2015-04-21 20:35:41
ГлавнаяГражданское право и процесс — Пресекательные сроки в гражданском праве



Пресекательные сроки в гражданском праве


Среди сроков существования субъективных прав следует различать пресекательные (преклюзивные) сроки. Они также предоставляют управомоченному лицу строго определенное время для реализации своего права. Однако, если сроки существования прав определяют нормальную продолжительность этих прав (ст. ст. 186, 683 ГК РФ), пресекательные сроки имеют своим назначением досрочное прекращение субъективных прав в случае их неосуществления или ненадлежащего осуществления. Так, одним из оснований прекращения договора найма жилого помещения может служить длительное отсутствие нанимателя, если это предусмотрено договором найма; поручительство прекращается, если кредитор в течение одного года со дня наступления срока обязательства не предъявит иск к поручителю (ст. 367 ГК РФ) и др. Термин «пресекательные сроки» произведен от более точного термина «преклюзивные сроки», который в свою очередь происходит от латинского глагола «praecludere», что в переводе означает преграждать, препятствовать. Из самого термина, вытекает, что к пресекательным могут быть отнесены лишь такие сроки, назначение которых состоит в том, чтобы при известных обстоятельствах преградить путь, воспрепятствовать действию каких-либо правовых явлений или процессов. В советском гражданском праве пресекательные сроки – это сроки, определяющие время существования самого субъективного права или обязанности [1].

Поэтому, в тех случаях, когда осуществление или неосуществление того или иного субъективного гражданского права затрагивает интересы всего общества, существенные интересы третьих лиц и т.п., закон устанавливает сроки таким образом, чтобы побудить управомоченное лицо к осуществлению принадлежащего ему субъективного права.

Это побуждение управомоченного лица к реализации своего права осуществляется законом различными способами. В одних случаях это достигается посредством установления в законе сравнительно коротких сроков существования субъективного права. Так, например, в отличие от права патентообладателя на использование изобретения, которое действует в течение 20 лет, или, например, в отличие от общего трехлетнего срока действия доверенности, право наследника на принятие наследства существует лишь в течение 6 месяцев со дня открытия наследства.

В ряде случаев закон стимулирует осуществление субъективных гражданских прав более эффективными способами, в частности путем установления обязанности управомоченного лица осуществить свое право посредством установления в законе невыгодных последствий для управомоченного лица на случай его неосуществления. Одним из таких последствий является досрочное прекращение субъективного права вследствие его неосуществления в течение определенного времени. Именно в этих случаях истечение определенного, установленного законом или договором срока приобретает значение обстоятельства, преграждающего путь субъективному праву, пресекающего его дальнейшее действие. Прекращение действия субъективного права выступает как определенная санкция за его неосуществление. Именно эти сроки следует относить к пресекательным срокам.

Вопрос о пресекательных сроках рассматривался советскими цивилистами в основном в сопоставлении их со сроками исковой давности. Разграничение пресекательных сроков и сроков исковой давности имеет важное теоретическое значение и большой практический смысл, так как правильное применение норм о соответствующих сроках прямо влияет на защиту материального права.

По вопросу о пресекательных сроках в гражданско-правовой науке имеются различные точки зрения, отсутствие в ранее действовавшем гражданском законодательстве четкой регламентации соответствующих сроков затрудняло возможность правильных выводов.

В новом гражданском кодексе РФ, как и раньше, не применяется термин «пресекательный» срок. Известны и другие случаи, когда в законе не употребляется тот или иной термин, однако наукой гражданского права он применяется для характеристики определенного вида отношений, категорий. Так, понятия «виндикационный иск» и «негаторный иск» ни раньше, ни теперь в ГК РФ не применимы, но в науке гражданского права они занимают свое место. Следовательно, отсутствие в праве того или иного термина не должно квалифицироваться как основание для отрицания в праве той или иной категории, того или иного отношения.

По вопросу о пресекательных сроках существуют две противоположные точки зрения. Сторонники одной из них признают наличие в гражданском праве пресекательных сроков, другой – отрицают.

Авторы, высказавшиеся отрицательно о пресекательных сроках, в обоснование своей точки зрения приводят различные доводы. Так, М. М, Агарков считал, что установление различий между давностными и пресекательными сроками в советском законодательстве нецелесообразно, потому что у нас суд обязан по собственной инициативе применять любые установленные в законе сроки [2].

Интересна позиция по этому вопросу И.Б. Новицкого [3]. Автор указал на основное различие между сроками исковой давности и пресекательными сроками, которое состоит в том, что истечением пресекательного срока прекращается существование самого материального права, составляющего предмет судебной защиты, в отличие от истечения срока исковой давности, погашающего полномочие лица осуществить свое гражданское право принудительным образом через суд. В итоге, И.Б. Новицкий приходит к выводу, что наличие названных указаний в законе о соответствующих сроках не дает оснований для установления различий между сроками исковой давности и так называемыми пресекательными сроками. Правильнее исходить из единого института исковой давности, не упуская при этом из виду, что в отдельных исключительных случаях с истечением давностного срока связывается не только прекращение права на иск, но и прекращение самого материального гражданского права [4]. Подобное суждение, конечно, не дает возможности выяснить, почему законом установлены эти «отдельные», «исключительные случаи», когда с истечением срока прекращается само материальное гражданское право.

О.С. Иоффе присоединяется к этому мнению, признающему единство института исковой давности, охватывающего все виды сроков, с которыми связывается прекращение гражданских субъективных прав [5].

Подобное же мнение высказано в учебнике советского гражданского права под редакцией В.А. Рясенцева [6].

С.И. Вильнянским признается наличие в гражданском праве особых сроков, отличных от сроков исковой давности, по истечении которых утрачивается самое право [7]. Однако, в изложении С.И. Вильнянского остается неясным, являются ли эти сроки «других видов давности» пресекательными, о которых автор говорит в начале своих суждений, и следует ли считать главным, отличительным признаком их пресекательное действие или то обстоятельство, что к ним неприменимы правила о приостановлении по основаниям, указанным в законе, и продлении их судом.

Попытку наиболее детально разобраться в различии сроков исковой давности и пресекательных сроков и обосновать теоретически и практически наличие в гражданском праве пресекательных сроков сделал М.П. Ринг [8].

Вслед за ним анализ различий института исковой давности и пресекательных сроков был дан в теории гражданского права М.А. Гурвичем [9].

Основное положение М.П. Ринга сводится к тому, что пресекательные сроки в гражданском праве, безусловно, существуют и отличаются от сроков исковой давности.

М.П. Ринг исходит из того, что как давностные, так и пресекательные сроки являются пределом существования во времени правоотношения в целом, т.е. субъективного права и соответствующей ему обязанности. Разграничение же их автор проводит в зависимости от того, прекращаются ли истечением срока нарушенное или же не нарушенное субъективное право. В первом случае срок является давностным, во втором – пресекательным.

Однако, как справедливо отметил М.А. Гурвич. М.П. Ринг не смог доказать в работе, что во всех случаях, когда право нарушено, погашающий его срок является давностным. Автор исходит из этого положения как априорного [10].

М.А. Гурвич в своих суждениях по рассматриваемому вопросу исходит, как и М.П. Ринг, из того положения, что всякий срок, прекращающий гражданское субъективное право или обязанность, является либо пресекательным, либо давностным (т е. сроком исковой давности) [11]. Он считает, что пресекательные сроки и исковая давность – это границы существования субъективного права во времени, но они уничтожают право неодинаковым способом, их юридический метод существенно различен. Следовательно, в этом и нужно искать разграничение между сроками исковой давности и пресекательными сроками.

Пресекательные сроки, указывает автор, также могут прекращать субъективное право (обязанность), но в отличии от исковой давности его действие непосредственно. Уничтожение права происходит здесь не как следствие утраты им правоохранительной способности: последняя уничтожается вместе с охраняемым им правом в его составе.

Таким образом, пресекательный срок прекращает существование материального права сразу, в целом, и действует изнутри, являясь обязательным его содержанием, а исковая давность уничтожает субъективное материальное право по частям и действует извне.

Изложенное М.А. Гурвичем основание разграничения пресекательных сроков и сроков исковой давности интересно теоретически. Однако остается нераскрытым целевое, практическое назначение разграничения указанных сроков. Если исходить из того положения, что юридические последствия истечения пресекательного срока и срока исковой давности в целом одинаковы, то необходимо согласиться со всеми теми авторами, которые считают, что пресекательных сроков в гражданском праве нет, так как в обосновании этого отрицания как раз и берется ими правовой результат того и другого вида сроков [12] – прекращение субъективного материального права.

Кроме того, представляется весьма затруднительным применить указанный метод разграничения сроков. В самом деле, как можно определить действие сроков, предусмотренных, например, ст. ст. 186, 188 ГК РФ, устанавливающих срок действия доверенности, или ст. 231 ГК РФ, определяющей судьбу безнадзорных животных по истечении определенного срока и т.п. Подрывают ли эти сроки жизнеспособность материального права изнутри или извне? Главное же в этом, что правовой результат одинаковый, поэтому представляется, что практический смысл в изложенном М.А. Гурвичем методе разграничения характеризуемых сроков по существу сводится на нет. Безотносительно к этому отправному положению следует отнести, что характеристика пресекательных сроков дана весьма детально и со многими утверждениями автора следует согласиться.

Отграничение пресекательных сроков от других сроков должно проводиться по признаку их воздействия на материальное гражданское право. Так, если пресекательный срок прекращает существование самого материального гражданского права, то срок исковой давности может послужить препятствием к осуществлению материального права в принудительном порядке. И в этом случае совершенно правильно утверждает М.А. Гурвич. что пресекательный срок – это граница существования субъективного материального права [13].

При этом важно подчеркнуть, что правопрекращающее действие пресекательного срока видно из содержания нормы, предусматривающей тот или иной пресекательный срок. Поэтому теоретическое обоснование необходимости, разумности установления законом того или иного пресекательного срока возможно лишь с учетом характеристики конкретного вида материального права, к которому применяется данный срок.

Кроме этого основного признака разграничения пресекательных сроков следует иметь в виду и другие дополнительные важные признаки.

Некоторые сроки, относящиеся к пресекательным, могут быть по соглашению изменены в сторону или удлинения или даже договорами могут устанавливаться сроки, если они не предусмотрены законом или иным нормативным актом. Однако подобное изменение или применение пресекательных сроков по соглашению сторон возможно лишь в случаях, когда это разрешено нормой права. Во многих же случаях предусмотренные законом пресекательные сроки не могут изменяться соглашением сторон (например, сроки, предусмотренные ст. ст. 231, 367 ГК РФ и ст. 546 ГК РСФСР 1964 г.).

В литературе одним из существенных признаков, по которому разграничивались пресекательные сроки, был назван признак неприменимости правил о приостановлении течения срока давности (ст. 202 ГК РФ) и восстановлении срока давности судом, арбитражным и третейским судом (ст. 199 ГК РФ) к пресекательным срокам, В связи с принятием нового гражданского законодательства, в котором указывается, что правило о приостановлении, перерыве и восстановлении сроков исковой давности распространяется также на сокращенные сроки исковой давности, если законом не установлено иное (ст. ст. 202, 203, 205 ГК РФ). По мнению автора, это существенный признак, характеризующий специфику пресекательных сроков. Статьи 202, 203 и 205 ГК РФ указывают на распространение правил о приостановлении, перерыве и восстановлении на сокращенные сроки давности. Пресекательные же сроки не относятся к срокам давности. Это обстоятельство можно выяснить хотя бы при ознакомлении с содержанием ст. 197 ГК РФ, предусматривающей сокращенные сроки исковой давности.

В ст. 197 ГК РФ указано общее правило о том, что сокращенные сроки исковой давности устанавливаются для отдельных видов требований. Между тем в ГК РФ предусматриваются и иные сроки, например, шестимесячный срок: хранения найденной вещи (ст. 228 ГК РФ), содержание безнадзорных животных (ст. 231 ГК РФ), сохранения права на жилую площадь за лицами, временно отсутствующими (ст. 60 ЖК РСФСР); на требования о возврате забронированной жилой площади ст. 62 Жилищного кодекса РСФСР (далее по тексту – ЖК РСФСР); для принятия наследства (ст. 546 ГК РСФСР 1964 г.). Данные сроки не относятся к сокращенным давностным срокам и поэтому они являются пресекательными сроками. Следовательно, общие правила ст. ст. 202, 203, 205 ГК РФ, предусматривающих приостановление, перерыв и восстановление сокращенных сроков давности, не применяется к указанным пресекательным срокам. Таким образом, по общему правилу, к пресекательным срокам неприменимы нормы института исковой давности, за исключением случаев, прямо предусмотренных законом.

Конечно, уяснение смысла норм права о пресекательных сроках путем их сопоставления с нормами института исковой давности – не единственный способ теоретического анализа и обоснования общих выводов. Более убедительные обоснования может дать подробный анализ сущности правовых норм, предусматривающих конкретные виды пресекательных сроков. Тем не менее уже сопоставление правовых норм дает основание сделать предварительные выводы относительно наличия в гражданском праве пресекательных сроков.

Цели установления пресекательных сроков могут быть различны. Учитывая специфику регулирования определенных общественных отношений, законодатель считает необходимым строго отграничить существование во времени субъективного материального права и обязанности. Закон в некоторых случаях разрешает установить предельные сроки существования определенного материального права соглашением сторон. В последнем случае соглашение о пресекательном сроке входит в условие договора и является обязательным для сторон.

Сторонам предоставляется право путем соглашения удлинить некоторые пресекательные сроки. Но это возможно не в любое время, а лишь в момент заключения договора или последующим дополнительным соглашением, но не ко времени возникновения спора и необходимости его разрешения официально через суд, арбитражный или третейский суд. Сюда относится, например, правило ст. 477 ГК РФ, по которой гарантийные сроки могут устанавливаться договорами, если они не предусмотрены стандартами или техническими условиями. Следовательно, юрисдикционные органы должны иметь в виду, что, по общему правилу, пресекательные сроки не могут быть продлены, если это прямо не предусмотрено в законе применительно к отдельным видам сроков.

Пресекательные сроки предусмотрены в гражданском законодательстве различными нормами. Полный перечень их дать невозможно и нецелесообразно, остановимся на характеристике отдельных видов пресекательных сроков, предусмотренных нормами ГК РФ.

К пресекательным следует отнести предусмотренные ст. 228 ГК РФ сроки возврата найденных вещей потерявшему их лицу, а также предусмотренные ст. 231 ГК РФ сроки возврата собственнику безнадзорных животных. Нашедший потерянную вещь обязан немедленно уведомить об этом лицо, потерявшее ее, или собственника вещи или какого-либо другого из известных ему лиц, имеющих право получить ее, и возвратить найденную вещь этому лицу. Лицо, задержавшее безнадзорный или пригульный скот или других безнадзорных домашних животных, обязано возвратить их собственнику, а если собственник животных или место его пребывания неизвестны, не позднее трех дней с момента задержания заявить об обнаруженных животных в милицию или в орган местного самоуправления, которые принимают меры к розыску собственника.

Если в течение шести месяцев с момента заявления о задержании безнадзорных домашних животных их собственник не будет обнаружен или сам не заявит о своем праве на них, то лицо, у которого животные находились на содержании и в пользовании, приобретает права собственности на них (ст. 231 ГК РФ).

Срок хранения находки и сроки содержания безнадзорных животных однотипны по своему характеру. Их особенности определяются спецификой возникающих в данном случае отношений.

Из этого следует, что сроки, установленные ст. ст. 228, 231 ГК РФ, это не сроки исковой давности, а лишь сроки хранения и возврата собственнику утраченного имущества. О сроках исковой давности применительно к данным случаям можно было бы говорить лишь тогда, когда собственник в установленные сроки обратился бы с требованием возврата находки или безнадзорных животных, но лица, у которых это имущество находится на хранении, отказали бы ему в возврате имущества. В этих случаях установленные ст. ст. 228, 231 ГК РФ сроки вообще перестают действовать в виду обнаружения собственника и начинает течь обычный срок исковой давности.

Однако это обязательство хранения имущества необычное, что оно возникает не на основании договора, а предусмотрено самим законом на случай небрежного или бесхозяйственного отношения собственника к своему имуществу. Именно поэтому закон устанавливает, что с истечением сроков хранения этого имущества прекращается не только право на востребование этого имущества, но так же и право собственности или иное, основанное на законе или договоре право лица, утратившего имущество. В данном случае сроки существования права собственности не совпадают с указанными сроками. Утрата права собственности или иного права лицом, потерявшим имущество, в известном смысле может рассматриваться как санкция за неосуществление им права в надлежащем порядке. Поэтому эти сроки также следует считать сроками пресекательными.

Своеобразный пресекательный срок установлен для осуществления организацией права использовать произведение, переданное ей автором на основании авторского договора, в соответствии с его назначением. По издательскому, постановочному или иному другому авторскому договору организация, с которой автор заключил этот договор, приобретает право на использование произведения установленным в договоре способом и в том, что никакая другая организация не вправе воспользоваться этим произведением без ее разрешения (кроме случаев, прямо предусмотренных законом).

Вывод. Анализ пресекательных сроков показал, что для всякого пресекательного срока характерны три основные особенности:

1. Пресекательный срок не тождествен со сроком существования субъективного гражданского права, действие которого прекращается с истечением пресекательного срока, хотя в некоторых случаях и может совпадать с ним по размеру.

2. С истечением пресекательного срока субъективное гражданское право прекращается досрочно, т.е. до истечения установленного законом или договором нормального срока его существования.

3. Досрочное прекращение субъективного гражданского права с истечением пресекательного срока является правовой санкцией, применяемой к управомоченному лицу за неосуществление либо ненадлежащее осуществление принадлежащего ему права.


Вострикова Людмила Геннадьевна



[1] Советское гражданское право. Т.1. Учебник / Под ред. Л. Б. Гальперина. Изд-во «Высшая школа» М.. 1968. С. 282.

[2] М.М. Агарков. Обязательство по советскому гражданскому праву.

[3] И.Б. Новицкий. Сделки. Исковая давность. Госюриздат. 1954, стр. 139-142.

[4] И.Б. Новицкий. Сделки. Исковая давность. Госюриздат, 1954, стр. 141.

[5] О.С. Иоффе. Советское гражданское право (курс лекций). Изд-во ЛГУ, 1958, стр. 258.

[6] «Советское гражданское право». Ч. 1, 1960, стр. 230.

[7] С.И. Вильнянский. Лекции по советскому гражданскому праву. Харьков, 1958, стр. 188.

[8] М.П. Ринг. К вопросу об отграничении сроков исковой давности от некоторых других сроков гражданского права («Учебные записки Ростовского государственного университета» вып. 1, т. 37).

[9] М.А. Гурвич. Пресекательные сроки в советском гражданском праве. М., 1964.

[10] М. А. Гурвич. Пресекательные сроки в советском гражданском праве. М . 1964, стр. 12.

[11] Там же, стр. 14.

[12] Советское гражданское право. Ч. 1. М., 1960. С. 230; О.С. Иоффе. Советское гражданское право (курс лекций). Изд-во ЛГУ, 1958. Стр. 258.

[13] М.А. Гурвич. Пресекательные сроки в советском гражданском праве. М., 1964. С. 25.







Интересное:


Понятие и система принципов гражданского права
Пределы вины в нарушении договорных обязательств в гражданском праве РФ
Условия договора строительного подряда
Комиссия 1894 - 1899 годов по пересмотру Судебных уставов и закон «О преобразовании суда в сельских местностях» 1912 года
Проблемные аспекты условий действительности сделки
Вернуться к списку публикаций