2015-04-16 22:24:59
ГлавнаяГражданское право и процесс — Пожертвование как разновидность дарения



Пожертвование как разновидность дарения


Основными видами дарения являются реальный договор (непосредственное дарение) и консенсуальный договор (дарственное обещание). В качестве классификационного критерия здесь выступает момент заключения договора. Но возможна и другая классификация, в основу которой положена цель дарения. Так, различаются дарение в собственном смысле слова, то есть действие, совершаемое в интересах одного одаряемого лица, и пожертвование – дарение вещи или права, совершаемое в общих интересах неопределённого круга лиц, преследующее общеполезные цели (ст. 582 ГК).Известно сакраментальное высказывание о том, что наукой пока не установлено – что люди начали делать раньше – дарить подарки или приносить жертвы. Само слово пожертвование имеет в качестве своего корня слова «жертва». Предмет договора пожертвования уже, нежели собственно дарения. Он охватывает только вещи и права, но не включает освобождения от обязанности. Причина этого очевидна: освобождение одаряемого от обязанности всегда производится в его непосредственных интересах, и отнюдь не всегда направлено к общему благу. В новом ГК РФ институт договора дарения подвергся значительной модификации. В частности, в нем оказался выделен особый вид дарения – пожертвование (ст. 582 ГК РФ). В ГК РСФСР 1964 г. в одной из двух статей гл.23 «Дарение» предусматривалось, что дарение гражданином имущества государственной, кооперативной или другой общественной организации возможно при использовании этого имущества лишь для определенной общественно-полезной цели. Тем самым в качестве жертвователя выступало лишь физическое лицо, а на соответствующей организации лежала обязанность осуществить его волю, причем требовать исполнения этого условия был вправе как даритель, так и прокурор.

Нотариальная практика исходила из того, что указание на цель использования имущества могло быть включено и в договор дарения между гражданами. Таким образом, термин «пожертвование» в ранее действовавшем ГК РСФСР не встречался, однако аналог пожертвования там присутствовал в виде дарения имущества в общественно полезных целях, но какого-либо специального правового регулирования применительно к такому случаю в ГК РСФСР не устанавливалось [1]. Между тем, авторы одного из комментариев к ГК РФ, признавая пожертвование одним из видов дарения, вместе с тем ошибочно отмечали, что «это новый институт, который не регулировался ГК РСФСР 1964 г.» [2]. Указанное мнение представляется ошибочным, так как отсутствие идентичного термина еще ни о чем не говорит – большинство ученых сходятся во мнении о том, что в ГК РСФСР имел специальную ному об урегулировании сходных отношений [3].

В отношении правовой природы пожертвования в основном превалирует точка зрения о том, что несмотря на то, что пожертвование имеет и свои отличительные признаки, и особый порядок регулирования, оно несомненно остается самостоятельной разновидностью дарения. На наш взгляд наиболее точным здесь является пояснение А. Эрделевского: «В бытовом значении пожертвование означает добровольную безвозмездную передачу имущества, что не вполне совпадает с точным юридическим значением этого термина. То, что в быту часто называют пожертвованием, представляет собой дарение, в то время как пожертвование в юридическом смысле представляет собой особую разновидность дарения» [4].

Таким образом, договор пожертвования выделяется как отдельный вид дарения, исходя из наличия у него такого основного признака, как совершение дарения в общеполезных целях. Необходимо еще раз подчеркнуть, что в отличие от прежнего ГК, под пожертвованием понимается дарение не в «общественно-полезных», а именно в общеполезных целях [5]. В современной юридической литературе встречаются различные трактовки понятия «общеполезные цели», что справедливо вызывает нарекания некоторых ученых. Например, М.И. Брагинский и В.В. Витрянский справедливо отмечают, что отсутствие единого взгляда на содержание общеполезных целей «...не может не вызывать сожаления, поскольку именно этот признак позволяет квалифицировать договор дарения как пожертвование, и, следовательно применять специальные правила...» [6]. Представления о сути указанных общеполезных целей действительно различные. Например, М.Г. Масевич считает, что «от договора дарения пожертвование отличает назначение дара, который должен быть использован по специальному назначению. При отсутствии такого условия безвозмездная передача имущества считается обычным дарением» [7]. Данная позиция справедливо критикуется М.И. Брагинским и В.В. Витрянским, поскольку на их взгляд М.Г. Масевич не была учтена норма п. 3 ст. 582 ГК РФ, в соответствии с которой пожертвование имущества должно быть, а юридическим лицам может быть обусловлена жертвователем использованием этого имущества по определенному назначению. При отсутствии такого условия пожертвование гражданину считается обычным дарением, а в остальных случаях пожертвованное имущество используется одаряемым в соответствии с назначением этого имущества. Следовательно – делают вывод указанные ученые, «договор пожертвования юридическим лицам не теряет своих качеств от того, что он не содержит условия о назначении дара, и не превращается в этом случае в обычный договор дарения» [8]. A.Л. Маковский же считает, что общеполезными целями могут быть «как цели, полезные для общества в целом, так и цели, достижение которых представляет пользу для более узкого круга лиц – лиц определенной профессии, определенного возраста, жителей определенной местности, членов (участников) определенной организации». Далее, A.Л. Маковский развивает мысль о судьбе имущества пожертвованного без указания цели его использования. Для гражданина такой договор становится обычным дарением (п. 3 ст. 582 ГК РФ), имущество же, переданное юридическому лицу, должно использоваться последним «в соответствии с назначением имущества» (п. 3. ст. 582), и, конечно, в соответствии с целями деятельности этого юридического лица (ст. 49 ГК РФ). Солидарен, и, на наш взгляд, даже более точен в этом вопросе А. Эрделевский [9]. По его мнению «... если одаряемым является гражданин, эта цель должна быть выражена явно в виде условия договора, а при передаче пожертвования иным субъектам ее наличие презюмируется исходя из специальной правоспособности последних и направленности результатов их деятельности к общему благу» [10]. И.В. Елисеев, касаясь вопроса сущности общеполезных целях, говорит о том, что законодатель воздерживается от какого-либо перечня общеполезных целей потому, что их круг очень велик, а их достижение возможно самыми различными путями. Вместо этого законодатель в ряде случаев предоставляет дарителю право указать назначение использование дара (т.е. юридическому лицу), а ряде случаев просто обязывает его сделать это. Поясняет этот момент И.В. Елисеев следующим образом – законодатель, вероятно, исходит из того, что соблазн утаить дар от общества, использовав его на собственные нужды, у среднестатистического гражданина невероятно велик [11].

Поскольку в соответствии с ГК РФ, одаряемым при пожертвовании может быть любое публичное образование, указанное в ст. 124 ГК РФ, в том числе и государство, мы полагаем правильным солидаризироваться с мнением М.И. Брагинского и В.В. Витрянского о том, что в отношении имущества, жертвуемого государству, даритель может как указывать, так и не указывать конкретное направление использования дара на том основании, что такие же правила применяются к юридическим лицам, а, как известно к данным субъектам права подлежат применению нормы, определяющие участие юридических лиц в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, кроме случаев, указанных в законе.

Итак, при пожертвовании в качестве дарителя или одаряемого могут выступать граждане, юридические лица и государство. Поскольку ст. 582 ГК РФ не содержит каких-либо специальных указаний, то по смыслу ст. 582 ГК РФ договор о пожертвовании может быть как реальным, так и консенсуальным, в связи с чем могут возникнуть сложности в доказывании факта обусловленности назначения использования имущества.

А. Эрделевский, разрешая эту проблему, в частности, полагает, что, поскольку каких-либо специальных правил о форме договора пожертвования, к нему как к разновидности договора дарения полностью применимы правила ст. 574 ГК РФ. Отсюда следует, что письменная форма договора пожертвования движимого имущества необходима в случаях, когда жертвователем является юридическое лицо и стоимость пожертвования превышает 5 МРОТ, а также когда договор содержит обещания пожертвования в будущем. Отсюда следует, что часто встречающиеся в практике договоры пожертвования небольших (в пределах 5 МРОТ) сумм, где жертвователями являются граждане, а одаряемыми – юридические лица, могут совершаться в устной форме. При этом – отмечает А. Эрделевский, – не исключено, что при заключении договора в такой форме могут возникать споры относительно наличия в договоре условия об использовании имущества по определенному назначению. Причем это важно не только с точки зрения права гражданина на отмену пожертвования, но и для решения вопроса о наличии у юридического лица обязанности вести обособленный учет операций по использованию пожертвованного имущества. Очевидно, в случае возникновения спора о действительном содержании заключенного в устной форме договора основными видами доказательств окажутся объяснения сторон и показания свидетелей [12]. На наш взгляд, делая такой вывод, А. Эрделевский не совсем корректен. Такой подход был бы применим, если подходить к предмету дарения только как к материальной ценности. Как быть, если вещь имеет высокую культурно-художественную ценность, но невысокой стоимости? И потом, исходя из предлагаемой трактовки закона, следует вывод, что совершенно необходимо жертвователю подумать о свидетелях, что в некоторых ситуациях будет затруднительным, если не невозможным, не говоря уже о ситуации, когда жертвователь, например, желает сохранить свое пожертвование в тайне от широкого круга лиц или не родственников. Поэтому подходить к обусловленному пожертвованию с общими положениями о форме договора на наш взгляд, недопустимо. Корректность правового регулирования требует установления для пожертвования, обусловленного жертвователем использованием этого имущества по назначению, письменной формы договора, где и должно быть оговорено соответствующее условие. Нам представляется целесообразным дополнить п.2 ст. 582 ГК РФ соответствующим требованием. Использование пожертвованного имущества не по назначению должно давать право жертвователю не только отмены пожертвования, но и возмещения убытков, причиненных несоблюдением соответствующего условия договора, в связи с чем п.5 ст. 582 ГК РФ следует дополнить соответствующей нормой. Предвидя возможные возражения о том, что вряд ли убытки в таком случае будут иметь место, мы конкретизируем нашу позицию по этому вопросу. Поскольку жертвуемое имущество в первоначальном виде – собственность жертвователя, то у него до исполнения договора о пожертвовании есть два способа использовать это имущество. Либо – для себя, в том числе, возможно, направить его на получение прибыли, либо – передать имущество в дар, либо пожертвовать. И уж если жертвователь выразил свою волю каким-либо определенным образом, указав направление использования своего имущества, то в случае неисполнения его указаний между жертвователем и одараяемым возникает обязательство весьма похожее по своему основанию и содержанию на неосновательное обогащение. Исходя из такой логики, например, ничто не мешает жертвователю потребовать взыскания процентов по правилам ст. 395 ГК РФ, если пожертвованные им деньги пошли не на обустройство спортивного зала образовательной школы, а на ремонт и закупку мебели для кабинета ее директора, что, к сожалению, на практике бывает очень частым явлением.

Несмотря на то, что пожертвование генетически производно от договора дарения, оно все же имеет свои особенности. Прежде все, предмет дарения шире, по сравнению с предметом пожертвования, которым может выступать вещь или имущественное право. Следовательно, освобождение одаряемого от его обязанности пожертвованием быть не может ни при каких условиях.

И.В. Елисеев причиной такого сужения предмета договора видит то обстоятельство, что «освобождение одаряемого от обязанности производится в его непосредственных интересах, а не на общее благо» [13]. М.И. Брагинский и В.В. Витрянский же предлагают свое объяснение этому. По их мнению, «жертвователь традиционно должен располагать правом обусловить свое пожертвование использованием дара по определенному назначению. Дарение же путем освобождения от обязанностей... исключает такую возможность» [14].

Далее, от договора дарения пожертвование отличает субъектный состав договора. В этом случае закон ограничивает возможность выступать в договоре на стороне одаряемого. В качестве одаряемых при пожертвовании могут быть только граждане, социально-гуманитарные учреждения, такие как лечебные, воспитательные, организации социальной защиты и им подобные, благотворительные, научные, учебные организации, фонды, музеи и другие учреждения культуры, общественные и религиозные организации, а также РФ, ее субъекты и муниципальные образования. Третий отличительный признак – обусловленность пожертвования назначением дара. ГК РФ не только наделяет жертвователя правом обусловить свое пожертвование использование дара по определенному целевому назначению, но и предусматривает положения, направленные на обеспечение контроля за целевым использованием пожертвованного имущества со стороны жертвователя, а также последствия нарушения воли жертвователя, определившего целевое назначение пожертвования. В п. 3 ст. 582 ГК РФ установлено, что юридическое лицо, принимающее пожертвование, для использования которого установлено определенное назначение, должно вести обособленный учет всех операций по использованию пожертвованного имущества. Это правило предполагает применение особых правил бухгалтерского учета в случае, когда условие о назначении использования имущества прямо установлено в договоре пожертвования.

Получение жертвователем или его наследниками информации об использовании пожертвований обеспечивает реализацию его права на отмену пожертвования в случае его использования не в соответствии с указанным в договоре назначением (п.5 ст. 582 ГК РФ).

Итак, если в договоре пожертвования не установлено условие использования одаряемым – юридическим лицом пожертвованного имущества по определенному назначению, обязанность ведения обособленного учета операций с этим имуществом у него не возникает, хотя общие правила ведения бухгалтерского учета, установленные ФЗ РФ от 21.11.1996 г. № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете» [15] и иными нормативными актами, конечно, должны соблюдаться. В то же время у жертвователя в таком случае не может возникнуть права отмены пожертвования.

Если же вследствие изменившихся обстоятельств использование пожертвованного имущества в соответствии с указанным жертвователем назначением становится невозможным, то в соответствии с п.4 ст. 582 ГК РФ, данное имущество может быть использовано по другому назначению лишь с согласия жертвователя. В случаях, когда это согласие невозможно получить вследствие смерти или ликвидации жертвователя, использования пожертвования по иному назначению возможно только по решению суда. Следующим отличительным признаком пожертвования является тот факт, что в соответствии с п.2 ст. 582 ГК РФ на принятие пожертвования не требуется чьего-либо разрешения или согласия. Это не означает, что не требуется согласия одаряемого, речь идет об отсутствии необходимости испрашивать разрешение у какого-либо властного органа, а также, на наш взгляд, в данном случае унитарные предприятия и учреждения, которые, как известно, действуют в основном в соответствии с указаниями собственника, также могут не испрашивать его согласия на принятие жертвуемого имущества. К пожертвованиям не применяются правила ГК РФ об отмене дарения (ст. 578) и правопреемстве при обещании дарения (ст. 581).

Одной из разновидностей пожертвования является благотворительная деятельность граждан и организаций. Поэтому при применении ст. 582 ГК РФ не следует оставлять без внимания положения ФЗ РФ от 11.08.1995 г. № 135-Ф 3 «О благотворительна деятельности и благотворительных организациях» [16]. В нем благотворители определяются как лица, осуществляющие благотворительные пожертвования в определенных формах. Последними признаются, во-первых, бескорыстная (безвозмездная или на льготных условиях) передача в собственность имущества, в том числе денежных средств и (или) объектов интеллектуальной собственности; во-вторых. Наделение правами владения, пользования и распоряжения любыми объектами права собственности; в-третьих. Выполнение работ, предоставление услуг благотворителями – юридическими лицами. При этом благотворители вправе определять цели и порядок использования своих пожертвований. Граждане, осуществляющие свою деятельность в форме безвозмездного труда в интересах благополучателя, в том числе благотворительной организации. Именуются в упомянутом законе добровольцами, а благополучателями – лица, получающие благотворительные пожертвования от благотворителей, помощь добровольцев.

Еще одной разновидностью пожертвования, является заключение договора о гранте. Грант является частным случаем дарения, а именно – пожертвованием. Соответственно, при составлении договора о гранте необходимо руководствоваться этой статьей Кодекса. Российское законодательство не дает точных указаний о юридическом статусе и налогообложении целевых средств, грантов, пожертвований. Под термином «грант» понимаются «целевые средства, предоставляемые безвозмездно иностранными благотворительными организациями предприятиям, организациям и физическим лицам в денежной или натуральной форме на проведение научных или других исследований, опытно-конструкторских работ, обучение, лечение и другие цели с последующем отчетом об их использовании» [17].

Договор о гранте (безвозмездной помощи) может заключаться между:

1) иностранной благотворительной организацией и российским юридическим лицом;

2) иностранной благотворительной организацией и российским физическим лицом;

а договор о целевом финансировании (или целевом использовании средств) – между:

1) двумя российскими организациями;

1) российской организацией и физическим лицом.

Для каждого отдельного случая должен составляться договор, учитывающий статус его субъектов.

Договор о гранте (безвозмездной помощи) или о целевом финансировании должен содержать следующие основные пункты:

1. Предмет договора с указанием названия программы или кратким описанием проекта, на который выделяются средства.

2. Права и обязанности сторон.

3. Порядок расчетов.

4. Процедуру финансовой и содержательной отчетности.

5. Срок действия договора.

6. Ответственность сторон.

7. Приложения к договору (смета, техническое задание, календарный план).

В смете должно быть предусмотрено постатейное распределение средств гранта на осуществление мероприятий в соответствии с проектом, на который выделен грант, а также все полагающиеся налоги. Средства должны расходоваться в соответствии со сметой проекта и бюджетом организации.

Перераспределение средств сметы требует специального уведомления грантодателя и его письменного разрешения.

В календарном плане предусматривается график осуществления мероприятий по проекту, а также порядок и сроки выплаты средств гранта и предоставления отчетов об их использовании.

В техническом задании обычно указываются результаты, которые должны быть достигнуты на промежуточных этапах и по окончании проекта.

Если договором о гранте предусматривается приобретение оборудования, то переход права собственности в этом случае является важным и спорным моментом. Как правило, грантодатель бывает заинтересован в целевом использовании оборудования и указывает в договоре условия его использования и даже возврата по окончании гранта. Однако такая практика вступает в противоречие с положениями российского законодательства [18].

Если грантополучатель самостоятельно на средства гранта покупает оборудование, то, в соответствии с ГК РФ (ч.1), оно является его собственностью (право собственности приобретает покупатель имущества).

Поэтому грантодатель не может ставить условий по использованию купленного грантополучателем оборудования и тем более – отобрать его.

Два следующих варианта, в большей степени соответствующих законодательству, дают грантодателю основание контролировать целевое использование оборудования грантополучателем.

1. Согласно ГК РФ (ч.2, гл.36), грантодатель покупает оборудование самостоятельно и передает его в безвозмездное пользование грантополучателю. В таком случае право собственности на оборудование принадлежит грантодателю.

ГК РФ не предусмотрена ситуация, когда по окончании гранта грантополучатель может оставить оборудование в собственном пользовании, и по окончании проекта грантополучатель обязан это оборудование вернуть. Данный договор может предусматривать целевое использование имущества, а также досрочный возврат имущества в случае недоиспользования или нецелевого использования. В договоре могут быть указаны ограничения на покупку оборудования (например, его страна-производитель).

2. Помимо договора о гранте с грантополучателем заключается договор некоммерческого поручения на покупку оборудования. Условием этого договора является обязанность грантополучателя совершить покупку от имени и за счет грантодателя. Одновременно заключается договор об ответственном хранении оборудования. Договором поручения может предусматриваться дальнейшее использование оборудования грантополучателем по собственному усмотрению при условии успешного выполнения проекта. В этом случае такие отношения регулируются соответствующими нормами части второй ГК РФ.

Следующей группой вопросов, связанных с пожертвованием, являются ставшие в последнее время актуальными, связанные с правами на имущество религиозного назначения. Эти проблемы являются наиболее актуальными в области взаимоотношений государства и религиозных объединений. Процесс правового оформления передачи государственного имущества религиозным организациям активно проходил на протяжении последнего десятилетия и был связан с серьезными изменениями государственной политики в сфере конфессиональных отношений [19].

В соответствии с Законом РСФСР от 25.10.1990 г. № 267-1 «О свободе вероисповеданий» [20] религиозным организациям предоставлялись права собственников на принадлежавшее им имущество. В дальнейшем нормами ФЗ РФ от 26.09.1997 г. № 15-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях» [21] было урегулировано правовое положение имущества религиозных объединений, которое могло находиться у них не только на праве собственности, но также в безвозмездном пользовании.

В связи с тем, что большая часть религиозного имущества находилась во владении государственных организаций, передача находящегося в государственной собственности имущества религиозного назначения, в первую очередь культовых зданий и сооружений, утраченных религиозными организациями в годы советской власти, стала важнейшей задачей.

Порядок передачи культовых зданий и иного имущества религиозного назначения, относящихся к федеральной собственности, был утвержден постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.1994 г. № 466 «О порядке передачи религиозным объединениям культовых зданий и иного имущества религиозного назначения, относящегося к федеральной собственности» [22]. В Приложении 1 к указанному Постановлению содержался перечень 370 культовых объектов, подлежащих передаче религиозным объединениям в первоочередном порядке.

Менее чем через год, в развитие Закона РСФСР от 25.10.1990г. «О свободе вероисповеданий» и вышеупомянутого Указа Президента РФ, Правительство РФ своим постановлением от 14.03.1995 г. № 248 утвердило иной порядок передачи религиозным объединениям относящегося к федеральной собственности имущества религиозного назначения, в соответствии с которым определенная часть соответствующего имущества передавалась религиозным организациям.

Постановлением от 14.03.1995 г. № 248 было предусмотрено, что религиозные организации вправе получить федеральное имущество, как в пользование, так и в собственность.

Передача имущества в собственность религиозных организаций осуществлялась по решению Правительства Российской Федерации на основании совместного представления Минкультуры России и Госкомимущества России либо по представлению Комиссии по вопросам религиозных объединений.

Так, например, распоряжением Правительства Российской Федерации от 02.02.1998 г. № 165-р в собственность Русской православной церкви были переданы предметы религиозного назначения и богослужебные принадлежности из драгоценных металлов для использования при восстановлении Храма Христа Спасителя в г. Москве.

Новый Порядок передачи религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в федеральной собственности, который применяется в настоящее время, был утвержден постановлением Правительства РФ от 30.06.2001 г. № 490 [23]. В указанном постановлении детально проработан механизм передачи имущества в собственность или в пользование, определены цели передачи имущества, и основания рассмотрения вопроса о передаче имущества, установлены правомочия по совместному использованию имущества организациями культуры и религиозными организациями, отмечены особенности передачи религиозным организациям имущества казны и имущества унитарных предприятий, а также движимого и недвижимого имущества.

Действующий порядок по-новому устанавливает основания разделения имущества религиозного назначения на движимое и недвижимое. В постановлении Правительства РФ от 06.05.1994 г. № 466 объекты недвижимого и движимого имущества религиозного назначения определялись путем перечисления (храмы, церкви, мечети; одежда священнослужителей, книжные собрания и т.д.). Новым порядком к недвижимому имуществу религиозного назначения были отнесены здания и сооружения с относящимися к ним земельными участками, в том числе монастырские и иные культовые комплексы, построенные для совершения и обеспечения богослужений, молитвенных и религиозных собраний, других религиозных обрядов и церемоний, а также профессионального религиозного образования.

Следует обратить внимание, что вместе с объектами недвижимости к имуществу религиозного назначения отнесены и земельные участки, на которых расположены указанные объекты, что соответствует концепции «единого объекта». Движимым имуществом религиозного назначения являются предметы внутреннего убранства культовых зданий и сооружений или предметы, предназначенные для богослужебных и иных религиозных целей [24].

Имущество передается религиозным организациям безвозмездно для использования его в соответствии с функциональным предназначением. В случае, если находящееся в пользовании религиозной организации имущество будет использоваться не по его назначению (например, сдаваться в аренду), это будет нарушением условий передачи имущества, и собственник, в соответствии с договором, может потребовать от соответствующей организации возвратить его либо изменить характер пользования имуществом.

Сложнее решить вопрос об использовании имущества, право собственности на которое уже перешло к религиозной организации. В соответствии с условиями такой передачи религиозная организация должна обеспечивать его сохранность и использование в соответствии с целями деятельности, определяемой уставом. Нарушение религиозной организацией указанных условий, казалось бы, не позволяет применить к собственнику такой санкции, как изъятие соответствующего имущества.

Вместе с тем, в соответствии с нормами п. 5 ст. 582 ГК РФ, использование пожертвованного имущества не в соответствии с указанным жертвователем назначением или изменение этого назначения дает право жертвователю требовать отмены пожертвования. Таким образом, в указанном случае соответствующий федеральный орган исполнительной власти, выступающий в данных правоотношениях по поручению Правительства Российской Федерации (как жертвователя), вправе потребовать от религиозной организации возвращения имущества, переданного ей в собственность, в том числе и в судебном порядке.

Однако на практике применить данную норму не всегда просто, и по этой причине, в частности, имущество религиозного назначения, как правило, передается в пользование, с сохранением его в федеральной собственности.

Передача имущества религиозного назначения в собственность (движимого и недвижимого) осуществляется Министерством имущественных отношений Российской Федерации на основании решения Правительства Российской Федерации.

В силу ст. 21 ФЗ РФ от 26.09.1997г. № 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях» передача в собственность религиозным организациям имущества, находящегося в государственной собственности, осуществляется безвозмездно. Отчуждение соответствующего государственного имущества в собственность религиозных организаций исключено из сферы регулирования законодательства о приватизации. Основанием для перехода к религиозной организации права собственности на имущество является нормативный правовой акт Правительства Российской Федерации, выступающего в данных правоотношениях как собственник имущества. Гражданско-правовая природа передачи имущества в собственность религиозным организациям определяется как пожертвование, и к порядку оформления этой сделки применяются нормы, предусмотренные ГК РФ для договора дарения.

Основанием для рассмотрения вопроса о передаче религиозной организации имущества религиозного назначения является письменное обращение религиозной организации. В обращении религиозной организации в Минимущество России излагается просьба о передаче имущества в собственность или пользование, с указанием адреса и пообъектного состава такого имущества.

Если федеральное имущество обременено правами третьих лиц, требуется обязательное письменное мнение (согласие или несогласие) указанных лиц о передаче имущества религиозной организации. К таким лицам следует отнести, прежде всего, федеральные государственные унитарные предприятия и федеральные государственные учреждения, за которыми имущество религиозного назначения, предполагаемое к передаче, закреплено на праве хозяйственного ведения или оперативного управления.

Согласие субъектов права хозяйственного ведения или оперативного управления на соответствующую передачу является существенным основанием для принятия решения, поскольку изъятие отдельных объектов недвижимого имущества, закрепленного за, предприятиями или учреждениями, может оказать значительное влияние на функционирование данного предприятия или учреждения. Следует отмети ть, ч то при отсутствии согласия учреждения на передачу соответствующего имущества его изъятие в указанных целях возможно только в порядке, предусмотренном ст. 296 ГК РФ (как излишнее, неиспользуемое либо используемое не по назначению имущество).

Несогласие унитарного предприятия на передачу религиозным организациям закрепленного за ним имущества должно служить основанием для отказа в просьбе о передаче. Собственник (представитель собственника) не может разрешить этот вопрос самостоятельно, поскольку он не вправе изымать имущество унитарного предприятия.

Судебная практика подтверждает эту позицию. Согласно п. 40 совместного постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 01.07.1996 г. № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» [25], акты государственных органов по распоряжению имуществом, принадлежащим унитарным предприятиям на праве хозяйственного ведения (в том числе изъятие собственником и передача имущества другим лицам), по требованию этих предприятий должны признаваться недействительными.

Таким образом, передача имущества религиозного назначения, закрепленного на праве хозяйственного ведения, может производиться только с согласия унитарного предприятия.

Что же касается безвозмездной передачи унитарным предприятием соответствующего имущества в собственность религиозной организации, то это является пожертвованием, и такая передача предусматривает заключение договора дарения и на основании п.1 ст. 576 ГК РФ требует обязательного согласия собственника имущества, как для недвижимого, так и движимого имущества. В литературе высказывается мнение о том, что согласие Минимущества России в данном случае может быть, дано только при исследовании тех же документов, которые служат основанием для рассмотрения вопроса о передаче имущества в пользование религиозной организации [26].

Следует отдельно остановиться на часто встречающихся способах сбора анонимных пожертвований, при которых жертвователь оказывается индивидуально не определен для одаряемого (например, использование ящиков или иных приспособлений для приема денежных средств). В этом случае оказывается невозможной как фиксация личности жертвователя так и, соответственно, внесенной им суммы. В связи с этим, А. Эрделевский ставит следующую проблему. Поскольку анонимное пожертвование может быть обусловлено целевым использованием пожертвованного имущества (скажем, строительство храма), право на отмену пожертвования при наличии предусмотренных п.5 ст. 582 ПС РФ условий может возникнуть у любого жертвователя, в том числе и анонимного. Но в этом случае при предъявлении требования о возврате пожертвования истцу придется доказать и факт совершения пожертвования, и его размер. Нетрудно представить себе возможные злоупотребления со стороны недобросовестных «жертвователей», требующих возврата якобы ошибочно пожертвованных сумм. Для разрешения этой задачи А. Эрделевский предлагает следующий выход. По его мнению, противодействовать этому в определенной степени может составление акта пересчета содержащихся в нем денежных средств с их покупюрной описью при ежедневном вскрытии приспособлений для сбора средств лицами, собирающими пожертвования [27]. В случае предъявления иска такой акт может быть представлен в качестве письменного доказательства.


Рыхлетский Павел Леонидович



[1] А. Эрделевский. Бойтесь данайцев, дары приносящих // Бизнес-адвокат. 2001. № 21. С. 15.

[2] Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Ч.2 (постатейный). М., 1996. С. 157.

[3] См., например, Маковский A.Л. Дарение // Гражданский кодекс РФ. Ч.2. Текст, комментарии, алфавитно-предметный указатель. М., 1996. С. 316; Комментарий к Гражданскому кодексу РФ. Ч.2 / Под ред. Г.Е. Абовой. А.Ю. Кабалкина. М.. 2003. С. 220.

[4] А. Эрделевский. Указ.соч. С. 16.

[5] Маковский, А.Л. Дарение // Гражданский кодекс РФ. Ч.2. Текст, комментарии, алфавитно-предметный указатель М., 1996. С. 316.

[6] Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книга 2: Договоры о передаче имущества. М., 2003. С. 353.

[7] Гражданское право России. Ч.2: Обязательственное право. Курс лекций. С. 173.

[8] Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книга 2: Договоры о передаче имущества. М., 2003. С.353.

[9] А. Эрделевский., указ. соч. Там же.

[10] А. Эрделевский, там же.

[11] Гражданское право. Учебник. Т.2. / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М., 2004. С. 143.

[12] А. Эрделевский. Указ.соч., с. 18.

[13] Гражданское право. Учебник. Т.2 / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого М., 2004. С. 142.

[14] Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книга 2: Договоры о передаче имущества. М., 2003. С. 353.

[15] В ред. ФЗ РФ от 23.07.1998. № 123-Ф3, от 28.03.2002. № 32-Ф3, от 31.12.2002. № 187-ФЗ, № 191-ФЗ, 10.01.2003. № 8-ФЗ. 30.96.2003. № Х6-Ф3 // С3 РФ. 1996. № 46. Ст.5369. 1998. № 30. Ст.З619, 2002. № 13. Ст.1179. 2003. № 1. Ст.2. № 2. Ст. 160. № 27. Ст.2700 (ч.1).

[16] В ред. ФЗ РФ от 21.03.2002. № 31-Ф3, от 25.07.2002. № 112-ФЗ, от 04.07.2003. № 94- ФЗ // СЗ РФ. 1995. № 33. Ст.3340, 2002. № 12. Ст. 1093. № 30, Ст.3029, 2003. № 27 (ч.2). Ст. 2708.

[17] Залесская С. Особенности заключения договора о гранте, http: // www.isarmos.ru.

[18] Залесская С., там же.

[19] Стадников А.В. Актуальные вопросы передачи федерального имущества религиозным организациям // Право и экономика. 2002.№ 3. С. 40.

[20] В ред. ФЗ РФ от 27.01.1995. № 10-Ф3 // Ведомости РСФСР. 1990. .№ .21. Ст.240, ФЗ РФ. 1995. № 5. Ст.346.

[21] В ред. ФЗ РФ от 26.03.2000. № 45-ФЗ. от 21.03.2002. № 31-ФЗ. от 25.07.2002. № 112- ФЗ // СЗ РФ. 1997. № 39. Ст.4465. 2000. № 14. Ст.1430. 2002. № 12. Ст. 1093, № 30. Ст.3029.

[22] В ред. постановления Правительства РФ от 14.03.1995. № 248 // СЗ РФ. 1994. № 4. Ст.362, 1995. № 12. Ст.1059.

[23] В ред. постановления Правительства РФ or 03.01.2002. № 731, от 08.08.2003. № 475 // СЗ РФ. 2001. № 28. Ст.2889,2002. № 41. Ст.3983. 2003. № 33. Ст.3269.

[24] Стадников А.В. Указ. соч. С.42.

[25] Российская газета. 1996. 10 августа.

[26] Стадников А.В. Актуальные вопросы передачи федерального имущества религиозным организациям // Право и экономика. 2002. № 3. С. 44-45.

[27] См. Эрделевский А., там же.







Интересное:


Претензионные сроки в гражданском праве
Об узуфрукте в Гражданском кодексе Франции 1804 года
Особенности устройства мирового суда в национальных окраинах Российской империи
Супруги как субъекты права общей собственности
Изменение договора
Вернуться к списку публикаций