2014-04-02 17:40:44
ГлавнаяГражданское право и процесс — Содержание договора аренды здания, сооружения и нежилого помещения



Содержание договора аренды здания, сооружения и нежилого помещения


Основы законодательства об аренде, предусматривая право арендатора на сдачу имущества в субаренду, не содержали прямого указания на практическое его применение. Из-за отсутствия однозначного нормативного регулирования субаренды судебно-арбитражная практика при прекращении договора аренды в целом ориентировалась на нормы, вытекающие из общих принципов гражданского права о защите добросовестного участника гражданских отношений в лице субарендатора. Поэтому требования субарендатора о сохранении договорных отношений непосредственно с арендодателем подлежали удовлетворению. Ситуация в корне изменилась с принятием нового Гражданского кодекса.

Нельзя не отметить, что положения п. 2 ст. 615 ГК не получили пока широкого применения в практике, за исключением передачи арендованного имущества в субаренду. В значительной степени это объясняется сложностью оформления передачи права аренды. «Притом в самом этом свойстве права на чужую вещь, что оно не всегда представляет интерес для каждого лица и потому не всегда может служить предметом залога, нет ничего исключительного: и вещи, как мы видели, не всегда служат предметом залога, а только вещи более ценные и не подлежащие легкому повреждению» [43].

Так как при передаче права владения и (или) пользования в залог, уставный капитал обществ (товариществ) происходит двойное ограничение правомочий собственника. Залогодержатель либо общество, в уставный капитал которого передано право аренды, наравне с арендатором имущества имеют право на защиту права владения против собственника (ст. 305 ГК).

Выгода от обладания обязательственными правами может быть получена только в результате чужих действий обязанного лица, а не его собственника. Поэтому возможна ситуация неисполнения обязательства по различным причинам: неисполнение по вине кредитора, гибель имущества, действие непреодолимой силы, издание акта государственной власти и т.д. Таким образом, всегда существует вероятность неполучения обладателем прав реального исполнения со стороны должника.

Передача права аренды в качестве вклада производится в соответствии с общими нормами о перемене лиц в обязательстве.

Следует заметить, что залог права аренды земельного участка востребован в связи с тем, что ипотека здания или сооружения допускается только с одновременной ипотекой по тому же договору земельного участка, на котором расположено это здание или сооружение, либо части этого участка, функционально обеспечивающей закладываемый объект, либо принадлежащего залогодателю права аренды этого участка или его соответствующей части.

Что же касается залога арендных прав, то сдерживающим фактором можно считать как периодические изменения в правовом регулировании этого института, так и отсутствие подробного его освещения в Гражданском кодексе. Закон о залоге предоставил арендатору возможность передавать свои арендные права в залог без согласия арендодателя, если иное не предусмотрено договором аренды. Это правило в настоящее время неприменимо, поскольку в соответствии с Законом о введении в действие части первой ГК РФ ранее принятые правовые акты применяются только в части, не противоречащей Кодексу.

Далее подлежат применению такие общие правила, как возможность залога права аренды только до истечения его срока, необходимость определения по соглашению сторон стоимости предмета залога. Кроме того в договоре наряду с общими условиями залога должно быть указано лицо, которое является должником по отношению к залогодателю. В обязанности залогодателя права аренды входит:

- уведомить своего должника о состоявшемся залоге прав;

- не совершать уступки заложенного права;

- не совершать действий, влекущих прекращение заложенного права или уменьшение его стоимости;

- совершать действия, которые необходимы для обеспечения действительности заложенного права;

- сообщать залогодержателю сведения об изменениях, произошедших в заложенном праве, его нарушениях третьими лицами и о притязаниях третьих лиц на это право.

В свою очередь Закон об ипотеке устанавливает для залога права аренды особый режим. Помимо того, что ипотека права аренды возможна только с согласия арендодателя, закон распространил правила об ипотеке недвижимого имущества на залог прав арендатора по договору об аренде такого имущества (право аренды), поскольку иное не установлено федеральным законом и не противоречит существу арендных отношений. В таком договоре «арендованное имущество должно быть определено так же, как если бы оно само являлось предметом ипотеки, и должен быть указан срок аренды».(п. 5 ст. 5 Закона). Как сделка с недвижимым имуществом он подлежит обязательной государственной регистрации.

Таким образом, новые правовые нормы существенно изменили применение ипотеки арендных прав.

И все же смысл залога состоит в получении залогодержателем удовлетворения своих требований за счет заложенного имущества. Не случайно основная дискуссия в литературе развернулась в отношении вопросов, связанных с реализацией заложенного права. Хотя при обращении взыскания на заложенное право аренды недвижимого имущества последнее реализуется в соответствии с правилами, установленными в отношении обычной ипотеки, оно имеет и свою специфику: с приобретателем права заключается договор уступки данного права. Суть спора состоит в следующем: выбывает ли бывший арендатор при удовлетворении требований залогодержателя из правоотношений по договору аренды? Так, О. Свириденко, рассматривая регулирование залога в банковском кредитовании, пишет: «... перемена лиц в обязательстве с точки зрения обеспечения возвратности кредитных средств для залогодержателя непривлекательна, поскольку, когда он занимает место арендатора, у него возникают не только права, но и обязанности по содержанию арендованного имущества. Таким образом, залогодержатель, получая возмещение за неисполнение должником обязательств по кредитному договору, одновременно обременяет себя обязанностями, связанными с переходом заложенных прав аренды. Залог арендных прав должен реализовываться только в виде имущественных благ. Следовательно, приобретение залогодержателем прав арендатора нельзя расценивать как замену его в арендных отношениях, поскольку в данном случае имеет место залог арендных прав, а не обязанностей по содержанию арендованного имущества. Очевидно, что объектом залога в этом случае является содержание арендного правоотношения, при этом субъект никакого отношения к объекту прав не имеет» [44]. Сказанное рассматривается в работе как обоснование причин отсутствия интереса обладателей прав аренды к данному виду обеспечения обязательств. Вряд ли подобную аргументацию можно признать удачной. Действительно, в случае передачи права аренды в залог ответственным по договору аренды перед арендодателем остается арендатор. Однако после реализации залога особый характер конструкции договора уступки прав предполагает выбытие первоначального кредитора из спорного правоотношения [45]. Основополагающим критерием для принятия той или иной позиции является, видимо, и порядок реализации заложенного права аренды. Едва ли можно представить ситуацию, когда после состоявшейся продажи права аренды на публичных торгах бывший арендатор останется участником арендных отношений.

Достаточно сложным и спорным является вопрос обязательности залога права аренды земельного участка (или его части) при залоге части здания. В соответствии с п. 2 ст. 334 ГК классифицирующим признаком ипотеки как вида залога является предмет: земельные участки, предприятия, здания, сооружения и другое недвижимое имущество. И только ипотека здания, сооружения предполагает одновременную ипотеку по тому же договору земельного участка, на котором это здание или сооружение, либо части этого участка, функционально обеспечивающей закладываемый объект.

Практика показывает, что при ипотеке права аренды части здания ипотека земельного участка не оформляется, поскольку отсутствует методика рассмотрения этих вопросов. Возможен ли в этом случае залог части земельного участка пропорционально закладываемой части здания, если учесть, что предметом аренды может быть большая часть здания или, наоборот, комната с незначительной площадью, но с отдельным входом. В любом случае заслуживают внимание высказанные отдельными авторами опасения обхода положения, закрепленного в п. 3 ст. 340 Кодекса, путем дробления предмета ипотеки на несколько частей, что свидетельствует о притворности сделок [46]. К сожалению, позиция высших судебных инстанций РФ, которая внесла бы ясность в этих вопросах, не нашла своего отражения в постановлении Пленума ВАС РФ И ВС РФ от 1июля 1996 г. №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» [47].

3. На арендатора возлагается обязанность поддерживать арендованное здание, нежилое помещение в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт и нести расходы по содержанию здания (сооружения). Из этого правила сделано исключение в самом Кодексе: в законе или договоре возможно иное распределение названных обязанностей (п. 2 ст. 616 ГК).

Выделение в самом определении аренды в качестве непременного его признака пользования имуществом предполагает обязанность по поддержанию имущества в исправном состоянии. Имеется в виду, в частности, устранение внутренних недостатков арендованного имущества или поддержание его технической исправности. В интересах арендатора установлена обязанность нести расходы по содержанию имущества. В литературе даются неоднозначные понятия текущему ремонту. Так, по мнению Т.Д. Алексеева, особенность текущего ремонта заключается в систематически и своевременно проводимых работах по предохранению частей здания и оборудования от преждевременного износа и по устранению возникших повреждений и неисправностей [48]. Ю.К. Толстой считает, что текущий ремонт в отличие от капитального не увеличивает стоимость арендованного имущества и не устраняет его износ [49]. Все же представляется, что в целом проведение текущего ремонта направлено на предупреждение преждевременного износа здания.

4. С учетом срочного характера аренды Кодекс подробно регулирует процесс возврата имущества при прекращении договора. При возврате арендованного имущества в основном решаются три вопроса: какова процедура возврата, каково состояние возвращаемого имущества, каковы последствия неисполнения или несвоевременного исполнения этой обязанности арендатором.

Специальные правила возврата здания, сооружения при прекращении аренды, закрепленные в п. 2 ст. 655 ГК РФ, приравнены к условиям передачи имущества в аренду. При приемке должны участвовать обе стороны. Просрочка приемки имущества арендодателем будет означать просрочку кредитора. Арендатор, в свою очередь, получив соответствующее извещение арендодателя, не вправе уклоняться от передачи имущества. В противном случае имущество может быть изъято в судебном порядке. Приведенная норма на практике нередко различно применялась судами. В ряде случаев иски арендодателей об изъятии имущества у арендаторов рассматривались по правилам виндикационного иска. Логическим следствием рассмотрения такого иска явилось бы применение норм ст. 302 ГК, регулирующих истребование имущества от добросовестного приобретателя в случаях, когда арендованное имущество отчуждено арендатором третьим лицам. Такое смешение понятий существенно ущемляло интересы арендодателя, являющегося добросовестной стороной. Высший Арбитражный суд РФ в Информационном письме от 28 апреля 1997г. №13 «Обзор практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» [50] указал на ошибочность такого подхода, подчеркнув, что статья 301 ГК РФ применяется в том случае, когда лицо, считающее себя собственником спорного имущества, истребует это имущество из чужого незаконного владения, т.е. из владения лица, обладающего имуществом без надлежащего правового основания. Ответчик, занимающий помещение на основании договора аренды, обязан вернуть имущество в освобожденном виде в соответствии с условиями, предусмотренными законодательством об аренде.

Имущество подлежит возврату арендодателю в том состоянии, в каком арендатор его получил, с учетом нормального износа. Иными словами, закрепленное в Кодексе требование к качеству возвращаемого имущества представляет собой только необходимый минимум. В качестве альтернативы стороны могут предусмотреть в договоре состояние возвращаемого имущества. Приведенные правила дополняются тем, что при отсутствии других указаний в законе, ином правовом акте, в момент передачи имущество должно обладать свойствами, которые предусмотрены в договоре, включая повышенные по сравнению с обычными требования к качеству имущества.

Понятия «нормальный износ» законодатель не дает. Предполагается применить тот износ, который имущество претерпело бы при обычном использовании за определенный период времени. Определение степени износа основных фондов производится в соответствии с постановлением Совета Министров СССР от 22.10.1990 г. № 1072 [51], устанавливающим единые нормы амортизационных отчислений на полное восстановление основных фондов, которые обязательны для применения всеми предприятиями, организациями независимо от их ведомственной подчиненности и формы собственности. Здания, по которым производятся амортизационные отчисления, представлены по трем группам: производственные, непроизводственные, жилые. При смешанном использовании здание относится к производственному, если для этих целей занято более 50% общей его площади. Амортизационные отчисления установлены в целом в процентном соотношении к стоимости основного фонда с подразделением на капитальный ремонт и на полное восстановление.

В соответствии с п. 34 Положения о порядке начисления амортизационных отчислений по основным фондам в народном хозяйстве, утвержденного Госпланом СССР, Минфином СССР, Госбанком СССР, Госкомцен СССР, Госкомстатом СССР и Госстроем СССР 29 декабря 1990 года [52], в случае аренды отдельного объекта основных фондов амортизационные отчисления (то есть износ) начисляются не арендатором, а арендодателем. Поэтому приложением №1 к распоряжению Госкомимущества РФ от 13.06.97 г. №463-р [53] предусмотрено перечисление арендатором арендной платы в процентном соотношении как балансодержателю, так и в федеральный бюджет. Поскольку в нормативных документах отсутствует конкретное процентное соотношение данных перечислений, оно должно определяться сторонами в договоре аренды. Так, в соответствии с п. 4.5 Порядка амортизационные отчисления на полное восстановление объектов, исчисляемые по установленным нормам, остаются в распоряжении балансодержателя и используются им в установленном порядке. Вполне очевидно, что размер арендных платежей, причитающихся балансодержателю, должен быть зафиксирован в договоре аренды в сумме не ниже амортизационных отчислений.

Амортизации имущества посвящен целый ряд статей части второй Налогового кодекса РФ, который определяет методы и порядок расчета сумм амортизации, распределение амортизируемого имущества на 10 групп в зависимости от срока полезного использования и др. (ст. ст. 250-260).

Защищая интересы арендодателя, Кодекс устанавливает особые последствия, если арендатор допускает просрочку передачи имущества:

- арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки;

- в случае, когда указанная плата не покрывает причиненных убытков, он может потребовать их возмещения;

- когда за несвоевременный возврат арендованного имущества договором предусмотрена неустойка, убытки могут быть взысканы в полной сумме сверх неустойки. Штрафной характер названной неустойки может быть изменен только договором.

Существует еще одно неблагоприятное для арендатора последствие, на котором следует остановиться особо. Одним из важнейших положений аренды является приобретение арендатором права собственности на плоды, продукцию, доходы, полученные в результате использования арендованного имущества в соответствии с договором. Как было указано выше, JI. Петражицкий и другие романисты рассматривали получение таких плодов как способ использования вещи, а все использованные плоды собственник не может отсудить, пока налицо добросовестность владения [54].

При перемене собственника арендованного имущества независимо от того, ставился ли вопрос о переоформлении договора аренды, прежний собственник утрачивает, а новый приобретает право на получение доходов от сдачи имущества в аренду.

Однако при прекращении договора незаконное владение налицо, и вправе ли в этом случае арендатор, незаконно удерживающий имущество, присваивать права на доходы от заведомо чужой вещи? Как заметил К. Скловский, раскрывая эту проблему, «... вещь может приносить доход и помимо всякой деятельности владельца, сама собой» [55]. Если допустить, что арендатор сдал помещение третьему лицу по договору субаренды и продолжает получать от субарендатора арендную плату после прекращения договора аренды, неосновательное обогащение очевидно.

Избранный судебной практикой подход к правовой природе платежей за пользование помещением после прекращения договора объясняется тем, что возможность их взыскания законодатель связывает с противоправным поведением должника, с фактом нарушения договорного обязательства. Главным обстоятельством для определения данной меры воздействия является неправомерность удержания имущества. Поэтому, если «бывший арендатор не исполнил решения суда и фактически пользуется ранее арендованным помещением, его обязательство по оплате за пользование имуществом нельзя считать прекращенным» [56].

Компенсация за пользование чужой вещью не может быть предъявлена и под видом убытков арендодателя, поскольку нельзя вести речь о прямых затратах арендодателя.

Таким образом, не должно быть сомнений в возможности предъявления собственником самостоятельного иска, основанного им на своем праве на доходы. По мнению К. Скловского, «он может быть виндикационным, но может быть и кондикцией, когда виндикация невозможна, поскольку между ними существует несомненная связь (см., например, ст. 1103 ГК), как вообще есть связь между незаконным (а значит, и неосновательным) владением и неосновательным обогащением, хотя эти две ситуации, что совершенно очевидно, и нетождественны» [57]. В любом случае справедливо замечание, что виндикация реально применима только в отношении наличных, сохранившихся доходов, имеющих вещную форму.

Одновременно в рамках неосновательного обогащения в литературе предлагался различный порядок расчета суммы неосновательно полученных доходов: предъявлять как непосредственно полученные от предмета обогащения, так и извлеченные из имущества, приобретенного за деньги, вырученные от продажи неосновательно полученного [58]. Указывалось и на более реалистичный подход: оставить незаконному владельцу доходы, полученные им от обычного хозяйственного использования имущества и изъять полученные сверх этого. Это объясняется следующим образом: «... потерпевшему подлежат возврату или возмещению только те доходы, которые он сам в условиях нормального делового оборота, сложившихся обыкновений и при сравнимых обстоятельствах реально мог бы получить путем использования такого же количества вещей того же рода... Другие доходы или выгоды, которые обогатившийся извлек из имущества в результате расчетливой деятельности, должны оставаться ему, если, конечно, они не явились следствием совершения им противозаконных сделок или иных действий, влекущих применение конфискационных мер» [59].

Так или иначе содержание обязательства вследствие неосновательного обогащения определяется характером и размером полученных доходов. Безусловно, в силу ст. 1108 ГК арендатор претендует на зачет затрат, понесенных им на получение истребуемого дохода с того времени, с которого обязан возвратить доходы с зачетом полученных им выгод. В нашем примере они могут быть связаны с регистрацией договора субаренды, уплатой налогов и сборов, проведением ремонтных работ. Думается, что право на возмещение затрат утрачивается, если приобретатель умышленно удерживает подлежащее возврату имущество, так как в данном случае налицо злоупотребление правом.

Одновременно ГК РФ предоставляет потерпевшему право требовать от должника уплаты процентов на сумму неосновательно полученного обогащения.

Рассматривая вопрос о праве арендатора на получение доходов от использования арендованного имущества нельзя не остановиться на случаях их получения по недействительной сделке. В практике арбитражных судов требования о признании недействительными договоров аренды и применении последствий их недействительности являются весьма распространенными. Как правило, речь идет о случаях, когда сделка уже исполнена полностью или частично. Здесь мы сталкиваемся и со вторым вопросом: является ли полученная арендодателем плата по недействительному договору неосновательным обогащением? Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии со ст. 1103 ГК к требованиям о возврате исполненного по недействительной сделке правила о неосновательном обогащении могут применяться, если иное не вытекает из существа соответствующих отношений. Арендная плата является формой оплаты собственнику за право пользования переданным имуществом. Поэтому если в результате исполнения ничтожной сделки арендатор фактически пользовался предоставленным ему помещением, то в силу статьи 167 ГК он обязан возместить другой стороне в денежной форме стоимость этого пользования. Неосновательным обогащением для арендодателя будет считаться только та часть денежных средств, которая превышает размер причитающегося собственнику имущества возмещения. Правила п. 2 ст. 167 и применяемая субсидиарно норма п. 1 ст. 1107 ГК обязывают и другую сторону (арендатора) подобной сделки вернуть другой стороне все полученное, включая плоды, доходы от арендованного имущества. Возможность и размер извлечения доходов от использования арендатором имущества должны быть доказаны арендодателем.


Дорошкова Антонина Григорьевна



[1] Мейер Д.И. Русское гражданское право (по изданию 1902 г.) Ч.2. М.: Статут. 1997. С. 106.

[2] Архив арбитражного суда Брянской области за 1999 г. Дело № А09-865/99-11-9.

[3] Письмо Госстроя РФ от 29.04.94 г. № 16-14/ 63.

[4] Архив арбитражного суда Брянской области за 1999 год. Дело № А09-4276/99-19.

[5] Такой срок не установлен для нежилых помещений.

[6] Опубликован в журнале «Арбитражная практика». 2001.№4. С.58.

[7] Советское гражданское право. Т.1 / Под ред. Генкина Д.М. М.: 1950. С. 478.

[8] Гражданское право. Учебник. Ч..2.. / Под ред. Сергеева А.П. и Толстого Ю.К. М.: Проспект, 1998. С. 161.

[9] Вестник ВАС РФ. 1998. № 12.

[10] Архив арбитражного суда Брянской области за 2000 год. Дело № А09-3164/ 00-22.

[11] Шершеневич Г.Ф. Учебник гражданского права. Девятое издание. М., 1911. С.519.

[12] «Брянская газета», 1998. № 45.

[13] Прим.: в печати не опубликовано.

[14] Ведомости РФ, 1996. № 3. Ст. 150.

[15] См. постановление Правительства РФ от 21.03.1997 г. №342 / СЗ РФ. 1997. №13. Ст. 1549.

[16] «Брянский рабочий», 2000. №99.

[17] Новоселова Л.А. Проценты по денежным обязательствам. М.: Статут. 2000. С.33.

[18] «Хозяйство и право». 1994. № 1

[19] Лунц Л.А. Деньги и денежные обязательства в гражданском праве. М.: Статут, 1999. С. 222.

[20] Новоселова Л.А. Указ. соч. С. 41.

[21] Вынесение подобных решений широко практикуется судами общей юрисдикции по искам граждан о выдаче валютных банковских вкладов.

[22] Экономика и жизнь, 1999. № 34.

[23] В печати не опубликовано.

[24] СЗ РФ. 1999.№ 8.СТ.1028.

[25] «Российские вести», 1995. № 189, № 194.

[26] Брянская газета, 1998. № 13.

[27] СЗ РФ. 1994. №26. Ст. 2795.

[28] «Брянск», 2000. №11.

[29] Архив Федерального суда Западно-Сибирского округа за 1999 г. Дело № Ф04/179-936/А45-99.

[30] Одновременно данный пример дает повод для обсуждения о правомерности отнесения земельного налога к арендной плате.

[31] Ведомости Съезда народных депутатов и Верховного Совета РФ. 1991. № 44. Ст. 1424.

[32] Собрание актов Президента и Правительства РФ. 1992. № 9. Ст. 602.

[33] Вестник ВАС РФ. 1998. № 9.

[34] Например, Козырь О. считает, что взыскание данных расходов возможно через арендную плату за нежилое помещение. / См. Козырь О. Аренда недвижимого имущества. // Эж-«Юрист». 2001. №8. С. 4.

[35] Собрание актов Президента и Правительства РФ. 1992. № 9. Ст. 602.

[36] См.: Арбитражная налоговая практика. М. 2001, № 3.

[37] Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой. Под ред. Садикова О.Н. М.: 1999. С.681.

[38] Вестник ВАС РФ, 1993. № 2. С. 63.

[39] Гражданское право. Учебник. Ч. 2./Под ред. Сергеева А.П. и Толстого Ю.К. М.: Проспект, 1998. С. 165.

[40] Постановление Президиума ВАС РФ от 23.01.2001 г. № 5823/98 // Вестник ВАС РФ. 2001. № 6.

[41] Вестник ВАС РФ, 1998, №11.

[42] Шапкина Г.С. Комментарий к Гражданскому кодексу РФ, части второй (постатейный) / Под ред. Садикова О.Н. М.: Контракт, 1998. С. 195.

[43] Мейер Д.И. Указ. соч. Ч. 2 С. 204.

[44] Свириденко О.М. Правовое регулирование залога и его реализация в банковском кредитовании. // «Хозяйство и право». 1998. № 7.

[45] Такой подход к определению прав и обязанностей участников цессии получил подтверждение в практике. См., к примеру, постановление Президиума ВАС РФ от 25.11.97 г. // Вестник ВАС РФ. 1998. № 3.

[46] Орлова М. Ипотека (залог) права аренды. II «Российская юстиция». 1999. № 5.

[47] Вестник ВАС РФ. 1996. №9.

[48] АлексеевТ.Д. Аренда торговых помещений. М.: Экономика, 1961. С. 63.

[49] Гражданское право. Учебник. Ч.2. /Под ред. Сергеева А.П. и Толстого Ю.К. М.: Проспект, 1998.С. 167.

[50] Вестник ВАС РФ. 1997. № 8.

[51] Собрание постановлений правительства. 1990. № 30. Ст. 140.

[52] «Бухгалтерский учет». 1991. № 4.

[53] «Панорама приватизации». 1997. № 9.

[54] Петражицкий Л.И. Права добросовестного владельца на доходы с точки зрения догмы и политики гражданского права. СПб., 1902. С.9.

[55] Скловский К.И. О правах владельца на плоды и доходы. // Хозяйство и право. 1999. № 1. С. 51.

[56] Вестник ВАС РФ, 1996. № 4. С. 13.

[57] Скловский К.И. Там же. С. 50.

[58] Ушивцева Д. Возмещение по обязательству вследствие неосновательного обогащения. // Российская юстиция. 2000. - № 12.

[59] Гражданское право. Учебник. Ч.2. / Под ред. Сергеева А.П., Толстого Ю.К. М.: Проспект, 1998. С. 774.



← предыдущая страница    следующая страница →
12345




Интересное:


Понятие неустойки
Сервитуты в Гражданском кодексе Франции 1804 года.
Правовое регулирование неустойки на современном этапе
Российская модель мирового суда по Судебным уставам 20 ноября 1864 года
Вина в нарушении договорных обязательств в дореволюционном гражданском праве России
Вернуться к списку публикаций