2014-10-12 15:44:10
ГлавнаяГражданское право и процесс — Основные начала законодательного установления подсудности



Основные начала законодательного установления подсудности


Основные начала законодательного установления подсудности

Задачей института подсудности является распределение гражданских дел между судами общей юрисдикции в целях более быстрого и правильного рассмотрения и разрешения гражданского дела, наиболее эффективной защиты прав, свобод и охраняемых законом интересов. Подсудность определяет не наличие субъективного права на обращение за судебной защитой, а его осуществление с соблюдением установленных законом правил [1].

Что бы упорядочить решение вопроса о разграничении подсудности гражданских дел, необходимо, прежде всего, исходить из целей гражданского судопроизводства, закрепленных в нормах гражданского процессуального права и отражающих желаемый результат процессуальной деятельности с позиций общественных потребностей и интересов.

Следовательно, любые изменения в гражданской процессуальной форме допустимы лишь при условии обеспечения более эффективной судебной защиты прав, свобод и охраняемых законом интересов граждан и организаций.

Вопросы обеспечения эффективного правосудия постоянно находятся в центре внимания ученых-процессуалистов, законодателя и практиков. Развитие научных идей и теорий увеличило свою активность в связи с постоянным обновлением материала и необходимостью в переосмыслении прежних положений применительно к существующей реальности.

Сказанное позволяет сделать вывод об актуальности, важности и значимости определения основных начал законодательного установления подсудности, которые станут четким ориентиром, своеобразным «компасом» для правоприменителей.

Не претендуя на безошибочность суждений, хотелось бы высказать некоторые соображения по указанному поводу.

Но прежде следует сказать о тех положениях, которые были взяты автором в качестве отправных.

Во-первых, институт подсудности гражданских дел рассматривается как комплексный институт гражданского процессуального права. Основная часть норм, устанавливающих правила подсудности содержится в Гражданском процессуальном кодексе Российской Федерации. Однако, нередко предписания о подсудности включаются в законы, регулирующие материальные правоотношения.

Во-вторых, нормативные предписания не обеспечивают достаточной точности прогнозирования развития правоотношений. Так, например, законодательство не может предусмотреть в виде исчерпывающего перечня все категории дел, подсудных Верховному Суду РФ, а также Верховному суду субъекта Федерации.

Исходя из предложенной системы координат, думается, что необходимость выделения основных начал на уровне института подсудности состоит в том, что подобная работа позволит более точно определить содержание самого института, выделить взаимосвязь его норм (в том числе и с учетом разбросанности по различным, порой неоднородным по своему характеру, отраслям права), а также обеспечит более правильное понимание целей и задач самого института.

Любое теоретическое исследование предполагает в качестве первоначального шага обзор и анализ того, что сделано правовой наукой в данном направлении [2].

Следует отметить, что проблема основных положений законодательного установления правил подсудности и их практического применения совсем не исследована.

Однако на основании изложенного предлагается выделить следующую совокупность основных положений института подсудности гражданских дел, которая, безусловно, обладает определенной условностью:

- доступность судебной защиты и приоритет интересов наиболее незащищенной, слабой стороны. В качестве примера существования такого принципа и гарантией его соблюдения можно назвать нормы об альтернативной и договорной подсудности. Дополнительной иллюстрацией существования подобного основного положения является нововведение ч. 7 ст. 29 ГТЖ РФ о подсудности исков о защите прав потребителей по месту пребывания истца. Приведенное положение, безусловно, является процессуальной льготой для истца потребителя. Позволяя ему предъявлять иски в свою защиту не только по месту жительства, но и по месту временного пребывания.

Любая система подсудности, даже очень хорошо разработанная, но строящаяся на обобщенных категориях разграничения юрисдикции не может в полном объеме учесть многообразия интересов спорящих сторон. Как правило, подсудность предопределяется местом жительства ответчика. Тем самым она поставлена в зависимость от случайности, от процессуальной роли, которую займет субъект правоотношений. При этом не понятно: кто будет ответчиком. Кроме того, нет ясности и с местом жительства: где оно будет находиться на момент предъявления требования. Все эти неопределенности могут быть устранены соглашением о подсудности. При его наличии стороны имеют более четкие представления о подсудности. Договорная подсудность позволяет сторонам изменить диспозитивные предписания о подсудности, и выбрать тот суд, который для них является наиболее удобным.

Вместе с тем, о соблюдении подобного положения не всегда можно вести речь в условиях современного законодательства. Так, определенная путаность возникает на правоприменительном уровне при определении подсудности дел о защите трудовых прав, нарушенных незаконным осуждением, незаконным привлечением к уголовной ответственности, незаконным применением в качестве меры пресечения заключения под стражу, подписке о невыезде либо незаконным наложением административного наказания в виде ареста (ч. 6 ст. 29 ГПК). Подобное вызвано тем, что данные дела все же не относятся к делам по спорам, возникающим из трудовых правоотношений. Они возникают не из споров между работниками и работодателями, а из иных отношений, возникающих в следствие причинения вреда незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда (ст. 1070 ГК), поэтому они не подпадают под действия правила, предусмотренного п. 6 ч. 1 ст. 23 ГПК. В связи с чем, их подсудность определяется в зависимости от цены иска по правилу п. 5 ч. 1 ст. 23 ГПК;

- дифференциация судебной процедуры, в зависимости от характера спорного правоотношения или разумная специализация, имеющая четкую организационно-правовую основу и позволяющая предоставить дополнительные гарантии справедливого правосудия. Данное положение является многоаспектным. Оно должен последовательно реализовываться при решении комплекса вопросов, касающихся судоустройства и судопроизводства. При выборе оптимального уровня специализации должен быть один критерий: специализация должна способствовать максимально эффективному осуществлению правосудия, качественному рассмотрению судебных дел.

Специализацию следует проводить главным образом по материально-правовому признаку.

Создавать системы специализированных судов следует в том случае, когда существует достаточно крупная категория дел, специфика которых требует самостоятельного, достаточно углубленного изучения и когда отраслевые особенности этой группы отношений предопределяют специфику судопроизводства. Более подробно о специализации судов речь пойдет при последующем изложении представленной работы;

- учет места нахождения большинства доказательств по делу или объекта спора. Данное положение ведет к процессуальной экономии. Эффективность правосудия, его доступность для лица, обращающегося в суд напрямую зависит от возможности представления доказательств для их последующего исследования в ходе судебного заседания. Примером реализации в законодательстве данного положения являются нормы об исключительной подсудности. Так, рассмотрение дел о праве на строение в суде по месту нахождения данного строения (ч. 1 ст. 30 ГПК РФ) обусловлено тем, что удобнее собирать доказательства в этом суде. В качестве гаранта соблюдения данного основного положения выступает и норма, закрепленная ч. 2 п. 2 ст. 33 о передаче дела в другой суд, если обе стороны заявили ходатайство о передаче дела по месту нахождения большинства доказательств;

- значимость дела и соответствие целям правосудия. Примером полного не соответствия данному положению является современное состояние регулирования вопроса проверки качества рассмотрения и разрешения мировым судьей большинства трудовых дел, так как не вступившее в законную силу решение мирового судьи могут быть проверены в апелляционном порядке в районном суде. Причем дело по апелляционной жалобе рассматривается в районном суде по существу и окончательно.

Обращает на себя внимание и положение п. 3 ч. 1 ст. 27 ГПК РФ, в соответствие с которым Верховному Суду Российской Федерации подсудны дела об оспаривании постановлений о приостановлении или прекращении полномочий судей либо о прекращении их отставки. Анализируя компетенцию Верховного Суда РФ относительно рассмотрения дел об оспаривании постановлений о приостановлении или прекращении полномочий судьи, следует отметить, что прямого указания на возможность рассмотрения подобных требований в судах иных звеньев судов общей юрисдикции, в частности в судах субъектов Федерации Гражданский процессуальный кодекс РФ не содержит.

Однако на практике указанная норма применяется во взаимосвязи с ч. 2 ст. 26 ГПК, Федеральным законом «О статусе судей в Российской Федерации», Федеральным законом «Об органах судейского сообщества в Российской Федерации» [3]. В соответствии с названным Федеральным законом постановления о приостановлении или прекращении полномочий судей либо о прекращении их отставки принимают:

Высшая квалификационная коллегия судей Российской Федерации – в отношении председателей, заместителей председателей судов (за исключением районных судов) судей Верховного Суда Российской Федерации, Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, федеральных арбитражных судов округов, окружных (флотских) военных судов, членов Совета судей Российской Федерации и Высшей квалификационной коллегии судей Российской Федерации, председателей советов судей квалификационных коллегий судей субъектов Российской Федерации (подп. 4 п. 2 ст. 17);

Квалификационные коллегии судей субъектов Российской Федерации – в отношении судей соответствующих судов (за исключением лиц, указанных в подп. 4 п. 2 ст. 17), председателей и заместителей председателей районных судов, членов соответствующих советов судей и квалификационных коллегий судей субъектов Российской Федерации (подп. 5 п. 2 ст. 17).

Этим же Федеральным законом установлено, что решения Высшей квалификационной коллегии судей Российской Федерации о приостановлении или прекращении полномочий судей, об отставке судей и ее приостановлении, о привлечении судей к дисциплинарной ответственности могут быть обжалованы в Верховный Суд РФ, а решения квалификационных коллегий судей субъектов Российской Федерации по тем же вопросам – в соответствующие верховные суды республик, краевые, областные суды, суды городов федерального значения (г. Москвы и г. Санкт-Петербурга), суд автономной области, суды автономных округов (п.2 ст. 26).

Следовательно, представители судейского корпуса, обладающие единым статусом, но занимающие должности от мирового судьи до судьи суда субъекта Федерации, вправе обжаловать решение соответствующей квалификационной коллегии судей субъекта Федерации в суд этого субъекта Федерации.

Однако такое положение не согласуется с таким общим основополагающим началом, влияющим на определение подсудности, как значимость рассматриваемого спора. Дело в том, что речь идет о юридической гарантии принципа независимости судей, их неприкосновенности. Способы и средства, гарантирующие реальное проявление этих принципов должны быть одинаковы для всех членов судейского сообщества. Дифференцирование в решении этого вопроса недопустимо, иначе нарушается закрепленное в законодательном порядке единство статуса судей, ставит их в неравное положение относительно защиты своих прав. Именно подсудность такого рода споров одному из звеньев, а именно высшему звену судебной системы отвечает выше названным требованиям.

Нынешнее положение вещей с подсудностью споров о приостановлении или о прекращении деятельности судей с практической точки зрения не гарантирует реальную судебную защиту судей низших звеньев системы общих судов. Так, согласно ст. 22 ФЗ «Об органах судейского сообщества в Российской Федерации» вопрос о прекращении полномочий судьи в связи с совершением им дисциплинарного проступка, как правило, рассматривается квалификационной коллегией судей по представлению председателя соответствующего или вышестоящего суда. Иными словами, если с представлением в квалификационную коллегию судей субъекта Федерации обратился председатель суда этого субъекта Федерации, то у него имеются все возможности для «контроля» за дальнейшим прохождением судебного дела, возбужденного по инициативе лица, жалующегося на решение квалификационной коллегии судей, поскольку это дело будет рассматриваться по первой инстанции судом субъекта Федерации. Более того, даже если суд субъекта Федерации вынесет судебное постановление в пользу обратившегося с жалобой, который естественно обращаться с кассационной жалобой в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда РФ не будет, то председатель суда субъекта Федерации обладает достаточными рычагами для рассмотрения дела в порядке надзора в президиуме «своего» суда, поскольку согласно ст. 377 ГПК РФ президиум суда субъекта Федерации правомочен в порядке надзора пересматривать решения, постановленные по первой инстанции судебной коллегией по гражданским делам этого суда. Следует отметить, что ГПК РСФСР рассмотрение дел об оспаривании постановлений о прекращении полномочий судей относил лишь к подсудности Верховного Суда Российской Федерации, не предусматривая какого-либо исключения из этого правила (ст. 116) Причем, такое законодательное установление базировалось на положениях, закрепленных в законе «О статусе судей в Российской Федерации» принятом 26 июня 1992 г., в частности, в п. 7 ст. 15 указанного закона. Такой подход законодателя к подсудности дел об спаривании постановлений о прекращении полномочий судей просуществовал до внесения изменений в ГПК РСФСР, имевших место в августе 2000 года. Согласно редакции от 7 августа 2000 г. ст. 115 ГПК РСФСР приобрела более четкое содержание в связи с перечислением в ней категорий тех гражданских дел, которые относятся к компетенции судов субъекта Федерации. Однако среди этого перечисления не было указания на рассматриваемую категорию дел. В то же время в эту статью были внесены дополнения в виде указания на то, что федеральными законами к подсудности верховного суда республики, краевого, областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области и суда автономного округа могут быть отнесены и другие дела. Данная формулировка была перенесена и в статью 26 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации 2002 года. К этому времени, а именно 14 марта 2002 года был принят Федеральный закон «Об органах судейского сообщества в Российской Федерации». В ст. 26 данного нормативного акта указывается на судебное обжалование решений, принятых квалификационной коллегией. При этом решения Высшей Квалификационной коллегии судей Российской Федерации и квалификационных коллегий судей субъектов Российской Федерации о приостановлении либо прекращении полномочий судьи, привлечении его к дисциплинарной ответственности, об отставке судьи и о приостановлении отставки, а также об отказе в рекомендации на должность судьи могут быть обжалованы заинтересованным лицом в течение десяти дней со дня получения копии соответствующего решения. Указанные решения Высшей квалификационной коллегии судей Российской Федерации могут быть обжалованы в Верховный Суд Российской Федерации, а квалификационных коллегий судей субъектов Российской Федерации – в соответствующие верховные суды республик, краевые, областные суды, суды городов федерального значения, суд автономной области и суд автономного округа. Таким образом, отнесение к подсудности судов субъектов Федерации дел об оспаривании решений соответствующих квалификационных коллегий судей нашло свое законодательное закрепление. В то же время следует отметить, что приведенный в п. 2 ст. 26 Федерального закона «Об органах судейского сообщества в Российской Федерации» перечень тех решений Высшей квалификационной коллегии судей Российской Федерации, которые могут быть обжалованы в Верховный Суд Российской Федерации, шире указанного в п. 3 ч. 1 ст. 27 ГПК РФ. Так что формально, если бы не было указания в ч. 2 ст.27 ГПК РФ на то, что

Федеральными законами к подсудности Верховного Суда Российской Федерации могут быть отнесены и другие дела, последний мог бы и не принимать к своему производству такие гражданские дела по жалобам на постановления Высшей квалификационной коллегии судей как о привлечении судьи к дисциплинарной ответственности, об отставке судьи и о ее приостановлении, об отказе в рекомендации на должность судьи.

Однако и при таком толковании положений п. З ч. 1 и ч.2 ст 27 ГПК РФ количество дел об оспаривании постановлений о приостановлении или прекращении полномочий судей в Верховном Суде Российской Федерации значительно снизилось. К сожалению, снизился и уровень защиты прав членов судейского сообщества в Российской Федерации, их неприкосновенности, их независимости, а следовательно, утратил одну из своих гарантий принцип независимости судей и подчинения их только закону. Представляется, что законодатель должен вернуться к прежнему регулированию вопросов подсудности дел по жалобам на решения квалификационных коллегий судей.

- недопустимость субъективного решения вопроса об изменении правил родовой подсудности, в том числе и со стороны суда.

В гражданском процессуальном законодательстве, относящемуся к регулированию вопросов подсудности, наблюдается тенденция освобождения от правовых положений, в которых присутствуют элементы ситуационности. Такая тенденция в процессуальном праве положительна. Как известно применение ситуационной нормы связано с судейским усмотрением и, естественно, не всегда свободно от чисто субъективного подхода к разрешению процессуального вопроса. Так, в новом Гражданском процессуальном кодексе отсутствует такая норма, которая предусматривала бы право суда передать дело в другой суд, если судом принявшим дело к своему производству, будет признано «...что данное дело будет более быстро и правильно рассмотрено в другом суде, в частности по месту нахождения большинства доказательств» (п.1 ч. 2 ст. 122 ГПК РСФСР). Как уже было сказано, исключены положения относительно права вышестоящего суда передать дело из одного суда в другой.

В определенной степени по аналогичным соображениям, в целях исключения споров, относительно какого имущества и какой его доли идет речь при принятии дела по месту нахождения имущества ответчика, новый Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации отказался от этой нормы в качестве общего правила территориальной подсудности, оставив возможность предъявления иска по месту нахождения имущества ответчика только в случае, если место жительства его неизвестно или если он не имеет места жительства в Российской Федерации (ч. 1 ст. 29 ГПК РФ).

Вместе с тем обращает на себя внимание ситуация, сложившаяся в судебной практике в связи с возникнувшем вопросом о том, как следует поступить надзорной инстанции в случае отмены решения мирового судьи и постановления апелляционного суда, оставившего решение суда первой инстанции без изменения, с точки зрения определения подсудности рассмотрения гражданского дела вновь, отвечая на этот вопрос, Верховный Суд Российской Федерации в своем письме, адресованному Председателям верховных судов республик, краевых судов, областных судов, Московского и Санкт-Петербургского городских судов, суда автономной области, суду автономного округа (№У/общ-104 от 07. 06. 01) исходил из того, что в этом случае дело должно быть направлено в районный суд.

С такой позицией вряд ли можно согласиться. Как уже отмечалось, вышестоящему суду не предоставлено право изменять родовую подсудность рассмотрения и разрешения дела. Судом первой инстанции в данном случае является мировой судья. Не меняет дело и то обстоятельство, что апелляционная инстанция – районный суд проверяет правильность решения мирового судьи по правилам рассмотрения дела по первой инстанции. В любом случае районный суд остается судом, выполняющим проверочные функции. Направляя дело в районный суд, надзорная инстанция «включает» механизм апелляционной проверки. При таких обстоятельствах возникает вполне закономерный вопрос: что в данном случае проверять, если решение мирового судьи отменено. Обязывать районный суд рассматривать дело по существу в качестве суда первой инстанции идет в противоречие с правилом о недопустимости вышестоящего суда изменить родовую подсудность.

Иначе решается вопрос в случае, если мировой судья, рассмотревший дело по первой инстанции, нарушил правила родовой подсудности – рассмотрел дело, которое относится к компетенции районного суда. При таком положении надзорная инстанция обязана направить дело по первой инстанции в тот суд, которому оно подсудно, указав мотивы подобного своего решения. Здесь не идет речь об изменении родовой подсудности, а исправляется ошибка, допущенная судом первой инстанции.

Сказанное позволяет утвердиться в мысли о необходимости разработки системы основных положений, позволяющих упорядочить решение вопроса о разграничении подсудности. Без учета перечисленных критериев законодательного установления правил подсудности, их применение отрицательно скажется на правах и интересах лиц, обращающихся за судебной защитой.


Кузнецова Елена Викторовна



[1] Жилин Г. А. Цели гражданского судопроизводства и их реализация в суде первой инстанции. М., 2000. С. 34.

[2] Улетова Г.Д. К вопросу о системе принципов исполнительного права // Проблемы защиты прав и законных интересов граждан и организаций. Краснодар, 2002. С. 61.

[3] Российская газета. 2002. 19 марта.







Интересное:


Общие положения о праве собственности на землю в Земельном кодексе РФ
Мировой суд как форма осуществления ответственности
Прекращение договора аренды здания, сооружения и нежилого помещения
Понятие недействительной сделки в российском гражданском праве
Принцип свободы договора как основополагающее начало для заключения гражданско-правовых договоров
Вернуться к списку публикаций