2014-04-18 16:24:38
ГлавнаяГражданское право и процесс — Право собственности и право общей собственности



Право собственности и право общей собственности


Прежде чем определить место права собственности в системе гражданских прав, представляется необходимым рассмотреть собственность как объект, на который направленно правовое регулирование, то есть как категорию прежде всего экономическую. Это обусловлено тем, что собственность является категорией, без всякого сомнения, базисной для права в целом, ставшей определяющим фактором его генезиса. Феномен собственности является определяющим для социума вообще, позволяя существовать экономической, политической и иным сферам его жизни, он образует «цивилизованную почву для свободы и права» [1].

Вопрос о собственности традиционно относился к числу центральных в экономической теории, не исключая и отечественную экономическую науку. Даже в советской политико-экономической литературе в рамках официальной марксистской доктрины имели место длившиеся десятилетиями (наиболее интенсивно с середины 60-х до конца 80-х годов) методологические дискуссии по поводу уточнения категориального определения собственности, выявления ее места в системе производственных отношений, интерпретации правовой формы, трактовки диалектики экономической и юридической сторон собственности.

Предпосылкой развития любой» формы общественно-экономического устройства является наличие экономико-правовых условий для функционирования форм собственности. Не может быть и речи ни о производстве, ни об обществе, если не существует никакой формы собственности. Право собственности является регулятором отношений собственности, или иначе говоря «правилами игры» для всех участников имущественных отношений, что и обуславливает особое значение собственности [2].

Проблемам собственности посвящено большое количество научных работ в различных отраслях знания. Характерно, что при этом дефинирование собственности всегда представляло известную сложность. Известно, что первоначально римское право не знало термина собственность. В древнейший период собственность обозначалась так: «моя вещь», «наша вещь» [3], либо заменялся в русском праве описательными выражениями «в прок», «на веки» и т. д., чем обозначалась продолжительность права, а не полнота его [4].

Термин «собственность» употребляется в различных значениях. В одних случаях его рассматривают как исторически развивающиеся общественные отношения, которые характеризуют распределение (присвоение) вещей как элементов материального богатства общества между различными лицами. В других случаях говорится об имущественных отношениях [5]. Иногда это понятие отождествляют с чисто юридической категорией - правом собственности. Во многих работах римских юристов под словом «собственность» подразумевалось право собственности и давалось перечисление отдельных полномочий собственника [6]. Аналогичные взгляды высказывались и в более поздний период [7].

Правовое регулирование отношений собственности требует учета их экономической сущности. Собственность как экономическая категория появилась вместе с человеческим обществом и ее развитие прошло длительный исторический путь. Значительным этапом в развитии учения о собственности стало учение Г.В. Гегеля, который рассматривал человека как личность в неразрывной вязи с принадлежащей ему собственностью [8]. Общественное отношение собственности формирует феномен личности, так как «лишь в собственности лицо выступает как разум» [9]. В теоретической конструкции гегелевской философии центром связи категорий «свобода», «право», «собственность» является человек. Собственность, выступая как одно из направлений и форм выражения свободы и права человека, образует собой для них экономическую основу.

По римскому праву собственность, в отличие от владения, всегда связана с правом и во всех исследованиях, отправлявшихся от римского права, слово «собственность» употреблялось одинаково для обозначения и собственности, и права собственности [10]. В марксистской традиции принято различать правовую собственность и реальные отношения собственности [11], указывая на то, что экономические отношения предшествуют приобретению ими правовой формы.

Собственность в экономическом смысле представляет собой отношение присвоения материальных благ. Она отражает статику имущественных отношений. Собственность заключается в установлении над материальными благами такого хозяйственного господства, которое позволяет собственнику по своей воле устранять или допускать всех прочих лиц к использованию своего имущества, самостоятельно определяя характер такого использования [12].

Е.А. Суханов экономические отношения собственности представляет как «отношения присвоения конкретными лицами определенного имущества (материальных благ), влекущие его отчуждение от всех иных лиц и предоставляющие возможность хозяйственного господства над присвоенным имуществом, соединенную с необходимостью несения бремени его содержания» [13].

По мнению некоторых ученых некий «общественно-индивидуальный тип собственности включает в себя отношения, складывающиеся в сфере не только материального, но и духовного производства. В этом плане и принадлежность человека обществу, вхождение его в данное общество рассматриваются в качестве собственности, ибо это есть «...отношение индивида к условиям, производства как к своим». Более того, право собственности не является статичной субъективной возможностью. Оно динамично развивается соразмерно процессу формированию процесса общественных отношений [14].

Экономическое содержание отношений собственности характеризуется двумя основными аспектами. Во-первых, хозяйственным господством над вещью, позволяющим собственнику по своему усмотрению и независимо от чьей-либо воли использовать принадлежащие ему материальные блага с целью получения доходов либо удовлетворения потребностей, устраняя при этом от них всех прочих лиц. Во-вторых, бременем собственности, которое заключается в необходимости осуществления затрат на содержание, ремонт, охрану имущества, уплату налогов, а также в риске возможных потерь от нерационального либо неуместного хозяйствования, вплоть до разорения (банкротства) [15]. Однако нельзя полагать, будто бы различия между экономическими и юридическими категориями способно привести к тому, что в области экономики будут существовать одни формы собственности, а в области права - другие.

Понятие собственности, как и общей собственности обычно определяется как экономические отношения, складывающиеся между субъектами экономической деятельности по поводу неких благ, где данное положение применимо ко всем субъектам собственности, в том числе в случае, если, в качестве субъекта собственности выступают семья, род, племя, а позднее городские общины, профессиональные объединения, предприятия, в современном мире - товарищества и хозяйственные общества, государства, их государственные и административно-территориальные образования, собственники имущества, находящимся в общей долевой и совместной собственности многоквартирных жилых домов и т.д. [16].

Изложенное позволяет определить место права собственности в системе иных гражданских прав. Исходя из дуализма [17] гражданского права, начать следует с того, что право собственность есть право абсолютное и вещное [18].

Можно сказать, что собственность как право опосредующие отношение лица к вещи, есть наиболее «идеальное» вещное право, в нем в наиболее полной мере воплощается природа вещных прав. Наиболее аутентичным пониманием права собственности остается представление о нем как о наиболее полном праве (власти, господстве) лица над своей вещью. Собственник обладает самыми широкими распорядительными полномочиями: он может отчуждать вещь, менять ее хозяйственное назначение, ухудшать свойства вещи, даже уничтожить ее. Так как собственник признается владельцем вещи, то он имеет право защищать свою связь с вещью от нарушений со стороны третьих лиц посредством владельческих интердиктов, а не только посредством исковых средств (негаторного иска и искового возражения о собственности). Утратив вещь, он может прибегнуть к иску о праве собственности виндикации) [19].

На Руси впервые право собственности на недвижимость было закреплено в Псковской судной грамоте, где в качестве способов приобретения права собственности на землю, указывались давность владения и труд [20]. Во второй половине XVII века в России произошло деление земель на поместья, которые передавались их владельцам за верную службу, и вотчины, на которые распространялся режим права собственности [21]. В 1714 году Петр I издает указ «О порядке наследования в движимых и недвижимых имуществах», в соответствии с которым вотчины и поместья получали единый правовой статус недвижимого имущества - имений. Одновременно этим указом были существенно ограничены свобода распоряжением недвижимостью, в частности запрещено ее дробление при передаче по наследству. От Петра I до Екатерины II историки выделяют период колебаний правительства в отношении частной собственности то в сторону ограничения, то в сторону свободы собственности. Правление Екатерины II на Руси было ознаменовано торжеством идеи частной собственности [22].

В законодательстве, относящемся к началу XIX века, право собственности определялось по образцу римских источников как наиболее полное господство лица над вещью. Долгое время такой же точки зрения придерживались и многие представители цивилистической доктрины [23].

О.С. Иоффе отмечал, что юристы того времени с одной стороны пытались выявить основной признак отличия права собственности от других вещных прав [24]. Пытаясь обнаружить такой признак, Г. Деренбург писал: «вещными правами являются права, которые непосредственно подчиняют нам телесную вещь. Наиболее совершенным из этих прав является право собственности, право общего господства над вещью. Господство же в определенном отношении, в ограниченном объеме дают вещные права на чужую вещь, например, сервитуты, залоговое право» [25]. Виднейший российский ученый-правовед К. Победоносцев высказывался по этому поводу следующим образом: «право собственности является совершеннейшим и полнейшим из всех, прав: право исключительного и полного господства» [26]. Другой русский цивилист Д.И. Мейер отмечал, что «не всякое господство лица над вещью есть право собственности. Таковым является только законное господство, в силу которого лицо может владеть, пользоваться и распоряжаться этой вещью» [27]. Таким образом, максимальная полнота господства лица над вещью рассматривалась как важнейшее свойство из числа вещных прав, принадлежащих только праву собственности.

С другой стороны, необходимо было разобраться в вопросе о социальной природе права собственности, о характере отношений, с которыми это право связано. В некоторых случаях этот вопрос решался применительно к одному только праву собственности. Так, например, Тур отмечал, что внутренняя сторона права собственности состоит в том, что оно представляет собой «отношение субъекта права к вещи, когда собственник может обращаться с вещью как ему угодно» [28]. В других случаях это положение выдвигалось в качестве общего для всех вещных прав.

Одновременно с этими точками зрения возникает идея, усматривающая в праве собственности не отношение лица к вещи, а отношение между самими субъектами. Сторонники этой идеи не отрицали того, что вещные права, включая право собственности, порождают определенные отношения управомоченного лица к вещи. Однако, по их мнению, право собственности как юридическое явление должно выражать, прежде всего, отношения с другими лицами, общественную связь управомоченного с обязанным. Так, например: Г.Ф. Шершеневич подчеркивал, что в отличие от других прав, в праве собственности «число пассивных субъектов достигает общего числа всех подчиненных той же политической власти, как и активный субъект» [29]. Следует согласиться с О.С. Иоффе, что с точки зрения степени приближенности к реальной природе права собственности конструкция отношений между людьми, несомненно, имеет преимущество перед конструкцией отношений к вещи.

Другая точка зрения возникла в рамках так называемого «учения о едином хозяйственном праве». Представители этой теории, оперируя частно-историческими понятиями, не обращались при исследовании юридического института собственности к абстрактно сконструированным научным категориям [30]. Так в Курсе советского хозяйственного права, несмотря на то, что Г.Н. Амфитеатровым и был выделен специальный параграф о понятии права собственности, но данное понятие было обращено не столько к юридическим отношениям, а, скорее, к собственности как экономическому явлению [31]. Другие представители теории единого хозяйственного права (Л.Я. Гинцбург), опираясь на правило ст. 52 ГК РСФСР о видах собственности в советском обществе, утверждали, что «уже гражданское законодательство первых лет НЭПа отказалось от понятия права собственности» [32]. Этот вывод не получил достаточного подкрепления в действовавшем тогда советском законодательстве, но по утверждению О.С. Иоффе, не расходился с содержанием подготовившей его хозяйственно-правовой концепции того времени. Раз хозяйственное право не знало исторического аналога в прошлом и основывалось лишь на единстве государственного руководства советской экономикой то, следовательно, оно несет на себе не столько следы общности, сколько печать противопоставления. Там же, где нет общности, возможны только частные и полностью исключены все общенаучные понятия.

Впервые в советской цивилистике общее понятие права собственности, основанного на соединении юридического его содержания с выраженными им базисными явлениями, было дано в середине сороковых годов. Академик А.В. Венедиктов сделал попытку дать научное определение права собственности, основывающееся на данном К. Марксом понятии собственности. В результате своего исследования он пришел к выводу, что право собственности следует определить «как право индивида или коллектива использовать средства и продукты производства своей властью и в своем интересе на основе существующей в данном обществе системы классовых отношений, и в соответствии с нею» [33]. Впоследствии эти идеи были развиты в работах других цивилистов советского периода [34].

Профессор С.Н. Братусь на основе все той же марксовой формулы предложил следующее определение: право собственности - это отношение лица к вещи как к своей, как к результату присвоения и как к начальной предпосылке производства, отношение, которое создано коллективом, объявлено законом и гарантировано им [35], аналогичное определение дано Р.Ф. Мажитовой [36].

Полагаем, что присвоение, означающее принадлежность вещей конкретным лицам или всему обществу, характеризуется как процесс создания новых предметов, их переработки, преобразования, а также переход путем распределения, обмена, потребления. При этом присвоение, как процесс производства материальных благ, и принадлежность имеющихся вещей взаимосвязаны, взаимообусловлены [37], слово «присвоение» в нашем случае означает «делать своим» [38]. Однако необходимо иметь в виду, что присвоение, собственность понимается здесь не как отношение субъекта к объекту, а как отношение между людьми (общественное отношение).

Объектом присвоения являются вещи, по терминологии древних римлян, - телесные, осязаемые. Кроме этого, они должны быть свободно отчуждаемыми, а в некоторых случаях - ограниченными в обороте.

Последние в соответствии со ст. 129 ГК РФ определяются в порядке, предусмотренном законом, и характеризуются либо как объекты, которые могут принадлежать лишь определенным участникам оборота, либо как объекты, нахождение которых в обороте допускается по специальному разрешению. Например, оружие, сильнодействующие яды, летательные аппараты по соображениям безопасности могут приобретаться только по особым разрешениям. Особый правовой режим в силу хозяйственного значения имеют валютные ценности. К вещам, ограниченным в обороте, следует отнести также памятники истории и культуры [39].

Таким образом, право собственности - это юридическое выражение присвоенности блага, господства на ним, предоставляющее собственнику правомочия непосредственного владения, пользования и распоряжения вещью, что «вытекает из природы человека, как разумно-свободного существа [40].

Это определение дает в основном правильное, представление о понятии права собственности. Оно показывает, что право собственности является юридическим выражением отношений собственности. Одновременно указывается и содержание, этого права: собственник осуществляет присвоение путем владения, пользования и распоряжения вещью. Вместе с тем, в данном определении отмечается, что собственник в отличие от других лиц, обладающих аналогичными правомочиями, осуществляет свое право непосредственно Наниматель, получающий права владения и пользования имуществом по договору с собственником, не может относиться к вещам как к своим.

В современной России основными источниками регулирования отношений собственности являются: Конституция и раздел 11 ГК РФ «Право собственности и другие вещные права» (ст. 209-306). Согласно ст. 8 Конституции в Российской Федерации признаются и защищаются равным образом частная, государственная и муниципальная формы собственности. Закон допускает объединение разных форм собственности, поскольку последние являются понятиями не юридическими, но исключтительно экономическими. В результате возникает общая собственность, причем сособственники с экономической точки зрения могут быть субъектами разных форм собственности.

Праву собственности и другим вещным правам посвящен специальный раздел в ГК РФ, который впитал в себя все, что у нас в настоящее время реально действует по отношению к собственности. ГК как кодифицированный акт не только ликвидировал противоречия, существовавшие в законодательстве, но и заполнил те пробелы, которые у нас были в сфере регулирования рассматриваемых отношений. Дело в том, что законодательные акты, предшествовавшие ГК, в том числе законы «О собственности в РСФСР» [41] и «О предприятиях и предпринимательской деятельности» [42] выражали достаточно прогрессивные идеи, но в то же время они были недостаточно продуманными, в них содержались элементарные юридические ошибки. Все это приводило к невысокой эффективности названных законов.

Гражданский, кодекс полностью устранил противоречия, существовавшие между этими законами. В частности закон «О собственности», устанавливал правило по которому общества, товарищества, кооперативы являлись собственниками всего имущества, в том числе и того, которое в качестве вкладов, взносов и паев вносилось при образовании этих юридических лиц, в то время как закон «О предприятиях и предпринимательской деятельности» предусматривал в отношении товариществ и обществ с ограниченной ответственностью применение конструкции общей собственности участников на имущество этих юридических лиц.

В настоящее время в Гражданском кодексе четко и однозначно определяется, что собственником имущества юридического лица является юридическое лицо, в том числе собственником имущества, внесенного участниками в качестве вкладов, взносов и всего другого имущества, которое приобретено в процессе деятельности юридического лица. Последующие новеллы в ГК вызваны не необходимостью включения каких-то новых категорий, раскрывающих содержание права собственности в целом, а связано с чисто практическими причинами, которые возникли в последние годы в связи с появлением в нашей экономической жизни некоторых новых институтов, связанных с собственностью.

Содержание права собственности составляют принадлежащие собственнику правомочия по владению, пользованию и распоряжению вещью. Современные ученые-цивилисты не только не отрицают традиционного перечня правомочий собственника по владению, пользованию и распоряжению его имуществом, но и продолжают исследования природы общей собственности, где каждый сособственник наделен правами и обязанностями в соответствии с причитающейся ему доли собственности [43].

Тем не менее, академик А.В. Венедиктов предлагал заменить привычную триаду понятием «использование», которое своим звучанием ориентирует на соединение права собственности как юридической категории с экономической сущностью собственности как присвоения. Кроме этого, он отмечал, что традиционной триады недостаточно в силу того, что она не обеспечивает ограничения права собственности от других субъективных прав, сочетающих одноименные правомочия. Впоследствии, в своих исследованиях по данному вопросу, его точку зрения поддержал А.А. Рубанов, который также отметил что по его мнению «этот перечень не имеет универсального значения» [44], что если бы какой-либо из рассматриваемых компонентов «полностью отсутствовал, нарушений в сфере потребления и обращения не наступило бы» [45].

Справедливости ради следует заметить, что при историческом и компаративном анализе можно найти разные разновидности понятий права собственности вообще и, общей собственности, в частности.

Например, в Гражданском кодексе Наполеона с целью преодоления средневекового дробления права собственности было одновременно употреблено и указание на правомочия собственника, и на абсолютный характер самого права с упором, конечно, на последнее. Отметим, что французское законодательство XIX в. не просто закрепляет правомочия собственника, но и подчеркивает особенности общего имущества цивильного (простого) товарищества. При этом, указывает на новый тип права общей собственности, не имеющей аналога в римском праве т.е. наличие ограничений распорядительных правомочий сособственников, что позволило в дальнейшем М. Сперанскому, желая позаимствовать либеральную модель французского Гражданского кодекса, воспроизвести, как правомочия собственника (триаду) [46].

А.А. Рубанов в результате исследований пришел к выводу о случайном появлении триады в гражданском законодательстве России. С ним вполне можно было бы согласиться, если не учитывать того факта, что в свое время Гегель опирался на логику триады «владение - пользование - договор». Во-вторых триада приобрела некоторую доктринальную, и практическую незаменимость.

Детальное исследование источников приводит нас к выводу о том, что римляне не только не выработали единого понятия собственности, четкой юридической терминологии в сфере права собственности, но и не стремились к этому, о чем вполне согласуется замечание В.А. Савельева, исследовавшего тот же предмет: «Римскому праву не присуще понимание права собственности посредством перечисления его основных правомочий» [47].

Следовательно, римское право идеи триады собственности передало европейской средневековой юриспруденции. Средневековье считается «эпохой всеобъемлющего формализма и ритуала», страдающей «страстью к классификации» [48]. Даже неполное и недостоверное знание обязательно разбивалось на детально разграниченные, иерархически выстроенные части.

В этом смысле обработка римского права и вообще существование юридической мысли не могли обойтись без градаций, классификаций, дефиниций и разделений. При этом абсолютизировались высказывания по частным случаям классических юристов, им придавалось общее значение, а возникающие в результате этого противоречия, которые классиков, как было показано, нисколько не смущали, были устранены путем казуистики и прекрасно разработанной схоластики. Именно так и возникли пресловутые «владение, пользование, распоряжение» - триада как содержание права собственности.

В действительности, конечно, сколько бы ни было дано правомочий собственнику, его право никогда не будет полным, поскольку всегда могут быть измышлены и обоснованы права и возможности, в «перечень» не вошедшие, а реализация собственником своей власти над вещью с тех же позиций всегда может быть квалифицирована как выходящая за рамки перечня и потому неправомерная. Поэтому само определение собственности посредством любого перечня это знак ограничения права, прямое обнаружение потенциальной, а чаще актуальной ущербности этого права. Более того, обозначение правомочий собственника как «триады» возможностей свойственно лишь нашему национальному правопорядку. Впервые оно было законодательно закреплено в 1832 г. в ст. 420 т. X ч. 1 Свода законов Российской империи, откуда затем по традиции перешло в Гражданские кодексы 1922 и 1964 гг., и в Основы гражданского законодательства 1961 и 1991 гг., и в ГК РФ. В зарубежном законодательстве имеются иные характеристики этого права. Так, согласно § 903 Германского гражданского уложения собственник может распоряжаться вещью по своему усмотрению и отстранять других от всякого воздействия на нее, а по ст. 544 Французского гражданского кодекса собственник пользуется и распоряжается вещами наиболее абсолютным образом; в соответствие со ст. 641 ГК Швейцарии лицо, являющееся собственником вещи, может распоряжаться вещью по своему усмотрению; в англо-американском праве, не знающем в силу своего прецедентного характера легального (законодательного) определения права собственности, его исследователи насчитывают до 10-12 различных правомочий собственника, причем способных в разных сочетаниях одновременно находиться у различных лиц.

А.М. Оноре выделяет одиннадцать правомочий в составе собственности: право владения (в том числе бестелесной вещью); право пользования; право управления, то есть решения, как и кем, вещь может быть использована; право на доход, те на блага, идущие от предшествующего личного пользования вещью и от разрешения другим лицам пользоваться ею; право на отчуждение, потребление, проматывание, изменение или уничтожение вещи; право на безопасность, то есть иммунитет от экспроприации; право передавать вещь; бессрочность; запрещение вредного использования, то есть обязанность предотвратить использование вещи вредным для других способом; ответственность в виде взыскания, то есть возможность отобрания вещи в уплату долга; остаточный характер, то есть существование правил, обеспечивающих восстановление нарушенного правомочия (а не права собственности в целом) [49].

Итак, собственность - это право наиболее полного господства над своей вещью, что не противоречит принятому пониманию собственности. Интересно отметить, что некоторые авторы, следуя за К. Марксом, включают в определение собственности признак «отношение всех других лиц (кроме собственника. - Авт.) как к чужим, не принадлежащим им» [50]. Так, В.П. Камышанский и некоторые иные ученые не согласны с определением собственности, данным Е.А. Сухановым, именно потому, что оно не совпадает с определением, данным К. Марксом.

С нашей стороны, полагаем, что следует согласиться с тем обстоятельством, что право собственника в чистом виде не должно зависеть от отношения к его собственности третьих лиц, тем более что данное требование возможно только при полном исключении недобросовестного поведения субъектов и не может быть сущностным для собственности вообще, что отмечается и в исследованиях этого вопроса современных ученых [51].

Г.А. Аксененок в праве государственной собственности усматривал четыре элемента: владение, распоряжение, управление и пользование [52]. Но управление землей представляет собой не что-то отличное от распоряжения, а форму осуществления самого распоряжения.

В современных условиях развития общества и переход на рыночные отношения управление выступает в качестве важнейшего компонента государственного механизма и потому смешение его с правомочиями собственника не только не желательно, но и опасно для судебной практики, например, при рассмотрении споров, связанных с оспариванием права собственности, например, супругов и членов крестьянского (фермерского) хозяйства. 17 июня 2003 г. в Российской газете официально опубликован ФЗ от 11 июня 2003 г. №74-ФЗ «О крестьянском (фермерском) хозяйстве. С принятием настоящего Федерального закона закреплена особая форма сельского предпринимательства, основанная на семейной собственности, без образования юридического лица. При этом она наделялась всеми правами, что и иные сельхозпроизводители. Законодатель определил, что личное подсобное хозяйство отличается от малого предпринимательства, если в нем работают только члены семьи, постоянно проживающие в данной местности и обеспеченные земельным участком, размеры которого не превышают норм, установленных местными властями, которые могут колебаться от 6 до 50 соток и даже до 2-х гектаров земли. Отметим, что после принятия Федерального закона в 2003 году судебные споры, в Ставропольском крае между супругами и членами фермерского хозяйства в, общем потоке, гражданских дел занимали не более 9-10%, то к концу 2006 года данная цифра стала более 27-30% от общего числа рассмотренных дел в судах общей юрисдикции. Как правило - это дела касающиеся раздела общего имущества супругов и членов семьи в фермерском хозяйстве, примерно: 19-20%, выдел доли в натуре - от 4 до 6% и остальные имущественные требования [53].

После того, как нами было рассмотрено и проанализировано право собственности, возможно перейти к общей собственности как к особому виду права собственности.



← предыдущая страница    следующая страница →
12




Интересное:


Общие положения о праве собственности на землю в Земельном кодексе РФ
Сущность эвтаназии и ее правовое регулирование
Юридическая характеристика закладной как ценной бумаги и осуществление прав по закладной
Основные начала законодательного установления подсудности
Ответственность сторон по договору строительного подряда
Вернуться к списку публикаций