2014-07-15 18:26:04
ГлавнаяГражданское право и процесс — Классификация недействительных сделок в зависимости от несоблюдения отдельных условий действительности сделки



Классификация недействительных сделок в зависимости от несоблюдения отдельных условий действительности сделки


Классификация недействительных сделок в зависимости от несоблюдения отдельных условий действительности предполагает, по мнению автора, соотнесение и выявление возможных закономерностей между такой классификацией и общеизвестным делением недействительных сделок на оспоримые и ничтожные. Следует отметить, что в литературе до настоящего времени, в том числе в последних исследованиях молодых ученых [1], в рамках подобной классификации рассматривались лишь сделки, указанные непосредственно в главе 9 ГК, а сама классификация использовалась только в прикладных целях перечисления некоторых недействительных сделок. При этом не допускалась возможность существования в рамках одной статьи ГК сделок, недействительность которых связана с несоблюдением различных условий недействительности, а также в некоторых случаях связь одного вида недействительной сделки одновременно с несоблюдением различных условий действительности сделки.

Следует отметить, что в некоторых современных исследованиях имеет место подразделение на общие и дополнительные условия действительности, при этом общие условия считают не соблюденными в сделках, указанных в параграфе 2 главы 9 ГК, к дополнительным же условиям относят несоблюдение формы, государственной регистрации, а также установленные в иных правовых актах случаи недействительности, обосновывая это в основном тем, что только при недействительности в соответствии со статьями параграфа 2 главы 9 ГК не требуется ссылки в судебном решении на общее правило ст. 168 ГК [2].

Такой подход представляется неприемлемым по следующим причинам. Противопоставление недействительных сделок, содержащихся и не содержащихся в параграфе 2 главы 9 ГК является не вполне логичным. Например, ничтожность сделки, направленной на ограничение правоспособности (не содержащейся в этом параграфе) носит не менее общий характер, чем, например, сделки, противной основам правопорядка и нравственности. Нормы параграфа 2 главы 9 ГК не всегда носят общий характер по отношению к недействительным сделкам, указанным в других статьях ГК, при этом соотношение общих и специальных норм не должно подменяться понятием общих и дополнительных условий действительности сделки. Все недействительные сделки, как содержащиеся в различных статьях ГК, так и установленные в других законах и иных правовых актах обладают сходными пороками, выражающимися в несоблюдении различных условий действительности сделки единых для всех гражданско-правовых сделок, при этом под условиями действительности нельзя понимать конкретные статьи ГК. Несоблюдение того или иного условия действительности может объединять недействительные сделки, содержащиеся в различных правовых актах, и в то же время недействительные сделки с несоблюдением разных условий действительности могут быть содержаться в рамках одной статьи ГК.

В целях настоящего исследования представляется необходимым включение в классификацию в зависимости от несоблюдения определенных условий действительности сделок, наряду с указанными в главе 9 ГК других, прямо установленных в ГК случаев недействительности сделок, а также сделок, недействительность которых устанавливается иными федеральными законами, так как подобная попытка не предпринималась ранее в научных исследованиях.

Условие о законности содержания сделки.

Понятие несоблюдения условия о законности содержания сделки не равнозначно понятию не соответствия сделки закону. Второе понятие органически включает в себя первое, так как несоответствие сделки закону может касаться не только ее содержания. Как упоминалось выше, несоблюдение именно данного условия действительности может иметь место при совершении сделки, не соответствующей требованиям закона или иных правовых актов (ст. 168 ГК). Таким образом, сделки с незаконным содержанием, как и другие недействительные сделки, являются частным случаем недействительности сделки по ст. 168 ГК.

Ст. 168 ГК содержит общее правило о том, что сделка, не соответствующая закону или иному правовому акту ничтожна. Ничтожность является общим правилом для всех недействительных сделок, оспоримость же - особыми случаями, прямо указанными в законе; возможны и иные предусмотренные законом последствия. В юридической литературе справедливо отмечается, что из общего правила, согласно которому сделка, которая не соответствует закону или иному правовому акту, ничтожна, законом предусматриваются и другие исключения; так например, сделка, простая письменная форма которой не соблюдена, по общему правилу действительна, хотя налицо несоответствие сделки закону [3].

Сделки, не соответствующие требованиям закона или иных правовых актов, являющиеся при этом незаконными именно по своему содержанию, далеко не всегда прямо указаны законом как недействительные; в таких случаях их недействительность вытекает из самого факта нарушения требований закона в соответствии со ст. 168 ГК. Например, исходя из п. 1 ст. 334 ГК ничтожной будет являться соглашение о передаче имущества, являющегося предметом залога, в собственность залогодержателя при неисполнении должником обеспеченного залогом обязательства. Однако случаи прямого указания на недействительность сделок в ГК, даже не упоминая непосредственно о случаях, указанных в главе 9 ГК, достаточно многочисленны. В рамках несоблюдения данного условии действительности целесообразно выделение дополнительных подвидов в целях установления конкретных проявлений незаконности содержания отдельных недействительных сделок.

Следует отметить, что собственно в параграфе 2 главы 9 ГК только в ст. 169 ГК указаны недействительные сделки, в которых не соблюдено условие действительности о законности содержания сделки.

1) Несоблюдение рассматриваемого условия действительности сделки имеет место при совершении сделки с целью противной основам правопорядка и нравственности, (ст. 169 ГК). Эта разновидность недействительных (ничтожных) сделок обладает по своему содержанию особыми признаками. Такие сделки имеют ярко выраженную антиобщественную направленность. Незаконность таких сделок выражается в противозаконности их цели. Еще В.М. Хвостов отмечал, что «желая достичь цели, противной закону, стороны заключают сделку, не подходящую по букве под текст закона, но ведущую к достижению того практического результата, с которым борется закон. Такие сделки ничтожны...» [4]. Например, ничтожной являются сделки купли-продажи взрывчатых веществ, боеприпасов неуполномоченными лицами как создающие угрозу общественной безопасности (противоречие основам правопорядка); ничтожными как противоречащие основам нравственности будут такие сделки, как наем помещений, заведомо сданных для открытия притона и др.

В литературе высказывается справедливое мнение о том, что «закрепление в ст. 169 ГК исчерпывающего перечня законов, устанавливающих основы правопорядка невозможно» [5]. Основы правопорядка и нравственности целесообразно понимать как: основы конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов граждан, обороноспособность страны, безопасность государства.

Новеллой современного ГК является прямое указание на противоречие сделки основам нравственности как на основание ее ничтожности. Таким образом, основы нравственности, наряду с основами правопорядка признаны законом основными общественными устоями; данное положение ранее было разработано в науке и убедительно доказано В.А. Рясенцевым [6].

Понятие основ нравственности в силу своего преимущественного нахождения вне правового поля, с одной стороны, не является строго юридической категорией; с другой же стороны, представляя собой фундамент сложной системы взаимоотношений человека и общества, находит свое отражение в сфере права. Представляется, что в идеале основы нравственности должны находить свое полное отражение в основах правопорядка. B.C. Соловьев писал: «Право есть лишь минимум нравственности или юридически оформленная мораль. Право - средство реализации нравственно гуманистических идеалов общества» [7]. Но так как правовая система, как сложная постоянно развивающаяся система менее стабильна, чем общепринятые нравственные устои общества (или основы нравственности), при применении судом ст. 169 ГК может возникать необходимость обращаться непосредственно к сути и содержанию данных устоев. В то же время нравственные устои общества также неодинаковы в разные периоды исторического развития. Поэтому, следует «понятия публичного порядка и добрых нравов рассматривать, отталкиваясь от судебной практики и научной доктрины, в свете постоянно меняющейся общественной идеологии и системы ценностей» [8].

Целесообразно обратить внимание, что в отличие от современного ГК, в соответствии со ст. 147 Постановления ВЦИК «О введении в действие Гражданского кодекса РСФСР» 1922 года [9] (далее ГК РСФСР 1922г.) при всех противозаконных сделках все исполненное должно было изыматься в доход государства. При этом изымалось только исполненное по противозаконной сделке. Вследствие этого от применения конфискационных санкций нередко освобождался тот из участников сделки, который воспользовался всеми выгодами, получив исполнение по ней, но со своей стороны вовсе не произвел исполнения. Более того, на применение конфискационных санкций не распространялись сроки исковой давности. Положения современного ГК определенно свидетельствуют о перенесении акцентов на защиту частных интересов участников гражданского оборота, конфискационные же санкции (недопущение реституции) представляют собой исключение и применяются только в указанных в законе случаях к недобросовестным участникам правоотношений. Здесь характерен учет таких субъективных факторов как форма вины, наличие умысла у одной или обеих сторон сделки, направленного на цель, противную основам правопорядка и нравственности. В зависимость от наличия умысла ставятся и последствия недействительности конкретной сделки по ст. 169 ГК.

2) Ничтожным в связи с несоблюдением условия о законности содержания являются соглашения об изменении сроков исковой давности (ст. 198 ГК).

Используя дополнительные основания классификации сделок, недействительных в силу несоблюдения условия о законности содержания сделки можно говорить о следующих подвидах.

3) В части недействительных сделок несоблюдение условия о законности содержания проявляется в отсутствии определенных реквизитов.

Отсутствие реквизитов ценной бумаги влечет ее ничтожность и относится к ее содержанию, в то время как указанное в том же п. 2 ст. 144 ГК несоблюдение установленной формы ценной бумаги относится к несоблюдению условия о форме сделки. В соответствии с п. 1 ст. 186 ГК доверенность, в которой не указана дата ее совершения, ничтожна.

4) Можно выделить обширную группу недействительных по рассматриваемому основанию сделок, объединенных тем, что их недействительность наступает в связи с незаконным ограничением прав или незаконным ограничением ответственности участников правоотношений. Из них наиболее общий характер носят нормы, касающиеся недействительности сделок, направленных на ограничение правоспособности или дееспособности гражданина (п. 3 ст. 22 ГК). В этом отношении Е.А. Суханов справедливо отмечает, что правоспособность и дееспособность гражданина - его неотъемлемые социально-правовые свойства личности, отражающие основы правового положения личности в обществе; поэтому сделки, направленные на ограничение правоспособности и дееспособности граждан, в известной мере посягают на основы правопорядка в государстве [10].

К этой же группе относится ряд сделок, указанных в статьях ГК, посвященных отдельным видам юридических лиц. Так, ничтожными являются сделки, влекущие отказ или ограничение права участника полного товарищества знакомиться со всей документацией, являются ничтожными (п. 3 ст. 71 ГК); сделки между участниками полного товарищества об ограничении или устранении их ответственности по обязательствам товарищества (п. 3 ст. 75 ГК); соглашения участников товарищества об ограничении или устранении установленной законом ответственности (п. 3 ст. 75 ГК); соглашение между участниками товарищества об отказе от права выйти из него (п. 2 ст. 77 ГК).

Ничтожны: соглашение об отказе от права лица, выдавшего доверенность, во всякое время отменить ее, или лица, которому выдана доверенность, - отказаться от нее (п. 2 ст. 188 ГК); соглашение, ограничивающее право залогодателя завещать заложенное имущество (п. 2 ст. 346 ГК); соглашение, ограничивающее право должника и залогодателя, являющегося третьим лицом, в любое время до продажи предмета залога прекратить обращение на него взыскания, исполнив обеспеченное залогом обязательство (п. 7 ст. 350 ГК). Условия договора о залоге вещей в ломбарде, ограничивающие права залогодателя по сравнению с правами, предоставленными ему законом, ничтожны (п. 7 ст. 358 ГК). Здесь следует обратить внимание, сделка может быть недействительной частично (ничтожны только противоречащие закону условия). Также соглашение об ограничении размера ответственности должника по договору, в котором кредитором является гражданин-потребитель, ничтожно, если размер ответственности за данное нарушение определен законом и если соглашение заключено до наступления обстоятельств, влекущих ответственность (п. 2 ст. 400 ГК). Заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства ничтожно (п. 4 ст. 401 ГК). В соответствии со ст. 426 ГК условия публичного договора, не соответствующие требованиям об одинаковости его условий для всех потребителей за известными исключениями, а также не соответствующие изданным Правительством РФ обязательным для сторон типовым договорам и положениям, являются ничтожными.

В части второй ГК можно выделить следующие сделки, недействительные в связи с несоблюдением условия о законности содержания, объединенные тем, что их недействительность наступает в связи с незаконным ограничением прав или незаконным ограничением ответственности участников правоотношений:

Соглашение сторон договора купли-продажи об ограничении ответственности продавца в случае истребования товара у покупателя третьим лицом недействительно (п. 2 ст. 461 ГК). Условие договора постоянной ренты об отказе плательщика постоянной ренты от права на ее выкуп ничтожно (п. 3 ст. 592 ГК). Ничтожны условия договора бытового подряда, лишающие заказчика права в любое время до сдачи работы отказаться от исполнения договора, уплатив подрядчику известную часть цены и не входящих в нее расходов подрядчика (п. 2 ст. 731 ГК). Соглашения об ограничении или устранении установленной законом ответственности перевозчика недействительны за соответствующими исключениями (п. 2 ст. 793 ГК). Недействителен запрет уступки денежного требования (п. 1 ст. 828 ГК). Условие договора банковского вклада об отказе гражданина от права на получение вклада по первому требованию ничтожно (п. 2 ст. 837 ГК). Условие договора, исключающее переход к страховщику права требования к лицу, умышленно причинившему убытки, ничтожно (п. 1 ст. 965 ГК). Ничтожно соглашение об отказе доверителя отменить поручение или поверенного отказаться от поручения (п. 2 ст. 977 ГК). Ничтожны условия агентского договора, в силу которых агент вправе продавать товары, выполнять работы или оказывать услуги исключительно определенной категории покупателей, либо исключительно покупателям, имеющим место нахождения (жительства) на определенной в договоре территории (п. 3 ст. 1007 ГК). Ничтожны условия договора коммерческой концессии, ограничивающие права сторон по договору, указанные в п. 2 ст. 1033 ГК. Ничтожно ограничение права товарища или отказ от права знакомиться со всей документацией по ведению дел товарищей в рамках договора о совместной деятельности (ст. 1045 ГК). Соглашение, полностью освобождающее кого-либо из товарищей от участия в покрытии общих расходов или убытков, ничтожно (ст. 1046 ГК). Соглашение об устранении кого-либо и товарищей от участия в прибыли ничтожно (ст. 1048 ГК).

5) В следующей группе сделок несоблюдение условия о законности содержания связано с незаконностью предмета сделки.

Обещание подарить все свое имущество или его часть без указания на конкретный предмет дарения в виде вещи, права или освобождения от обязанности ничтожно (п. 2 ст. 572 ГК). Также доверенность на совершение дарения представителем, в которой не назван одаряемый и не указан предмет дарения, ничтожна (п. 5 ст. 576 ГК). Условия договоров страхования, противоречащие установленным правилам о том, страхование каких интересов не допускается, ничтожны (ст. 928 ГК).

Вызывает определенный интерес недействительность индоссамента, совершенного плательщиком по чеку (п. 3 ст. 880 ГК). Здесь недействительность сделки также связана с незаконностью предмета сделки, что проявляется в данном случае в незаконности обращения уже оплаченного переводного чека, так как в переводном чеке индоссамент на плательщика имеет силу расписки за получение платежа. То, что переводной чек, в отличие от векселя, не может быть индоссирован плательщиком, говорит о незаконности оборота уже оплаченного чека.

6) Незаконность содержания сделки может касаться условия о цене в возмездном договоре. Так, договор страхования имущества или предпринимательского риска в части страховой суммы, превышающей страховую стоимость ничтожен (п. 1 ст. 951 ГК).

Отдельно необходимо отметить оспоримые сделки, перечисленные в ГК, недействительность которых связана с незаконностью их содержания. Оспоримость сделок при несоблюдении рассматриваемого условия действительности в отличие от ничтожности не является типичной, и устанавливается законом при определяющем значении субъективных факторов, таких как недобросовестное поведение стороны сделки.

1) Так, по договору купли-продажи условие о переходе риска случайной гибели товара на покупателя с момента сдачи товара первому перевозчику может быть признано судом недействительным, если в момент заключения договора продавец знал или должен был знать, что товар утрачен или поврежден, и не сообщил об этом покупателю (п. 2 ст. 459 ГК).

2) К сделкам, недействительным (оспоримым) в результате несоблюдения условия о законности содержания относится договор личного страхования в пользу лица, не являющегося застрахованным, без письменного согласия застрахованного лица, он может быть признан недействительным по иску застрахованного лица или его наследников (п. 2 ст. 934 ГК).

3) Также здесь следует отметить возможность признания недействительным договора найма жилого помещения (ч. 4 ст. 684 ГК), где незаконность содержания проявляется в нарушении нанимателем своего обязательства не сдавать помещение внаем, которое он принял на себя, отказавшись от продления договора по этому основанию.

4) В соответствии с п. 2 ст. 562 ГК при продаже предприятия, кредитор, который письменно не сообщил продавцу или покупателю о своем согласии на перевод долга, вправе в течение трех месяцев со дня получения уведомления о продаже предприятия потребовать признания договора недействительным.

5) Следует сказать, что в некоторых случаях Кодекс устанавливает оспоримость сделок (или их отдельных условий) при нарушении законодательства, которое может быть выявлено только в результате анализа дополнительных фактических обстоятельств. Так, ограничительные условия договора коммерческой концессии могут быть признаны недействительными по требованию антимонопольного органа или иного заинтересованного лица, если эти условия с учетом состояния соответствующего рынка и экономического положения сторон противоречат антимонопольному законодательству (п. 1 ст. 1033 ГК).

Известно, что ГК далеко не всегда прямо говорит о недействительности сделки при несоблюдении определенных требований к содержанию сделки. В качестве примера можно привести недействительность сделок государственных и муниципальных унитарных предприятий по отчуждению закрепленного за ними на праве хозяйственного ведения движимого и недвижимого имущества, непосредственно участвующего в производственном процессе предприятия, которые, хотя и заключены с согласия собственника имущества, но приводят к невозможности использования имущества собственника по целевому назначению. Пленум ВАС РФ в постановлении №8 от 25.02.98. «О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» [11], указал на ничтожность таких сделок в соответствии со ст. 168 ГК.

Представляется, что если такая сделка заключена с согласия собственника, то речь не может идти о несоблюдении такого условия действительности сделки как дееспособность ее участников. В то же время, при наличии согласия собственника на совершение такой сделки на первый план выходит аспект незаконности содержания сделки - незаконный правовой результат сделки: невозможность использования имущества собственника по целевому назначению.

Следует обратить внимание, что иные федеральные законы, наряду с ГК предусматривающие недействительность определенных сделок, в которых не соблюдено условие о законности их содержания, в большей части случаев квалифицируют такие сделки как оспоримые (при этом не содержат самого термина «оспоримость») и значительно реже - как ничтожные, таким образом, устанавливая менее жесткую санкцию за несоблюдение законодательства при совершении сделок. Такой подход связан со спецификой сделок, регулируемых данными федеральными законами. Отметим встречающиеся в законодательстве случаи недействительности сделок, связанные с нарушением рассматриваемого условия действительности сделки - законности ее содержания.

Суд может признать брачный договор недействительным полностью или частично по требованию одного из супругов, если условия договора ставят этого супруга в крайне неблагоприятное положение (п. 2 ст. 44 Семейного кодекса РФ). При этом условия брачного договора, нарушающие другие требования Семейного кодекса РФ к его содержанию ничтожны (п. 2 ст. 44 СК РФ).

В силу указания Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)» [12] (далее - закон «Об ипотеке») устанавливается возможность признания недействительным последующего договора об ипотеке, заключенного несмотря на запрещение, установленное предшествующим договором об ипотеке (ст. 43 Закона), по иску залогодателя по предшествующему договору (т.е. устанавливается оспоримость сделки).

Следует отметить, что в рамках отдельных законов устанавливается свое общее правило недействительности сделок, а именно предусматривается их оспоримость, и как исключение - ничтожность. Такое правило предусмотрено в новом Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве)» [13] (далее - закон «О банкротстве»). Так, п. 1 ст. 103 закона «О банкротстве», указывает, что сделка, совершенная должником, в том числе сделка, совершенная до даты введения внешнего управления, может быть признана судом или арбитражным судом недействительной по заявлению внешнего управляющего. Следует отметить, что закон «О банкротстве» предусматривает для большинства сделок, заключенных с нарушением его положений (например, п. 5 ст. 82) возможность признания их недействительными только по заявлению лиц, участвующих в деле о банкротстве, что также подтверждает оспоримость таких сделок. В качестве же исключения указанный закон закрепляет случаи ничтожности не соответствующей закону сделки. Например, согласно п. 5 ст. 103 закона «О банкротстве» сделка, совершенная должником - юридическим лицом после принятия заявления о признании должника банкротом и связанная с выплатой (выделом) доли в имуществе учредителю должника в связи с его выходом из состава учредителей, является ничтожной.

Возможность признания недействительными некоторых сделок, не удовлетворяющих условию о законности содержания сделки, также закрепляется в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» [14] (далее - закон «О банкротстве кредитных организаций»). Здесь также недействительность наступает в силу решения суда по заявлению указанного в законе круга лиц (например, в соответствии с п. 2 ст. 28 это руководитель временной администрации), что свидетельствует об оспоримости таких сделок. Для сделок же совершенных кредитной организацией в течение трех лет, предшествовавших назначению временной администрации, в круг лиц, имеющих право заявить в суд требование о признании сделки недействительной, включены также кредиторы кредитной организации. Обязанность же обратиться в суд с требованием признать недействительной сделку, совершенную в течение трех лет, предшествовавших дню признания кредитной организации банкротом, возлагается на конкурсного управляющего (п. 3 ст. 47.1 закона «О банкротстве кредитных организаций»).

Незаконность содержания сделки проявляется здесь в следующем: цена указанной сделки или иные условия существенно в худшую для кредитной организации сторону отличаются от цены и иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, и если стороны сделки на момент ее совершения знали или должны были знать, что в результате данной сделки у кредитной организации появятся признаки банкротства; или сделка была заключена с лицами, которые прямо или косвенно контролируют кредитную организацию, прямо или косвенно ею контролируются либо прямо или косвенно находятся с ней под общим контролем (п. 2 ст. 28 закона «О банкротстве кредитных организаций»).

Также к оспоримым относятся недействительные сделки по отчуждению имущества должника по ст. 18 Федерального закона «Об особенностях несостоятельности (банкротства) субъектов естественных монополий топливно-энергетического комплекса» [15].

Как видно из вышеизложенного, все перечисленные сделки совершены с нарушением условия о законности содержания сделки, однако часть из них является по закону ничтожными, другая часть - оспоримыми, что, как представляется, являет собой более жесткую и более мягкую законодательную санкцию за совершение неправомерных действий в виде сделок в зависимости от несоответствия различным правовым нормам.



[1] И.В. Матвеев. Правовая природа недействительных сделок. Дисс. на соискание ученой степени канд. юр. наук. М., 2002. С. 107-108.

[2] Д.И. Мындря. Недействительность сделки, не соответствующей закону или иным правовым актам. Дисс. на соискание ученой степени канд. юр. наук. Екатеринбург. 2003. С. 138.

[3] Комментарий к Гражданскому кодексу РФ части первой под ред. О.Н. Садикова // автор главы T.JI. Левшина, Юринформцентр., М, 1995. С. 214.

[4] В.М. Хвостов. Система римского права: Учебник., По четвертому изданию 1908. М., 1996. С. 159.

[5] М.А. Блинова. Недействительность сделки, совершенной с целью, противной основам правопорядка и нравственности. Дисс. на соискание ученой степени канд. юр. наук. М. 2003. С. 9.

[6] Советское гражданское право. 4.1. Под ред. В.А. Рясенцева. М. 1960. С. 183.

[7] B.C. Соловьев. Оправдание добра. Нравственная философия. Собр. Соч. в 2Т.,Т.1.М. 1988. С. 14.

[8] С. Вагацума. Т. Аргудзуми. Гражданское право Японии. Книга 1. Под ред. P.O. Халфиной. М., Прогресс. 1983. С. 109-110.

[9] Постановление ВЦИК от 11.11.1922. «О введении в действие Гражданского кодекса РСФСР (вместе с Гражданским кодексом РСФСР)» // СУ РСФСР. 1922. № 71. ст. 904.

[10] Гражданское право. Т.1. Изд. 2-е под ред. Е.А. Суханова, М. Издательство БЕК, 1998. С. 362.

[11] Постановление Пленума ВАС РФ №8 от 25.02.98. «О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» // Хозяйство и право. № 12, 1998.

[12] ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» от 24 июня 1997, № 102-ФЗ в ред. от 11.02.2002. №18-ФЗ // СЗ РФ от 20.07.1998. № 29. ст. 3400.

[13] ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» 27.09.2002. № 127-ФЗ // СЗ РФ, от 28.10.2002. № 43, ст. 4190.

[14] ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» от 18 сентября 1998 №40-ФЗ, в ред. от 21.03.2002 №31-Ф 3 // СЗ РФ. 1.03.99. № 9. ст. 1097.

[15] ФЗ «Об особенностях несостоятельности (банкротства) субъектов естественных монополий топливно-энергетического комплекса» от 4.06.99. №122-ФЗ // СЗ РФ. 28.06.99. № 26. ст. 3179.



← предыдущая страница    следующая страница →
12345




Интересное:


Объект гражданского правоотношения
Мировой суд как государственно-правовой институт
Вина юридических лиц в нарушении договорных обязательств в гражданском праве РФ
Этапы развития мировых учреждений в дореволюционной России
Общая характеристика принципов гражданского права
Вернуться к списку публикаций