь любые гражданские права и обязанности, необходимые для осуществления его деятельности. Специальная же правоспособность означает наличие у юридического лица только таких прав и обязанностей, которые соответствуют целям его деятельности и закреплены в учредительных документах. Так, коммерческие организации, за исключением государственных и муниципальных унитарных и казенных предприятий, могут заниматься любыми видами деятельности, не запрещенными законом (ч.2 п.1 ст. 49 ГК РФ). Отдельными видами деятельности юридическое лицо может заниматься только на основании специального разрешения (лицензии) (ч. 3 п.1 ст. 49 ГК РФ). Юридическое лицо может быть ограничено в правах лишь в случаях и в порядке, предусмотренных законом. Решение об ограничении прав может быть обжаловано в суде (п.2 ст. 49 ГК РФ). Ограничение прав юридических лиц может быть предусмотрено в самом тексте ГК РФ либо в иных законах. Например, согласно ст. ст.297, 298 ГК РФ введены определенные ограничения права хозяйственного ведения и права оперативного управления имуществом, принадлежащего унитарному предприятию, в части распоряжения имуществом, находящимся не в его собственности, а на указанном праве. Или, в силу ст. 75 Закона «О Центральном банке РФ» [4] Центробанк России имеет право ограничивать право определенных кредитных организаций на проведение отдельных операций.

Анализ норм ГК РФ показывает, что совокупность гражданских прав и обязанностей субъектов гражданских правоотношений различается по содержанию, в связи с чем, например, Б.Д. Завидов и М.И. Слюсаренко сделали вывод, что равенство участников гражданского оборота декларативно [5]. Считаем подобный вывод слишком критичным. На наш взгляд, приведенное суждение безосновательно, поскольку равенство участников отношений, регулируемых ГК РФ, не означает, что они должны быть равны по объему прав в конкретном правоотношении. Это лишь означает, что участники таких отношений должны быть равны как лица, по воле которых отношение между ними может возникнуть, измениться и прекратиться. Их равенство, о котором говорится в ГК РФ; - это, прежде всего, равенство юридическое - равенство их воли, независимость каждого из них от воли другого. Некоторые различия, например, в правоспособности физических и юридических лиц в силу разной их правовой природы неизбежны и необходимы для поддержания определенного баланса в отношениях различных участников гражданского оборота.

В сфере имущественных и личных неимущественных отношений, регулируемых гражданским правом, принцип равенства субъектов проявляется в том, что гражданская правоспособность признается в равной степени за всеми субъектами. Принцип равенства нужно понимать не только как равенство прав, но и как равенство обязанностей, имея в виду, что в содержание правоспособности входит не только способность к приобретению гражданских прав, но и способность к несению гражданских обязанностей. Поэтому необходимости в конструировании особого принципа сочетания прав и обязанностей нет.

Следует обратить внимание на то, что и в советском гражданском праве провозглашался принцип равенства субъектов гражданских правоотношений. Так, С.Н. Братусь отмечал: «В гражданском праве равноправие обусловливается равным отношением всех граждан к орудиям и средствам производства, составляющим социалистическую собственность, равной для всех возможностью трудиться, получать равную оплату за равный труд» [6]. В.А. Рясенцев писал, что «действительное равноправие может быть лишь в социалистической стране, где оно основано на ликвидации частной собственности на средства производства и уничтожении эксплуатации человека человеком, на установлении равной для всех обязанности трудиться по способностям и равного права получать за это по труду» [7]. Подобные идеи вытекали из положений ст. ст. 14, 23, 40, 60 Конституции СССР 1977 г. Мы видим, понятие принципа равенства участников гражданских правоотношений в советском гражданском праве не имело ничего общего с современной трактовкой.

Важным принципом гражданского права, закладывающим основы имущественного порядка в экономике, является принцип неприкосновенности собственности. Однако, как правильно отмечают А.С. Гайдук и А.А. Киселев, действующее законодательство не содержит легального определения названного принципа, в связи с чем его содержание должно быть выведено из смысла норм действующего законодательства [8]. Как указывают авторы одного из учебников, в соответствии с этим принципом нормы гражданского права обеспечивают собственникам возможность стабильного осуществления правомочий по владению, пользованию и распоряжению принадлежащим им имуществом, без чего невозможно функционирование не только рыночной, но и, в принципе, любой экономики [9]. Общее положение о неприкосновенности собственности сформулировано в ст. 1 Протокола № 1 от 20 марта 1952 г. к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (1950 г.), гласящей: «Каждое физическое или юридическое лицо имеет право беспрепятственно пользоваться своим имуществом. Никто не может быть лишен своего имущества, кроме как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права» [10]. Несомненно правы А.С. Гайдук и А.А. Киселев, отмечая, что «при толковании статей Конституции РФ можно сделать вывод, что наибольшую опасность для собственника представляют случаи незаконного прекращения или ограничения права собственности. Действительно, данные действия co стороны кого бы то ни было наносят наибольший ущерб интересам собственника, неправомерно прекращая или ограничивая его правомочия» [11].

Принцип неприкосновенности собственности, названный в п.1 ст. 1 ГК РФ, соответствует ч. 3 ст. 35 Конституции РФ, которая содержит более конкретные формулировки и является ориентиром для раскрытия содержания гражданско-правового принципа неприкосновенности собственности. В соответствии с названной статьей «...никто не может быть лишен своего имущества иначе, как по решению суда. Принудительное отчуждение имущества для государственных целей может быть произведено только при условии предварительного и равноценного возмещения». Положения ст. 35 Конституции РФ, в свою очередь, производим от ч.2 ст. 8 Конституции РФ, провозглашающей признание и защиту равным образом частной, государственной, муниципальной и иных форм собственности. Тем самым можно утверждать, что в Конституции РФ устанавливается равенство всех форм собственности, означающее одинаковое признание и одинаковую защиту всеми допускаемыми средствами и способами любых не противоречащих законодательству форм хозяйствования, а также недопустимость установления законодательством каких-либо привилегий или ограничений для тех или иных форм или субъектов хозяйственной деятельности [12]. Итак, анализ действующего законодательства позволяет сделать вывод, что неприкосновенность собственности означает требование недопустимости совершения участниками гражданского оборота таких действий, которые прямо или косвенно нарушают или ограничивают правомочия собственника по владению, пользованию и распоряжению принадлежащим ему имуществом. Исключения могут составлять случаи, когда возможность таких действий прямо предусмотрена законом в целях охраны публичных интересов, и при обязательном соблюдении установленной законом процедуры ограничения или прекращения права собственности.

Таким образом, в принципе неприкосновенности собственности воплощена идеальная модель того, каким образом должны строиться отношения собственности. Причем, законодатель не только декларирует неприкосновенность собственности, но и устанавливает целую систему мер, направленных на претворение в жизнь предписаний названного принципа. К числу таких мер, прежде всего, следует отнести требования, которые должны быть соблюдены при ограничении права собственности. К ним относятся:

- ограничения должны быть установлены только на законодательном уровне;

- необходимость в их введении должна следовать из интересов общества;

- за ограничением права собственности должна следовать справедливая компенсация государством имущественных потерь собственнику, при надлежащем поведении последнего;

- равенство всех форм собственности перед ограничениями;

- возможность судебного оспаривания изъятия имущества из частной собственности [13].

В связи с этим можно утверждать, что принцип неприкосновенности собственности не препятствует существованию законных ограничений права собственности или, иначе говоря, ограничений, основанных на нормах федерального закона и прежде всего Гражданского кодекса РФ. Правило о том, что любое вмешательство в право собственности должно осуществляться строго на основе закона, содержится и в международных документах. В частности указания на это содержатся в решениях Европейского суда по правам человека. Так, указание на законность можно найти в решении по делу Belvedere Alberghiera v.Haly от 30 мая 2000 г., где главенство права призвано фундаментальным принципом Европейской конвенции по правам человека 1950 года, а также содержится указание на необходимость соответствия национального права критериям доступности, ясности и предсказуемости при его применении для разрешения, в том числе, вопросов собственности [14]. Поэтому не подлежит сомнению, что принцип неприкосновенности собственности выполняется и при наличии ограничений права собственности, которые должны вводиться исключительно на основе закона в целях общей пользы.

Принцип неприкосновенности собственности, безусловно, должен учитываться и при прекращении права собственности, особенно в случаях принудительного изъятия имущества у собственника. Само принудительное прекращение права собственности допускается только в строго определенных случаях. Основным критерием, при котором возможно принудительное прекращение права собственности является тот же, что и при ограничении права собственности, то есть законность любых действий, приводящих к прекращению права собственности. Отсюда следует, что принудительное, помимо воли собственника, прекращение права собственности возможно в тех случаях, когда это закреплено законодательно. Данный порядок является важнейшей конституционной гарантией права собственности, так как перечень оснований принудительного прекращения права собственности сформулирован исчерпывающим образом, не допускающим его расширения даже иным федеральным законом, помимо Гражданского кодекса РФ.

Основания прекращения права собственности закреплены в гл. 15 ГК РФ. Основания принудительного изъятия установлены в п.2 ст. 235 ГК РФ, согласно которой принудительное изъятие имущества допускается в случаях:

1) обращения взыскания на имущество по обязательствам (ст.237 ГК РФ);

2) отчуждения имущества, которое в силу закона не может принадлежать данному лицу (ст.238 ГК РФ);

3) отчуждения недвижимого имущества в связи с изъятием участка (ст.239 ГК РФ);

4) выкупа бесхозяйственно содержимых культурных ценностей, домашних животных (ст.ст.240, 241 ГК РФ);

5) реквизиции (ст.242 ГК РФ);

6) конфискации (ст.243 ГК РФ);

7) отчуждения имущества в случаях, предусмотренных п.4 ст. 252, п.2 ст. 272, ст. ст.282, 285, 293 ГК РФ.

Принудительное изъятие имущества у собственника можно разграничить по основаниям изъятия. Если подп.1, 2, 4 п.2 ст. 235 ГК РФ предусматривают изъятие имущества вследствие ненадлежащего поведения собственника, то правила подп. 3, 5 6 п.2 ст. 23 5 ГК РФ действуют независимо от поведения собственника и обусловлены государственными или общественными интересами. Все эти случаи урегулированы в последующих статьях. Подп.7 п.2 ст. 235 ГК РФ содержит отсылку к некоторым статьям ГК РФ: к п.4 ст. 252 ГК РФ, который предусматривает принудительную компенсацию стоимости доли в общем имуществе, после чего собственник утрачивает право на эту долю; к ст. 293 ГК РФ, согласно которой право собственности на бесхозяйственно содержимое жилое помещение прекращается судом по иску органа местного самоуправления.

Последняя часть ст. 235 ГК РФ относится к национализации: обращению в государственную собственность имущества, находящегося в собственности граждан и юридических лиц. Причем в указанной части имеется отсылочная норма к ст. 306 ГК РФ: «...в случае принятия Российской Федерацией закона, прекращающего право собственности, убытки, причиненные собственнику в результате принятия этого акта, в том числе стоимость имущества, возмещаются государством. Споры о возмещении убытков разрешаются судом». Однако, сопоставление и анализ статей 235 и 306 ГК РФ и ст. 35 Конституции РФ говорят о противоречивости этих правовых норм. На этот факт указывают ученые-правоведы такие, как М.Г. Масевич, Б.Д. Завидов, М.И. Слюсаренко, отмечающие, что «ссылка на ст. 306 ГК не полностью соответствует положениям ст. 35 Конституции о том, что принудительное изъятие имущества для государственных нужд может быть произведено только при условии предварительного и равноценного возмещения. Поскольку положения Конституции имеют приоритет перед другими законами и непосредственное применение, нужно сделать вывод, что в случае принятия федерального закона о национализации определенного имущества в нем необходимо определить порядок предварительного и равноценного возмещения стоимости национализированного имущества» [15]. Нормативно-правовые акты, в том числе гражданско-правового содержания, раскрывают, уточняют положения Конституции РФ, в связи с чем, видимо, есть необходимость приведения ст. 306 ГК РФ в соответствие с Конституцией РФ.

В юридической литературе предлагается выделять «принцип усмотрительного характера права собственности», заключающийся в свободе реализации собственником своих правомочий. Содержание такого принципа составляют: правомерность и законность права собственности; наличие у собственника отдельных властных полномочий; юридически обеспеченная возможность выбора способов реализации правомочий; интеллектуально-волевой характер осуществления права собственности; учет прав и законных интересов третьих лиц [16]. На наш взгляд, в данном случае происходит подмена понятий: «усмотрительный характер» - это та же диспозитивность, имеющая лишь определенную специфику при осуществлении права собственности. Следовательно, выделение усмотрительного характера права собственности в качестве отдельного принципа безосновательно.

Таким образом, нормы гражданского законодательства призваны защитить собственность граждан, юридических лиц и других субъектов гражданского права от посягательств со стороны любых лиц, включая органы государственной власти и органы местного самоуправления. Провозглашение и закрепление принципа неприкосновенности собственности в нормах ГК РФ способствует стабильности отношений собственности, составляющих базу имущественного оборота.

Принцип недопустимости произвольного вмешательства в частные дела, прежде всего, характеризует гражданское право как частное право, так как содержащиеся в гражданском законодательстве нормы права выражают, в первую очередь, частные интересы участников гражданского оборота. Он обращен, прежде всего, к публичной власти и ее органам, прямое, непосредственное вмешательство которых в частные дела, в том числе в хозяйственную деятельность, участников имущественных отношений допустимо только в случаях, прямо предусмотренных законом. Органы государственной власти и местного самоуправления, любые иные лица не вправе вмешиваться в частные дела субъектов гражданского права, если они осуществляют свою деятельность в соответствии с требованиями законодательства. Так, органы государственной власти и местного самоуправления не вправе указывать гражданам и юридическим лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, какие товары (работы, услуги) им производить, на каких условиях и по каким ценам их реализовывать.

Основные черты принципа неприкосновенности частной жизни граждан получили отражение в ст. 12 Всеобщей декларации прав человека. Первоосновой рассматриваемого принципа является ст. 23 Конституции РФ, предусматривающая право каждого на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну. В п.1 ст. 11 Закона «Об информации, информатизации и защите информации» содержится запрет на сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни [17]. В ГК РФ принцип недопустимости вмешательства в частные дела выражен фактом признания самостоятельности предпринимательской деятельности, осуществляемой на свой риск участниками гражданского оборота (п.1 ст. 1 ГК РФ). Еще одним проявлением рассматриваемого принципа служит положение о неприкосновенности частной жизни, личной и семейной тайны, закрепленное в ст. 150 ГК. Согласно п.2 ст. 150 ГК РФ нематериальные блага и личные права граждан и юридических лиц защищаются в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного права и характера последствий этого нарушения, включая право на возмещение морального вреда (ст.ст.151, 1099-1101 ГК РФ).

Реализации требований принципа недопустимости вмешательства в частные дела содействуют правила законодательства об имущественной ответственности органов публичной власти или их должностных лиц за совершение незаконных действий (бездействий) (ст. 16 ГК РФ), а также о возможности признания судом недействительными актов публичной власти или их неприменения при разрешении спора (ст.ст. 12 и 13 ГК РФ). Следует иметь в виду, что закон не допускает произвольное вмешательство только в частные дела. В тех случаях, когда частные интересы входят в противоречие с публичным интересом, гражданское законодательство допускает вмешательство в частные дела граждан и юридических лиц. B этих случаях гражданское законодательство содержит публично-правовые элементы, без которых не может обойтись, ни одно гражданское общество. Так, в соответствии с п.1 ст. 49 ГК РФ отдельными видами деятельности, перечень которых определяется законом, юридическое лицо может заниматься только на основании специального разрешения (лицензии).

Принцип беспрепятственного осуществления гражданских прав предполагает устранение всяких необоснованных помех в развитии гражданского оборота. Право на свободу во всех сферах деятельности - неотъемлемое право, гарантируемое общепризнанными нормами международного права (ст. 15 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). В российском законодательстве принцип беспрепятственного осуществления гражданских прав основан прежде всего на ч.1 ст. 34 Конституции РФ, которая гласит: «Каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности». Дополняет содержание рассматриваемого принципа также ч.1 ст. 44 Конституции РФ, гарантирующая каждому «свободу литературного, художественного, технического и других видов творчества», и закрепляющая положение о том, что «интеллектуальная собственность охраняется законом».



← предыдущая страница    следующая страница →
12




Интересное:


Пресекательные сроки в гражданском праве
Супруги как субъекты права общей собственности
Перерыв течения срока исковой давности
Место принципов гражданского права в механизме гражданско-правового регулирования
Кому нужна интеллектуальная собственность в XXI веке
Вернуться к списку публикаций